Волшебная палочка только для Малфоев

Люциус вернулся от Поттера в расстроенных чувствах. Внешне это никак на нем не отражалось, но Драко уже давно научился определять, когда отца лучше не трогать. Печально было то, что сейчас Драко не мог ждать, когда он успокоится. Мысленно помянув мордредова гриффиндорца тихим незлым словом (и подняв перед этим на всякий случай ментальные щиты "повыше"), Драко зашел в кабинет отца так, как обычно идут навстречу неприятностям. Последние не заставили себя ждать. - Отец... - Где твои манеры? - … Мне выйти, постучать и снова войти? Драко не скрывал неудовольствие, выражая его в каждом своем жесте. Люциус, еще более раздраженно, чем прежде, бросивший “Ну разумеется” - поступал так же. Драко пришлось подчиниться. Чувствуя себя нашкодившим ребенком и злясь от этого уже позабытого ощущения еще сильнее, он был вынужден подчиниться отцу. Выполнив все, что тот требовал, Драко подошел к столу и, как мог ровно, сообщил: - У нас небольшая проблема, отец. А вот теперь Драко мог поклясться, что ему не привиделось: у Люциуса определенно в намеке на нервный тик дернулся уголок глаза. Тут же промелькнула ехидная мыслишка, что старость - не радость, а Поттер - не подарок. Люциус, окинув сына крайне недовольным взглядом, почти прошипел: - Если она такая небольшая, как ты говоришь, почему же ты не решишь ее самостоятельно? - Я подумал, тебе стоит знать, что… - Лучше подумай, как ее решить, сын! Надеюсь, что к моему возвращению ты с ней уже разберешься, - резко перебил Драко отец, не желая даже выслушать, что же так того озадачило. Вместо этого Люциус закутался в принесенную домовиком мантию и, кинув в камин горсть дымолетного порошка, шагнул в изумрудный огонь: - Атриум! Выйдя в многолюдное помещение Малфой сразу же направился к пункту охраны. Прожигая высокомерно-пренебрежительным взглядом каждого, кто пытался с ним заговорить, подождал, пока проверят его палочку. Выслушав все еще немного непривычную ее характеристику, двинулся к лифту. В кабине было очень тесно, но одного присутствия Люциуса хватило, чтобы внезапно нашлось достаточно много свободного места. Никто из служащих и посетителей не хотел проверять, что с ними будет, если они вдруг, ненароком, коснутся хотя бы края мантии Малфоя. И если бы не наглые записки, время от времени пытающиеся приземлиться на макушку, все было бы весьма неплохо. Целью посещения в этот раз был Отдел Тайн. Разумеется, о своем визите Люциус предупредил заранее, поэтому на первом уровне его уже ждал один из невыразимцев. Машинально следуя за молчащим волшебником в отдел, он думал о своем. Так же машинально получив на руки то, за чем пришел, Малфой вынырнул из своих мыслей только чтобы заполнить ту кучу необходимых бумаг, которые сейчас в Отделе Тайн заменяли Непреложные обеты. Убедившись, что ему дали стандартный договор и он не подмахнет случайно лишнего, Люциус подписал все и заспешил назад, снова погружаясь в свои мысли. Малфой не считал себя фаталистом. Но, тем не менее, он верил в знаки и предзнаменования. Не давая им одолеть себя, аристократ читал их по происходящим вокруг него событиями и действиями, и, опираясь на полученные знания, старался сам вести свою судьбу так, как ему было нужно. В своем стремлении контролировать все и всех, Люциус давно разделил людей вокруг себя на четыре типа: это были те, кто контролировал свою жизнь; те, кто бросили все на самотек; те, кто пытался управлять своей жизнью, не особо разбираясь ни с причинами, ни с последствиями тех или иных поступков; и те, кто предпочитал жить так, как живется, вырывая для себя лакомые кусочки отовсюду. Себя Малфой причислял, конечно к первым. Если говорить совсем уж образно, именно так, как он все видел, то