Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

- Что здесь за чертовщина творится? - ошарашенно произнёс Гажел, нервно вертя головой во все стороны, ожесточённо принюхиваясь и напрягая слух изо всех сил. Эта девица свалилась на них в прямом смысле слова из ниоткуда, прямо из воздуха! И перед этим ни он, ни Саламандр не слышали даже намёка на то, что в этих горах, кроме них и девчонок, хоть кто-то ещё живой имеется. Жаль, что от пережитых избиений девушка, едва приземлившись, потеряла сознание, теперь не скоро удастся узнать у неё, кто же её раздел и изувечил, и как так получилось, что перед её появлением убийцы драконов не учуяли запаха её крови, который теперь буквально разъедал ноздри черноволосому любителю железа. Нацу насторожился ничуть не меньше товарища, даже начал нервно метаться, разбивая огненными взрывами обледенелые сугробы перед собой. Он тоже не понимал, почему они заранее не почуяли того, что здесь эта незнакомая девушка, которую, судя по её виду и состоянию, подвергли жестоким и унизительным пыткам. И теперь он боялся. Да, бравый сын Игнила почувствовал настоящий, пробирающий до дрожи и колющий каждую жилу болезненным параличом страх. Вот кто теперь знает, что здесь происходит? Может, девчонке удалось сбежать каким-то чудом из плена, а здесь ловушка какая-нибудь? Сейчас они в неё попадутся, и что тогда? Не будь девчонок рядом, сын дракона бы лишь вызывающе усмехнулся, даже осознавая, что, возможно, поблизости их ожидает смертельная опасность. В себе Нацу всегда был уверен, а Гажел тоже был парень не промах, такие вон чудеса выкомаривал, что даже у сильного и безудержного, как подвластная ему стихия, Драгнила порой глаза на лоб лезли от фокусов его стального друга. Одно то, что Редфокс, как и сам Нацу, сразу же вызвался на арену отрабатывать долги Грея, не боясь того, что до победы он может и не дожить, вызывало у огненного неподдельное уважение. Но... сейчас всё было не так просто. Неизвестность напрягала, ни он, ни Гажел не знали, что происходит у них под боком. Драконий нюх и обострённый до уровня звериного слух не помогали. А с ними девчонки. Они устали, замёрзли, измотаны - Джувию точит нервный срыв, а Кана сама себя изводит, тратя энергию на то, чтобы наколдовать себе выпивки да разведённый Нацу костёр поддерживать. Одно дело, если им с Гажелом понадобиться биться пусть даже с целой ордой противников. И совсем другое - если им надо не только валить всех без разбору, так ещё и прикрывать тех, кто более уязвим. Тем более, девушка, свалившаяся на них прямо с неба, точно поплатится, если попадётся к своим мучителям, от которых сбежала. В том, что какие-то выродки здесь, рядом, огненный маг даже не сомневался. Ведь не из параллельного же мира эта девчонка прилетела?.. - Валить отсюда надо, - выдохнул в никуда Драгнил, уставившись на поваливший у него изо рта пар. Он даже не старался говорить громче, хоть и отошёл далековато от ребят - знал, что Гажел его и так услышит. Привыкший поспорить с огненным ради самого процесса перепалки стальной сейчас даже не стал возражать и негромко произнёс: - Понял тебя. Взяв на руки незнакомку, он глубоко вдохнул, надеясь ещё, что сможет почувствовать хоть какие-то признаки нахождения врага. Он даже сделал было шаг, разворачиваясь с закутанной в куртки парней на руках беглянкой неизвестно из какого ада в сторону сидевших у костра Джувии и Каны. Но тут же замер, словно его в цемент закатали. Потому что, когда он сделал этот самый вдох, он то ли действительно почувствовал, то ли ему просто показалось из-за того, с каким остервенением они бросили все силы на поиски Отмороженного... Но от девушки исходил едва уловимый, но всё-таки ощущаемый запах Грея. Причём такой едва держащийся, будто бы ледяной лишь раз слегка коснулся её. Ну, или пинка дал. Гажел даже прыснул