Волшебная палочка только для Малфоев

Утром второго января Гарри проснулся оттого, что ему было ужасно жарко и душно. Причина этого странного состояния выяснилась только тогда, когда гриффиндорец открыл глаза и более-менее пришел в себя. Первое, что Поттер отчетливо понял, это то, что комната, где он встретил второй день нового года, была ему совершенно незнакома. И оказалась точно не той, в которой его поселили Малфои. Потом к Гарри пришло осознание, что его крепко обнимают и со спины прижимается чье-то горячее тело. Гриффиндорец напрягся, теряя остатки сонливости, и замер, подавляя желание вскочить и с дикими воплями умчаться в рассвет. Вместо этого Гарри прислушался к дыханию своего неизвестного соседа по кровати. Дыхание было ровное и спокойное. Сделав вывод, что сосед спит, маг на ощупь под одеялом снял с себя чужую ногу, выпутался из объятий и, немного отстранившись и преодолев внезапное головокружение, обернулся. Соседом оказался Люциус Малфой. Безмятежно и крепко спящий. Гарри никогда не видел спящего Малфоя и даже ненадолго замер, разглядывая его. Было непривычно обнаружить всегда собранного и неотразимого аристократа таким… расслабленным и домашним. Волосы, обычно распущенные или собранные в хвост, были заплетены в изрядно растрепавшуюся за время сна косу. А на одной щеке и вовсе остался след от подушки. Гарри незаметно для себя заулыбался, рассматривая нового Люциуса, - необыкновенного, спящего. Оторвавшись от созерцания лица, обрамленного несколькими выбившимися прядями, Гарри быстро осмотрел комнату, отыскивая свою одежду. Все вещи нашлись аккуратно сложенные на кресле. Одеваясь, Гарри старался не шуметь и не смотреть лишний раз на Люциуса. Кроме того, встав, волшебник почувствовал себя не очень хорошо: голова закружилась, виски сжало словно тисками, а к горлу подкатила тошнота. Поэтому гриффиндорец не заметил, что все то время, пока он вовсе не так тихо, как рассчитывал, копошился у стула, за ним пристально наблюдала пара серых глаз. За дверью спальни Гарри вызвал приставленного к нему домовика, переместился с его помощью в свою комнату и, забрав вещи, воспользовался личным порт-ключом, чтобы попасть домой. Проигнорировав вышедшую встречать его домовичку, гриффиндорец бросил свои вещи прямо у порога и заспешил наверх, в свой кабинет. Рухнув в вовремя подвернувшееся кресло, Поттер положил руку на подлокотник, подпер ею же щеку и глубоко задумался. Вопросом дня, разумеется, был назначен следующий: "Как я в одних трусах оказался в постели с Люциусом Малфоем?". Чтобы ответить на него, Гарри разумно решил вспомнить, что же происходило накануне. Но память подсовывала только расплывчатые сцены распития разных сортов вин и обрывки разговоров, ничуть не проясняющие причину произошедшего, а дальше - буксовала. Не выдержав напряженной, но безрезультатной работы мозга, Поттер вскочил с кресла и принялся нервно мерить комнату шагами. Мигрень и тошнота, было успокоившиеся, снова дали о себе знать. Не обращая на плохое самочувствие внимания и наворачивая во взятом темпе круг за кругом по кабинету (так ничего в итоге и не вспомнив), Гарри в конце концов решил пока не встречаться с Малфоем лично, а вместо этого отправить ему список зелий и описание оставшихся ритуалов. Ведь, если подумать, свою основную работу - создание палочки и первичную привязку - он выполнил, а с ее завершением Люциус может справиться и сам. Решив так, гриффиндорец достал пергамент, перья и чернила. Запечатанное письмо Гарри отдал купленному им почти два месяца назад "сОву"-сплюшке. Вернее, попытался отдать: пестрая некрупная сова, за свой характер прозванная Гермионой Деймосом, привычно увернулась от письма, успев пару раз клюнуть гриффиндорца по пальцам. В очередной раз прокляв тот день, когда поддался умильному взгляду и купил это исчадие ада, Поттер сделал вторую попытку. Получив по пальцам еще раз, он наконец