Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

Не снимая с Джувии серебряных цепей, Леон каким – то образом умудрился одеть на неё длинный сарафан, лямками которому служили две тоненькие завязочки. Потом схватил за скованные руки и поволок её к выходу так, что синевласка едва успевала перебирать обмотанными цепями ногами, чтобы не потерять равновесие и не рухнуть на пол. Вытащив Джу на задний двор своего коттеджа, Бастия затолкал её в свою машину, пристегнув ремнями к сиденью и фиксируя её в положении лёжа, чтобы девушка не поднялась с сиденья в самый неподходящий момент. Леону не хотелось, чтобы, если он вдруг будет проезжать мимо полицейского поста, она вскочила, и полицейские увидели, что она закована в цепи, и везут её куда – то явно против её воли. А, чтобы она не начала кричать и шуметь, пытаясь позвать на помощь, Бастия заткнул ей рот ставшим ей уже ненавистным кляпом в виде того самого красного шарика на чёрных ремешках. - Ух, - Леон аж облизнулся, глядя на результат своей работы. Ему отчего – то подняло настроение то, как разбитые в кровь губы Джувии легли вокруг шарика буковкой «О» с пухлыми гранями. А ещё ему захотелось, чтобы её губы плотным колечком обхватили его моментально вздыбившийся член… Ладно, с этим позже. Сейчас он провернёт кое – что, а потом и вознаградит себя за усилия, принудив её к оральным ласкам. Снова полюбовавшись прикованной к сиденью машины, избитой и смотрящей на него с ненавистью девушкой с кляпом во рту, Леон решил, что помучить её ещё и неизвестностью, дабы ещё сильнее её унизить, будет самым шиком. Приоткрыл заднюю дверь своего дома, порылся в стоящем у выхода комодике и вышел из дома с длинным плотным чёрным шарфом. Джу попыталась было начать вертеть головой так, что измазавшиеся в крови синие локоны стали разлетаться по сиденью. Это невероятно разозлило Леона, и он, забравшись в машину, привстал на колени, зажимая между своими ногами голову синевласки. Намотав шарф так, чтобы он лишил её возможности видеть, куда она едет, Леон наотмашь ударил её по губам, отчего по подбородку девушки тонкой струйкой побежала кровь. - Не сопротивляйся лучше, - шепнул он, зажимая ей нос и наклоняясь к самому её уху, - Ты же знаешь, что каждая твоя попытка оказывать мне сопротивление чревата последствиями. И не только для тебя одной. Я уже даже начинаю немного жалеть Отмороженного. Ходит теперь весь израненный и не понимает, что откуда берётся… Леон засмеялся негромко и приподнялся, не убирая своей руки с носа Джувии. Из – за того, что на шарике кляпа не было ни единой дырочки для кислорода, лишённая даже возможности дышать, а не то, что двигаться и видеть, Джу забилась всем телом. Правда, возможности освободиться ей это всё равно не дало – цепи и ремни держали её по – настоящему крепко. Насладившись мучениями Джу, Леон убрал руку с её лица и, глядя на то, как расширяются ноздри и тяжело вздымается грудь синеволосой волшебницы в отчаянных попытках ухватить так недостающего ей кислорода, произнёс: - Ладно, милочка, время не ждёт. Сейчас мне очень пригодится твоя способность дышать под водой. Надо только туда ещё доехать, так что расслабься и лежи смирно – путь нам неблизкий предстоит. С этими словами Леон предпринял последнюю меру предосторожности – набросил на прикованную к сиденью Джу чёрную шёлковую простыню, чтобы никто из вдруг решивших заглянуть в машину ледяного не разобрал в бесформенном чёрном свёртке связанную по рукам и ногам девушку. И, включив музыку на полную катушку, чтобы заглушить её слабые стоны, если она надумает пытаться привлечь к себе внимание, пробуя кричать через кляп, Леон завёл машину и тронулся с места… - О, мам, привет, - Гажел наспех чмокнул в щёку Водолея, которая на всю гильдию снова начала голосить: - Ой, мой сыночек, моя радость металлическая! Завидев Леви, она кинулась ей на шею с объятиями, так же истошно вопя: - О, привет, моя будущая сношенька! Да не таращь ты так глазища, всё равно мой Гажик на тебе женится! И буду я твоей свекровушкой! - Оооу, - неопределённо протянула Леви, трепыхаясь в объятиях Водолея и думая, радоваться или нет перспективе появления такой взбалмошной и неукротимой особы в качестве близкого родственника в её жизни. Потом Её Вреднейшество развернулась к Люси: - Ну здорово, ёпт, курица белобрысая. Давай говори, чё те надо. И если делюга, из – за которой ты меня отвлекла от Скорпиоши, выеденного яйца не стоит, я тебя смою нах и подмою во всех местах! Усекла, ёпт?! - Усекла, - устало вздохнула Люси. Ей просто не хотелось, чтобы Водолей