Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

- Конечно же, мы тебе поможем! – Кэтти обвила своей рукой его изрезанную руку, - Правда, дедушка Дарл? - Нет, милая, ты что! – замахал руками старичок, - Мы сейчас обратно его в цепи закуём, батарею ему на шею повесим и бросим подальше от железнодорожной насыпи, чтоб никто его не увидел! Увидев, как удивлённо вытянулось милое личико рыжеволосой проводницы, Дарл засмеялся: - Ха, глупышка, поверила! Конечно же, поможем! И никаких тамбуров и печек – поедешь, как нормальный человек, в вагоне! Можешь даже расположиться в любом из свободных купе, если захочешь! - Спасибо, - опустив голову, пробормотал смущённо Грей, - Я ведь и не заслужил вашего такого отношения… - Хватит на себя всякую чушь наговаривать! – воскликнул Дарл, - Ты попал в беду, так почему ты должен заслуживать человеческого к себе отношения? Наш долг – помочь тебе в такой ситуации! Любой бы на нашем месте так поступил! - Ну да, наверное, - неопределённо хмыкнул Грей, решив не огорчать добрейшей души старичка и не рассказывать ему про то, как двое машинистов, видя его плетущимся в цепях вдоль рельс, пролетели мимо, даже не затруднив себя тем, чтобы помочь парню. А один из них даже высунулся в окно и поулюлюкал, проезжая вперед скованного брюнета. - Да, кстати, - дедуля развернулся к Кэтти, - милая моя, позаботься об одежде для Грея. Негоже в таком виде в городе находиться! И, кто – нибудь, сходите успокойте пассажиров, а то они переживать уже начинают, что так долго стоим! Пора нам, кстати, трогаться уже! С этими словами дедуля захлопнул дверь машинистской кабины, заставляя нажатием рычага паровоз издать протяжный оглушительный гудок. Пока Грей расположился в одном из свободных купе, Кэтти приготовила ему чай и принесла несколько бутербродов для перекуса и отправилась на поиски одежды для Отмороженного. Стоило Фулбастеру дожевать последний бутерброд, рыжая появилась в дверях купе, держа в руках форму проводника. - Прости, - смущённо произнесла она, - кроме этого никакой одежды у нас больше нет… - Да ладно, не парься, - Грей протянул руку за светло – синей рубашкой с гербом и тёмными брюками, - это намного лучше, чем рассекать в одних труселях по улице… Спасибо! - Да не за что, - пожала плечами Кэтти, неотрывно изучая взглядом полуобнажённого начавшего торопливо одеваться Фулбастера. Пододвинув к нему ещё пару чёрных носков и ботинок, она негромко добавила: - Вот ещё, возьми, хоть обуешься… - Спасибо, - в очередной раз поблагодарил Грей, натягивая носки и не смотря даже на рыжеволосую. Та же, когда ледяной выпрямился во весь рост, уже полностью одетый, восхищённо цокнула язычком: - Ух ты, а тебе так идёт форма! - Хе, - отозвался Грей. - Знаешь, - накручивая на палец рыжую прядку, Кэтти незаметно защёлкнула дверную щеколду, запирая купе, - у меня даже такое впечатление, что на тебе форма не проводника, а такого сильного и властного полицейского… Такого, знаешь, который любит пытать, наказывать и подчинять себе плохих арестанток!.. Договорив, она легонько толкнула ледяного на нижнее сиденье купе, вставая перед ним на колени и быстро расстёгивая молнию на его тёмно – синих брюках. Грей легонько усмехнулся. Он прекрасно понимал, чем дело пахнет. Странно только, что, как раньше, он не проявлял никакой инициативы. Ему просто было лень что – то предпринимать. Самое же паршивое, что образ одной прелестной стройной синевласки тут же назойливо замелькал в его мозгу. Чёрт, и как же сбросить с себя это наваждение?!.. Правда, чисто механически поднять его член для Кэтти оказалось делом пары минут. Рыжей буквально понадобилось раздеться перед Отмороженным догола, не вставая с колен, и, зажав его член между своих пышных грудей, несколько раз поводить ими туда – сюда и потереться всем телом о его гениталии. Грей с кривоватой усмешкой смотрел на стоящую перед ним на коленях обнажённую пышногрудую девицу с длинными рыжими волосами. Вспомнив эпизод с Искрой на дне рождения Джу, он подумал: «Мда, что – то прёт мне в последнее время на рыженьких!». А вот как прогнать из своей головы до сих пор живые в памяти нежные черты лица одной синеволосой повелительницы воды, Фулбастер пока не имел