выловил сову и вытащил из клетки. Прижав Деймоса к себе так, чтобы тот больше не мог его клюнуть, Гарри привязал к мохнатой лапе письмо и поднес пернатого почтальона к окну. - Письмо для Люциуса Малфоя. И, Деймос, имей совесть - прекрати заклевывать бедных домовиков. Они ничем перед тобой не виноваты. Ты меня понял? - предупредил напоследок Поттер. Не получив сразу ответа, маг слегка встряхнул птицу, и та неохотно, недовольно ухнула, словно делая хозяину одолжение. Только после этого Гарри выпустил сплюшку в окно. Куда та вылетела, умудрившись зацепиться за занавеску. От сильного рывка ткань порвалась, и меньший, но все равно не маленький, кусок остался в когтях вредного пернатого хищника. Гриффиндорец, с тоской и с добрым словом вспомнив Буклю, пошел искать в доме заживляющую мазь. Когда спустя несколько часов домовиха сообщила о том, что к хозяину пришел гость и этот гость Люциус Малфой, первым порывом гриффиндорца было запереться в кабинете и не выходить, а еще лучше - сказать, что его, Гарри, и вовсе нет дома... или найти еще какой-нибудь повод не встречаться с незваным посетителем. Но, конечно, Гарри не мог себе такое позволить. Это было бы совсем по-детски и могло быть воспринято аристократом как грубость. Кроме того, такое поведение противоречило принципам Гарри. Так что, сделав глубокий вдох и приняв самый спокойный вид, волшебник сел туда, где чувствовал себя уверенней всего и через домовичку передал Малфою-старшему просьбу подняться. Пока тот шел, гриффиндорец морально готовился к тому, что ему будет очень стыдно за свое вчерашнее поведение, которого он не помнил скорее всего из-за того, что по-свински напился. А чем обычно такое для него кончается Поттер знал очень хорошо. Едва войдя, Люциус сразу отметил нервозность Гарри и его защитную позицию. Дав понять это всего лишь легкой ободряющей полуулыбкой, Малфой сел в свободное кресло напротив хозяина дома и тут же перешел к главному вопросу своего визита. - Гарри, доброе утро. У вас что-то случилось? - М-м, доброе утро, Люциус. Нет, что вы, все в порядке, что могло произойти за то время, что мы с вами не виделись? В голосе Гарри, задавшего этот вопрос, можно было легко уловить намек на сарказм, но аристократ, кажется, предпочел его не заметить. - Однако, кажется, что-то все-таки произошло. Вы так поспешно покинули поместье, что ваш уход напоминал скорее... побег. Хотя вчера вы намеревались остаться еще на день. Если не секрет, что все-таки случилось? Гарри почувствовал себя очень неуютно. Ничего такого он, разумеется, не помнил. И, кажется, это обещание было вовсе не единственным пробелом в памяти. Поведение Люциуса наводило на мысль, что гриффиндорец натворил еще что-то такое… Многозначительно промолчав, он попытался представить это “что-то такое”, но в конце концов лишь нервно передернул плечами, словно пытаясь избавиться от этого ощущения, а затем все-таки сдался и признался: - Мне бы тоже хотелось это знать... Судя по слегка ошарашенному взгляду, такого ответа Малфой не ожидал. - Что, простите? Гарри, нервозным движением поправив очки, пояснил: - Я почти ничего не помню из того, что происходило вчера вечером. Так что я понятия не имею, что случилось. Кажется, вы знаете о том, что происходило, больше моего. Люциус какое-то время молчал и сверлил Поттера пристальным взглядом, а потом медленно, очень медленно, словно давая прочувствовать всю суть своего вопроса, поинтересовался: - Гарри... Если я правильно понял, вы раньше не пили волшебных вин? Гриффиндорцу стало еще более неуютно. Кашлянув, он скромно поинтересовался: - А что, такие вина существуют? Судя по тому, как Малфой отвернулся к окну и с усталым вздохом сжал пальцами переносицу, такие вина существовали. И именно их Гарри вчера употреблял. И, наверное, у них были какие-то побочные действия. - Да, Гарри, и пить их много без привычки нельзя, - с какой-то непонятной