в самый неподходящий момент разгневалась и затопила всю гильдию. Тем временем блондинка быстренько стала тыкать пальчиком в сенсор своего ярко – жёлтого смартфона, ища в Интернете номер железнодорожного вокзала Магнолии. Найдя нужные ей цифры, блондинка быстренько набрала номер и замерла, слушая длинные гудки. Наконец трубку подняла женщина с невероятно грубым голосом. - Алё, - гаркнула она в трубку. - Алло, здравствуйте, - торопливо заговорила Люси, - Вы не могли бы сказать, сегодня Грей Фулбастер приобретал билет куда - либо? - Мы не предоставляем всяким там звонящим такую информацию! – рявкнули в трубке. - Ну, пожалуйста, - в голову Люси моментально пришла идея, как раздобыть интересующую её информацию. Как женщина, начальница вокзала должна её понять, - Грей мой парень, мы вчера с ним были, всё было просто замечательно… А утром я обнаружила, что он уехал, даже и слова не сказав! Вот теперь не знаю, где его искать и что делать, звонила, телефон отключен… Люси даже некоторой плаксивости своему голосу придала для пущей убедительности. - Эх ты, дурочка синеволосая, - раздалось в трубке. Люси аж что – то с сердцем нехорошо стало. Даже до суровой начальницы магнольского вокзала дошло то, что Грей в последнее время везде и всюду постоянно с одной синеволосой особой появлялся… Следовательно, она просто приняла её за Джу! А начальница после небольшой паузы продолжила: - Вот оно как… Я – то думала, он хотя бы с тобой успокоился, а он вон как! Как и со всеми остальными – попользовался и бросил! Да он, козлина такой, ни одной юбки не пропустит! Даже дочурку мою потоптал, сволочь такая! Так, теперь Люси стало понятно, от чего это вдруг начальница вокзала прониклась таким сочувствием к якобы плачущей собеседнице. - Уехал твой Фулбастер уже! – выдохнула женщина, - В Дугрекс поезд уже отправился! Ты его, глупышка, не жди, не вернётся он к тебе! Там теперь, поди, каких – нибудь кошек драных мацать собрался! - Спасибо вам, - деланно всхлипнув в трубку, Люси нажала кнопку отбоя. И радостно повернулась к ребятам: - Это было проще, чем казалось! Не имея ни машины, ни мотоцикла, он просто взял билет на поезд! - Заебок, - уверенно констатировал Гажел, - Мам, так что давай – ка закинь нас, если сможешь, поближе к вокзалу! Внезапно звёздная владычица водной стихии, коротко кивнув сыну, давая ему понять, что суть того, что от неё требовалось, она уяснила, и, окинув ищущим взглядом весь первый этаж, начала вещать зычным голосом: - Я чё – та не поняла, а где моя дочурочка?! Где моя малютка Дождичка?! - Да как тебе сказать, мам, - потупил взор Гажел, закуривая, - некогда ей. Любовь у неё… Снова оглядев гильдию, заметив, что Грея тоже не видать, Водолей сделала свой вывод: - Это с тем мальчиком, который её спас? Ну чернявенький такой, классненький, он мне ещё так понравился? О – ой, он бы был идеальным парнем для моей доченьки… С ним? Да? С ним? Люси едва заметно усмехнулась в кулачок. Когда Водолей вот так мечтательно закатывала глазки и всплёскивала ручками, словно мечтательная романтичная барышня, она и вправду такой милашкой становилась!.. - Ты чё, там, ёпт, хихикаешь? – Водолей всё – таки заметила хихикающую Люси. И тут же вновь, впав в мечтательно – блуждающее состояние, переключилась на сына: - Так с ним моя Джу, да? - Нет, - Гажел не очень – то хотел обсуждать эту тему с матерью. - А с кем же? – растерянность Водолея вновь позабавила заклинательницу духов. - Да там… С другим, короче. Ты его всё равно не знаешь, - ответил коротко Гажел, попыхивая сигаретой. - А где же этот мальчик, который дочку мою спас? – Водолей никак не желала отстать со своими расспросами. - Вот на его поиски мы и отправляемся. И тебя Люська призвала как раз для того, чтобы ты нас своей волной смыла прямиком в город, в котором он находится. Ты ж знаешь, я с транспорта блюю, как и Головёшка… А нам надо быстрее туда добраться! Туда часов пять езды на поезде, то есть это неблизкий свет. Так что тебе, мам, придётся изрядно постараться! - Ясно, - кивнула коротко Водолей, - А всё – таки, Гажик, скажи мамочке – твоя сестрица счастлива с тем мальчиком, которого она себе выбрала? - Ты лучше у неё сама спроси, - буркнул Гажел. Врать матери, что у Джу с Леоном всё прекрасно, не зная истинного положения дел, он не хотел. Но и говорить правду, что его звериное чутьё подсказывает ему, что что – то неладно в этом так странно образовавшемся союзе, Гажел тоже не мог. - Мам, нет времени разглагольствовать, - произнёс он хрипло. Увидев, что Нацу и Лили уже подошли к ним, готовые