Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

- Вы это слышали? – Гажел чуть не подпрыгнул, пролив на себя половину кружки пива. Все собрались на первом этаже гильдии, решив скромненькой такой попойкой мирового масштаба отметить успешное возвращение ребят с задания и безоговорочную победу над одной из сильнейших тёмных гильдий, в своё время державшей в страхе весь волшебный мир. Эльфмана и Эвер, теперь носящих одну фамилию на двоих, правда, среди прочих не было – они отправились в свадебное путешествие куда – то на заоеканские острова на другом земном полушарии. И вот, когда уже обстановка в гильдии «Хвост Феи» стала лениво – расслабленной, неожиданно на втором этаже гильдии, где, помимо спален, душевых и библиотеки располагался кабинет мастера, раздался оглушительный грохот. Нацу и Гажел, в отличие от остальных, уже настороженно переглядывались, слыша крики мастера и голос Грея, в котором так и скользили нотки нарочитой насмешки. Они уже предчувствовали, что ещё немного – и словесные доводы насчёт того, что убийство – это тяжкий грех, у Макарова попросту закончатся, и он пустит в ход кулаки и магию. Но вот грохот со второго этажа услышали все, даже от удивления прекратив свои задушевные разговорчики. - Чё это за херь? – Гажел, скользнув большой ладонью по тонкой талии Леви, встал, чтобы отправиться на улицу и посмотреть, что там происходит. - Это мастер Грею втолковывает, что убивать – это плохо, - горестно вздохнула Эльза, прикуривая из рук Жерара, - Не суйся туда, Гажел. Это не нашего ума дело. Но Редфокс и не подумал слушать Титанийскую, быстро направляясь к выходу. Он – то считал, что убийство вполне приемлемый вариант разрешения конфликта между светом и тьмой. Он был из тех людей, которые, верят, что добро победит зло, догнав его, поставив на колени и зверски убив. Поэтому насильственных методов объяснения того, что убийство – это тяжкий грех, стальной драгонслеер попросту не признавал. - Гажик, стой! – взывала к нему Леви, в панике заламывая тонкие руки и понимая, что остановить своего стального зверя ей попросту уже не удастся, - Ещё же не кончилось действие ваших таблеток от укачивания, у тебя же даже магической силы сейчас нет! - И чё? – хмыкнул Гажел. Но, увидев, что Леви на грани от того, чтобы вот – вот разрыдаться, попытался успокоить свою синеволосую малютку: - Да не боись, Мелкая! Я там чудить не собираюсь, просто посмотрю, что там происходит, и всё! - Ну да, конечно, - расстроилась маленькая умница, - можешь врать кому – нибудь другому, Гажел Редфокс! Гажел ничего ей не ответил, виновато опуская алые глаза и разворачиваясь к выходу. Нацу не утерпел и, наспех поцеловав Люську, ринулся туда же вместе со стальным драгонслеером. Когда они выскочили на улицу, они просто обомлели. Макаров разошёлся не на шутку – Грей кувыркался по территории гильдии, собирая своим телом все придорожные камни и вздымая за собой столбы высоко вздымающейся пыли, не предпринимая даже никаких ответных выпадов в сторону Макарова. Отмороженный лишь, отхаркивая кровь, снова и снова поднимался на ноги и настырно твердил одно и то же: - Я тебе уже всё сказал, дедуль. Я ни капли не раскаиваюсь в том, что этих мудозвонов прикончил, ведь они того заслуживают! И даже больше – я и дальше буду продолжать в том же духе! - Да понимаешь ты или нет, что тебя ждёт после смерти за такие дела?! – взревел Макаров, отправляя одним ударом Грея в полёт до самого острого шпиля, венчавшего остроконечную крышу здания гильдии «Хвост Феи». Повиснув там на капюшоне своей чёрной толстовки, Грей понял, что попал практически в безвыходное положение. Дёргаясь и вырываясь, ледяной смотрел на то, как внизу выскочившие из гильдии Нацу и Гажел пытались что – то втолковать разъярённому мастеру, кружа около него. Сумасшедшие, у них ведь даже их волшебной силы сейчас нет!.. Одно лишнее слово в адрес мастера – и дедуля отметелит их так, что они в госпитале не одну неделю потом лежать будут. Хотя нет – это же не они поотрезали головы Шестерым Просящим, а вечно плохой и патологически невезучий Грей Фулбастер… Поняв, что такое вот висение на крыше может затянуться, потому что Нацу и Гажел сейчас при всём желании снять его с крыши не могут, а остальные ребята из гильдии просто не рискнут встревать в конфликт между ним и мастером, Грей понял, что выпутываться придётся самому. Впрочем, как всегда. Он уже привык к этому. Поняв, что вместе с толстовкой ему выбраться с крыши никак не удастся, Грей моментально заморозил кофту и тут же при помощи ледяного взрыва разорвал её на мелкие кусочки. Оставшись в одной футболке, Фулбастер создал гладкий ледяной спуск, идущий от верха крыши до самого двора гильдии, и, утирая кровь с лица, лихо скатился оттуда, стоя на ногах. - Грей, ну пойми ты, дурачина, - только – только успокоившийся мастер снова завёлся, - Ведь за то, что ты убиваешь людей, пусть даже за их тёмные дела их с трудом так назвать язык поворачивается, на том свете тебя однозначно ждёт ад!.. - Да он меня и так при любом раскладе ждёт, - хрипло расхохотался Фулбастер, кидая косой взгляд на длинный глубокий тёмно – бордовый шрам на его правом предплечье, оставленный кинжалом Сатаны. - Да в кого ж ты такой упёртый! – самообладание у Макарова закончилось очень быстро, и он метнул в Грея поднявшуюся с земли от силы его магии каменную плитку, которой выложен был двор гильдии. Грей рефлекторно закрыл голову руками от полетевших в него прямоугольных кусков камня, машинально скрестив руки запястьями вверх. - А это что ещё?! – мастер даже взмахнул рукой, чтобы камни, разрывая в клочья чёрную футболку ледяного, перестали градом сыпаться на покрывавшиеся кровавыми ссадинами руки, плечи и торс Грея. Он быстро приметил на правом запястье созидателя метку бойцовского клуба. А уж кому, как не мастеру гильдии, знать всё в подробностях про эту уносящую тысячи человеческих жизней мясорубку!.. Тем более после истории с Гилдартсом, произошедшей двадцать лет назад. - Откуда на тебе метка бойцовского клуба?! - схватив Грея за запястье и придирчиво изучая рисунок, мастер вцепился в его руку. - О – о, это долгая история, - закатив глаза и всё так же насмешливо ухмыляясь, бросил Грей. - Сынок, ты сам – то хоть понимаешь, во что ты вляпался?! Один лишь Гилдартс за последние сто лет смог… - сочувственно начал было Макаров, уже передумав отчитывать путём избиения Грея за очередное убийство тёмных волшебников. - Да знаю я, - отмахнулся Грей, всё – таки вырвав свою покрытую ссадинами руку из цепких пальцев мастера, - И прекрасно отдаю себе отчёт в том, куда я попал. Фулбастер, одёргивая порванную майку, собрался было уже топать из гильдии, как вдруг его заставил обернуться тихий напуганный голос Макарова: - Когда хоть первый бой – то? - Не знаю пока, - пожал плечами Грей. - Ну ты, как узнаешь, сразу скажи, - мастер, хоть и не извинялся за