Судьба_злодейка

Не бечено

      Руки сводит судорогой, цепляясь ногтями за нитки одежды, ломаю тонкую пластину, который час дыхательной медитации, уносит больную голову в нирвану, а он все не приходит. Не то чтобы я его ждала, совсем наоборот это самый последний человек, которого я хотела бы видеть в этот момент, но по вынужденным обстоятельствам мне нужно именно это животное, которое, скорее всего сейчас сидит где-нибудь в баре, в очередной раз, проигрывая семейное состояние. Специально накапливая в себе возбуждение, не даю рукам воли, чтобы в Этот момент потерять себя, отдаваясь полностью забвению похоти. Наверное, уже в самой дальней комнате чувствуется мое желание и, радуясь, поначалу, его безразличию к подступающему событию, сейчас кусала локти в нетерпении.       Учуяв, как зверь, приближение самца к территории, прислушалась к его передвижению, частоте шагов, нарастающему дыханию, замерла полностью, и только сердце гулко отдавало в перепонки. Неторопливо заходит в дом, шаркая ногами, небрежно кинув пальто прямо на пол, начинает движение на второй этаж, замедляя шаги, а потом и вовсе остановившись, глубоко втягивает воздух, пробуя на вкус, и продолжает подниматься быстро, и уверенно, невольно радуя мой воспаленный мозг.       Дверь резко отворилась, ударяясь о стену и позабыв ее закрыть, он кинулся ко мне срывать ненужную одежду вонючими руками, побывавшими уже на чьем-то надушенном теле, от чего утробное рычание вырвалось из горла впервые в моей жизни, поражая звериностью действия, пробудив в партнере первобытное животное поведение. Он не ласкал, а грубо брал свое — мое тело, накаленное до предела, резко, быстро, жадно, обрывая дыхание до срыва в голосе и помутнения взгляда. Как собака не в силах остановиться, стирал мои колени о ковер, своими хаотичными движениями, удерживая в одной первозданной позе. Не заморачиваясь ласками, оставлял синяки на тонкой коже, подкрепляя свое присутствие на этом теле, взамен отсутствию нежеланной метки. И, наконец, выжав из себя все соки, закрепился во мне, сцепляя подтверждением конца.       Утро встретило меня на полу в ореоле разорванных одежд, виновник этого спал рядом, не собираясь просыпаться в ближайшие пару часов. Тело ломило, и стреляла поясница, что невозможно было разогнуться без тихого нытья и оскорблений. Надо привести себя в порядок и пропустив утреннюю прохладу голого пола даже не подумала накрыть будущего отца одеялом, захотелось даже ущипнуть его побольнее, когда колени в очередной раз напомнили о себе при попытке передвижения. Зато внутри была легкость и ни намека на особый период, только редкие отрывки ночи посылали орду мурашек и слабый жар на щеки, чего сама от себя никак не ожидала. Ночь точно удалась, а значит, и план приведен в действие. Что ж, нужно проверить все ли готово для его вечеринки, а дел, чувствую, предстоит еще немало. — Ты меня несказанно удивила прошлой ночью, можно сказать даже порадовала — с крайне довольной улыбкой, он властно схватил ноющие плечи, собственническим жестом поцеловав меня в искусанные губы, — для вечеринки все готово? — Слабо кивнув, он улыбнулся еще шире, показывая сломанный передний нижний зуб — Вот и отлично, скоро прибудут гости, мне нужно привести себя в порядок, да и тебе принарядится. Довольный собой, он вышел, заставляя меня еще больше расцвести в ехидной улыбке.