к самому головокружительному плаванию в своей жизни, он вдруг озадачился вопросом: - А кто – нибудь знает, в какой стороне этот Дюрекс? - ДУГ – РЕКС! – хором выкрикнули Нацу и Лилейный, оглушительно расхохотавшись. - Ща посмотрим, где это, - Нацу загрузил навигатор в своём смартфоне, вертя им во все стороны и устанавливая соединение со спутником. - Ну вообще – то это южнее Магнолии, так что вам вон туда, - Леви указала худенькой ручкой в сторону зиявшего пустотой дверного проёма, - Как можно такого не знать?! Тоже мне, волшебники! Это же соседний с Магнолией округ! Как можно не знать местность, которая окружает твой город?! - А… вы, может, из гильдии выйдете? – Люси с ужасом посмотрела на то, как Водолей замахнулась своим волшебным кувшином, готовясь отправить ребят в полёт, и стараясь не представлять себе, что останется от и без того изрядно потрёпанного здания «Хвоста Феи». - И то верно, - Гажел буквально на лету перехватил руку матери, в которой уже зажат был её волшебный кувшин, в котором все океаны планеты преспокойно могли поместиться, - Мам, погодь, не бушуй, давай хоть во двор выйдем… Хоровое «А – А – А!!!» и шум расплескавшегося по двору гильдии небольшого такого озера чётко дали понять Люси, что ребята уже отправлены в полёт сокрушающей всё на своём пути толщей воды. Моментально при помощи ключа закрыв врата Водолея, блондинка вдруг задумалась над одним из вопросов, что без устали задавала звёздная повелительница водной стихии. А именно – счастлива ли Джу с Леоном?.. То, что она ушла от Грея так неожиданно, ещё не свидетельствовало о том, что это – признак внезапно разгоревшейся страсти. Кто знает, может, тут что – то ещё замешано… Так и не придя ни к какому конкретному выводу, Люси вздохнула, надеясь, что в Дугрекс ребята попадут живыми и невредимыми, и зашла обратно в здание поболтать с Леви и насладиться недоеденными после вчерашнего торжества сладостями… - Мать твою за ногу, - Грей начал приподнимать голову, силясь поднять словно прилипшие к глазницам веки. Да и черепная коробка ледяного гудела так, словно его чем – то тяжёлым огрели. Мозги вообще будто бы в жижеобразную кашу превратились. Глаза Грей так пока открыть и не смог. Но вот явственно почувствовал кое – что странное. Чья – то рука то медленно и едва ощутимо, то резко и настойчиво поглаживала и теребила его мужское достоинство и то, что к нему прилагалось!.. Ничего себе, это он что, так напился, что и не помнит, как очутился в постели с какой – то девчонкой, которая сейчас ласкала его между ног?!.. Когда ладонь, обладательницу которой Грей пока увидеть никак не мог, так как до сих пор не мог разлепить словно клеем залитые веки, коснулась внутренней стороны его бедра, Грей понял, что из одежды на нём одни труселя остались. Значит, наверное, всё – таки умудрился свалиться в койку с какой – то девушкой. Странно только как – то это всё. Ведь последнее, что он помнил, как опустошив бокал коктейля от Руфуса с идиотским названием «Башню снесло», он потерял способность видеть, говорить и двигаться, а потом и вовсе отключился. Глаза нещадно слезились, а под ресницами начало выделяться что – то липкое и вязкое. Похоже, истрёпанный бесконечными драками и попойками организм дал свою реакцию на бутерат… или что там за дрянь в составе коктейля была. Взглянуть бы на эту настойчивую особу, что продолжала с каким – то непонятным упорством терзать его детороный орган… Как ни странно, все манипуляции с его промежностью Грею сейчас ни малейшего удовольствия не приносили. Более того, его член даже чисто механически не реагировал на касания, которые из нежных поглаживаний переходили в резкие подёргивания и обратно, даже обычным поднятием. Решив руками растереть липкую дрянь, что заливала его глаза, ещё недолеченные после Совета, Грей вдруг обнаружил одну не очень – то приятную деталь. Руки его были скованы за спиной, и весь его обнажённый торс был примотан цепью к чему – то, похожему на батарею. Ну или к чему – то стальному, что он явственно ощущал оголённой спиной. И с кем же это он решил в садо – мазо так поиграть, что даже не может теперь об этом вспомнить?.. - Эй, кис, - заговорил Грей, не зная, к кому обращается, - я, конечно, понимаю, что тебе ещё охота… Но, ты знаешь, у меня какая – то дрянь в глазах, так что, дорогуш, развязывай меня давай, мне рожу умыть ещё надо. И, кофейку ещё наведи, если не западло, лады? И лишь молчание было ему ответом. А всё та же рука стала мять ему яички с таким остервенением, что Грей даже немного растерялся. Обычно он любил