Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

Джу, непроизвольно пытаясь высвободить руки, закинутые ей за голову и прижатые к подушке ладонью Грея, буквально тонула в волнах томительной неги, накрывающих её с головой. Ей вспомнились слова Каны: «Греич, как и любой нормальный мужик на его месте, не выдержит, и дальше сам всё сделает!». Вот он уже и делал всё сам, а Джувии оставалось лишь позволять ему всё, что он захочет. Его губы, его руки, его разгорячённое тело – так рядом, так близко. Теперь уже он будто издевается над ней, мучая её ласками и не переходя к самому главному. Внезапно убрав свою большую ладонь с её тонких запястий, Грей зубами вцепился в тонкий край ткани, что уже не прикрывала набухшую грудь девушки. И, резко дёрнув головой, разорвал на ней тёмно – синюю маечку. Не давая синевласке опомниться, он сжал в зубах только что созданный им кубик льда и начал вырисовывать им витиеватые петли по её бледной коже. Левой рукой Грей водил по изящному стану девушки, заставляя её выгибаться и негромко постанывать. Почувствовав, что руки её свободны, Джу стала непроизвольно вонзать свои ногти в спину ледяного, расцарапывая ему кожу до крови. Девушка выдыхала лишь имя черноволосого созидателя, да невнятные междометия – на большее её уже не хватало. Её руки беспорядочно блуждали по его телу, дыхание её становилось всё более рваным с каждым движением Отмороженного, который и сам уже сдерживался с трудом. Но нет, ещё слишком рано. Она уже трепещет под ним, но он ещё доведёт её до настоящего исступления. Скользнув правой рукой туда, где всё у Джу уже изнывало от томительного и такого затянувшего в себя вожделения, Фулбастер начал играть пальцами, то давя, то поглаживая. А, чтобы девушке ещё томительнее ожидание и предвкушение самого главного показалось, он не спешил освобождать её от одежды снизу. Джу задыхалась, крестообразный шов между ног уже казался таким давящим, а Грей словно издевался, не торопясь дать свободу её изнывающему от желания телу. А его пальцы играли с ней, заставляя её пытаться непроизвольно поддаваться его ласкам и делать ответные движения вперёд ему навстречу. Короткие чёрные шортики девушке стали казаться настоящей кольчугой, она пыталась даже плотнее сдвинуть бёдра, но лишь наталкивалась на непреодолимую преграду в виде накачанного торса Фулбастера. Кубик льда, что скользил по её коже, зажатый в зубах Грея, наконец – то растаял, а черноволосый созидатель внезапно навалился на неё всем телом, припадая своими разбитыми губами к её, полуоткрытым и жадно ищущим этого долгожданного поцелуя. Джу закрыла глаза, растворяясь в поцелуе, о котором она мечтала столь долгое время. Фулбастер и сам уже решил для себя, что после этого он точно не выдержит. Пора освободить Джу от ставшей такой тесной ей одежды и устроить ей ещё одну маленькую пытку наслаждения. Внезапно отстранившись, всё ещё прохладными после льда языком и губами Грей проложил дорожку из долгих и требовательных поцелуев к самому низу плоского животика синевласки. А она всё царапала, словно дикая кошка, его широкую спину, а когда Грей спустился уже очень низко, Джу выгнулась всем телом, скользя пальцами по растрёпанной шевелюре Отмороженного. А Грей уже, стянув с неё шортики и зубами стащив тонкий клочок кружевной ткани, что прикрывал самое главное, закинул стройные ноги синевласки на свои мускулистые плечи. Припав губами к внутренней стороне её бедра, Грей почувствовал, как она дёрнулась ему навстречу. Усмехнувшись, Фулбастер понял, что он на верном пути, и стал, снова черкая на коже Джувии замысловатые завитки языком, подбираться к её трепещущему лону. У него даже уши заложило от того, когда он осознал, что он сейчас хочет сотворить с такой невинной и такой падающей в пропасть томной, чертовски завлекающей и головокружительной страсти Джувией. Оттого – то, скользнув по её усыпанной мурашками, восхитительно пахнущей коже языком в сторону сокращающейся жемчужинки между стройных ножек Локсар, Грей так увлёкся, что и не расслышал даже, как дверь в комнату, в которой он сейчас находился со своей изнемогающей от страсти синевлаской, со скрипом отворилась. А в дверном проёме уже замерла Эльза, восторженно присвистывая. - Чего?! – только и смог выдохнуть Грей, выскакивая навстречу воительнице и параллельно набрасывая одеяло на Джувию. Вместе с этим Фулбастер смог и свою рубашку подобрать с пола, бросив её Локсар, чтобы та смогла свою наготу прикрыть. Кто бы знал, как хотелось Отмороженному