ни малейшего понятия. Да и чёрт с ним. Она там отдыхает с Леоном… И, видать, так хорошо, что даже в гильдию дорогу забыла! А ему что, теперь в монахи, что ли, записываться?! Всё равно теперь для неё он пустое место, которое не заслуживает её драгоценного внимания. Конечно, если бы она позвала, он бы бросился к ней, забыл бы всё, что произошло… И плевать на гордость, плевать, кто что подумает. Главное – если бы она хоть намёком дала ему понять, что он ей нужен, он бы всё разнёс и всех, лишь бы быть с ней. Так странно. Рыжая, словно звезда порнографического фильма, зажимала его член в своей груди, а он, хоть и возбудился, чувствуя, что разрядка ему сейчас не помешает однозначно, но рассудок его оставался холодным. А вот когда однажды Джу, присев на его поясницу, додумалась сделать ему всего лишь массаж спины и плеч… Стыдно признаться, но ледяному пришлось сдерживаться огромным усилием воли, чтобы ненароком его семя не вырвалось прямо ему же в трусы! А уж как он вдавливал своё тело в песок, лишь бы она не обратила внимание на то, что ещё чуть – чуть – и сила его эрекции сможет удержать на весу его и Джу, сидящую на нём верхом. Что уж стоило говорить о том, что начиная пылать под её намазанными массажным маслом ладонями, Фулбастер способность адекватно мыслить и внятно отвечать потерял моментально… Тогда он в состоянии был лишь хрипло выдыхать односложные и бессвязные какие – то реплики. Сейчас же, глядя на то, как соски рыжеволосый набухают, потираясь о внутренние стороны его бёдер, он чувствовал, что, предложи ему сейчас сканворды поразгадывать – и он преспокойно этим займётся, не отрываясь от получения физического удовольствия. - Свяжи мне руки, - рыжая протянула ему ремень от своей формы. - Как скажешь, - Грей с той же самой своей лёгкой полуулыбкой быстро связал ей запястья за спиной. Значит, любит погрубее. Ну что ж, пусть всё будет, как она того хочет. Несмотря на то, что никаких чувств к своим пассиям на одну ночь Грей не испытывал, ему поднимало настроение то, как они стонали и извивались, охваченные страстью, становясь такими в его сильных руках. Когда Кэтти потянулась уже к его члену, не вставая с колен и приоткрывая ротик, Грей, пользуясь тем, что руки её связаны, схватил её за волосы, запуская пятерню в рыжие пряди так, чтобы держать её он мог очень крепко, при этом боли ей не причиняя. От того, что Грей схватил её за волосы, не давая ей дотянуться до его члена, рыжая застонала, прикрыв глаза, и, прерывисто дыша и изо всех сил пытаясь приблизиться к паху Грея, стала языком легонько поигрывать с головкой, параллельно стараясь лёгким касанием задеть и его яички. Так уж и быть, рыжая, раз ты так рвёшься… Грей легонько ослабил хватку, позволяя ей ещё немного приблизиться. А Кэтти окончательно разошлась – целовала его промеж ног, язычок её вычерчивал причудливые витиеватые дорожки по его коже, её приоткрытые губы с томной нежностью и изнывающим желанием смыкались на каждом миллиметре области его паха. Но только стоило ей попытаться взять его член в тугое колечко своих пухлых губ, Грей, снова хрипло усмехнувшись, дёрнул её за волосы, легонько запрокидывая ей голову назад. От этого Кэтти протяжно застонала, пытаясь вдохнуть и содрогаясь в спазмах возбуждения. Грей дразнил её, то позволяя её губам и языку порхнуть по его готовому к работе «инструменту», то резко отстраняя её от себя и смотря на то, как она наклоняется всем телом вперёд, чтобы коснуться его ещё и ещё. Когда Кэтти стала уже заходиться в некоем подобии припадка, дыша неровно и, словно в бреду, называя его господином и умоляя его позволить ей подарить ему незабываемое наслаждение, Грей, будто бы смилостивившись над ней, рывком вжал её голову между своих ног и расслабился, позволяя ей поработать над ним на славу. При всём этом его пугало то, что, хоть происходящее ему явно нравилось с чисто физиологической точки зрения, почему – то в голове его с настойчивостью стала пульсировать одна очень странная мысль. Он, сам того не замечая, представлял себе на месте длинных прямых рыжих волос голубые пышные локоны, метку небесно – голубого цвета на внешней стороне левого бедра… Хотя нет. Если бы действительно Джу сделала