то, что отколотил своего воспитанника, но чувствовал себя безмерно неловко. Парню и так теперь в любой момент грозит смерть на ринге, а он его ещё и добивает, причём не только морально… - Да – да, обязательно, - махнув рукой в знак прощания, Грей открыл калитку и вышел с территории гильдии. В действительности он собирался поступить с точностью до наоборот. Он не хотел, чтобы товарищи по гильдии рвали на себе волосы, и пытались пробиться на арену, чтобы отомстить тому, кто прикончит его после проигранного поединка. А в том, что это рано или поздно произойдёт, Грей отчего – то не сомневался. Он же не был всесильным, чтобы постоянно одерживать верх над всеми бойцами клуба. А о зверствах некоторых из них, которые те устраивали на арене, убивая проигравших, Грей уже изрядно был наслышан. Да и чёрт бы с ним. Она всё равно, наверное, даже не заплачет, узнав, что его прикончили во время одного из боёв. Ей там вон с Леоном как весело – даже в гильдию не считает нужным наведываться. Он пытался с ней поговорить, осаждая её звонками, но она даже не подняла трубку. А он ведь готов был под венец её уволочь, если бы тогда на дне рождения она дала на это своё согласие. Да нет, ему бы хватило её согласия на то, чтобы быть с ним, быть его девушкой, любимой, быть его всем. А под венец бы он поволок её, закинув к себе на плечо и не спрашивая на то её мнения. А то мало ли, ещё передумала бы… Грей усмехнулся своим каким – то слишком наивным для такого огрубевшего и одичавшего, как он, мечтам, в которых он уже тащил Джу в свадебном платье на своём плече, а та, заливисто хохоча, просила его поставить её на землю. Он снова начал насиловать свой мозг воспоминаниями о том, как когда - то каждый день в районе полудня заспанная синевласка, закутавшись в одеяло, с сигаретой, зажатых в тонких пальцах, легонько ступая, топала на кухню. А там её уже ждал наведённый им кофе. Слыша от неё тихие пожелания доброго утра, Грей чувствовал, что сейчас из куска льда он превратится в растекающуюся от счастья лужицу. Ему нравилось ухаживать за ней, предугадывая в мелочах, чего она хочет. Ему нравилось, как медленно моргая ещё окутанными поволокой сна синими глазами, Джу тихонько отхлёбывала горячий напиток, с каждым глотком просыпаясь и поводя носиком. Ему нравилось, как она нахваливала вкусности его приготовления. А уж когда она баловала его своими кулинарными изысками, Грей себя важным господином в дорогом ресторане чувствовал, настолько необычными и вкусными были приготовляемые ей блюда… Но теперь – то всё по – другому. И дома его, в котором всё это происходило, давно уже нет. И, наверное, теперь уже вкусняшки Джу отправляются в утробу Леона. И кофе она пьёт теперь за его столом, выбираясь из его постели… За своими такими вот размышлениями Грей на автомате зашёл в магазин одежды. Надо было купить футболку, а то, если в драной заявится, Савьер опять запозорит. И толстовку с длинным рукавом, чтобы не было видно метки бойцовского клуба, ведь Гонщик прекрасно знал о всех тонкостях работы этой теневой организации. А к Савьеру Грей планировал сейчас отправиться первым делом. Он не хотел в поисках жилья передвигаться пешком по городу. Рассчитав, что примерно тысяч за семьсот драгоценных можно взять хорошую машину, тысяч за триста – отличный байк, а оставшееся пустить на жильё, Грей проявил просто верх оригинальности, купив чёрную футболку и такого же цвета толстовку. Снова с капюшоном. У него отчего – то в последнее время вошло в привычку прятать своё лицо от людей за большим капюшоном. Так он себя защищённее от этого мира чувствовал. Грей осознал ещё кое – что. Телефона и ноутбука у него ведь тоже больше не было, а всё – таки эти средства связи с внешним миром были ему по долгу службы необходимы… В общем, Фулбастер до глубокой ночи провозился, выбирая машину, мотоцикл, мобильник и ноутбук. Одному было немного скучновато, но тащить с собой того же Нацу он почему – то не хотел. Ну если у него проблемы в личной жизни, то Саламандр, у которого с Люськой всё как раз было просто распрекрасно, страдать из – за этого не должен. Тем более, раньше же как – то Отмороженный справлялся в одиночку. Да и Савьер неплохо его развлёк, пока тот в автосалоне у него выбирал себе верных друзей на колёсах. Остановив свой выбор на чёрном джипе с весьма агрессивным дизайном и чёрном мотоцикле, своим видом тоже напоминающем угрожающего зверя, Грей пообещал Савьеру, что теперь – то он тренировочные заезды будет посещать исправно, хоть и не так часто, как раньше. Мол, появилось у него ещё одно дельце, которое тоже немало времени теперь будет отнимать. Что это за дельце, Гонщик предпочёл не интересоваться. Всё равно ведь Отмороженный, если не захочет, ничего не расскажет. - О, а девочку свою возьмёшь? А то давненько мы её не видели, - неожиданно ляпнул Савьер. - Какую девочку? – Грей сначала даже не понял, о ком он. - Ну, красивенькая такая, волосы у неё ещё вьются, синие такие, - промямлил Савьер, слишком поздно вспомнив, что в предыдущий свой визит Грей сказал, что «Хаммер» небесно – голубого цвета так своей получательницы и не достиг. Гонщик уже чувствовал, что зря он эту тему завёл, но сказанного назад было уже не воротить. Грей посмотрел на него с видом человека, которому только что нож в печень всадили, который, ещё находясь в сознании, берётся за рану обагряющейся кровью ладонью и с бессильной яростью взирает на ранившего его. Но вслух ледяной лишь произнёс: - Я щас на тачке уеду, байк чуть позже заберу. - Лады, - пробормотал Савьер, ощущая, что зря он про это заговорил. До него ведь тоже доходили слушки из гильдии, что синеволосая бросила Грея, и теперь страдающий от болезненного разрыва Фулбастер словно с катушек окончательно слетел. И, разумеется, любое напоминание о ней теперь отзывается в его сердце волной невероятной боли. - Цифры свои новые оставь, - торопливо бросил он вслед уже садящемуся за руль джипа Грею. - Я старый номер восстановил, - отозвался Отмороженный, заводя мотор и наслаждаясь глухим рычанием из самой утробы похожей на железного монстра машины, - Увидимся на заезде! Скользя пальцами по сенсору своего нового крупного и тяжёлого смартфона и лениво просматривая новости в соцсетях, Грей вырулил в сторону гильдии. Уже слишком поздно для того, чтобы покупать жильё, а к Люське с Нацу он решил сегодня не наведываться, чтобы они вдоволь насладились обществом друг друга без назойливого присутствия ледяного. Ну не втемяшить в голову было Грею, что для своих лучших друзей он обузой ни в коем случае ни при каких обстоятельствах не является! Войдя на первый этаж, Грей обратил внимание на то, что свет уже погашен, и практически все разбрелись по домам. Ну и хорошо. Так даже лучше. Никто хоть докапывать его по поводу его похода на задание и совершённого им убийства не будет. Взяв из холодильника несколько полторашек свежего