от абсурда, каким обладала эта его случайная мысль. Он ведь знал, что Грей, каким бы отмороженным на всю голову любителем кулаки почесать он ни был, никогда не станет бить девушку. Просто Редфокс, представив, как Фулбастер даёт девчонке пинка, даже не осознавал, насколько он сейчас близок к истине. *** Знали бы сейчас Нацу, Гажел, Джувия и Кана, какое облегчение они посеяли в душе ледяного, когда после того, как Нацу пометался по окрестностям, выискивая непонятно кого, Гажел взял Пенни на руки и после короткой заминки подошёл к девчатам, они перебросились несколькими не дошедшими до слуха Отмороженного фразами и пошли прочь от этого проклятого места! Всё это заняло чуть больше минуты, а стоявшему со скованными за спиной руками и болтающейся на шее туго затянутой цепью ледяному показалось, что прошла целая вечность. Сердце его колотилось, как голова эпилептика о деревянный пол во время припадка - так же быстро, громко. И каждый удар во всей грудной клетке отчего-то вызывал нечеловеческую боль. Да, Фулбастеру было сейчас очень страшно. И всё потому, что он не знал, как же ему быть, если сейчас члены "Тёмного Братства" во главе с его папенькой не дадут ребятам уйти, а нападут на них. Не ведая, что и откуда взялось, даже Нацу с Гажелом со всей их силушкой богатырской не смогут дать достойного отпора врагу, которого они не могут ни увидеть, ни услышать, ни хотя бы почувствовать. А от него, как от бойца, сейчас толку, как от пластикового ножичка против револьвера. - Сильвер, ты что, позволишь им уйти? - не веря своим глазам, Леон указал рукой в сторону удаляющихся ребят во главе с Гажелом, несущим на руках чуть не погибшую Пенни. Бастия сначала ничего не предпринимал в ожидании указаний от Фулбастера-старшего. Но, поняв, что тот не изъявляет желания атаковать уходящих, решил уже спросить напрямую, без обиняков. - Да, - только и отозвался Сильвер, даже не считая нужным причин этому называть. - А я вот не позволю! - заорал Бастия, покрывая себя ледяным облаком, которое благодаря заранее проведённому ритуалу даровало ему магию сокрытия. Теперь в себе он был уверен, он знал, что, подкравшись со спины, он сможет вырубить даже слышащих и чувствующих любой шорох драконов. А с девками разделаться ему так вообще труда не составит - одна пьяная в хлам, вторая от того, что слёзы по Фулбастеру денно и нощно льёт, еле на ногах стоит, до того себя извела. - Ну что, голубки, скоро встретитесь, - зло усмехнулся Бастия, сверкая единственным глазом. - Посмотрю, как ты визжать будешь, когда твоих дружков мы живьём распотрошим и силу их магическую заберём, а девок... - Заткнись, - глухо выдохнул Грей, перемещаясь наперерез Леону настолько быстро, насколько того могли позволить полученные и не леченные раны, полное бессилие и скованные за спиной руки. Даже сейчас, когда, казалось, он уже не в силах ничего изменить, Грей вдруг воспрянул духом. Он внезапно понял, как пресечь попытки Леона навредить дорогим его сердцу людям. Ему только надо любой ценой избавиться от цепей, и дело в шляпе. С возможностью колдовать он не только Бастии, но и всей этой шайке такую встряску устроит, что они пятый угол здесь будут искать. Он помнил, как уже единожды это случилось. Да-да, в тот самый день, когда он, как наивный остолоп, поверил в то, что его оставили присматривать за пленницей, по факту оказавшейся клоном Браи, ныне пожирающей его взглядом с плохо скрываемым намерением убить его за то, что отобрал у неё любимую игрушку - приговорённого по её прихоти к смерти и пыткам живого человека. Он, может, и не был никогда великим стратегом и мастером по коварным планам, предпочитая биться в открытую и до одури, но ему запомнилось то, как он поглотил лёд, устремлённый в него с подачи Мики и Леона. Призванная стать для Грея разящим его оружием стихия покорилась