бы это для него, он бы, наверное, до окончания не дожил, померев от счастья!.. Но, позволив этому назойливому видению проникнуть в свою лохматую голову, Грей откровенно замлел, закрыв глаза. Если бы это и вправду была Джу… И, увлёкшись мечтаниями, ледяной внезапно почувствовал спустя минут тридцать, что близок к грандиозному завершению. Не желая забрызгивать своей ледяной спермой рот Кэтти, Грей, снова взяв её за волосы, попытался запрокинуть её голову назад, чтобы отстранить её от себя. Но та, с глухим звуком заглатывая его член, лишь коротко мотнула головой и глухо простонала, демонстрируя то, что готова проглотить всё до последней капли. Кончая, Отмороженный не удержался и несколько раз насадил голову Кэтти на собственный член с такой силой, что та чуть не подавилась – сдавленный кашель рвался наружу из её горла. - Не пойми превратно, - Кэтти, улыбаясь, смотрела на то, как Грей развязывает её перетянутые за спиной руки, - Я всегда глотаю… - Ах вот оно что, - рассмеялся Фулбастер. Ну да, в долгих разъездах молодое тело девушки изнывало от недостатка мужского внимания и грубой силы. Оттого – то, завидев Отмороженного, она и приметила его для себя в качестве полового партнёра. Девочка умная, понимает, что дальше, только Отмороженный сойдёт в Дугрексе, ничего больше их не ждёт. Так отчего бы не дать ей возможность сорвать свою порцию наслаждения. В конце концов, она так старалась!.. Снова представив, что бы было, если бы Джу вытворила с ним такое, при том, что он от одних лёгких касаний её нежных рук заводился, Грей вдруг ощутил, как что – то твёрдое снова угрожающе набухает между его ног. Неужели не прекратиться теперь этому наваждению, неужели, трахая самым изощрённым образом очередную смазливую дурочку, он так и будет представлять себе, что всё это он проделывает именно с ней?.. - Ну что же, теперь моя очередь, - Грей развернул рыжую спиной к себе, одной рукой заломив ей руки за спину и опрокинув её на стол так, что её соски тут же набухли, касаясь прохладной гладкой поверхности полированной столешницы. Кэтти в предвкушении того, что сейчас её отымеют, как строптивую второсортную шлюшку, не смогла сдержать громкого вскрика. Грей тут же зажал ей рот второй рукой. Не в том было дело, что он боялся, что их услышат. Он просто знал, что рыжей понравится такое с ней обращение. А её глухие стоны всё рвались наружу, хоть ладонь Грея и крепко прилегла к её губам. Сначала он решил немного помучить её, скользя членом между её ног и резко удаляясь, только она делала всем телом ответное движение навстречу ему, предвкушая столь долгожданное проинкновение. Подразнив её вдоволь, мыслями при этом находясь где – то очень далеко отсюда, Грей всё – таки решил, что он наигрался. И рывком, не церемонясь, вошёл в неё. Грей с силой вдавливал Кэтти в стол, слушая её приглушённые стоны и смотря на то, как от пота её тело начинает помаленьку скользить по полированному дереву. Ускоряясь и практически раздирая её сильными грубыми толчками, он снова так некстати вспомнил о той, что научила его не бояться дождя и петь в караоке. И снова в красках представил, какой была бы их совместная ночь. Задумавшись об этом, Грей начал то замедляться, резко дёргая тазом, то снова ускоряться. Кэтти происходящее определённо нравилось, она, раздувая ноздри, пыталась ухватить хоть немного воздуха. Рта раскрыть рыжая не могла никак, потому что Грей крепко зажал ей рот своей ладонью. Это лишь добавляло ей остроты ощущений. Ей нравилось чувствовать себя беспомощной жертвой в грубых руках самого настоящего животного. А Фулбастер продолжал негромко усмехаться своим мыслям, отправлявшим его сознание в дальние дали, в которых и в помине не было этого поезда, рыжей пышногрудой проводницы и железной дороги. Были только он и Джувия Локсар. Ха, а может, это теперь такой у него своеобразный рецепт, чтобы гарантированно кончить?.. Ведь, стоило ему хоть на секунду вспомнить прикосновения синеволосой, да вот хотя бы тот её робкий поцелуй, когда он был полностью обездвижен из – за цепей, и глаза его были плотно замотаны чёрной повязкой, он контроль над собой тут же терял… Несколько порывистых резких движений, проникающих в самую глубь