были те, кто плыл по течению событий, подчиняясь им; были те, кто греб против течения; и те, кто умудрялся, плывя по течению, доплывать то до одного берега, то до другого. В то время как Люциус предпочитал просто поворачивать русло своей реки так, как ему было нужно, или, если это не получалось, то всегда оставаться на плаву. А еще был Гарри Поттер. И Люциус так до сих пор и не решил, к какой категории “пловцов” можно его отнести. Все чаще и чаще аристократу казалось, что Поттер плавает не в жалких “речках” событий, а в самых настоящих “морях” и “океанах”, куда эти самые жалкие “речки” и впадают. Потому что как иначе объяснить то, что все попытки мужчины идти на контакт, направить Гарри в нужную сторону пропадали практически впустую? Взять хотя бы только что прошедший Йоль. Ведь все начиналось очень даже хорошо, а закончилось… считай что никак. Главное достижение - разговор о наболевшем - был Поттером благополучно забыт. Что предпринять теперь? И стоит ли вообще что-то предпринимать? За всеми своими мыслями Люциус, незаметно для себя, снова оказался в Атриуме. Оглядев суету вокруг себя невидящим взглядом, аристократ, наконец принял решение. Он попробует еще раз. И, выбирая из всех пришедших в голову вариантов действия лучший, мужчина шагнул в камин. Поместье встретило его тишиной. Еще не проверяя, Люциус уже знал, что в меноре никого нет. Хмыкнув, волшебник вызвал домовика. - Тинки! Где Драко? Он справился с той проблемой, про которую упоминал? Мелкий, даже для домовика, эльф, подметя ушами пол, сообщил хозяину все, что тот хотел знать: - Тинки не знает, где хозяин Драко! Тинки знает только, что тот отправился за помощью. Тинки плохой эльф? - Тинки хороший эльф, успокойся. Что за проблема там была у Драко? Домовенок повторил свой своеобразный поклон - Хозяин Драко не смог снять омелу. И из эльфов никто не смог. Дом тоже отказывается снимать. Люциус понимающе хмыкнул, вполголоса пробормотав: - Гарри такой Гарри… - и уже громче приказал: - Можешь быть свободен. Тинки с громким хлопком исчез, а Люциус, достав из кармана мантии полученную в Отделе тайн коробочку, аппарировал к себе в кабинет. Секретной разработкой оказался особенный дымолетный порошок. Взяв немного мужчина спрятал остальное в тайник под малахитовым драконом на камине. Порошок, попав в камин, разжег в нем пронзительно синее пламя. Вздохнув, Малфой шагнул в него, лишь в последний момент вспомнив, что не предупредил о своем визите. Но было поздно: полет в трубе каминов уже начался. Оставалось только надеяться, что хозяин дома будет у себя, в настроении и ничем не занят. Слепая вера в лучшее не была присуща аристократу, но иногда иного просто не оставалось. Неприятные предчувствия Люциуса сбылись почти по полной программе: Снейп был в лаборатории, ломал голову над очередным заказом от Отдела Тайн и был сильно не в духе от того, что очередная его теория шла Запретным лесом. Обо всем этом аристократу сообщил домовик, и мужчине, прекрасно осознающему, какие могут быть итоги, помешай он зельевару, пришлось сидеть и ждать, когда хозяин дома закончит свой архиважный эксперимент. Наконец, это случилось. Правда, Люциус, сильно задумавшийся кое о чем, не сразу заметил Снейпа. А только тогда, когда зельевар не очень-то и вежливо поинтересовался: - Ну и что ты тут забыл? Малфой еле заметно вздрогнул от неожиданности, но, быстро взяв себя руки, ослепительно улыбнулся: - Тебя проведать зашел. Посмотреть, не зачах ли ты над своими котлами. Заодно новую порцию пороха проверил. Снейп фыркнул и, отлепившись от дверного косяка, прошел в гостиную, садясь в соседнее кресло. - Это ты Поттеру такую лапшу на уши вешай. А со мной этот фокус не пройдет. Люциус, обдумав предложение