помучить девушек, терзая их своими настойчивыми ласками, довольно слушая их жалобно – исступленные стоны возбуждения. А тут, судя по всему, неизвестная ему дама помучить решила его. И мало того, она ещё и не планировала его отпускать!.. - Хэй, милая, - снова заговорил Грей, сглатывая неожиданно подступивший к горлу ком и чувствуя, что происходит что – то странное, - я, всё, конечно, понимаю, что ты девочка ненасытная, но хорош, побаловались и хватит! Отпусти меня уже! Было, наверное, круто… Не знаю, я не помню, если честно… А в ответ лишь негромкий смех и тихий голос: - А я вот всё помню. Помню, какой ты грубый… И да, кстати, по поводу «было круто». Ничего ещё и не было. Всё только сейчас начинается!.. Грей аж оторопел, остервенело тряся головой и надеясь, что от этого липкая дрянь, залившая его веки, наконец – то сойдёт с глаз и даст ему возможность увидеть, что происходит. Голос принадлежал совсем не девушке. Говоривший мало того, что оказался парнем, так ещё это был его же попутчик Руфус!.. Теперь – то Отмороженный понял, отчего его обычно лёгкий на подъём инструмент никак не желал вставать во всю свою длину. Он, наверное, в отличие от своего обладателя, и то сразу распознал, что играется с ним далеко не девушка!.. - ЧЕГО?! – предчувствуя, что пахнет жареным, Грей изо всех сил начал дёргаться, пытаясь сорваться с приковавших его к батарее цепи. - Да говорю, давно я тебя заприметил, Грей Фулбастер. Я тебя запомнил. Такое тело, такая сексуальность… Прости, я не мог отказать себе в удовольствии зажечь с тобой, - начав свой монолог, Руфус стал задумчиво водить длинными пальцами по тем участкам торса Грея, которые не были перемотаны серебряными цепями, - Я помнил, что по – хорошему ты всё равно не согласишься. Вот и пришлось тебя зельицем подпоить. Кстати, извини за реакцию на глазах – я не думал, что если переборщить с зельем, так выйдет. Ну ничего, так даже интереснее. Ты ничего видеть не будешь и сможешь полностью отдаться во власть своих ощущений… Когда его пальцы осторожно приподняли край ткани его чёрных трусов – боксёров, Грей почувствовал, что это уже выше его сил. - ДА ТЫ ОХУЕЛ?! – взревел ледяной, делая несколько сильных рывков всем телом и пытаясь сбросить с себя словно прилипшие к нему ладони Руфуса. Всё – таки именно эмоции были главной движущей силой Грея Фулбастера. И ярость была одной из них. Когда нервы Грея были взвинчены до предела, его уже ничто не могло удержать. Это в очередной раз и спасло ледяного от самого что ни на есть изнасилования. От одной мысли, что только что в его трусы руку запустил парень, Фулбастер просто озверел. Он, конечно, уже привык к тому, что судьба его особо не балует… Но, чтобы позволять всяким там геям пытаться его отыметь?! Нет, это уже перебор! - Ах ты, сука, педик пернатый!!! – от охватившей его ярости у Фулбастера аж глаза даже сами собой открылись. Он уже и не обращал внимания на маленькие липкие комочки, застрявшие между его ресницами. Грей снова сделал рывок всем телом, пытаясь подняться на ноги… И, превратившись в сплошной комок нервов, ледяной смог совершить практически невозможное – умудрился со скованными за спиной руками оторвать от стены купе, в котором они находились с Руфусом, кусок батареи, к которой был прикован, и вскочил на ноги, выкрикивая матерные проклятия в адрес своего оказавшегося представителем сексуальных меньшинств попутчика… В общем, когда проводники прибежали на шум и грохот, доносящийся из самого дальнего купе, они аж встали, рты пооткрывав. Длинноволосый блондин в одних трусах пытался при помощи магических выпадов отбиться от черноволосого парня, на котором, кроме нижнего белья, тоже ничего не было. То огонь, то вода, то свет, то тени, то земля, то ветер, то железо – всё летало по поезду. Блондин просто не знал, что ещё применить против озверевшего черноволосого, чтобы сбить его с ног. У брюнета за спиной были скованы руки, а к торсу его был примотан огромный кусок батареи, но это ему словно совсем не мешало. Отлетая то к одной стене купе, то к другой, черноволосый снова вскакивал на ноги, в три прыжка приближаясь к блондину, ловко изворачивался всем телом, и начинал колошматить его этим самым куском батареи, вопя: - Получай, павиан – пидорок! Урою, голубизна ты недоделанная! Разъебу скотину!!! Я тебе щас эту батарею в очко твоё гейское затолкаю, слышь!!! При этом каждая мышца его обнажённого торса чуть ли не буграми ходила ходуном по его телу, чем и залюбовались представительницы прекрасного пола. - Ах, какой парень, - мечтательно произнесла