***

      Богато обставленный зал восхищал только молодых омег, остальные же гости, были частыми завсегдатаями старого особняка, особенно на ночных закрытых собраниях, куда вход был заказан только девушкам легкого поведения. Клаус то и дело флиртовал с вновь прибывшими дамами, не обделяя вниманием даже самых «старых» знакомых. Хотя особой прыти в этом не было, складывалось впечатление, что он просто отдает им дань, в знак приветствия, что не могло не удивлять не только меня. В ушах шумело, а тело умоляло прилечь и отдохнуть, но по этикету мне необходимо было продержаться еще хотя бы полчаса.       Ватными ногами не хочется шевелить, вечер в самом разгаре, все веселятся, пьют, отдыхают. И чем дольше я нахожусь среди них, тем хуже мне становится. Не сумев сдержать стон наслаждения, от соприкосновения ноющей спины с твердостью спинки кресла, намеревалась расслабится, но мне сразу же решили составить компанию Клаус со своей свитой. Молодая раскрасневшаяся от выпитого девушка смущенно отводила глаза, не в силах скинуть наглую руку Клауса со своей талии, а он ни чуть меня не стесняясь сетовал, на мою трезвость, а от того унылость. Полностью поддерживая Клауса, его собутыльники принялись ловко намешивать в мой бокал различные крепкие напитки, разбавляя свои действия забавными историями и временами пошлыми шутками. Настроение действительно поднялось и со временем сама компания показалась мне не такой уж и плохой, по крайней мере, не все из них. Клаус давно пропал из вида, да и мне самой уже не хотелось делать сегодня чего-либо, было желание расслабится и отдохнуть, в конце концов, эту вечеринку организовала я и я заслужила немного веселья. И вроде бы все проблемы отошли на второй план и смех стал чаще разносится среди какофонии звуков этого вечера, как взгляд выцепил почти лысую голову Влады, она часто озиралась, ища кого-то глазами, но его здесь не было, это точно. Или возможно, она ищет ее? В таком случае она вовремя, выпитое развязало язык, и Даня была как никогда охотлива на болтовню. Приковывая к себе внимание половины зала, темноволосая девушка прошла мимо своей давней знакомой, чуть остановившись на ней вопросительным взглядом, но получив короткий моток головы, так же молча, удалилась. И только спустя несколько минут Даня поняла, какая разительная перемена произошла с Владой — та упорно сбривала половину головы, оставляя другую в покое, но в этот раз она завершила начатое, ее голова была полностью побрита под единичку. А это говорило о многом.       Франк — друг друга Клауса, почти весь вечер провел подле Дани, ведя незатейливые беседы и любезно подливал в бокал новую порцию бутирата, казался ей милым малым, младше на пятерку лет Клауса и ненамного старше самой Дани, им было, о чем пообщаться. — Я вижу, вы нашли приятную компанию мисс Уитлок — Даня не сразу поняла, что обращаются именно к ней, ведь свою фамилию из чужих уст она не слышала очень давно, да и знали ее немногие. — Я очень рад, что вы нашли друзей в этом месте и упорно долго держитесь в этом доме.       Еще один призрак прошлого посетил ее в эту ночь, Адриан собственной персоной. Когда-то всепоглощающая злость к этому человеку давно растаяла, оставив после себя лишь безразличие, в конце концов, она сама виновата во всем. Но сейчас эта персона тревожила старые раны одним своим видом, и общаться с ним не было никакого желания. Точнее оно было и огромное, но начни она с ним разговор, уже не сможет остановиться от расспросов о ней, а он навряд ли будет ей отвечать. — Мистер Адриан, вы немного разминулись с нашей общей давней знакомой, коих у нас не много. — Адриан, не выдав своего удивления, все же не смог скрыть заинтересованности и мгновенно оглянулся в толпу. — Она уже покинула этот дом, но возможно ее еще можно нагнать у крыльца. — - Нужная реакция последовала незамедлительно, что-то невнятно пробормотав, Адриан бросился в погоню. — О ком вы говорили? — О старой знакомой Франк, — грустно улыбнувшись, Даня почувствовала себя смертельно уставшей и непозволительно пьяной, — пожалуй, я пойду к себе. — Но вечер еще не закончился! — предприняв попытку встать, девушка была поймана в захват мужских рук, атаковавших ее плечи. — Для меня уже закончился и не стоит так своевольничать мистер Франк, вы находитесь в доме моего жениха… — последнее предложение она произнесла тихо, но твердо. Что все же возымело эффект, и она была свободна. Но оказавшись на воле и самостоятельно поднявшись, она вновь была атакована, но уже головокружением и раздвоением в глазах, и в этот момент она поняла, насколько действительно пьяна. А добравшись до кровати, отключилась сразу, как ее голова коснулась подушки.