зельевара, задумчиво протянул: - Знаешь, друг мой… Не думаю, что этот, как ты выразился, фокус, с Гарри пройдет. Он… сильно изменился за прошедшие годы. В лучшую сторону. - Сильно сомневаюсь. Если бы он изменился в лучшую сторону, то тогда у него хватило б мозгов держаться от тебя подальше. Но раз этого я не заметил, то делаю выводы, что он как был самонадеянным глупцом, так им и остался, - желчно пробрюзжал зельевар. Люциус нахмурился. - Северус, почему мне кажется, что ты не одобряешь мои намерения? - Наверно, потому что тебе не кажется? Аристократ внутренне подобрался, готовясь к такому неожиданному повороту в разговоре. Внешне это никак на нем не отразилось, только в голосе прибавилось ледяных ноток. - Никогда бы не подумал, Северус, что тебя это будет волновать. В любом случае, все уже решено. Зельевар зло ухмыльнулся и язвительно поинтересовался: - А Поттер в курсе, что у тебя “все уже решено”? Малфой недоуменно взглянул на собеседника: - А что, разве нет? Кольцо все еще у него. И он не говорил ничего о том, что его это не устраивает. Снейп с неверием смотрел на друга, а потом, не выдержав, расхохотался. Отсмеявшись, он уточнил: - Люциус, ты что, действительно веришь, что он обо всем догадался? Поттер из тех, кто способен не замечать дракона перед самым своим носом до тех пор, пока его этим самым носом в дракона не ткнут и не скажут, что перед ним - действительно дракон. - Да нет, быть такого не может. Он же не настолько… - Настолько, Люциус, настолько. В своей вере в что-то он может быть воистину слепым. Уж поверь мне, я имел счастье наблюдать это целых семь лет. Малфой стал рассеянно накручивать на палец выскользнувшую из прически прядь, обдумывая новую информацию. Снейп ему не мешал, просто молча сидя в своем кресле и щурясь на огонь. Наконец аристократ проговорил: - Раз уж ты его так хорошо знаешь, может, что-то посоветуешь? - Спроси у него все напрямую. Люциус покосился на зельевара: - Как ты себе это представляешь? Снейпа всего передернуло. Скривившись, он процедил: - Хвала Мерлину, я НИКАК это не представляю. Мне вот только для полного счастья и не хватало представлять личную жизнь Поттера. Ну а теперь говори, зачем пришел? И говори как есть. Не хочу еще и над твоими словами гадать. Мне моей работы для этого с головой хватает. Аристократ неодобрительно поджал губы: с каждым годом своей изоляции Снейп становился все более и более асоциальной личностью. Хотя Малфою каждый раз казалось, что дальше ему в этом направлении развиваться некуда, зельевар все равно находил способы его удивить. Говорить прямо, четко и только по существу было не в привычке Люциуса, но непреклонный взгляд Снейпа подсказывал, что тот в этом вопросе не уступит. Вздохнув, маг недовольно спросил, выдавая наконец истинную цель своего визита: - Хотел спросить, есть ли зелье, отменяющее действие волшебных вин. - Какое именно действие и какого именно вина? - Сорт вина я не помню, а действие обычное - потеря памяти. - О, то есть напился, забыл, что именно пил и хочешь теперь вспомнить? - Не смешно. Я не для себя спрашиваю. - О, то есть ты уже на Поттере эксперимент ставишь? - Северус Снейп! Прекрати на меня накидываться. Глядя на твое поведение, я начинаю думать, что тебе срочно надо или найти себе женщину или хотя бы сходить в бордель! - Не твое дело! - До тех пор, пока ты так себя ведешь - мое. Мужчины какое-то время еще сверлили друг друга взглядом, а потом Северус практически выплюнул: - Зелий, чтобы после таких случаев разблокировать память, нет. Можно попробовать только или выпить еще вина, или сильно шокировать пострадавшего. Но в обоих вариантах есть возможность, что вместо того, чтобы вспомнить, Поттер забудет еще что-то. Так что не вздумай над