разливного пива, Грей отправился на второй этаж, зарулил в первую попавшуюся комнату, двери в которой были открыты, что говорило о том, что апартаменты свободны, и с пивом в руках, предварительно подключив ноутбук к розетке, плюхнулся на широкую двуспальную кровать. В наушниках, которые шли в комплекте к ноутбуку, снова заиграл тяжёлый рок, а Грей стал лениво рыться в просторах Интернета. Посмеялся над новостями в ленте – местные журналисты устроили целую шумиху из – за того, что он сотворил с Шестью Просящими. Снова развёл срач в комментариях под записью на стенке Нацу (чтоб впредь знал, как своими «Лайкни авку» и «Грей лох» Грею страницу захламлять), поиграл в несколько незатейливых игрушек… А пиво всё шло и шло в ход. Уговорив уже три полторашки, ледяной не собирался останавливаться на достигнутом, откупоривая четвёртую. Заиграла в наушниках одна из тех самых песен, которую они распевали с Джувией в караоке того самого кафе в торговом центре «Магнолия». Там ещё какие – то такие примерно строчки были: Если я умру на твоих руках, Ты меня оплакивать не спеши. Я рассыплюсь льдом, обращусь во прах, Но не трону больше твоей души… Негромко подпевая, Грей зашёл в список друзей. Словно неведомая рука вела его, заставив нажать на аватарку той, что когда – то внесла много нового в его и без того сумасшедшую жизнь, а потом, словно стремительный ураган, оставляя от его души безжизненное поле, ушла, будто бы не появлялась. Ого, да она ещё и в сети!.. Он не мог ей не написать. В этом плане он был не из тех, кто три часа раздумывает над тем, отправлять девушке сообщение или нет. И замелькали сообщения на мерно мерцающем экране: «Привет, Джу… как ты?» «Привет, я нормально. Ты как?» «Да попрёт. Ты чего в гильдии не появляешься?» Пауза где – то на протяжении трёх минут, пульсирующая надпись на экране «Джувия набирает сообщение», и… «Да ты знаешь, мне тут с Леошей совсем некогда даже к ребятам заглянуть, хих!» Грей еле – еле сдержался от того, чтобы не швырнуть ноутбук прямо в стену… С Леошей, мать его!!! Так вот как она теперь этого белобрысого хмыря называет!.. Всё – таки огромную трещину через весь экран Грей проложил ударом кулака по дисплею. Он тут же схватился за сигарету и осушил половину бутылки пива чуть ли не одним глотком. Нет, тут явно чего покрепче надо… «Вон оно что. Ну, а может, заглянешь к нам на днях? Сто лет тебя не видел!» «Ну не знаю, как получится, ничего обещать не могу. Ну я приду, если только не одна, а с Леошей». Опять этот Леоша… Грей аж зубами заскрежетал, сминая бутылку одной рукой в маленький сморщенный комок пластмассы. «С Хуёшей, блядь!»… и стёр. Ещё несколько больших глотков – и очередная бутылка пива вновь пуста. «Я соскучился, Джу. Давай увидимся. Хоть прямо сейчас. Ну, или когда ты захочешь». И через несколько секунд ещё: «Пожалуйста». «Нет, Грей. Прости, но мне совершенно некогда!» «Хватит надо мной издеваться!!! Я люблю тебя, как же ты не поймёшь, глупенькая! Вернись ко мне!»… стёр. Ещё через несколько секунд: «Бля, хочешь, я ещё раз перед тобой на колени встану! Хочешь, на глазах у всей гильдии, если ты не веришь мне! Скажи, чего ты хочешь – я что угодно сделаю!»… снова стёр. И снова спустя недолгую паузу: «Джу, за что ты так со мной? Я же не пёс помойный, чтоб вот так вот! Что я делал не так, что ты мне этого говнаря предпочла?! Ты скажи, что не так было, я всё исправлю! Бля, буду таким, как ты хочешь, только вернись, умоляю!!!»… опять стёр. И, побуравив невидящим взглядом мерцающий монитор, Грей написал лишь: «Ок, я тебя понял». Спустившись вниз за тремя бутылками виски и бросив косой взгляд на доску заданий, Грей тут же, круто развернувшись, помчался наверх, озарённый новой светлой идеей. Он, кажется, придумал, как вновь наладить контакт с водной волшебницей. Вновь задымилась в его зубах сигарета, а пальцы Отмороженного заколошматили по клавиатуре, с силой пропечатывая буквы на экране: «Слушай, а как ты смотришь на то, чтобы отправиться со мной на задание? Там как раз нужны маги льда и воды, да и награда, что надо! А так как мы из одной гильдии, как раз мы с тобой и можем его взять!» Он сам над собой смеялся, ведь он ещё понятия не имел, что это за задание. Такое вот задание ему ещё нужно было подобрать. Но это дело техники. Главное, чтобы она согласилась… И, нажав на клавишу «Enter», Грей непонимающим взглядом уставился на надпись, расположенную снизу почему – то не отправившегося сообщения. «Пользователь ограничил доступ к своей странице. Вы не можете отправлять ему личные сообщения». Ну конечно же – чёрный список. Лучшее средство от зануд, прилипал и таких вот брошенок, как Грей Фулбастер… Грей смахнул каплю крови с губ, неизвестно откуда появившуюся. Ему даже лень было уже думать, что это опять за чертовщина… Ноутбук всё – таки поцеловался со стеной после короткого, но стремительного полёта, организованного ему Греем. Не прослужив хозяину и суток, он на прощание заунывно прогудел, моргнул окончательно разбитым дисплеем, под хрупким стеклом которого уже расползлись жидкие кристаллы, и выключился раз и навсегда. Остаток ночи Грей провёл, хлебая виски, слушая музыку с телефона и думая о том, что ноутбук приобретать надо будет на заказ, чтоб был в титановом корпусе и с пуленепробиваемым стеклом на экране. Иначе он замучается так каждый день за новым компьютером бегать! И даже на фоне этих мыслей его раздирала горечь осознания того, что сегодня окончательно подвердился один малоприятный факт. Если на протяжении этих дней он ещё на что – то надеялся, то теперь он ясно понял – Джувии Локсар он больше совсем не нужен. Да ещё, как назло, и погода окончательно стала тоску навевать – за окнами собрались затяжные серые тучи, и забарабанил по стёклам проливной дождь… Тем временем стройная синеволосая девушка в ярко - красной ночной сорочке, поводя покрытыми ссадинами и синяками хрупкими плечиками, обвила сама себя изуродованными ранами тонкими руками. Тихонько звякнули длинные серебряные цепи, позволявшие ей передвигаться, но не дающие возможности колдовать, в которые она была постоянно закована на протяжении довольно долгого времени. А человек, который над ней издевался таким вот образом, не давая ей свободы, лишь сонно засопел, сжимая рукой подушку. Ложиться с ним в одну постель Джувия не захотела, предпочтя провести ещё одну бессонную ночь за компьютером. А тут эти сообщения от Грея… Её сердце чуть не выпрыгнуло из груди от простого «Привет, Джу… как ты?». Ей хотелось написать что – то вроде «Грей, умоляю тебя, спаси меня от этого ублюдка! Я люблю тебя, я хочу быть с тобой, быть твоей, я отдамся тебе вся без остатка! Я до сих пор проклинаю себя за тот случай на моём дне рождения! Я так перед тобой виновата… Умоляю, прости… И забери меня отсюда!!!». Но Джу ведь была девочкой, которая при необходимости умеет держать себя в руках. Поэтому и обошлась