тела рыжеволосой проводницы – и Грей, медленно выскальзывая из неё, проводит руками по её плавным изгибам, словно давая ей понять, что на этом всё. Кэтти же лежала на столе, даже не шевеля руками, которые так и держала за спиной, будто бы что – то не давало ей пошевелиться, и едва дышала. - Эй, ты живая? – Грея на секунду испугала эта её неподвижность, и он, быстро подняв её со стола, уложил её на нижнее сиденье купе с мягкой кожаной обивкой. - Да живая, - тихо отозвалась Кэтти. Блаженная улыбка блуждала по её лицу, и дрожащей рукой она стала медленно убирать прилипшие к щекам взмокшие длинные рыжие пряди: - Было нереально круто, Грей. Спасибо тебе. У меня тыщу лет такого секса не было! - Ха, да не за что тут, по – моему, благодарить! – отозвался Грей, застёгивая рубашку, которую он даже не помнил, как сбросил. Только – только он застегнул молнию на своих тёмно – синих брюках, как в дверь его купе раздался негромкий стук и низкий девичий голос за дверью: - Грей, уже подъезжаем к Дугрексу. Тебе сейчас выходить! - Упс, - хохотнул Фулбастер, думая о том, что, наверное, не очень – то красиво получится, если он сейчас откроет дверь, и коллеги Кэтти увидят её лежащей голой и растрёпанной на сиденье купе, в котором он расположился, - Иду, иду! - Ну хорошо, - за дверью послышался шум шагов, судя по звуку, девушка за дверью всё – таки ушла. Грей развернулся к рыжей, которая стала уже потихоньку одеваться. Обычно в таких случаях он одаривал после секса девушку какой – нибудь дорогой безделушкой, курил и вёз её домой. Но сейчас ни денег, ни машины, ни даже сигарет у него при себе не было. Что – то, наверное, нужно было сказать. Но что говорить той, с которой переспал чисто по воле случая, ни малейшего дальнейшего интереса к её персоне не испытывая?.. А Кэтти, словно понимая метания озадаченного Фулбастера, тихонько сказала: - Иди, а то долго стоять мы в Дугрексе не будем. Там такая ситуация, сам понимаешь… - Ага, - кивнул ледяной, взъерошивая чёрные волосы. Он – то не хуже неё знал, что творится в этом порабощённом гильдией «Шестеро просящих» городе. Более того, туда он ехал как раз для того, чтобы это безобразие прекратить!.. - Для чего ты туда едешь, я не знаю, - произнесла Кэтти, доставая пачку сигарет из кармашка формы и протягивая её Грею, - Но в любом случае, удачи тебе. - Спасибо, - произнёс Грей, тут же прикуривая, - Ну ладно, я пошёл. Рыжая долго смотрела вслед удаляющемуся Фулбастеру. А форма его и правда очень красит!.. Стоило Грею покинуть поезд, в купе, в котором Кэтти и отдалась на волю своей страсти, ворвались девчонки – проводницы. Та самая девушка с низким голосом, которая оповестила Грея, тряхнув каштановыми кудрями, начала деланно возмущаться: - Засранка ты, Кэт! Опять пиздатого пацана себе отхватила, не дала даже нам вдоволь им насладиться! А рыжая лишь мечтательно улыбалась в ответ, затягиваясь и стряхивая пепел прямо на ламинат, которым выложен был пол в том самом купе… Грей, дымя сигаретой, сунул руки в карманы форменных штанов, сощурился от лучей солнца, бьющих прямо в глаза, и решил было подойти к прохожим и узнать дорогу до улицы, на которой проживал заказчик. Фуллбастер понимал, что идти в любом случае придётся пешком – машины нет, байка нет, даже денег нет за такси заплатить. Да только вот планам ледяного не суждено было сбыться. Ещё только сделав шаг, он удивился тому, что народу на вокзале практически не было, и с поезда в Дугрексе сошёл только он один. А тут ещё ко всему прочему добавился шум со стороны здания вокзала. И это был не просто шум. Судя по всему, там шла ожесточённая битва. Забежав за угол двухэтажного кирпичного светло – серого здания, Грей где – то на несколько секунд будто проморозился до самого своего основания. Там Лилейный, лихорадочно размахивая мечом направо и налево, пытался отбиться от наседавших на него и нещадно его молотящих Нацу и Гажела, у которых в глазах вместо радужек плясали жуткие светящиеся зеленые спирали. С учётом силы ударов драгонслееров, сам факт того, что Барс ещё жив, можно было считать чудом. И ещё чуть в стороне от них, даже не вмешиваясь в бой и смеясь над теряющим силы в неравном бою кошаком, стояли шестеро