ним экспериментировать! Под давлением тяжелого, немного угрожающего взгляда Снейпа, Люциус тут же согласно кивнул, нацепив на лицо невинное выражение. Зельевар, разумеется, не поверил. Это хорошо читалось в его взгляде. Скривив губы, Северус плавно повел рукой, указывая на камин и прохладно произнес: - А теперь, если у тебя больше ничего ко мне нет, я буду настаивать, чтобы ты оставил меня наконец одного. Но Люциус был категорически против такого поворота дел. Хотя главную цель своего визита к другу он уже выполнил, оставалась еще, так сказать, побочная. И самая приятная. Люциус просто хотел поговорить со Снейпом. Зельвар сначала, конечно, воспротивился, но потом сдался. Зато в отместку за навязывание своего общества Малфою пришлось рассказывать, как у него обстоят дела с Поттером. Выслушав жалобы и стенания друга, Северус, конечно, посмеялся, потом назвал все происходящее “фронтом имени Поттера” и дал пару дельных советов. Дальше они еще около часа болтали о разном, не спеша попивая чай. Дружеская посиделка закончилась тогда, когда у Северуса сработал таймер. Зельевар, спешно попрощавшись, снова улетел в лабораторию, а Малфою пришлось вернуться в менор. Одним движением палочки стряхнув с мантии крошки пепла и элегантно выйдя из камина, аристократ замер, понимая, что в зале что-то не так. Внимательно оглядевшись, он довольно быстро заметил, что исчезла вся омела. Довольно пробормотав “Ну наконец-то у Драко получилось”, Люциус узнал, где сейчас его сын и переместился к нему, чтобы похвалить. - Драко… Я могу тебя поздравить? Ты наконец снял омелу? Драко, даже не вставая из своего кресла, отсалютовал отцу бокалом с шампанским и лениво сообщил: - Не-а, не я. Поттер. Я заставил его самого все снимать. Люциус замер, уставившись на сына в упор. Это звучало… неплохо. Люциус был уверен, что после потери памяти Гарри даже видеть его захочет не скоро, не то что придти в поместье. Довольно улыбнувшись, Малфой-старший заинтересованно спросил: - Как тебе это удалось? Драко, даже не думая отвечать на вопрос отца, взглянул на него, удивленно вздернув бровь и задал в ответ свой: - Папа? Ты все еще здесь и задаешь мне вопросы, хотя я почти открыто сказал, что Поттер в меноре? Люциус в упор уставился на сына и, скрывая свои эмоции, отстраненно уточнил: - Он что, прямо сейчас где-то в доме? Драко, откровенно издеваясь (на что Люциус мысленно поставил себе задачу попозже отомстить) покачал бокал, наблюдая за пузырьками шампанского и лениво, манерно растягивая слова, протянул: - Почему где-то? Прямо сейчас он снимает омелу на третьем этаже восточного крыла у дверей Сиреневой гостевой комнаты… А может и не стоит мстить. Не дослушав, Малфой-старший резко развернулся на каблуках и отправился в указанном направлении. Мысленно он прокручивал советы Снейпа, думая, каким лучше всего воспользоваться. Все советы были бы наиболее эффективны, если бы Поттер помнил тот вечер. Но увы… Хотя-я… Что там Северус говорил про способы вернуть память?… План действий возник почти сам собой и очень понравился Малфою. Так что он не медля решил его воплотить в жизнь. Коридор, в который Люциуса послал Драко, был хорошо освещен, и заметить Гарри, стоящего на волшебной стремянке под самым потолком, труда не составило. Поттер стоял спиной к тому проходу, из которого вышел Люциус, и видеть его появления не мог. Поэтому Малфой снова оказался в затруднении. Позвать или подождать, пока его заметят? В любом из вариантов была возможность, что Гарри от неожиданности может потерять равновесие и свалиться вниз. Но прежде, чем Люциус разрешил мучающую его диллему, Гарри снял венок и обернулся, чтобы бросить его к другим, в стоящую на полу корзину. Проследив, чтобы тот не спланировал