одна, указывая на отчаянно дерущегося с Руфусом Грея. - Мда… жаль, что гей, - произнесла вторая, разочарованно вздохнув. - А с чего ты так решила? – спросила третья. - А тут несложно догадаться, - вторая, накручивая на палец белую прядь, одёрнула подол форменной юбочки, - посмотри на этих двоих, оба в одних трусах. У одного руки связаны. Наверное, беленький решил игру в садо – мазо затеять, а чёрненькому эта идея не понравилась. Да не наверное, а точно. Эх… такие парни пропадают! - Так, - та, что сразу залюбовалась Греем, моментально, откинув назад чёрные волосы, применила свою магию, от которой Грей и Руфус моментально оказались раскиданы по разные стороны купейного коридора и прижаты к стенам, - Теперь давайте проясним, что произошло. - Развяжите меня и уберите нахер этого педика отсюда! – заорал Грей, напрягая изо всех сил скованные руки, что, впрочем, не помогло ему обрести свободу. - Не кричите, пассажир! – брюнетка снова прижала Грея к стене потоком своей магии, - Во – первых, если вы не согласовали свои эротические игры, это не повод устраивать такой шум и громить всё купе! Во – вторых, вы на каком вообще основании это купе заняли?! В ваших билетах для вас совсем другие места обозначены! Уединиться вздумали, голубки?! - Да вы все тут с ума, что ль, посходили?! – зарычал Грей, чувствуя, что действие магии, державшей его прижатым к стене, значительно ослабло, и в очередной раз устремляясь, чтобы огреть и без того нехило побитого Руфуса куском батареи. - А они тут ещё и пили, - блондинка приоткрыла дверь купе и заметила гору бутылок, как попало раскиданных по полу. - Так, всё понятно. Это пьяный дебош, - констатировала брюнетка, когда шестеро крупных, как на подбор, волшебников, по совместительству выполняющих обязанности проводников этого поезда, всё же с большим трудом смогли скрутить отчаянно вырывающегося Грея. Черноволосый хрипло дышал, силясь скинуть насевших на него магов с себя, но то, что он был скован, изрядно потрёпан после драки с Руфусом, да и ко всему прочему помимо скрутивших и пригнувших его к земле шестерых бугаёв на его спину всем своим весом давил кусок батареи, явно было не в его пользу. Кстати, волшебство Руфуса Грей сразу оценил, как довольно мощное, но не имеющее за собой души – блондин просто запоминал все мощнейшие заклинания, которые ему доводилось видеть, и потом использовал их в боях. А вот о том, чтобы назвать его магом той или иной стихии, сферы и предмета и речи идти не могло – Руфус отчасти правильно сказал Грею о роде своего волшебства, когда ещё они выпивали в поезде. Он просто всё помнил… - А за пьяный дебош, уважаемый, мы вынуждены высадить вас из поезда! – прокричала брюнетка, которая тут, очевидно, за начальницу была. - Да вы охренели, что ли?! Да вы не со мной должны разбираться, а с этим педиком белобрысым! Да развяжите меня хотя бы! И шмотки мои отдайте!!! – упираясь, кричал Грей. Но все его усилия ни к чему не привели – только открылись двери поезда, остановившегося на глухой станции, на которой никто не вышел и с которой никто не заходил, парни – проводники вышвырнули Грея на каменистую землю, даже не дав ему по – человечески спуститься. Поднявшись на ноги и в сердцах сплюнув, Грей выругался. Да так, что если опустить нецензурную лексику, можно было бы сказать, что Фулбастер промолчал. А тут и было из – за чего крыть отборным матом – он один посреди глухого леса у железной дороги, без денег, без телефона и даже без сигарет. Довершало прелесть всего происходящего ещё и то, что руки его были скованы и заломаны за спину, где болтался ещё начинавший давить на позвоночник своей тяжестью кусок батареи, а из одежды на Отмороженном были только трусы. И как добираться теперь до Дугрекса к заказчику, Отмороженный не имел ни малейшего понятия… Охая и кряхтя, мокрые с ног до головы и тяжело дышащие Нацу, Гажел и Лилейный стали подниматься на ноги. - Ги – хи, а мама у меня могёт, когда захочет, - рассмеялся Гажел, первым поднимаясь с земли и стараясь не обращать внимание на граждан, ошеломлённых падением с неба вместе с грохочущим потоком воды двух парней и большого чёрного барса, - Прям на вокзал нас закинула! И вправду – повертя мокрыми головами и увидев на двухэтажном светло – сером здании светящуюся надпись «ДУГРЕКС», ребята поняли, что оказались на том самом месте, где предположительно скоро можно было ожидать появления Отмороженного. Лилейный решил не терять даром времени и потопал прямиком к столу справок. За окошком сидела блондинка в фиолетовй рубашке, расстёгнутой до