***

      Так хочется вернуться в детство и ничего не решать, не выбирать и не нести ответственности, зная, что во всем разберется мама. Как жаль, что это невозможно и нельзя притворится кем-то другим переложив проблемы на чужие плечи, не хочу ничего делать. Но время идет, жизнь продолжается и чем дольше это откладывать, тем труднее будет потом. Глубоко вздохнув, провела рукой по голове, нарушая ровную границу, черный локон мягко упал вниз и остался лежать на стопе, немного щекоча пальцы. Одно движение, второе — волос остается все меньше, а пути назад и вовсе нет, ощущение, что снимаю с головы старую жизнь и накрученные комплексы, это все больше не мое. Лицо открылось полностью человеческому глазу и уже не будет возможности спрятаться, только вперед, встречая взгляды твердым взором, гордо вздернутым подбородком, уверено и прямо. Непривычно, голову так и хочется наклонить в бок, а плечо холодит без защиты.       Он не знает, как реагировать, ведь от меня можно ожидать чего угодно и потому стоит, ничего не говоря, ничего не делая, позволяет мне самой решать, как быть. Это наверно впервые, когда я проявляю инициативу, пробуя на вкус его сухие губы, никаких ощущений, просто прижимаюсь к нему в детском поцелуе. От чего-то до боли захотелось, чтобы он все взял в свои руки, проявил настойчивость, помог мне продолжить, показал, как надо, но он замер каменной статуей, боясь меня спугнуть или сделать что-то не так? И я злюсь, злюсь от того что он не понимает меня, хотя прекрасно знаю, что виновата сама, я сама воздвигла стены и указала границы которым он следует, слишком мягкий и покладистый, он позволяет мне слишком много. Злюсь на себя, а ударить хочется его, почему он оставляет все решения на меня?!       Нужные слова не находятся, чтобы объяснить какие перемены со мной произошли, да и говорить не особо хочется, надежда сахарной ватой быстро тает в его океане глаз, а боль ощущается на расстоянии кожей. Так и не сказав нужных слов, мы разошлись в разные стороны, как будто и не видели друг друга вовсе. Нужно собраться, все обдумать и прийти к какому-нибудь решению, но я не могу даже приступить к этому, в памяти завесой стоит печаль его синих глаз, так не хочется причинять ему боль, но я не могу по-другому, не могу перебороть себя, накручиваю, создаю сама себе проблемы. Или может мне просто нравится страдать? Хах ха…. Вот это действительно смешно. Я так надеялась, что на предстоящую вечеринку в доме Клауса, он позовёт меня с собой, но он молчит. Это не ночные посиделки только мужчин, ведь приглашение было написано от женского лица, и я так полагаю, это была моя полруга. Но еще не вечер, все впереди, я действительно себя накручиваю! Нет. Хватит, я нужна Элю и Дане, у нее вовсе забрали любимую, интересно, она знает, что с Эмми сделала Карина? И жива ли сама Эмми? Нужно попробовать найти ее, вот кому на самом деле пришлось хуже всех в этой истории. Мысли о девочках придали мне сил и уверенности, хватит сидеть на месте.       Отыскав Эльгария в кабине, я решительно влетела в комнату, чтобы не было возможности отступить назад. — Я думаю, пора познакомиться с твоей матерью! — Поперхнувшись холодным лимонадом и успешно подмочив бежевые брюки, он уставился на меня во все глаза, не обращая внимания на мокрые пятна. Домоуправляющий тихо испарился, поняв всю серьезность ситуации, а я не смогла сдержать широкой улыбки. — Серьезно?.. И когда ты хочешь это сделать? — Когда всем будет удобно, по мне хоть сейчас, но для начала ты должен сменить штаны, — и только после этого он обратил на себя внимание, нервно затерев пятно салфеткой. — Ну, сейчас вряд ли получится, но я передам ей, чтобы организовывала прием…. Тихий семейный обед, никого лишнего не будет. — Переживая, что я откажусь, быстро добавил он. — Хорошо, как скажешь. — А как насчет свадьбы? — Прощупывая почву, решил попробовать. — Мне еще предложений никто не делал! — Явно растерянный от такой смены позиций, он не нашелся что ответить, а я быстро удалилась негромко смеясь. Кажется, все начало налаживаться, стоило только самой выйти из панциря.