дежурным «Привет, я нормально. Ты как?». Когда он спросил, отчего она не появляется в гильдии, пальцы Джувии сначала легонько запорхали по клавиатуре, выдывая целый крик её измученной души: «Этот урод меня избивает, насилует, держит здесь постоянно в серебряных цепях, чтоб я колдовать не могла! Он сбрасывал меня в Озеро Смерти, чтобы я нашла какое – то там кольцо бессмертия, но там ничего не было, и он снова меня избил! А ещё он связал нас с тобой какой – то связью, от которой все раны с моего тела появляются и у тебя! А, если я попытаюсь сама сбежать, он просто прикончит меня… а из – за этого ты умрёшь. А я не прощу себе, если из – за меня ты умрёшь! Я и не прихожу в гильдию поэтому, чтобы наши меня в таком состоянии не видели… и тебя не хотела расстраивать… Грей, умоляю, спаси меня!». Но Джу ведь была девушкой с весьма своеобразным характером. Подумав, что Грей не должен страдать из – за её опрометчивости и рисковать собой, пытаясь её спасти, она стёрла всё то, что написала в запале отчаяния, и быстро настрочила ещё одно сообщение. Теперь, чтобы Грей окончательно понял, что больше им ничего не светит, и не вздумал предпринять ещё одну попытку выкрать её у Леона (чего она в глубине души очень сильно желала), надо показать ему, что с Леоном у неё всё радужнее некуда. «Да ты знаешь, мне тут с Леоном совсем некогда даже к ребятам заглянуть, хих!»… нет, лучше даже не так. Лучше назвать пепельноволосого истязателя как – нибудь ласково, чтобы окончательно оттолкнуть Грея и отбить у него охоту даже писать ей. Она вспомнила, сколько уже вызовов от него она проигнорировала, просто не поднимая трубку, и переправила: «Да ты знаешь, мне тут с Леошей совсем некогда даже к ребятам заглянуть, хих!». Вот. Так – то лучше. Дальше она отписалась неопределённо, что, мол, может и заглянет в «Хвост Феи». И, снова желая создать видимость идиллии с Бастией, она назвала его Леошей, говоря о том, что, если и наведается в гильдию, то только с ним. А отчасти это правда. Этот маньяк и вправду никуда её одну не отпустит. Но, когда Грей вдруг выдал, что соскучился и стал просить её о встрече, она даже не смогла унять дрожь в руках, отчего цепи между её закованных запястий стали даже легонько позвякивать. Понимая, что сейчас она обрывает последнюю ниточку между ней и черноволосым любимым ей до безумия ледяным созидателем, она написала что – то коротко о том, что видеться с Греем ей просто некогда… и нажала кнопку «Заблокировать пользователя», тем самым добавляя Фулбастера в чёрный список и лишая его возможности писать ей ещё. Обвив себя тонкими руками, Джу почувствовала, как холодная цепь коснулась её израненного тела. Вспомнила о том, как приятен коже был лёд Грея, и, прикусывая губу до крови, не смогла сдержать беззвучных рыданий. Небо тут же затянулось серыми тяжёлыми тучами, и пошёл проливной дождь. Ну да, конечно… Если плачет сама вода, как же небо может не отозваться на её слёзы!.. Утро, как всегда, встретило похмельем. Грей, приложив к голове, которая словно на куски разрывалась от вчерашнего смешения пива и виски в его организме, кусок льда, придерживался за перила и медленно спускался к барной стойке. Сейчас холодное пиво мигом решит все его проблемы!.. - О, здорово, Мира, - поприветствовал он дьяволицу, сегодня проснувшуюся на удивление рано, - Слушай, спаси алкаша от неминуемой смерти – подлечи вон той пенной прелестью! Грей, так и не убирая льда от трещавшей головы, указал на стоявшие в холодильнике только что разлитые Миражанной полуторалитровые бутылки. - Вот то, что алкаша спасать надо – это ты верно подметил, - произнесла Миражанна, внимательно смотря на Грея. Разбитая губа, растрёпанные волосы… А синяки под глазами уже в постоянный атрибут внешности Фулбастера превратились. Мда, тяжело же ему даётся жизнь без Джу, думала Миражанна. - Ну, раз я это признал, так плесни уже пивка, - от головной боли Грею даже разговаривать уже тяжело становилось, - А то щас точно коней с бодуна двину, и будет это на твоей совести! - Да налью, налью, - Мира подумала, как бы такими темпами ледяной совсем не спился… Он же не просыхает с самого дня рождения Джувии! - О, спасибо, - Грей схватился за поллитровый стакан холодного пива и опорожнил его чуть ли не одним глотком. - А теперь поешь! – Мира с выражением лица «возражения не принимаются» выставила перед Греем огромную тарелку с супом, ничуть не уступающую в размерах тарелку с картофельным пюре и жирным мясным гуляшом, и тарелку чуть – чуть поменьше, в которой горой навален был салат оливье. - Ничё себе! – желудок Отмороженного вдруг утробным урчанием напомнил ему, что в последний раз он ел достаточно давно. А ведь, и вправду, когда? С десятого числа алкоголь заменял ему пищу, чередуясь лишь с закусками да бутербродами… Грей настороженно посмотрел на тарелки с едой и произнёс: - А ты не думаешь, что от такого количества хавки меня просто разорвёт? - Нет, не думаю! – Мира тут же придала своему очаровательному личику выражение «жри по – хорошему, или шею нах сверну», - Я не помню, когда ты последний раз ел! Если ты думаешь, что я не замечаю твоего запоя, то ты очень сильно ошибаешься! Да ты же алкоголем одним и питаешься! Я, конечно, понимаю, что тебе паршиво после того, как Джу ушла от тебя к другому, но это не повод медленно гробить себя и доводить себя до язвы желудка и цирроза печени! - Мир, - жестом остановил Грей развозмущавшуюся волшебницу, - давай я поем, а ты не будешь так громогласно обсуждать на всю гильдию мой запой и прочие прелести моей жизни! - Ладно, - Миражанна быстро успокоилась. Не от того, что её так устраивали условия, выдвинутые Греем. Просто она понимала, что ледяного теперь никакая сила не остановит и не заставит образумиться. Так что пускай хотя поест. И на том спасибо… - Ммм, ашушенно, - Грей с полным ртом выставил большой палец вверх, показывая Мираджейн, что её стряпня просто изумительна. У дьяволицы хоть немного настроение поднялось. Она знала, что такое вот довольное мычание с набитым ртом красноречивее всяких похвал. - Пивка подлить? – она даже уже согласна была немного подпоить Фулбастера, лишь бы он продолжал с таким аппетитом жевать картошечку с гуляшом. С супом он расправился моментально. - Угум, - кивнул Грей, отправляя в рот очередную порцию картошечки с сочным жирным мяском и закидывая туда же следом большую ложку салата. Но, едва успел Отмороженный начать пережёвывать всё это, как его телефон оглушил весь зал синхронным надрывом волынки, гитары и барабанной установки. - Ой, какой у тебя телефон громкий, - Мира чуть бокал из рук не выронила, подпрыгнув от неожиданности. - Алло, - Грей удивился столь раннему звонку Савьера. Гонщик ведь был тот ещё любитель поспать, не отрывая зада от кровати минимум часов до трёх дня. Ну, это если дел срочных не было. А, судя по тому, что Гонщик звонит в десятом часу утра, точно