ему и дала ему небывалую силу, которой он раньше не ощущал. Значит, и сейчас он справится. Будет жрать лёд, благо его тут под снегом навалом, пока от нутра ничего живого не останется. И биться. Да так, как ни бился никогда, чтобы задержать отца, мать, Бастию, чёртова демона, любительницу поиграться со своими копиями и отца мастера. Грей знал, что победить всех он всё равно не сможет - найдётся тот, кто загонит его в угол и вырубит. Но он обязан был протянуть время - пока здесь будет твориться это безумие, ребята успеют уйти. Он будет вести этот заранее обречённый на проигрыш бой, пока лёгкие его содрогаются в попытках зацепить порцию кислорода. Только вот осталось от цепей избавиться. Это Фулбастеру казалось, что он раздумывал тут обо всём, как девицы в сказках, три дня и три ночи. На самом деле едва пара мгновений успела смениться ещё одним. - Чего ты сказал?! - угрожающе выдохнул Бастия, тут же выпуская перед собой пару подпрыгивающих на месте ледяных пантер. И лишь та самая вызывающая у противников сомнения в его адекватности ухмылка Грея была Леону ответом. Более того, Отмороженный даже не попытался уклониться от атаки пантер, бросившихся на него по мановению руки блондина. Да что там - он, рефлекторно напрягая мышцы связанных накрепко рук, сам шагнул им навстречу, словно подставляясь под удар. Даже Брая обалдела от такого поворота, велев двум своим уже затанцевавшим в попытках приблизиться к отчаянному ледяному копиям пока что замереть на месте. - Чёртов смертник, - хмыкнула она, уже не разбирая, что происходит. Пантеры, синхронно взмыв в прыжке, набросились на шатающегося и измождённого долгим пребыванием в подземелье на цепи Грея. Из-за того, что ледяные звери и полуживой маг сцепились в одном клубке, где две дикие кошки пытались разорвать одного дышащего на ладан человека, поднялся целый столп взметнувшегося небольшим бураном снега, и теперь волшебница клонирования ничего не видела. Впрочем, как и остальные. Мечущаяся из-за размаха борьбы ледяных животных и человека, лишённого возможности биться в полную силу, снежная круговерть ещё продолжала свою хаотичную пляску. А сквозь неё уже проступал силуэт стоявшего в полный рост Грея Отмороженного. Тут-то все присутствующие и встрепенулись. Во - первых, руки парня были совершенно свободны. А, во - вторых, пантер видно нигде не было. Будто бы он их поглотил. - Ну ты и кретин, Леон! - Иван тут же встрепенулся, бросаясь в сторону молодого убийцы демонов. - Он же лёд жрёт, а ты его ещё и подкармливаешь! Времени сын мастера "Хвоста Феи" даром не терял, тут же, окутав себя облаком тёмной материи, придал ей форму стремительно передвигающихся в воздухе цепей с крюками на концах и метнул созданное им оружие в Грея, надеясь, что острые крюки разорвут ему мышцы, что раны его будут настолько глубокими, чтобы у Фулбастера даже после поглощения льда не осталось сил биться. Но теперь Грей оказался быстрее. Атакующие делали шаг - а он обгонял их уже на два. Прогоняя вытаскиваемый им из-под залежей почти окаменевшего снега лёд, парень буквально заставлял его проходить через себя, через своё искалеченное и истрёпанное ранами и цепями тело. О да, как же он скучал по этому чувству свободы от всех оков... Он ведь даже забывать начал, как это - когда твои конечности не ноют от пут, когда можешь свободно передвигаться. И пусть сейчас от переизбытка то приходящей к нему, то покидающей его в виде ледяного апокалипсиса силы Грей чувствовал, что каждая мышца будто бы рвётся от перенапряжения, он упивался тем, что он снова может всё, что пожелает. Но Отмороженный устроил это ледяное безумие не только ради того, чтобы просто отвлечь на себя внимание членов "Тёмного Братства". Помимо того, что он взрывал лёд так, чтобы постоянно сбивать с ног своих палачей, не давая тем подняться, отряхнуться