тоской в голосе Люциус подтвердил догадки гриффиндорца, а затем, после обоюдного многозначительного молчания еще более тоскливо, но словно только для себя, произнес: - Я, конечно, знал, что это будет непросто. Но чтобы настолько... Прав был все-таки Северус. Мордредов пророк. Поттер не совсем понял, что аристократ имел в виду, почувствовал только, что у него есть повод обидеться. Подумав об этом, но так и не решив, как реагировать, Гарри уточнил: - Кхм, Люциус? Что вы имеете в виду? Этот простой вопрос почему-то заставил аристократа встрепенуться и с подозрением посмотреть на своего собеседника. - Только не говорите, что у вас настолько больше пробелы в памяти, что вы забыли и произошедшее пару месяцев назад... Гарри нахмурился и покачал головой. - Да нет вроде. Только вчерашний вечер плохо помню. А что, были случаи? Малфой, продолжая мерить собеседника подозрительным взглядом, ответил: - Да, были. Слабый маг может забыть очень многое - и надолго. В прошлом даже таким свойствам вина было найдено применение. В основном, конечно, во всяких… хм, делах личного характера... Вы точно все помните? И Северуса? До Гарри наконец окончательно дошло: Люциус, кажется, неправильно понял его вопрос, решив, что гриффиндорец забыл про выжившего Снейпа. Гриффиндорец! Забыл! Про Снейпа! Это абсолютно невозможно! И никакие вина не способны добиться такого результата. Снейп, как ни крути, незабываем. - Да помню я все. И Снейпа помню. И даже могу назвать число, когда мы с ним в последний раз виделись. Так как для встречи с ним мне нужно было пройти через ваш камин, можем сверить... даты. Единственное, что я не помню - это вчерашний день. Люциус окинул Гарри еще одним внимательным взглядом и, успокаиваясь, качнул головой. - Нет, не стоит. Я вам верю. Помолчав пару мгновений, словно собираясь с мыслями, Малфой продолжил уже бодрее: - Что ж, если ваша память пострадала так слабо, то в ближайшее время она восстановится. Просто считайте это явление своеобразным... похмельем. - На этом моменте разговора Гарри, один раз в своей жизни действительно страдавший настоящим жесточайшим похмельем (и именно благодаря этому похмелью гриффиндорец потом стал практически трезвенником), скептически хмыкнул, а Люциус, разумеется, не смог оставить эту реакцию без внимания: - Да-да, если сравнивать с состоянием обычного похмелья, то разница просто колоссальна. И если с этим вопросом мы разобрались, то я хотел бы вернуться к вашему письму... Гарри, так дела вести не стоит, вам не кажется? Я буду настаивать на продолжении ваших контрольных визитов. Инструкции - это, конечно, хорошо. Но специалистом по волшебным палочкам я все-таки не являюсь и могу случайно сделать что-то не так. А если вам неприятна именно моя компания, то я могу передать свои обязанности Драко. Гарри, почти не раздумывая, отказался от этой идеи. Хотя у него самого в какой-то момент разговора проскользнула подобная мысль, но променять Люциуса на Драко?.. Нет, он бы не хотел. - Мне... придется вводить его в курс наших дел практически с самого начала, а это отнимет слишком много времени и сил у нас обоих. Слишком… нерационально. Так что я и дальше предпочту ваше общество. - Рад, что вы тоже так думаете, Гарри. У меня к вам больше вопросов нет, а у вас ко мне? - Дождавшись отрицательного ответа, аристократ встал, подводя итоги разговора: - В таком случае, жду вас, как мы и договаривались первоначально, на Имболк. Поттер проводил аристократа до выхода, где они попрощались, чуть ли не раскланиваясь, но, прежде чем выпустить Малфоя из своего дома, Гарри придержал дверь и неуверенно, явно испытывая чувство неловкости, спросил: - Эм, Люциус?.. А что же все-таки вчера произошло? Тот обернулся и пару мгновений молча смотрел на Поттера, а потом, загадочно усмехнувшись, неожиданно шагнул гриффиндорцу навстречу и, наклонившись, прошептал на ухо: - Теперь ваша очередь