что – то случилось. Только вот что? Вчера ведь он писал ему, что тренировочный заезд только двадцать первого состоится. А, значит, пока гонок не намечается… - Здорово, Греич, - Савьер и сам, судя по всему, был жутко недоволен столь ранним подъёмом, - Ты чё там приутих? Живой там? - Здорово, коль не шутишь, - Грей перед тем, как это произнести, вынужден был помолчать из – за того, что ему необходимо было прожевать закиданную второпях в рот вкуснятину Миражанны. - Слушай, тут такое дело… В общем, нас очень попросил один влиятельный человек… Там просто, понимаешь, потом, если знатно прогоним, есть перспектива того, что наши гонки наконец – то узаконят… Поэтому я и согласился… - заминаясь, начал Савьер, - Ну знаешь, тренировочных заездов не будет. - То есть это как?! – Грей чуть стакан пива, поданный ему Миражанной, не обронил. - То есть мы открываем сезон прямо сегодня, - произнёс Савьер. - Ну охереть теперь! – самообладание к Грею вернулось, впрочем, довольно быстро, - Я же даже своих малышек толком не обкатал… Гонщик усмехнулся. Каждый автомобилист или байкер, душой прилипший к рулю, скорости и дороге, своё транспортное средство каким – нибудь ласковым словом называл. Да и сам Савьер свой гоночный автомобиль красавицей величал. А вот мотоцикл у него почему – то бл именно красавой. Савьер отшучивался всё время, что машина его – это капризная, но очень сильная девочка, а вот его байк, как сказал бы Эльфман, настоящий мужик! - А тебя это разве когда – нибудь смущало? – Гонщик вновь не смог сдержать усмешки, вспоминая, как, однажды, разбив байк за полчаса до гонок, Грей помчался в салон, купил там новый… И, оседлав железного коня, прямо из салона на нём на старт полетел, врываясь в гонку в последнюю минуту! - Хы, ну да, - Грей вспомнил о том же самом, что и Савьер. - Ну в общем, вечером будь на Морском проспекте. Оттуда стартуем, - произнёс Савьер, - А щас доедь до меня, байк забери. Наши ребята тебе машину потом к дому подгонят…. - Я там больше не живу, - произнёс Грей. - То есть как?! – Савьер очень удивился этому. Что могло заставить ледяного съехать?.. - Ну… дома моего больше нет, - Грей бодро постукивал ложкой, прикончив картошку с гуляшом и добивая салат. - Не понял, - протянул настороженно Гонщик. Наверное, вот о каких проблемах говорил ему тогджа Нацу Драгнил… - Ну… развалился маленько, - Грей решил не рассказывать Гонщику о том, что свой собственный он сам же и разрушил, - Так что я щас пока в гильдии живу. - Ну, значит, у гильдии твою тачку припаркуем, а ключи Мираджейн оставим, - произнёс Савьер, мысленно удивляясь тому, какая же сила смогла развалить дом Грея, - Знаешь, ещё кое – что… В общем, сегодня удивить публику мы должны по полной программе. Ну сам понимаешь, это в наших же интересах, чтоб наши гонки легализовали наконец! Так что надо выложиться сегодня по полной, и, разумеется, победить говнарей из других городов! В общем, в одиннадцать вечера в самом начале Морского проспекта. И давай приезжай за байком! - Понял, - кивнул Грей, делая большой глоток пива и нажимая клавишу отбоя. Закурив, ледяной мигом поднялся со стула, чувствуя, что благодаря холодному пиву и стряпне Миражанны он прямо ощущает в каждой клетке тела прилив физических сил. Морально же Грей чувствовал себя крепким с виду, но абсолютно полым внутри куском льда. Ну с этим он скоро свыкнется. Он же раньше как – то так жил… Просто надо вспомнить, как жилось ему без Джу, не позволяя сердцу открываться никому, кроме старой гитары, которую он тоже превратил в кучку ледяных осколков вместе со своим домом, и всё пойдёт как по маслу, наверное. - Ладно, Мира, спасибо за угощение, было просто охерительно, нашим привет от меня передавай, и я пошёл, - выпалив всё это чуть ли не на одном дыхании, Грей отправился к выходу. - Куда ты? – окликнула его Миражанна. - Да по делам, - бросил туманно Грей и, махнув рукой дьяволице, закрыл за собой дверь гильдии с обратной стороны. Мира, споласкивая тарелки, опустошённые Греем, расстроено вздохнула. Ну да, какого ещё ответа можно было ожидать от этого упрямца!.. Грей вновь на бешеной скорости и с гремящей на весь квартал музыкой нёсся к салону Савьера. Машина приятно радовала Отмороженного своей мощью в сочетании с весьма плавным ходом и способностью тормозить при необоходимости резко, не скрадывая расстояния тормозного пути, которое при определённых обстоятельствах могло бы стать просто смертельно опасным отрезком. Фулбастер задумался о том, что времени на выбор жилья у него остаётся не так уж и много. Да,в принципе, ему было наплевать. Он не собирался мучиться выбором, подыскивая себе чисто берлогу, в которой ему нужно будет лишь отоспаться, прийти в себя, помыться да поесть. Зайдя со своего смартфона на сайт объявлений по продаже домов, Грей ткнул пальцем в первую попавшуюся ссылку. Домик был небольшим, но довольно уютным, по желанию покупателя за небольшую доплату хозяева даже предлагали оставить мебель, стоил недорого… Но название улицы заставило Грея расхохотаться на всю машину. Улица Нитроглицериновая… Господи, да какой наркоман её так обозвал?! - Зацени, - ворвавшись в салон к Савьеру, Грей замахал у него перед носом смартфоном, на экране которого всё ещё было то самое объявение, - Улица Ни – тро – гли – це – ри – но – ва – я!!! - Бугагагагагагагага! – не поверив своим глазам, Савьер тоже рассмеялся, - И чё, ты хочешь сказать, что ты туда поедешь? - Ну да, - пожал плечом Грей, - А почему бы и нет? Хата нормальная, стоит недорого, ну на окраине, правда, да это херня… Зато даже мебель оставляют, мне даже не придётся со всеми этими креслицами – диванчиками заморачиваться! - Хм, ну да, неплохой вариант, - одобрительно кивнул Савьер. - Так что оставляю тебе тачку, беру байк и рву туда, - бодро произнёс Грей. - Стопэ, пацанчик! – Савьер аж оторопел от такого поворота событий, - А куда ж тебе тогда машину привозить? - Пока к гильдии, - сказал Грей, - А то мало ли, чего, мож, не выйдет, или сорвётся… Но, вопреки беспокойству Грея, ничего не сорвалось – рассчитался он тут же, на месте, наличными. И, когда прежние хозяева передали ему ключи и оставили его наедине с домом, он плюхнулся на большой диван и стал набирать Нацу сообщение. «Купил хату себе только что. Сегодня вот никак не смогу – дела кое – какие наметились, а вот завтра предлагаю отметить новоселье по полной программе. Возьмём всех наших и устроим дестрой». Нацу тут же перезвонил. Не в его привычках было смс – ками отписываться. - Дарова, дурила ледяной! Давай колись, чё, где, почём? - Короч, тут дом частный, обошёлся мне в шестьсот сорок кусков, на окраине, правда, но ничё такой, пойдёт, - начал лениво перечислять Грей, - а улица, знаешь, как называется? - Ну? – Нацу заинтересовался. Если уж Грей заостряет внимание на названии улицы, значит, оно точно, мягко говоря, необычное! - Нитроглицериновая! – заржал