и отправиться в погоню за ребятами, так ещё он готовил силы для одного очень интересного удара. Грей подумал, что ускорить друзей и Джувию будет отличной идеей. Пусть и немного грубовато, с помощью ледяного тайфуна. Но ведь его пендель уже дал возможность Пенни выбраться оттуда, где её ждала верная гибель. Так что да простят его друзья и любимая, но примерно минут через пятнадцать до Магнолии их донесёт в своих колючих и холодных объятиях настоящая ледяная лавина. Главное - продержаться эти самые пятнадцать минут. Главное - заставить ещё действовать этот круговорот изо льда, который он тут организовал, прокладывая под снегом настоящую ледяную дорогу, которой с минуты на минуту суждено было вынести хвостатых вместе с чудом выжившей Пенни как можно ближе к черте Магнолии. Только вот не так-то всё просто было. Да, Отмороженный неплохо валил с ног тёмных, даже не давая им прийти в себя, а, заставляя стихию льда безумствовать хуже цунами, он ещё и оказывался как бы за импровизированным таким щитом. Но это совсем не значило, что члены "Тёмного Братства" и Брая вместе с ними сопротивления совсем не оказывали. Теперь уже не было в них той растерянности, что настигла их во время первого такого выпада Грея. Сейчас они действовали более собрано, все их атаки были нацелены на то, чтобы суметь окружить Грея и замкнуть расставленную ими западню, затолкав его в гравитационную ловушку, ответственность за изготовление которой взял на себя Иван. Леону и Мике Сильвер велел даже не принимать участия в бою, дабы не подкармливать Грея родной ему стихией. А, так как Бастия и мама Отмороженного только при помощи льда биться и могли, им в этой схватке делать было нечего. Ледяные маги хотели было отправиться в погоню за неспешно удаляющимися и не ведающими об опасности, нависшей над их шальными головами, хвостатыми и заодно забрать подготовленную для проведения ритуала наложения на Грея магии сокрытия пленницу. Но Отмороженный, хоть и с трудом разбирал, о чём там перекрикиваются между собой его противники, которых всё-таки для него было слишком много, сразу смекнул, что идея отправить Мику и Леона вдогонку за его друзьями у тёмных возникнуть запросто может. И потому, даже осознанно не блокируя в течение почти минуты ответные атаки Браи, Ивана и Сильвера, он все силы устремил на то, чтобы заточить мать и того, с кем когда-то обучился азам созидания льда, в темницу из материала, что с виду был хрупок, как стекло, прозрачен, как капля утренней росы, и твёрд, как византийская сталь. Ледяной Паралич - нечто, похожее на Ледяную Тюрьму, только куда эффектнее. Противник оказывался закатанным в лёд, как в цемент, и единственное, что ему оставалось - это лежать без движения в холодной глыбе и дышать. Даже глазами хлопать и то, не получалось, потому что закованы в лёд жертвы такого заклятья оказывались с головой, а кислород к ним поступал через микроскопические отверстия в холодном капкане. И то такое снисхождение было уже проявлением доброй воли Отмороженного - если применяющий Ледяной Паралич маг того хотел, он мог и даже эти крупицы кислорода у своих жертв отобрать. Выбраться из этой западни было совсем не просто даже для магов, чьей стихией был лёд, поэтому Отмороженный был уверен, что на ближайшие полчаса о существовании этих двоих можно будет позабыть. Усложняло всё то, что Сильвер, Иван, Брая и Мар де Голль даром времени тоже не теряли - пока выдалась возможность, стали кидаться на отбивающегося Рёвом Ледяного Демона парня всем скопом, не давая отдышаться. Численный перевес был на стороне "Тёмного Братства", но козырем Грея было то, что подпитку он мог взять прямо из под собственных ног, на которых с трудом держался. Просто надо было в миг поглощения льда припадать плотнее к сугробам, временами чуть ли не впечатываясь лицом в раздирающий кожу