такой степени, что, казалось, ещё чуть – чуть – и её соски выглянут наружу, подмигивая публике тёмно – коричневыми кружочками. Лилейный не был ханжой, но, по его мнению, это уже все грани приличия переходило. Мысленно возмутившись тому, что начальство вокзала позволяет дугрекским девицам находиться на рабочем месте в таком виде, Лили наклонился к закреплённому с внешней стороны непробиваемого стекла микрофону и негромко произнёс: - Не подскажете, в котором часу прибудет поезд сюда из Магнолии? - Через два часа, - сверкая ослепительной улыбкой, отозвалась полураздетая блондинка. - Спасибо, - дежурно произнёс Лили и отошёл от стола справок. То, что ему нужно было, он уже выяснил. Подойдя к Гажелу и Нацу, которые уже успели купить по пачке сигарет и почти синхронно задымили, Лили пробасил: - Мы по ходу слишком рано выдвинулись. Отмороженный только через два часа будет! - Ха, не дрейфь, напарник! – Гажел ободряюще хлопнул Барса по плечу, - Ща пойдём пока пивасика попьём, а, как время подойдёт, и встретим его! Лили усмехнулся про себя, думая о том, с каким упорством Гажел его напарником называет, словно насмотрелся фильмов про полицейскую академию. Хотя причина тут крылась совсем в другом – железного убийцу драконов просто грела мысль о том, что он нашёл себе не просто домашнего питомца, а самого настоящего товарища, с которым на любую битву можно было отправляться, зная, что он всегда прикроет в случае надобности. С Джувией Гажел сработался просто на ура, до вступления в «Хвост Феи» устраивая с ней такие чудеса, что потом от уничтоженных тёмных волшебников лишь кучки мяса и костей находоили. Но Джу была девушкой, тем более его обожаемой сестрицей, поэтому, стоило опасности возникнуть хотя бы в перспективе, Редфокс тут же в живой щит превращался, оберегая её. Только вот сейчас, связавшись с Леоном, сестра стала редко появляться в поле его зрения, что тоже немало беспокоило стального… О том, чтобы позволять Леви идти с ним на задания, Гажел даже и помышлять не смел. И ей о таких развлечениях даже думать запретил. Во – первых, потому, что она тоже была девушкой. И не просто девушкой. А той, которую он полюбил своим драконьим сердцем с такой силой, что, если бы понадобилось, он бы и жизнь свою, не раздумывая, за неё бы отдал. Во – вторых, наслушавшись от согильдийцев историй о том, как отправляясь на задания с Джетом и Дроем, сходу проигрывавшими практически все поединки, Леви раз за разом, рискуя собой, была вынуждена отдуваться за них, ещё и их прикрывая, Гажел окончательно укрепился в своей решимости не позволять своей Мелкой даже носу на задания выказывать. Подумав о том, что в этом любителе жареных гвоздей и жестоких драк удивительным образом соседствуют грубость и самоотверженность, Лилейный уселся за столик привокзального кафе, оформленного в жёлтых и оранжевых тонах. А тем временем Нацу уже топал с огромным подносом шашлыка, не сумев спокойно миновать жаровню, в которой повар жарил мясо прямо при клиентах, и хапнув прямо оттуда на глазах у изумлённых посетителей практически весь огонь. Даже повар, загорелый черноволосый молодой человек, чуть не подпрыгнул при виде того, как от одного вдоха розововолосого от большого костра остались лишь тлеющие угли. Гажел же, одной рукой с ловкостью официанта удерживая поднос, заставленный пивными бокалами, второй моментально ухватил стул у барной стойки на длинной железной ножке, зубами оторвал кожаное круглое сиденье и с удовольствием вгрызся в сталь. - Молодой человек, у нас стулья не для еды предназначены! – замельтешила перед Гажелом светловолосая девушка, администратор этого уютного заведения. - Чё ж это за кафе такое, где я не могу пожрать всё, что захочу? – искренне удивился драгонслеер. - Ничего себе! – возмущённо воскликнула администратор, - А если вы захотите, к примеру, посетителя вон того съесть, я тоже должна буду спокойно на это смотреть?! Или, может, ещё должна буду приказать официантам подать его вам под сливочно – чесночным соусом?! - Ну, во – первых, это человек. А я людей не ем, - Гажел взглянул на тучного мужчину, торопливого жующего бургер, на которого указала администратор, - Мясо у них, знаешь ли, слишком приторное… Разумеется, Гажел шутил. Хоть и поубивал он немалое количество тёмных волшебников, трапезничать ими было не в его принципах. Вдоволь повеселившись тому, как округилились от ужаса глаза девушки – администратора, которая явно его своеобразный юмор не восприняла, Гажел многозначительно добавил: - А это всего лишь стул! И сталь мне на вкус гораздо