в трубку Грей. - Тьфу, бля, гонщик ёбаный! Даже улицу себе такую же ебанутую, как ты, выбрал! – поддразнил друга Нацу, - Ты сегодня к нам припрёшься? - Не –е, - протянул Грей, - дела у меня. - Чё у тебя там опять за дела? – насторожился Нацу. Ох, не нравилось ему, когда Отмороженный так говорил. Это всенепременно означало какую – нибудь дребедень, в которой ставкой будет голова Отмороженного!.. Десять часов вечера. Ну точнее если, уже половина одиннадцатого. Грей, выключая телевизор, бросил в карман смартфон и сигареты. Деньги он с собой даже и брать не стал. Если он выиграет и сегодня, то из призовых он сможет позволить себе просто роскошную гулянку. А уж если вдруг проиграет, это может значить лишь одно – сам, своим ходом с гонки Отмороженный не вернётся. Проигрывал он лишь один раз. И то из – за того, что один неизвестный ему гонщик, больше после того случая на заездах не появлявшийся, поравнявшись на мгновение с вписывающимся в поворот Фулбастером, всадил ему в спину нож, который парализовывал свою жертву. Потеряв способность двигаться вообще, Грей понял, что даже рукой не может пошевелить, чтобы развернуть байк в какую – либо сторону. И слетел вместе с мотоциклом в каменистый овраг под удивлённые ахи и охи шокированных зрителей. Но это было уже давно, а сейчас он уже знал, что, как только хоть кто – то (ну разве что, кроме Савьера, тот никогда бы так не поступил) пытается приблизиться к нему больше чем на метр, нужно сильнее бить по газам и рвать вперёд. А не пытаться потешить публику показной игрой в перегонки, в конечном итоге эффектно ударяя по газам и вырываясь вперёд ошеломлённого противника. Выехал из дома Грей в десять сорок вечера. Нет, он бы смог пролететь через весь город за пять минут, но ему просто хотелось приехать пораньше, как всегда, потрещать с Савьером, отвесить пару пинков задиристому Бухусу, раздолбаю, пропойце похлеще Каны… и первоклассному гонщику по совместительству. К тому же Фулбастеру нужно было успеть пересечься с одним человечком, который обещал помочь ему удивить публику сегодня. А именно – предоставить необходимый для этого кое – какой реквизит. Также Грей хотел оценить обстановку, сразу посмотрев на своих потенциальных противников – гонщиков из других городов. Обычно гонки проходили по принципу «каждый сам за себя», но сегодня ему, Савьеру и Бухусу нужно было сработать отлаженно, как настоящая команда, чтобы сорвать все призовые места. Только на таком условии вошедший в новый состав Совета Ария, могущественный волшебник, о котором ничего, кроме его жаркого гоночного прошлого, известо не было, согласился выдвинуть на рассмотрение закон о легализации гонок. И то, гарантий, что его примут, он парням не дал. Бухус, Грей и Савьер знали, что рискуют ради перспективы, ещё только нарисованной пальцем в воздухе, но вызов приняли. - Кто не рискует – тот не пьёт водяру, - многозначительно подняв палец вверх и отхлебнув из своей походной фляжки, которая постоянно была при нём, сказал Бухус. - Дебил, там про шампанское говорится в этой поговорке, - усмехнулся Грей, глядя на то, что Бухус снова накачивается спиртным за двадцать минут до заезда. Его, правда, это ни капли не удивило – Бухус пьяным жил, так что уж тут про управление байком говорить!.. - Да пох! Я за водку! Крепче и гораздо лучше всякой газированной хрени с пузырьками! – воскликнул Бухус, заливая в себя добрый литр водки и даже не морщась. Фляжка Бухуса, хоть внешне и тянула максимум на пол – литра, магически была устроена так, что могла вместить в себя огромную цистерну. - Уже придумали, как публику удивлять будете? – поинтересовался Савьер у своих товарищей. - Ну я, к примеру, на середине трассы налью на дорогу водяру, подожгу её, прокачусь по этому всему байком, потом поднимусь на заднее колесо, и на горящих колёсах помчу к финишу, - Бухус, хоть язык его и слегка заплетался после неимоверного количества выпитого, программу свою изложил довольно чётко. - Идея ништяк, конечно, - проговорил Савьер, - да только вот, смотрю, без водяры у тебя ничего в этой жизни не обходится, даже трюки на гонках… - Дык это ж я! – довольно стукнув себя кулаком в грудь, воскликнул Бухус, - А ты чем удивлять собрался, очкарик? - Пошёл ты, алкашня, - обиженно поправил очки Гонщик, - а я вот сегодня на том повороте нашей трассы, где речка протекает, брошусь на байке в воду и буду гнать его с такой скоростью, что он даже на дно не уйдёт, будет прям по поверхности воды лететь… - Ха, да ты прям Иисус на байке, - заржал Грей, закуривая, - Только тот, говорят, по воде ходил… А ты у нас дальше шагнул, ты по воде ездить собрался! - Вот и поеду, - Савьер тоже закурил, прикидываясь обиженным, пока Грей и Бухус толкали его с двух сторон в бока. Он прекрасно понимал, что все трое старательно скрывают сейчас свою нервозность. Не ожидая столь раннего открытия сезона, они придумали свои трюки впопыхах и толком даже их не отработали. В особенности Грей. Тот вообще даже реквизит, заказанный у одного старого торговца оружием, в глаза ещё не видел. Что уж говорить о сумасшедшем трюке, которым он решил повергнуть публику в шок!.. То, что он задумал, первый раз исполнить он собирался прямо на гоночной трассе. Никаких репетиций. Только выступление сразу, только хардкор!.. - Кстати, - толкнул его в плечо Савьер, - а что ты решил показать нашим зажравшимся зрителям? - Увидите на старте, - произнёс загадочно Грей. - Тьфу ты, блять, интриган хуев! – рассмеялся Бахус, нутром чуя, что ничего хорошего Фулбастер не задумал. За болтовнёй ни о чём, переглядывания с соперниками и перекурами настало наконец время стартовать. Гонщики выехали на старт, поудобнее устраиваясь на своих железных конях. И лишь Грей вывез байк вручную, выйдя в сопровождении высокого коротко стриженого мужчины, который нёс в руках большую коробку. Все, даже Савьер и Бухус, воззрились на Грея с крайним удивлением. Грей сделал знак рукой Максу Алосу, единственному человеку, которому он объяснил суть своего смертельного номера, чтобы тот грамотно представил его публике, и который был бессменным ведущим таких мероприятий. За что Грей уважал любителя потрепаться – тот никогда не рассказывал в гильдии о его чудесах, которые он постоянно выкидывал на гонках. Так что узнавали обо всём феечки только волею случая из ленты новостей или чьего – то подробного фото – и видеоотчёта. - Итак, мои дорогие друзья, - заговорил Алос в микрофон, - Всем известно, что волшебники на гонках в крайних случаях используют свою магию, чтобы заезд, на котором они попали в беду, не стал их последним. Так вот, Грей Фулбастер на радость вам… «И на беду себе», - подумал Макс. Набрав в грудь побольше воздуха, он продолжил тараторить: -… решил пренебречь этой возможностью, и именно поэтому сейчас он окажется прикованным серебряными цепями к байку! Толпа ахнула, смотря на то, как