именно сейчас крыть отборным матом, проклиная сложившиеся совершенно не в его с Джувией пользу обстоятельства! Всё было просто замечательно, и тут, как назло… - Да так – то ничего, - выдохнула Титанийская, виновато ковыряя пол носком балетки. – Мы просто хотели узнать, когда у тебя следующий бой, чтобы заранее купить билеты… - И ЭТО ВСЁ?! – раздосадовано взревел Фулбастер, хлопая себя про карманам расстёгнутых брюк в поисках сигарет. Он думал, что раз сама Алая Эльза не поленилась пойти и отыскать лично его, пройдясь по комнатам, то, это значит, что повод для её визита весьма серьёзен. Но того, что это окажется всего лишь выяснением даты следующего боя, Отмороженный никак предположить не мог. И, когда это выяснилось, ему, мягко говоря, захотелось запустить в человека, который оборвал столь долгожданный момент близости его с Джувией, чем – нибудь, да потяжелее. - Могла бы позвонить Жалу или Прохиндею для этого! – рявкнул Грей вслед уже закрывающейся двери. - Да я вот уже подумала, что лучше так сделать, - раздался голос Эльзы уже в коридоре. - Лучше бы ты раньше об этом подумала, - раздосадовано простонал Грей в спину поспешно удаляющейся Титанийской. Он развернулся было, чтобы успокоить Джувию, а та уже пролетела мимо него настоящей мелькающей тенью, кутаясь в его чёрную рубашку и на бегу поправляя даже не застёгнутые шортики. - Я в ванну, - только и услышал Грей уже в коридоре. *** Джувия, закрывшись в ванной, проклинала себя в очередной раз за то, что, приступив к исполнению замысла, навеянного Каной, она сделала всё, как надо, кроме одного. Уединившись с Греем, она позабыла напрочь о том, что дверь надо запереть. И вот неожиданное появление Эльзы оборвало всё, будто бы ничего и не начиналось. Когда Титанийская ввалилась к ним в комнату, Джу укрылась под одеялом, которое набросил на неё моментально среагировавший на чужой визит Фулбастер. И, застегнув на себе рубашку, которую дал ей Грей, она внезапно начала трезветь и думать о том, что зря она всё это затеяла. Сама судьба оказалась против того, чтобы она смогла отдаться Грею. Значит, не стоит больше предпринимать таких попыток. Выйдя из ванны и вернувшись в комнату, синевласка прильнула к лежащему с сигаретой в зубах Грею и, словно извиняясь за сегодняшнее своё поведение, произнесла: - Грей, забудь, я прошу тебя, забудь про то, что сегодня было. И не обращай внимания на то, что произошло. Я просто была пьяна и немного неправильно себя повела. Прости меня, я не должна была так делать. И да, я обещаю, что этого больше не повторится. Но она уже прилегла ему на грудь, чувствуя, что даже после тёплой ванны в норму она совсем не пришла и подниматься, покидая его, ей совсем не хочется. Грей, скрывая досаду, вздохнул и крепче прижал к себе доверчиво припавшую к нему синевласку. Он знал, что Джу больше его не боится, но вот того, как она будет вести себя с ним завтра, он совсем угадать теперь не мог… *** Собираясь на последнее испытание экзамена, Джу вела себя с Фулбастером подчёркнуто – холодно, отчего тому совсем паршиво стало. Но он не смел даже спросить у неё, что стало причиной смены настроения капризной водной принцессы. Лишь, когда она сбросила с себя его рубашку, сменяя её на светло – голубое платьице с коротким рукавом, он, решив не выдавать того, что он видел, как она переодевается, подумал о том, что ей очень идёт его одежда. Пусть и была его рубашка Джувии откровенно велика, в ней синевласка смотрелась ещё более хрупкой, чем она была на самом деле. Но и в светло – голубом платье с коротким рукавом и подолом – «колокольчиком» Джу смотрелась до головокружения привлекательно. Но вот все ребята из «Хвоста Феи» собрались внизу около мастера, ожидая, когда дедуля посветит их в суть последнего испытания. Сегодня Макаров собрал всех сразу в полдень, не став устраивать утреннего предисловия, которое вошло в порядок вещей за первые два дня проведения испытания. И, как только большая и маленькая стрелки часов сомкнулись на отметке возле цифры двенадцать, все замерли, ожидая разъяснений дедули касательно третьего испытания на экзамене. - Так, детишки, - окинув всех взглядом, заговорил мастер. – Сегодня последний день экзамена, который и решит, кто же станет старшими волшебниками. Этот день может лидеров запросто поменять местами с лузерами. А всё потому, что суть сегодняшнего испытания такова. Вас путём жеребьёвки разобьют на пары, и вы будете биться друг против друга. Победитель получает десять баллов, проигравший – ноль.