волшебников. Тех самых, о которых шла речь в заявке на задание. Пятеро из них были изрядно потрёпаны, один же, пристально смотря на Нацу с Гажелом и сверкая точно такими же наводящими ужас зелёными спиралями в глазах, вообще будто бы и не дрался вовсе. Ни единого синяка на нём и видно не было. - Смотрите, сюда ещё один перец пришёл! – произнёс Кобра, поглаживая свою перепуганную змею и указывая в сторону Грея, - Я всё слышу! А Грей не стал тратить время на разговоры, моментально замораживая своих же друзей в непробиваемой ледяной тюрьме, чтобы освободить Лилейного от их натиска. У Фулбастера было подозрение, что эта агрессия по отношению к иксиду спровоцирована тем странным типом с чёрно – белым ирокезом. Но над этим поразмышлять лучше попозже. А сейчас, пока они ещё не успели сообразить, что происходит… Грей, не говоря ни слова, быстро отшвырнул Лили куда – то себе за спину. Он специально не говорил ни слова, ведь фраза Кобры сразу навела его на мысль, что даже его тихий шёпот моментально будет распознан змееловом. Так что он надеялся на то, что Лилейный поймёт, для чего он это сделал. Если бы не опасность всей ситуации, Грей бы рассмеялся над ощущениями Барса. Ну подумайте сами – сначала его начинают лупить двое его хороших друзей, а потом приходит ещё один и тоже отправляет его в нехилый полёт… Но сейчас Отмороженный был сконцентрирован лишь на одном. Ему нужно было успеть сделать всё быстро, пока шестеро магов не сообразили, что происходит, и ледяная тюрьма не дрогнула под сокрушительной силой ударов обезумевших убийц драконов. Вновь позволяя венам на своих предплечьях вскрыться, Грей выпустил на волю шесть гигантских ледяных пропитанных кровью секир. Рубашка его рвалась вместе с его кожей, повисая изодранным тряпьём на его торсе и обагряясь его кровью. Созданное на его собственной крови ледяное оружие сопротивления достойного никогда ещё не встречало. Это Грей ещё после Совета уяснил. Так что, даже если эти шестеро и решат нанести ему ответный удар, своей кары они уже точно не избегут… Это Фулбастеру казалось, что всё происходит, будто в замедленной съёмке. На самом деле полёт пропитанных его кровью ледяных секир был так стремителен, что один лишь Сё успел только взметнуть в воздух свою карту для ответного выпада. Остальные же так и замерли в немом недоумении, поначалу даже не заметив приближающихся к ним ледяных орудий. - Головы с плеч! – коротко произнёс Грей, сделав резкий выпад рукой вперёд. Он был уже спокоен, произнося эти слова, и не боялся, что Кобра его услышит. Ведь, когда он выкрикнул это, лезвия ледяных орудий уже легонько коснулись шей тёмных волшебников. Грей только ещё моргнуть успел – а головы «Шестерых просящих» уже почти одновременно попадали на моментально обагрившуюся их кровью каменную плитку, которой выложена была привокзальная территория. Что самое страшное, Грей, только что своей рукой прикончив шестерых сильных магов, абсолютно ничего внутри себя не ощутил. Только ледяная беспросветная пустота овладела им. А чего ему теперь бояться небесной кары за убийство, ведь в любом случае после смерти согласно договору с Люцифером его ждёт ад!.. Повернув голову и заметив, что глаза Нацу и Гажела уже вернулись в своё нормальное состояние, и теперь растерянно смотрят сквозь сковавший их лёд, не понимая, как они оказались в этой ледяной тюрьме, Грей взмахом руки разморозил друзей. Не успел Нацу и рта раскрыть, чтобы хоть что – то сказать, как вдруг в томящемся от жары воздухе неожиданно появился тёмный заполыхавший огнём портал, из которого выглянул уже знакомый Грею длинноволосый брюнет с низким хвостом и в костюме. - А ты – то чего тут забыл? – от удивления Грей даже забыл про правила приличия и про то, что он, как – никак, с властителем ада разговаривает, - Я ж тебя не звал… - Ха, дружище, да я же тебе не какой – нибудь звёздный дух, который может только по велению своего заклинателя появляться! – рассмеялся Люцифер. - А чего тогда пришёл? – отозвался Грей, слегка пошатываясь. Слишком много крови он пролил, заставляя смертоносные орудия как можно быстрее достигнуть своих жертв. От такой кровопотери у него началось сильное головокружение. Но это не было для него