торговец оружием закреплял цепи на руках Грея, прикрутив их свободные концы к рулю байка. - А ещё сегодня Грей Фулбастер нацелен не просто на победу! – продолжал выкрикивать в микрофон Алос, - Сегодня он настроен поставить мировой рекорд! Поэтому к сиденью его будет прикреплён специальным образом настроенный таймер! Если за десять минут он не проедет всю трассу, то мотоцикл взорвётся вместе с прикованным к нему не имеющим возможности колдовать хозяином! Толпа ахнула ещё громче. Где – то даже послышались отдалённые вскрики: «О, Боже!», «Что же он делает?!», «Во даёт пацан!». Но на этом суть трюка не завершалась. Алос сделал паузу, а потом уже стал раскрывать самую соль смертельного номера, который решил исполнить Грей: - Но это ещё не самое главное! Так как трассу эту наш герой знает, как свои пять пальцев, сегодня он пройдёт её с закрытыми глазами в прямом смысле этого слова! Торговец оружием стал завязывать Грею глаза плотным чёрным куском ткани, а толпа взревела от смеси шока и восторга, ставшей её фоновым настроем ещё только на старте этой безумной гонки. Савьер и Бухус же смотрели на всё это действо с нескрываемым ужасом. - Сумасшедший, - буркнул Савьер в сторону Грея, ставя ногу на педаль байка. Вот – вот должен был прозвучать выстрел, знаменующий начало гонки. - Что я тебе скажу? Покойся с миром, милый друг! – Бухус даже привстал со своего мотоцикла, чтобы похлопать Грея по плечу, - Пусть земля тебе будет пухом! Ты навеки будешь в наших сердцах… ну или что там ещё в таких случаях говорят… На самом деле за иронией Бухус скрывал самый что ни на есть настоящий страх. Не за себя – в удачном исполнении своего огненного трюка с водкой он был уверен на все двести, нет, даже триста процентов. А вот то, что решил сегодня изобразить Грей, было самым настоящим самоубийством. И вот этого Бухус и боялся. До него тоже по местным пивнушкам доходили слушки, что Фулбастер словно начал окончательно оправдывать своё прозвище. Хотя он и до недавнего времени чудил так, что ясно было, что Отмороженным нарекли его совсем не просто так. И не потому, что владел магией льда. А потому, что такие вещи вытворял, на которые были способны только совсем обезбашенные личности, ещё в далёком детстве решившие, что с мозгом им совсем не по пути, а инстинкт самосохранения – это атавизм, который им совсем не нужен. А с недавних пор, судя по слухам, Грей Фулбастер окончательно с ума сошёл. То ли вешаться пытался, то ли повесил кого… Подробностей известно не было, но Шерия Бленди всей Магнолии растрепала про то, что Грей Фулбастер, вусмерть пьяный, приходил ночью в её магазинчик и покупал верёвку. А уж сколько шумихи вызвало то, когда общественности стало известно, что он прикончил Шестерых Просящих!.. Говорят ещё, что Фулбастер врывался в дом к тому белобрысому типу, который увёл у него девушку с волосами цвета моря, и избил его до полусмерти. Но правда это или нет, Бухус не знал. А у самого Грея спрашивать было бесполезно. Он всё время при таких вопросах либо отшучивался, либо замолкал и замыкался в себе. За секунду до выстрела Бухус боковым зрением увидел, как Грей на его иронию ответил лишь своей кривоватой ухмылкой, обнажая белые зубы. Грянул выстрел, и байки сорвались с места, словно стремительно летящие пули, вырывающиеся после нажатия курка. Так – так… а теперь, Грей Фулбастер, нужно собраться и предельно сконцентрироваться. До первого поворота направо примерно полтора километра, с учётом скорости, с которой он несётся, с первых же секунд вырвавшись вперёд всех… А хрен его знает, через сколько нужно поворачивать! Стремясь побить рекорд, Грей задал своему мотоциклу такой темп скорости, с каким он ещё ни разу не ездил. Но, услышав крики зрителей, в которых сквозил самы неподдельный ужас, он понял, что сейчас самое время поворачивать, иначе от него останется кровавое месиво на раскиданных от взрыва осколков байка. По громким выдохам облегчения в толпе Грей понял, что сделал правильно, вывернув руль и заставив байк повернуть. Грей старался не сбрасывать скорость не только потому, что не хотел повторения того раза, когда ему в спину вонзили нож, а ещё и потому, что пищащий таймер бомбы, прикреплённой к его мотоциклу, каждым своим сигналом настойчиво напоминал ему о том, что если он не поторопится, то рискует быть разорванным на куски силой оглушительного взрыва. Первый поворот ему всё – таки удался. Это хорошо. Надо будет его запомнить. Но впереди ещё три, так что расслабляться совсем не время! Грея даже начинала заводить эта его вынужденная незрячесть, впрыскивая в его кровь лошадиные дозы адреналина. И снова крики из толпы, уже даже Савьер, едущий где – то недалеко от него, не смог сдержать хриплого выкрика. Так – так, значит, надо срочно поворачивать. С учётом того, что трасса сегодня построена по принципу круга, значит, снова направо. И побыстрее, а то, судя по непрекращающимся воплям, он уже на грани от того, чтобы слететь с трассы. Практически укладывая байк на бок, и так и не сбавляя скорости, Грей чуть ли не юзом протащился по дороге, отчего из – под колёс искры полетели, и коленом он пропахал чуть ли не раскалившийся от силы трения асфальт. Почувствов, как стало гореть его разбитое в кровь колено, как его тут же стали обдувать встречные воздушные потоки, Грей рассмеялся. Ну что же, игра со смертью продолжается… Ещё два поворота дались ему даже легче, чем предыдущие. Перепуганные зрители уже заранее начинали кричать, стоило ему приблизиться к повороту. По их крикам он и ориентировался, чувствуя, что самое время накренить руль. Первый круг был пройден. Это уже была маленькая, но победа. Грей и сам не заметил того, что после второго поворота ускорился до такой степени, что оставил далеко позади даже своего коллегу Савьера. Фулбастер уже вышел на второй круг, Савьер же только приближался к третьему повороту, все остальные во главе с Бухусом лишь ко второму подъзжали. Грей нёсся, уже осознавая, что даже не боится. На смену вспышкам адреналина пришло опять то самое безразличие, которое сковало его сердце после того, как одна синеволосая особа его покинула. Пролетая третий поворот второго круга, Грей привстал с байка, насколько того позволяли цепи, и встал на руки прямо на руль. Этот фокус был его излюбленным, публика всегда восторженно ревела, когда он так делал. Бухнувшись всем телом обратно на байк, Грей погнал железного коня на третий круг. Таймер пронзительно пищал, но Фулбастер уже чувствовал, что до финиша осталось не так уж много. И не кольнуло даже в сердце у ледяного от того, что как – то всё уж больно легко проходит с учётом всех тех сложностей, которые он сам себе организовал. К тому моменту Бухус уже достиг экватора трассы – второго поворота второго круга, пропуская вперёд себя лишь Савьера. Настало время исполнить королевскую задумку с водкой и огнём. Конечно, Грея ему уже не