приятнее, чем пропитые, прокуренные и начинённые говном людишки, ги - хи! - Ох, - только и смогла протянуть администратор, на шаг отступая от Гажела. - Да не кипишуй ты, - Гажел вовремя подумал о том, что, наверное, хозяин заведения за попорченную мебель спишет деньги с её зарплаты, - Давай представим, что этот стул я себе как блюдо заказал! Сколько он у вас тут стоит – то? - Ну за попорченные стулья с посетителей, если удаётся, мы берём пятьсот драгоценных, - промямлила администратор. - Ну я тебе даю косарь, и не ной, - Гажел сунул в руку девушке мятую бумажку, и снова берясь за железную ножку поломанного им стула, направился к столику, за которым ждал их с Нацу Лилейный. Развернувшись напоследок к администратору, стальной добавил: - А вкусные у вас тут стулья, ги – хи! Лилейный снова не смог удержаться от усмешки. За этими двумя неугомонными нужен был глаз да глаз!.. Но вот шашлык и пиво на столе, Нацу и Гажел за столом, и Лили уже стало значительно спокойнее. - Ну чё, за удачный исход предпринятого нами дела! – произнёс Лилейный. Зазвенела первая партия бокалов, которые аж запотели от того, что пиво было по – настощему холодным, Нацу с Гажелом снова задымили, а Барс, который не понимал человеческой тяги к никотину, с аппетитом взялся за внушительный кусок идеально прожаренного мяса. Посиделки прошли вполне себе тихо – мирно, за неспешной беседой, хохмами и подколами два часа пролетели практически незаметно. - Ну вот, и пора, - Нацу подскочил, как только зазвенел специально поставленный на его просушенном после продолжительного купания смартфоне будильник, - Ну чё, Мороженка, ща мы тебя вмиг вычислим! Народу вышло из поезда совсем немного. Да и сам поезд был весьма небольшим – все вагоны были в поле зрения притаившихся за колонной станции двух убийц драконов и иксида. Так что все покинувшие поезд пассажиры были видны как на ладони. Но, что самое странное, среди них Грея видно не было!.. - Я не понял, а Мороженка где? – выдавил из себя окончательно растерявшийся Нацу. - А я хз, - Гажел был растерян ничуть не меньше, чем его огненный товарищ. - Этого не может быть, - глухо отозвался Лилейный, - Люси же при нас звонила на магнольский вокзал, там же ясно сказали, что он сегодня брал билет до Дугрекса! И, кроме как на этом поезде, он больше ни на чём приехать не мог… - Тогда я хер его знает, в чём дело, - произнёс Нацу, смотря на поезд с видом человека, которого только что жестоким образом обманули. Уже началась посадка, и таяла вместе с ней последняя надежда на то, что сейчас Отмороженный, предположим, пьяный в умат, вывалится, только – только очнувшись и узнав, что уже нужно выходить из поезда… Джу уже мысленно молила небеса о смерти, изнывая под нагревшейся от бьющих даже сквозь тонированные стёкла лучей палящего солнца чёрной шёлковой простынёй. На теле синевласки проступил пот, разъедая язвы от цепей и многочисленные раны. Повязка на глазах не давала ни малейшей возможности даже видеть, куда Леон её везёт, кляп во рту даже нормально дышать не давал, не то что разговаривать. А цепи и ремни, надёжно пригвоздившие её к раскинутому креслу, не давали ей ни единым мускулом шевельнуть. Руки и ноги, от того, что постоянно были скованы, уже стали затекать, и, пытаясь согнуть пальцы рук, синевласка уже чувствовала, что они начинают неметь. Ко всему прочему, кислорода под нагревшейся до раскалённого состояния чёрной шёлковой тканью девушке уже попросту не хватало. Задыхаясь, она хотела лишь одного – скорой своей смерти. Но даже этого желать она права не имела потому, что из – за созданной между ней и Греем кроваво – чувственной связи, стоит ей умереть, ледяной тут же отправится на тот свет следом за ней. Ну и где – то на самом дне своего подсознания Джу мечтала, что сейчас случится чудо, машину Леона на полном ходу остановит Грей и спасёт её, вырвав её из лап этого ублюдка. Но такому точно не бывать. Джу сама приходила в ужас от незавидности своего положения и невозможности ничего изменить. Ещё тысячи раз прокляв себя за то, что тогда, на дне рождения, она согласилась выпить с Леоном, Джу вдруг ощутила, что машина остановилась. Причём, судя по прохладе, свойственной приятно холодящему лёгкие на фоне адской городской жары горному воздуху, привёз её Леон куда – то в горы за чертой города. Рывком скинув покрывало и снова с улыбкой полюбовавшись тем, как истерзанная девушка изо всех сил пытается вдохнуть побольше кислорода, которого ей так не хватало на протяжении всего пути, Леон отстегнул её от сиденья. Повязку он резко сорвал