поводом к тому, чтобы лечь, свернувшись калачиком, и начать причитать, как ему плохо. - Да за этими вот, - Сатана указал на валявшиеся как попало обезглавленные тела сильнейших когда – то тёмных волшебников Фиора, - Спасибо, любезный! Я их уже не первый год у себя всё жду… А до тебя с ними никто сладить не мог! - Да не за что, - Грей не смог сдержать ухмылки. А тут только и остаётся, что смеяться – сам князь тьмы благодарит смертного за совершённое им убийство! - Чего – то ты какой – то опять весь побитый, - покачал головой Люцифер, глядя на окровавленного Грея. К старым незаживающим ранам на его теле добавились ещё и новые, появившиеся после порождения кроваво – ледяных секир. - Какой уж есть, - проворчал Грей. А Люцифер вдруг отдал себе отчёт в том, что проникся чем – то, похожим на уважение, к этому черноволосому магу льда. Он просто здорово напоминал ему его самого, когда тысячи лет назад до попадания на небо и перерождения в демона он был живым человеком из плоти и крови, таким же упёртым до безумия и своенравным магом. Только стихия, которой он повелевал, роднила его с Нацу Драгнилом. При жизни Люцифер мог заставить огонь стать дарующим свет теплом, а мог превратить его в смертоносное оружие. А вот после смерти произошло на небесах слишком многое, отчего он отвернул своё лицо от света и обратился к тьме… Не желая вспоминать обо всём этом, Сатана, без спросу схватив Отмороженного за предплечье, несколько раз провёл по нему своей ладонью, точно так же, как тогда в Краконе, щёлкнул пальцами и прошептал что – то на своём языке. И вмиг все раны Грея затянулись. Все, кроме одной. Той, что оставил серебряный кинжал Люцифера при скреплении кровью их жуткого договора. - Фига ты Айболит, - Грей пожал руку Люциферу, ошеломлённый тем, какой прилив сил он вдруг ощутил, - Спасибо… - Всё, давай, пора мне! – Люцифер разозлился - он расчувствовался из – за того, что впервые за всё его правление адом кто – то его искренне поблагодарил, да ещё и руку пожал. Князь тьмы хлопнул в ладони, из портала появились шестеро уродливых бесов, которые взвалили себе на плечи обезглавленные тела Шестерых Просящих, прихватив их головы с собой. Взяв себя в руки, Люцифер придал своему лицу с идеально выточенными чертами обычное для него надменно – презрительное выражение, запустил бесов с телами шестерых тёмных магов в портал, и, на секунду задержавшись на грани между тем миром и этим, произнёс: - Увидимся в аду, Отмороженный! - Да помню я, - Грей поднял руку в знак прощания. Портал исчез, а сидевший на земле потрёпанный Лили только смог заговорить, справившись с оцепенением, напавшим от него от охватившего его шока: - Я один сейчас это видел? Это был сам Сатана?! - Ну да, - Нацу уже не был этим удивлён. Самого князя тьмы он вживую уже в Краконе имел возможность лицезреть. Его гораздо больше сейчас интересовало то, как это они с Гажелом посмотрели в глаза тому парню с чёрно – белым ирокезом… и очнулись потом в ледяной тюрьме. Ну и, разумеется то, как Грей умудрился так вовремя оказаться на вокзале, на чём он добрался до города… и что это за идиотская форма проводника на нём, рубашка от которой, впрочем, уже превратилась в окровавленные лохмотья. - Это вы хотите, сказать, что Грей… ну, в смысле, ты, Грей… вот так вот запросто с Сатаной?! – бедный Лили уже и позабыл, как на него накинулись ведомые магией повелителя драконов Нацу с Гажелом, тыкая изрезанной чёрной мускулистой лапой в сторону ухмыляющегося Фулбастера. - Дык Отмороженный же! – хохоча, Гажел хлопнул его по плечу с силой, от который простой смертный бы кувыркнулся на спину после такого дружеского похлопывания. Грей же продолжал стоять, не шелохнувшись, и смотрел на то, как попрятавшиеся по разным углам люди стали выбегать на вокзал, поначалу оглядываясь, словно не веря в произошедшее. А потом народ дружно начинал выкрикивать благодарности в адрес ребят. Тут же показался и мэр Дугрекса, высокий мужчина на вид лет сорока, с чёрными как смоль волосами и густой окладистой бородой. - Здравствуйте. Наша встреча так и не состоялась, хотя должна была предшествовать этому бою. Я и есть заказчик задания, - он приветственно кивнул ребятам, - Мэр Дугрекса Филипп