на пол, Поттер поднял голову, его взгляд скользнул к Люциусу. Даже с того расстояния, что их разделяло, было хорошо видно, как широко распахнулись в удивлении (или панике) глаза Гарри. Впрочем, Люциус тут же с удовольствием отметил, как быстро он взял себя в руки и, больше ничем не выдавая своих чувств, стал спокойно спускаться. Люциус подошел поближе, готовый, в случае чего, подстраховать Поттера. Когда тот сошел с последней ступеньки, Малфой немного отступил, вежливо улыбнувшись и поздоровался: - День добрый, Гарри. Рад вас видеть. - Добрый, Люциус. Взаимно, - сдержанно ответил Гарри и наклонился к корзине. Но Малфой успел подхватить ее первым - достать палочку ему было делом одного момента. Поттеру только и оставалось, что передвинуть стремянку под следующий венок, а корзина плавно плыла по воздуху за ним, управляемая Люциусом. Прежде, чем пауза, возникшая из-за действий обоих, превратилась напряженное молчание, Люциус снова заговорил. - Я должен принести вам извинения за то, что вы здесь и тратите свое время на наши проблемы. Надеюсь, они не сильно помешали вашим планам, Гарри? Поттер закрепил стремянку на месте заклинанием и полез вверх, одновременно отвечая: - У меня не было никаких крайне важных дел, хотя почты накопилось просто критическое количество. Так что ничего страшного. Да и стоит признать, что ваши проблемы с омелой появились из-за меня. Будет честно, если и разбираться с ней придется мне. Люциус хмыкнул. - Правда? Значит, мне не стоит делать выговор Драко? Гарри, немного не поняв, о чем речь, оглянулся и озадаченно переспросил: - За что? Это же не он омелу вешал. - Но он должен был ее снимать. И вместо того, чтобы разобраться с проблемой самостоятельно, оторвал от дел вас. Гарри только насмешливо фыркнул, начиная распутывать накрученные им на омелу чары, и сообщил: - Я же уже сказал, что у меня никаких срочных дел не было. Или вы так сильно не хотите меня видеть в меноре? Люциус решил воспользоваться так неосмотрительно предоставленным ему шансом. - Мне казалось, что это вы не горите желанием тут быть. - Не совсем верно. Я просто на момент нашей последней встречи не горел желанием вас видеть, - не отрываясь от дела, пояснил Поттер - А сейчас? - Мне все еще неловко в вашем обществе. Пробелы в памяти открывают свободный полет для моей фантазии. Люциус коротко хохотнул. - Так вот о чем вы на самом деле волнуетесь. А что, если возможность восстановить вашу память есть? Но Гарри не спешил прыгать от радости или иначе выражать свои эмоции, продолжая спокойно расколдовывать венок. Не отрываясь от дела и не оборачиваясь, он заметил: - Совсем недавно вы говорили, что такой возможности нет. И, могу поклясться, что это мне не послышалось. - Мне стыдно признаваться, но на деле я оказался не сильно подкованным в этом вопросе. Сегодня я специально заглянул к Северусу и он сказал, что такая возможность все-таки есть. - Действительно? И какое невыполнимое условие для этого нужно выполнить? Люциус, не смотря на то, что Гарри не видел его лица, тонко улыбнулся. - О, ничего невыполнимого. Или выпить того вина еще раз, или попробовать… обновить забытые события в вашей памяти. Люциус все время очень внимательно смотрел на спину Поттера и поэтому прекрасно видел, как того передернуло при первом варианте. Малфой снова улыбнулся, на этот раз немного самодовольно. Все пока шло по плану. - И как вы собираетесь… обновить их? В голосе Поттера Люциус слышал здравый скепсис и, как бы это ни было удивительным, надежду на лучшее. - Хм… Я все еще думаю, какой вариант - лучший. Первый вариант - Омут памяти. Но так как пил я не меньше вашего, многие моменты окажутся смазанными, особенно под конец. Гарри ехидно хмыкнул и поинтересовался: - Хотите сказать, что вы не помните, как мы оказались в одной кровати? - Смутно, - почти честно признался Малфой, и, быстро увильнув в сторону от скользкой темы, стал вдохновенно импровизировать дальше: - Второй вариант - это попробовать повторить некоторые, особенно запоминающиеся действия еще раз. Гарри, отцепив наконец очередной венок и кинув его в корзину, стал спускаться, на ходу задавая не очень удобные вопросы. Люциус понимал желание Поттера уточнить и выяснить все, что можно, о предстоящем, и ему даже нравилось это стремление (он сам поступил бы на его месте так же). Но как же проще все было, когда Поттер вел себя так, как и положено истинному сыну Гриффиндора. Но вряд ли такой Поттер смог бы привлечь его внимание. - Кому они особо запоминающиеся? Вам? А вы уверены, что для меня они тоже будут такими? Это во-первых. Во-вторых, как вы собираетесь это устроить? Сейчас ситуация значительно отличается от той, что была тем вечером. Я явно был в стельку пьян, а под алкоголем все ощущается несколько иначе, чем на трезвую голову. А в-третьих… - Гарри прервался, чтобы спуститься на пол и отправить стремянку к следующей точке. Люциус вежливо молчал, не отбирая у своего визави право голоса, и Поттер, быстро взобравшись под потолок, его не разочаровал, продолжив: - В-третьих… Мордред, забыл, что там в-третьих… А, ладно, плевать! Я согласен. Нет, все-таки что-то приятное в гриффиндорском воспитании есть! Оно неистребимо и оставляет большой простор для… работы. - Ну, тогда нам предстоит небольшой поход по, так сказать, местам боевой славы. Если вы не против, я отлучусь ненадолго. Нужно освежить в памяти тот вечер. - Да, конечно, можете даже не особо торопиться. Вряд ли я успею снять всю омелу за сегодня. Заколдовать и вешать ее было все-таки проще. Люциус недоуменно поинтересовался: - Гарри, о чем вы? Позовите эльфов, пусть помогают. Они все еще вас слушаются. Поттер многозначительно засопел. До такой простой вещи он почему-то не додумался. Но, кажется, идея пришлась ему по душе, если судить по тому бодрому командному тону, который раздавался теперь за спиной Люциуса. Усмехнувшись этому и подивившись тому, что, даже имея собственную домовую, Гарри так и не привык к ним, Малфой настолько быстро, насколько позволяли рамки приличия, устремился в свою спальню, к думосбору, на ходу приказав домовикам отвести потом Гарри в тот самый кабинет. Быстро скинув воспоминания о том вечере в фиал, Люциус сделал их копию, вылил оригинал в чашу артефакта и размешал. По серебристой поверхности омута памяти быстро промелькнули образы и силуэты, остановившись лишь ближе к концу воспоминаний. Малфой коснулся лицом поверхности и погрузился в воспоминания. Просмотр он начал с момента появления в кабинете Драко. Аристократ сосредоточился и начал затуманивать воспоминание. Подкорректировав нужные моменты, Люциус вынырнул из омута и, взяв его с собой, отправился в кабинет. Поттера пришлось подождать. К счастью, недолго: негромкие торопливые шаги в коридоре прозвучали почти сразу после его появления в комнате. Люциус обернулся, услышав после скрипа открывающейся двери лишь тишину. Поттер стоял, опершись о дверной косяк и молча смотрел на него. Взмахом руки пригласив его сесть в кресло, Люциус наклонился к столику, переставляя с колен на него омут памяти. - О, омут памяти? А мне казалось, вы собирались предложить мне что-то другое. - Не хочу пересказывать лишний раз то, что вы и сами можете прекрасно увидеть. Прошу, - Малфой размешал палочкой серебристое содержимое омута и широким движением руки пригласил Гарри просмотреть все. Поттер, уже севший в кресло и устроившийся поудобней, подтянул артефакт к себе и, немного поколебавшись, все-таки погрузил лицо в