страдать от неопределенности, Гарри. А я откланиваюсь. До свиданья. И эффектно развернувшись, аристократ ушел, оставляя слегка дезориентированного Гарри смотреть ему вслед. Очнувшись только после хлопка аппарации, Поттер чертыхнулся сквозь зубы и вернулся в кабинет. Раздираемый мыслями совсем не о работе, гриффиндорец сел за стол разбирать скопившуюся за время его отсутствия почту. Разумеется, надолго его усидчивости не хватило. Поймав себя на том, что просто скользит взглядом по строчкам, не разбирая их смысла, Гарри здраво рассудил, что еще один день ожидания для писем особой роли не сыграет, а вот он успеет за это время привести голову в порядок и успокоиться. С такими мыслями Поттер отложил все бумаги в сторону и, попросив у Киры всякого вкусно-съедобного и чая, удалился в свою скромную (всего-то три забитых книжных шкафа, причем в двух - исключительно рабочая литература) библиотеку. Кое-как промаявшись до наступления темноты, Поттер в итоге отправился спать. Новое утро оказалось радужнее вчерашнего. Хотя за ночь ничего не изменилось, но выглядело все немного иначе. После завтрака Гарри окончательно вос­ста­новил свое ду­шев­ное рав­но­весие, причем нас­толь­ко, что даже смог за­нять­ся не слиш­ком слож­ной ра­ботой. Но сто­ило ему сос­ре­дото­чить­ся, как ис­те­рич­но взвиз­гнул ко­локоль­чик над вход­ной дверью и не­навис­тный еще со шко­лы го­лос про­орал: - Пот­тер! Гар­ри вздрог­нул, нег­ромко руг­нулся и, ос­та­вив ра­боту на по­том, спус­тился в ма­газин. - Мал­фой, таб­личка “Зак­ры­то” для ко­го ви­сит? Или ты под ста­рость лет чи­тать ра­зучил­ся? Дра­ко ед­ва не за­шипел от воз­му­щения и от­нюдь не лас­ко­во ус­та­вил­ся на Пот­те­ра, сло­жив­ше­го ру­ки на гру­ди и всем сво­им ви­дом вы­ража­юще­го не­доволь­ство. - Я умею чи­тать. И чи­таю, при­чем не толь­ко ко­рявые вы­вес­ки, но и ум­ные кни­ги. Сре­ди ко­торых есть да­же кни­ги по эти­кету! Чем яв­но не мо­жешь пох­вастать­ся ты! Гар­ри чуть скон­фу­жен­но хмык­нул и ус­та­ло по­тер гла­за. Гля­нув на Мал­фоя-млад­ше­го гла­зами не­вин­ной ла­ни и чуть по­мяв­шись, он все-та­ки из­ви­нил­ся: - Прос­ти, Дра­ко, прос­то ты не вов­ре­мя. Я толь­ко сел за ра­боту, а тут ты… я и сор­вался. Дра­ко с не­чита­емым вы­раже­ни­ем ог­ля­дел чуть сму­щен­но­го гриф­финдор­ца и царс­твен­ным жес­том взмах­нул ру­кой: мол, про­щаю. - Те­бя приг­ла­сить на чай-ко­фе? Или сра­зу к де­лу? - Сра­зу к де­лу. Мо­жешь да­же не приг­ла­шать при­сесть. - Ну, тог­да слу­шаю. Дра­ко кач­нул го­ловой в сто­рону две­ри: - Со­бирай­ся, я про­веду те­бя в по­местье… Гар­ри нап­рягся и от­пря­нул: - Нет! - Что нет?! А оме­лу твою сни­мать кто бу­дет?! Ее да­же отец рас­ча­ровать не смог. Пот­тер сму­щен­но за­каш­лялся и за­мол­чал. Че­рез ми­нуту раз­ду­мий он при­нял ре­шение и де­лови­то по­ин­те­ресо­вал­ся: - Лю­ци­ус в по­местье? Дра­ко удив­ленно по­косил­ся на гриф­финдор­ца и от­ри­ца­тельно кач­нул го­ловой. - Нет, и, кажется, отца до ве­чера не бу­дет. - Хм... Ладно, - Гарри сделал вид, что не больно-то ему было и надо, мысленно вздыхая с облегчением. Ведь как вести себя с Малфоем-старшим он по-прежнему не знал, и это незнание вызывало у него неловкость и почему-то ощущение дежа вю. - Ты будешь ждать, пока я соберусь, или встретишь меня у ворот поместья? - Я подожду, Поттер, - великодушно сообщил Драко, приземляясь в ближайшее кресло, и уже оттуда и гораздо менее великодушно добавив: - Но недолго. Так что лучше тебе поторопиться. - Это прозвучало почти как угроза, Малфой, - пробормотал в ответ гриффиндорец и все-таки направился в спальню. Поттер, как и всегда, быстрый на подъем, не заставил бывшего однокурсника долго ждать. Активировав защиту дома, маг и его гость покинули магазинчик, оставляя выглянувшую с кухни на звуки Киру недовольно смотреть им вслед. Кажется, домовичка была не очень рада тому, что хозяин снова куда-то уходит.