наст. Раз! - пока он следил за тем, чтобы Леон и Мика уже не смогли сдвинуться с места, и ледяной капкан начал расширяться, его ослепила световая вспышка, и всё тело начало лихорадить, а со спины сами по себе стали отваливаться куски его собственной кожи. Медленно так, тонким слоем и болезненно до одури. А до оголившихся ран стали дотрагиваться пропитанные солью плети, зажатые в руках клонов Браи, которые вместе со своей создательницей всё пытались подобраться к Грею поближе. Пока безуспешно - ледяные всполохи исправно валили их с ног, не подводя черноволосого парня, отбивающегося с неистовством загнанного зверя. Два! - Грей закатывает панцири изо льда на попавшихся в них Мике и Леоне, а Иван, сумев встать, пользуется этим и стреляет в сына Сильвера сгустком тьмы. Отмороженный лишь замотал головой, сплёвывая кровь, отчего отец Лексуса даже удивлённого возгласа не сдержал: - Вот баран упёртый! Ну, и как теперь такого свалишь? Он не знал того, что его выпад здорово тряханул Грея. Да так, что тот доделывал капканы изо льда просто на автомате, даже не пытаясь отбиваться. Ему казалось, что его шарахнули по затылку чем-то очень тяжёлым, от чего теперь в голове гудело. И тошнить его стало так, что первые рвотные позывы в виде смешанной с кровавыми сгустками слюны молодой убийца демонов сдержать не смог. Но от начатого он уже не отступался, продолжая заключать мать и ставшего злейшим врагом товарища детства в плен, из которого им трудновато будет вырваться. Чёрт, если бы не параллельная подпитка льдом, он уже давно валялся бы здесь и блевал под себя, это Грей осознавал с поразительной ясностью. Поражение неминуемо, наказание за его выходку тоже... Но сейчас он просто обязан всё это немного оттянуть, пусть и ценой собственного здоровья! Три! - а вот и Сильвер подоспел. Неуклюже проехавшись на пятой точке после очередного падения, он всё-таки нашёл тот участок, на котором мог более - менее удержаться, и метнул в сына пучок сетей, похожих на рыболовные и созданные из вырвавшихся из рук Фулбастера - старшего световых лучей. Но вот этой атаке достигнуть своей цели было не суждено - Грей как раз закончил с капканами для Леона и Мики и продолжил потихоньку проталкивать ледяную тропу под снегом дальше и дальше, параллельно сжирая тот лёд, что ещё получалось, и отстреливаясь после поглощения новыми взрывами острых, как заточенные кинжалы, ледяных глыб. Только бы потом не дёрнули черти ребят сюда вернуться и продолжить поиски, подумалось ледяному, когда тот, теряя равновесие, рухнул на колени, подкошенный из-за удара Мар де Голля. Крыса потусторонняя, зло ругнулся Грей себе под нос. Ну да, не стоит ему забывать о том, что не только он обрёл странную способность мутузить демонов, как простых смертных. Демоны ведь отвечали ему тем же, как Мар де Голль сейчас. Стараниями Этериаса у Отмороженного кровь хлынула из носа, из ушей и даже изо рта, ему стало тяжело дышать, а пространство вокруг него начало расплываться, периодически сливаясь в одно сплошное белое пятно. Потом только до парня дошло, что у него и глаза кровоточить начали. Но даже это не вынудило ледяного остановить то, что он уже начал. Тем более, что он давненько заметил - начинённый его собственной кровью лёд и оружие из него в разы больше урона наносит. Правда, и сил отбирает намного больше, но это, так сказать, издержки производства. Это Отмороженный обязан будет потерпеть, чтобы довести свой сумасшедший замысел до конца. Ведь ледяная дорога под снегом, теперь щедро приправленная кровью своего полуживого создателя, уже покинула пределы черты, до которой действовала чёртова магия сокрытия. А значит, ещё немного - и нужно будет делать решающий удар. Нет, внезапно понял Грей, не немного. Стрелять нужно уже сейчас, потому что даже на эти несколько минут его уже может не хватить...