Куотт. - Я Грей Фулбастер, это Нацу Драгнил, Гажел Редфокс и Барс Лилейный, - Грей взял инициативу в свои руки и, представившись сам, познакомил мэра со своими друзьями. - Кхм. Странно немного. Из вашей гильдии поступила информация, что на задание был заявлен один человек, - произнёс Филипп, задумчиво поглаживая свою аккуратно подстриженную бороду. - А они просто не успели записаться, вперёд меня отправившись! – Грей быстро выкрутился из неловкого положения. - Кстати, о том, что вы их убили. Я, разумеется, приношу вам свою благодарность за то, что вы освободили город от захватчиков, но я же чётко обозначил в заявке, что злодеи должны быть преданы суду, - заметил мэр. Повисла неловкая пауза. Грей был расстроен. Ладно, он бы мог пережить то, что останется без награды, выполнив задание не так, как того требовал заказчик. Но то, что его друзья, рискуя своими головами, бросились за ним в Дугрекс, да ещё и умудрились вперёд него на злодеев нарваться, и останутся теперь без малейшего вознаграждения за свои усилия, весьма удручило ледяного. - Послушайте, - глухо заговорил он, - ведь убил их лично я. Парни ни в чём не виноваты, наградите их хотя бы за их труды! Голоса из народа поддержали ледяного громкими выкриками: - Филипп, будь благоразумен! - Господин мэр, главное ведь то, что эти уроды теперь мертвы! - Да он же нас спас, убив этих сволочей! - Ну не только я вас спас, - Грей оборвал кричащего, - Если б не они… Он указал на Нацу, Гажела и Лилейного. - … я бы ни за что не справился. - Да чё ты мелешь, Мороженка?! – прошипел тихо Нацу, - Мы ж их только поколотили маленько, и то не до конца вынесли! - Заткнись, горелая башка, - шепнул ему Грей в ответ. Помолчав, Филипп вынес наконец – то свой вердикт: - Я считаю, что каждый из вас заслуживает награды в два миллиона драгоценных! - УРРРРРААА!!! – донеслось из народа. После поздравлений и вручения награды мэр предложил ребятам остаться на организованный на площади в честь победы над захватчиками праздник. Но Нацу с Гажелом отказались, сославшись на то, что им срочно надо в гильдию снова мир спасать. На самом деле оба дико соскучились уже по своим любимым, которых они предпочли оставить дома. Грей хотел было заикнуться о том, что он не против гульнуть на карнавале, но Саламандр чуть ли не за шиворот выволок его с площади, шипя ему на ухо: - Хера с два ты теперь куда рыпнешься! А то ещё какой – нибудь хуйни наворотишь! Я ж твою тупорылую ледяную башку знаю! Домой к нам с Люськой, и на жопу ровно до первой трени в бойцовском клубе! Я и так ещё не знаю, чем всё кончится, когда дедуля про убийство узнает! Ты ж знаешь, как он к этому относится! Лилиейный подумал и решил, что раз из его товарищей никто не остаётся, то одному ему в этом городе делать нечего. Поэтому тоже отправился с Нацу, Гажелом и упирающимся Греем до ближайшей аптеки. Нацу и Гажел решили разориться на специальные таблетки для драгонслееров, испытывающих проблемы с транспортом. Казалось бы, всё просто – покупай таблетки, жуй их и езди сколько хочешь! Но в применении этого лекарства был целый ряд загвоздок. Во – первых, употреблять их можно было только лишь раз в год, иначе от сильного концетрата противоборствующих морской болезни веществ дело могло даже летальным исходом кончиться. Во – вторых, действовали они всего лишь восемь часов, на протяжении которых драконы ещё и своей магической силы начисто лишались. Но сегодня, успокоенные успешным исходом битвы, ребята решили принять эти таблетки и поехать с Греем на машине, которую тот взял в прокат в местном салоне. Для выбора постоянной верной железной спутницы жизни на колёсах Фулбастер решил отправляться только к Савьеру. Именно у него были самые лучшие машины во всём Фиоре. Оглядев выбранный им чёрный «Фольксваген», Грей убедился в том, что Нацу и Гажел приняли те самые таблетки и прыгнул за руль, тут же включая музыку. Но стоило первым аккордам оглушить ребят, как сидевший на переднем сиденье Нацу стал колошматить друга в плечо, давая ему этим понять, что он хочет кое о чём поговорить. - Чего? – устало развернулся к Драгнилу Грей, убавляя музыку до такого уровня, чтобы можно было разговаривать, не напрягая голосовых связок