сияющую поверхность. По тому, как он обмяк, можно было сделать вывод, что думосбор начал работать. Люциус откинулся на спинку кресла и, закинув ногу на ногу, принялся ждать. Просмотр занял у гриффиндорца немало времени. Люциус, скучая, от нечего делать рассматривал давно знакомую комнату, то и дело останавливаясь взглядом на макушке Поттера. Не выдержав, аристократ с задумчивым видом перегнулся через столик и осторожно коснулся кончиками пальцев черных волос. Ероша их, сначала осторожно, затем все смелее и смелее, Люциус едва не пропустил тот момент, когда Гарри вынырнул из воспоминания. Быстро пригладив волосы так, как они были, Люциус принял прежнюю позу и безмятежно улыбнулся отстранившемуся от воспоминаний Гарри. Поттер рассеянно улыбнулся в ответ, вставая и разминая затекшее после долгого сидения в одной позе тела, немного прошел по комнате и совершенно не обратил внимания на подозрительно самодовольного Малфоя. Остановившись возле Люциуса и продолжая разминаться, Гарри задумчиво произнес: - Но это не все… Там под конец много белого тумана, перемежаемого с короткими отрывками воспоминаний. Почему так? - Ну, если вы видели, я пил не меньше, чем вы. Разумеется, под конец я уже не очень адекватно воспринимал происходящее. - Но как же тогда вспомнить? Чувствую, именно этих отсутствующих моментов мне и не хватает. А так что-то в голове вроде бы и вертится, но все как-то слишком смутно. Люциус, специально удаливший именно те эпизоды, которые Поттер хотел сейчас увидеть, лукаво усмехнулся и сделал невинное на первый взгляд предложение: - Ну, у меня есть предположение, что тогда происходило. Поттер сначала заинтересованно покосился на него, а потом разочарованно вздохнул. - Не думаю, что его будет достаточно. - Что, даже не выслушаете? - Нет-нет, конечно говорите. Люциус удовлетворенно кивнул и поманил Гарри к себе, заставляя того подойти и наклониться, словно боясь, что кто-то их подслушает. Как только Поттер послушно подошел, Люциус привстал и, не давая Гарри опомниться и отодвинуться, быстро поцеловал его. От возмущения таким вероломством бывший гриффиндорец отпрянул и открыл рот, чтобы высказаться, но Люциус снова сократил расстояние между ними и воспользовался этим, чтобы углубить поцелуй. Поттер, замерев на мгновение, быстро отмер и оттолкнул Малфоя обратно в кресло. Отпрыгнув назад, Гарри возмущенно заявил: - Неправда! Этого не было!.. - и осекся, сообразив, что вспомнил все события того злополучного вечера. - Хм… Кажется, я отключился еще в коридоре. - Именно, и мне пришлось тащить вас на себе до ближайшей спальни. По случайному стечению обстоятельств, ближе всего к нам находилась моя. Люциус был невозмутим, словно это не он все только что взбаламутил. Поттер, не отводя от Малфоя подозрительного взгляда, наощупь нашел свое кресло, сел в него и спросил: - Тогда зачем вы меня только что поцеловали? - Захотелось? Или потому, что одним из способов вернуть вашу память было сильное потрясение? - И какой же вариант верен? - А как вы думаете? - Я думаю, что ни к чему гадать, если можно спросить прямо. - Хм, так не интересно. - Ну почему же, мне, например, очень интересно. Услышать ответ на свой вопрос. - Ммм… И что же вы будете делать, когда услышите его? Гарри на мгновение задумался, а потом пожал плечами. - Я подумаю об этом потом. Люциус недоуменно покосился на своего собеседника. - Простите?.. - Я вернусь домой и подумаю над вашим ответом, - явно веселясь, но сохраняя невозмутимое выражение лица, пояснил Поттер. Люциус недовольно поджал губы. - Тогда не вижу смысла отвечать. - Если вы не ответите, я не смогу сделать выводы из вашего ответа. - Хм, а вы меня ознакомите с ними? - Разумеется. - Ну что ж… Оба. Оба варианта верны.