с синих очей Джувии, отчего она сразу зажмурилась от ударившего в глаза солнечного света. Джу даже лёгкую боль в глазах ощутила от того, что после такой долгой темноты появилось сразу так много яркого света. Кляпа же изо рта синевласки Леон предпочёл не вынимать. Во – первых, разговаривающей ему она сейчас была не нужна. А ротик свой пускай для кое – чего другого побережёт. - Вставай, милая, - он снова дёрнул её за длинную цепь на шее, уже начинавшую переплетаться с цепью, намертво обвившей её тонкие запястья с незаживающими ранами, - Дальше пешком. Машина моя по горной тропе уже не проедет. А нам надо на самую вершину. Взглянув на путь, который им предстояло пройти, Джу захотела сразу же со скалы броситься. Ах да, нельзя же. Покончит с собой она – и утянет тем самым за собой Грея в могилу. Так некстати вспомнилось ей, когда после особо долгой прогулки, во время которой Фулбастер ни байк, ни машину брать не стал, она сказала Грею, что устала. Недолго думая, ледяной схватил её на руки и, не обращая внимания на то, что она брыкалась и просила поставить её на землю, нёс её на себе на протяжении пары километров. Причём нёс с такой лёгкостью, будто веса в Джу и вовсе не было. А ей, признаться честно, так уютно и спокойно было в его сильных руках… Теперь же всё было немного по – другому. Выволакивая её из дома, Леон даже обуть её не удосужился. И поэтому Джу буквально через десять минут пути стала сбивать нежную кожу стоп до состояния окровавленных лохмотьев. Правда, этот факт Бастию нисколько не волновал. И, стоило синевласке, спотыкаясь от очередной раны, чуть замедлить темп, Леон тут же дёргал её за цепь на шее так, что девушка даже несколько раз падала, разбивая колени. Цепи на лодыжках и запястьях вились тугими кольцами, разъедая раны на её конечностях до такой степени, что Джувии уже тяжело передвигаться становилось. Несмотря на свежий горный воздух, солнце палило нещадно, и девушке уже плохо становилось. Добавлял неудобства ещё и заполонивший её рот красный шарик кляпа, из – за которого от постоянного подъёма вверх синевласке каждый вдох давался всё труднее. Когда, сама уже будучи на грани от обморока, Джу вползла на венчавшее горы высокое плоское ущелье, то самое, с которого когда – то Грей спустился в тёмные воды Озера Смерти за подарком, который так и не достиг своей получательницы, Леон подтащил её к самому краю обрыва. Снова приподняв за волосы девушку так, что её лицо оказалось на уровне его паха, Бастия презрительно выдавил: - Фу, от тебя потом воняет. Ну ничего, сейчас искупаешься. Ты же под водой умеешь дышать, ведь так? Джу не отреагировала на его вопрос, не отводя синих очей от плещущихся тёмных волн озера. - Отвечай, когда я тебя спрашиваю! – ботинок Леона моментально прижал голову синевласки к каменному плато, - Или тебя резануть пару раз для того, чтобы Фулбастер обзавёлся такими же порезиками, и ты научилась себя вести так, как я тебе сказал?! Итак, спрашиваю ещё раз – ты ведь умеешь дышать под водой? Прерывисто дыша, Джу коротко кивнула придавленной ботинком Леона к каменной поверхности головой. - Значит, смотри, - Леон быстренько отлучился к машине и вернулся ещё с одной длинной цепью, я это пристегну к тебе. Так как особо плавать там тебе не надо будет, цепи снимать я с тебя не буду. Прыгнешь на дно, пройдёшь до самого середины озера. Там такое небольшое возвышение увидишь. На нём будет лежать такое вот колечко… Снова приподняв её за волосы, Леон чуть ли не в нос Джувии начал тыкать смартфоном, на экране которого была фотография. А на фотографии той был крупный чёрный перстень с золотыми прожилками. Джу, в принципе, любила такие украшения – пусть и немного грубоватые, но в чём – то по своему необычные. Она предпочитала обычно одеть один такой перстень, чем увешивать свои пальцы несколькими тонкими колечками. Единственное, чего она не могла понять – для чего Леону сдалось женское, в принципе, кольцо. - Так вот, - Леон снова придавил её голову к камню, встав на неё подошвой своего ботинка, - я тебя развязывать не буду, повернёшься спиной к этому возвышению и возьмёшь кольцо. Потом я тебя подниму за цепь, и на этом всё. Там, правда, говорят, какая – то магия охранная есть… Ну, если чего не так, разберёшься там как – нибудь. Но кольцо упускать не смей, иначе прикончу на месте! Всё поняла, что от тебя требуется? Думая о том, что не соглашаться – значит причинить новую порцию боли не заслуживающему того Грею, Джу, еле шевеля прижатой к горной породе окровавленной головой, всё – таки смогла кивнуть…