до крика. - Да я вот спросить хотел… А как это так случилось, что ты нас заморозил? Я последнее, что помню – это как мы посмотрели в глаза этому петуху крашеному, а потом нас словно отключили. А очухался уже во льду, - произнёс Нацу, закуривая. - А – а, ты про это, - Грей тоже закурил, - Лили, а ты чего молчишь? Они тебя тут мутузили, как окаянные, а ты и слова им не скажешь! - Да чё ж тут скажешь, если они под магией этого козла размалёванного были, - рассмеялся Лилейный, пожёвывая кусок купленного им, пока Нацу с Гажелом в аптеку ходили, хот – дога. Несколькими минутами ране Грей настойчиво предлагал ему подлечить немалое количство ран, нанесённых Барсу его же друзьями, но Лили не менее настойчиво отказался. - В смысле это мы Лилейного мутузили?! – теперь уже Гажел растерялся, - Под какой магией это мы были? - Ну в общем, дело обстояло так, - Грей начал свой рассказ… Они добрались до гильдии, даже не прибавляя музыки. Потому что было им о чём друг другу рассказать – как Нацу, Гажел и Лилейный умудрились так быстро добраться до Дугрекса, как Грей, сев на поезд, из – за приставаний оказавшегося гомосексуалистом Руфуса умудрился вылететь из вагона, как Нацу и Гажел, попав под действие драконьего контроля, чуть не отправили Лилейного на тот свет… *** - Прибыли, засранцы! – встретил их Макаров, стоило им только переступить порог «Хвоста Феи». Друзья обняли их каждый по очереди, приветствуя их восторженными возгласами. Люси и Леви моментально повисли на своих горячо любимых драконах, Лилейный отправился с Шарли и Хэппи в красках рассказывать им об их необычном путешествии. И, увидев, что Грей, пошучивая и хохмя, намеревается улизнуть из гильдии, объясняя это тем, что ему нужно подобрать себе жильё, машину и байк, Макаров остановил его, увеличившись в росте до его уровня и положив свою руку ему на плечо, уже прикрытое очередной чёрной футболкой и такого же цвета толстовкой, которые он купил по дороге в первом попавшемся магазине одежды. - Постой – ка, сынок. Мне с тобой поговорить серьёзно надо. Грей нервно сглотнул, догадываясь, что ничем хорошим это не кончится. Но виду не подал и с выражением надменного безразличия на ненадолго зажившем благодаря магии Сатаны лице отправился следом за пожилым мастером. - Ну? – только и спросил он, когда двери кабинета мастера угрожающе захлопнулись. - Баранки гну! – выкрикнул Макаров, - Ты опять за старое взялся, Грей?! - Не понимаю, о чём ты, дедуль, - скривив губы в такой леденящей кровь до ужаса безразличной ухмылке, отозвался насмешливо Грей, - Я больше за молодое браться предпочитаю… - Щас дошутишься, гадёныш ты упёртый! – первый признак того, что Макаров рассержен – неприличные слова в адрес его собеседника, - Ты вообще понимаешь своей башкой, что ты снова совершил убийство?! - И чё? – фирменный аргумент от Грея Фулбастера, от которого разбиваются все доказательства. - Да как это чё?! – бушевал мастер, - Ты попираешь главный принцип нашей гильдии, гласящий о том, что убийство для нас как таковое неприемлемо… Разве только в крайних случаях! - А это и был крайний случай, - хмыкнул Грей, поводя плечом, - Если б я их не убил, Головёшка с Металлюгой под воздействием магии драконьего контроля прикончили бы Лилейного. - Да ты даже и не пытался с этими тёмными магами как – то по – другому сладить! – выкрикнул Макаров, трясясь от ярости, - Ты же сразу им головы посрезал! - Не поверишь, дедуль, решил не тратить времени на бесплодные попытки одолеть насильников, чернокнижников, убийц и угнетателей путём проникновенной дружеской беседы, - съязвил Грей. - Ты щас со своими шуточками у меня точно из гильдии за такие дела полетишь! – Макаров уже срывался на крик, будучи не в силах сдерживаться. - Валяй, - Грею эти слова мастера ставшей для него после гибели Ул родной гильдии ударили в самое сердце, но он и виду не показал, продолжая презрительно ухмыляться. - Да ты вообще уже оборзел! Считаешь себя пупом земли, который имеет право забирать чужие жизни! Пусть даже это и жизни тёмных магов! Мастер уже не в силах был держать себя в руках. И вот первый же его удар отправляет Грея, пробившего собственной спиной дыру в стене кабинета, в полёт со второго этажа…