переплюнуть, да Бухус и не собирался. Ему собственная голова была гораздо дороже адреналина в крови и обожания зрителей. И вот плещется водка прямо по трассе, летит зажжённая зажигалка, и восторженный рёв зрителей внезапно сменился криками ужаса. Бухус, уже ставя байк на заднее колесо, собрался было гнать прямо по горящей уже дорожке из своего любимого крепкого спиртного напитка. Но, услышав, как сменилось настроение публики и шум несущегося сзади мотоцикла, он опешил, так и замерев, стоя на заднем колесе байка. Кто, кто мог его догнать так не вовремя? И обернувшись, Бухус чуть с байка не рухнул. Точно, как же он мог забыть – позади с завязанными глазами и прикованный к байку шёл на третий круг Грей Фулбастер! - Ёбаный свет, - только и смог выдохнуть Бухус. Грей уже коснулся передним колесом огненной дорожки из водки. Тут – то волшебника – алкоголика и парализовал самый настоящий ужас – ведь с учётом того, что к мотоциклу Грея прикреплена бомба, огонь лишь ускорит момент взрыва. И поэтому ему надо как можно быстрее рвать к финишу, ведь сама трасса защищена надёжным волшебным щитом от любого внешнего магического воздействия. Так было сделано потому, что разъярённые проигрышем своего фаворита зрители могли что угодно с победителем сделать. А за чертой финиша уже находились волшебники, которые могли в случае надобности потушить начинающий гореть байк Грея. - Рви к финишу, Отмороженный! – заорал Бухус во всю силу своих лёгких, чтобы Грей его услышал, - У тебя буквально пятнадцать секунд, чтобы добраться туда! Грей сразу услышал своего коллегу по гонкам. И, выжимая из двухколёсного зверя все соки, гоня на пределе его возможностей, Фулбастер нёсся. Осталось буквально два поворота, и преодолеть их нужно было за рекордно короткий срок. Зрители уже захлёбывались от восхищения и ужаса, крича и неистовствуя, мотоцикл пылал, объятый огнём… Пролетая последний поворот, после которого шла финишная прямая, Грей мысленно стал уже проклинать цепи, которыми он был прикован к байку. Он уже начинал задыхаться от запаха дымящей резины, разъедающего ноздри. Если бы не сковавшее его серебро, он бы мог просто заморозить свой байк, потушив тем самым охватившее его пламя. А теперь остаётся лишь гнать. Быстрее, быстрее! На секунду Грей приподнялся с байка на всю длину цепи из – за того, что ему показалось, что в хоре сотен голосов зрителей он различил громкие выкрики Лилейного и утробное рычание Редфокса. Но, когда через мгновение голоса зрителей снова стали отдаваться в его ушах стройным гулом, Грей подумал, что это просто галлюцинации, которые ему подкидывает его взорванный адреналином мозг. Всё ближе, ближе к финишу… Три… два… один… какая – то тень метнулась наперез ему… его словно накрыло вмиг накалившимся листом железа… стало невыносимо жарко… Взрыв. Грей Фулбастер успел. Он пересёк финишную черту не просто первым, порвав своим телом туго натянутую финишную ленту. Он даже обогнал заданный самому себе рекорд, пройдя три адских круга за семь минут. Но вот бежавшие тушить его горящий байк маги не успели усмирить распаляющий бомбу огонь. Савьер, который уже однозначно претендовал на второе место, даже замер посреди трассы, с ужасом смотря на взметнувшийся вверх от взрывной волны столб бушующего пламени. - Грей… - редко Гонщик звал друга по имени, предпочитая величать его по намертво прилепившемуся к нему прозвищу Отмороженный. Но сейчас он не мог с собой совладать. Он просто снова завёл байк и быстро финишировал, даже позабыв про трюк на воде, который он хотел провернуть. Бухус, несясь на загоревшемся байке, последовал его примеру. На финише ничего толком видно не было – суетились маги – спасатели, пытавшиеся потушить бушующее пламя. Но в результате они только больше разъедающего лёгкие и ноздри байкеров дыма разводили. - Где Греич?! – финишировав, Савьер бросил собственный байк и устремился прямо в клубящийся густыми тёмно – серыми завитками дым. - Отморооооооженный!!! – через некоторое время за ним примчался и Бухус, швыряя свой мотоцикл и даже не заботясь о том, что он всё ещё горит, бросился на поиски тела Грея. И Савьер, и Бухус даже не обратили внимания на то, что задачу свою они выполнили, взяв три призовых места. Они уже были уверены в том, что в живых Грея Фулбастера больше нет… - Чё орете – то? Тут ваш Отмороженный! – раздался из похожего на тёмно – серый туман клубящегося дыма чей – то низкий голос, больше походящий на рычание. - Ась? – Гонщик и Бухус застыли, растерянные. А из темноты навстречу им двигалась высокая довольно массивная фигура. Судя по всему, у её обладателя были длинные волосы, торчащие на манер гривы. - Говорю, здесь он, в порядке всё, - наконец – то в поле зрения байкеров показался Гажел Редфокс собственной персоной, - Его ток оглушило малясь, он в отрубе щас… А на спине у него висел неподвижным телом Грей. Из ушей его капала кровь, стекая бурыми пятнами по плечу Редфокса. - Но… как ты успел?! – Гонщик шумно сглотнул, радуясь тому, что Грей жив и поражаясь скорости этого черноволосого усыпанного пирсингом красноглазого волшебника. - Я и мой напарник стояли у самого финиша, когда вон этот, - Гажел указал на таращившего глаза в недоумении Бухуса,- заорал, что если щас Отмороженный не успеет, то байк разорвётся на куски вместе с ним. Ну я и рванул наперерез ему. Просто прикрыл его железным крылом и хватанул с байка где – то секунд за пять до взрыва. - Охуеть… - выдал Бухус, - Ну ты даёшь… - Дают девочки своим мальчикам, а я могу, - ухмыльнулся Гажел, - Лан, надо этого дурачину в себя привести. Вам же щас награду вручать будут… Кстати, поздравляю, вы прям могёте! Наши, магнольские, а все три призовых места сорвать… Молодчики, ги – хи! - Хэй, мэн, а как тебя зовут? – спросил Гонщик, неожиданно выступая вперёд, - Я Савьер, можно Гонщик. А это Бухус. И он алкаш. - Пошёл ты, - Бухус засмеялся и открыл фляжку, снова начав поглощать из неё огненную водицу. - Гажел Редфокс, - стальной протянул руку для рукопожатия, быстро распрощался таким образом с Гонщиком и Бухусом, и снова ушёл в дым, голося утробным голосом: - Лили, блядина ты короткошёрстная, ты где лазишь? Найди лучше толкового врача для нашего ледяного болвана! Эй, Лили, ты чего молчишь? Ну отзовись, ну поговори со мной… НАПАААААААААААРНИК!!!. Савьер и Бухус переглянулись, слыша рёв толпы и выкрики Макса со сцены: - Итоги нашего открытия гоночного сезона, которое в этом году произошло чуть ранее, чем обычно, таковы. Безусловным лидером и победителем этой гонки стал обожаемый публикой Грей Фулбастер… - Да он же уже мёртв! – раздалось из толпы, - Так что победителем станет тот, кто по факту пришёл вторым! - Да ладно, - на сцене раздался низкий голос с хрипотцой, который даже зрители (особенно зрительницы) узнать могли даже лет через десять, - Я живее всех живых!.. Среди зрителей моментально воцарилась гробовая тишина…