Как король Трандуил балет ставил

Задорные уличные танцы яркой россыпью украсили сцену. Четкий ритм и позитивная мелодия пришлись зрителям по душе: они хлопали и топали в такт, а особо нетерпеливые любители искусства начали приплясывать на стульях. Их быстро усадили недовольные соседи, дабы видеть происходящее на сцене. А там, надо сказать, происходило нечто весьма примечательное. Принц Леголас в роли скромного лихолесского оружейника кадрил красавицу из богатого рода в исполнении Тауриэль. Мимика и жесты заставляли зрителей хохотать до упаду, а стремительные танцевальные па напрочь лишали дыхания и без того задыхавшихся зрителей. От головокружительных поддержек даже надменные нолдор восторженно охали, а от тройных вращений Тауриэль некоторых гномов выворачивало наружу (вот и пригодились предусмотрительно припасенные бумажные пакеты). Стройные ряды премилых купидонов изящно водили хоровод вокруг Тауриэли, являвшейся в прекрасном сне Морготу аки Трандуилу. Верный Алексей Михайлович тем временем прикорнул в уголке и тайком посасывал злосчастную корону из жженого сахара. Однако самой эпичной сценой балета оказалась встреча Дон Моргота с мельницей. Бедняга айнур сослепу принял ее за вражеских орлов и бросился на бедное строение с палицей наперевес, возмущенно тыча в него средний палец левой руки, где, по легенде, находилось кольцо всевластья. Роскошная свадьба стала финальным аккордом яркого балета и камнем преткновения для зрителей. Все по простоте душевной подумали, будто Леголас на самом деле женился на Тауриэли, а представление было лишь поводом для приглашения на свадьбу. Роханцы во всю глотку орали «Горько!», стоило только Принцу притронуться к Тауриэль. Возгласы коневодов раззадорили весь зал, и скоро все зрители без исключения вопили: «Горько!» Такого поворота артисты не ожидали, но разгоряченный Леголас инстинктивно поцеловал Тауриэль на глазах у очумевшей труппы. Зал радостно взревел, и зрители бросились на сцену поздравлять «молодоженов». Трандуил за кулисами радостно потирал руки и просил Алешу дать ему пять. Свалка продолжалась долго, и когда, наконец, все успокоились и расселись обратно по местам, на сцену вышел широко улыбающийся Трандуил и громовым голосом провозгласил: — Дорогие гости! Как вы уже поняли, собрались мы сегодня не просто на балет, а на свадьбу моего сына и прекрасной девушки Тауриэль! Похлопаем молодым! Тем временем Леголас усиленно соображал, с какого перепугу он вдруг превратился в жениха. Для него привлекательность сего статуса был весьма сомнительна. Уже не первое столетие отец под разными предлогами пилил его по поводу поиска жены: то внуков ему хочется, то принцу негоже холостяком второе тысячелетие ходить, то валар знает что приходило в королевскую голову после очередной попойки с Алешей. Леголас категорически отказывался добывать себе вторую половинку, то из принципа, то из вредности отказывая отцу. Тем не менее, лежа ночью в постели и раздумывая о будущем, принц порой мечтал о красавице-жене, о спокойной семейной жизни, даже о розовощеких детках. И сейчас все складывалось как нельзя лучше. Тауриэль девушка неплохая, на репетициях они веселились от души, отец в ней души не чаял. А она, улыбаясь, стояла перед ним. Сверху посыпались лепестки роз и золотые ленточки, а из зала полетели на сцену цветы, заботливо припрятанные под стульями. — Горько! Горько!

***

Трандуил тихо сидел подле Алеши, потягивая вино прямо из бутылки. Лось, смачно причмокивая, досасывал корону из жженого сахара. — Видишь, дружок, пара предусмотрительных мероприятий, и сынка поженили. Вот увидишь, скоро и детки пойдут, — блаженно улыбаясь, протянул король.