Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

Лис запнулась, а ребята выжидающе уставились на Грея. И что теперь – то будет делать ледяной? В силу его характера многие понимали, что он ни в какую не захочет забирать у Лисанны звание мага S – класса. Но ведь по установленным королём правилам Отмороженный не мог отказываться от столь щедрого по магическим меркам дара. Права на это не имел. Вообще, сам факт того, что Лис решилась отдать своё звание старшей волшебницы, всех здорово удивил – ведь теперь уже ей нельзя было на него даже претендовать. Ни через год, ни через два, ни через десять. Но вместе с тем многие внутренне были согласны со словами Лисанны, ведь после последнего испытания все были уверены, что, хоть Грей фактически и проиграл, за своё поведение на экзамене он больше заслужил баллы победителя. Фулбастер же, пока Лис не озвучила его имя, выставил скрещённые руки перед собой и начал отчаянно мотать головой, жестами стараясь сказать девушке, чтобы она не совершала сейчас необдуманную глупость. А Лис, взглянув на него, лишь коротко кивнула, набрала в лёгкие побольше воздуха и произнесла: - Я отдаю своё звание мага S – класса другому человеку. И имя этому волшебнику Нацу Драгнил. - Чего?! – Нацу от удивления аж куриную голень, щедро сдобренную приправами, в Люсину тарелку выронил. – С какого это мне?! - Э – э… Простите, а я одна логики здесь никакой не вижу? – скорее сама себе, чем кому – либо, спросила Уртир. - Да я чего – то тоже не поняла, - растерянно пробормотала Кана, опрокидывая стакан вина. – Я так вроде после её слов подумала, что она сейчас Грею своё звание отдаст… - Лис, это по – мужицки! – выкрикнул Эльфман. К чему он это выдал, он и сам не понял. А Лисанна тем временем уже сняла со своей шеи чёрную ленту с серебряной медалью и протянула её Нацу. - Лис, ты чего, не дури, - замотал головой дракон, машинально вытирая об свой белый с золотым камзол запачканные маслом руки. – Не буду я у тебя звания этого брать, оставь его себе, ты заслужила… Если я продул, то это не значит, что ты меня должна из лузеров вытаскивать… - Ты никакой не лузер, просто тебе немного не повезло сегодня, - Лис с горящим твёрдой решимостью взглядом подошла к Нацу и против воли накинула поверх шарфа на шею убийце драконов ленту с медалью. – И вообще, ты забыл, что, раз я озвучила твоё имя при всех и вручила тебе эту медаль, то ты не имеешь права отказываться? Так что всё, Нацу, ты теперь новый старший волшебник в «Хвосте Феи»! Саламандр ошалело поглядывал по сторонам. Ему словно уши ватой от шока заложило, он даже с трудом разобрал то, что весь зал буквально взорвался от громовых оваций феечек, приветствующих нового мага S – класса и выражающих свою поддержку принявшей очень непростое решение Лисанне. А та просто села на своё место и не сводила исполненного нежности взгляда с огненного убийцы драконов, что не укрылось от внимания Люси и стало причиной её обеспокоенных вздохов. Впрочем, Нацу ничего не понял, его просто шокировало, с чего бы это его подруга детства решилась на такой отчаянный шаг. Грей же с силой хлопнул себя по лбу, совершенно не опасаясь за целостность своей черепушки. - Ты чего? – обеспокоенно спросила Джу, наклоняясь к ледяному и хватая его за руку, чтобы больше себя по голове не лупил. - Это всё моя вина, - второй рукой хватаясь за стакан с вином и залпом осушая его, выдавил из себя Грей. - Хах, не кажется ли тебе, что это уже эгоцентризм? – полушутливо спросила Джу. – Ты везде и всюду мнишь себя виноватым. Очнись, Грей, некоторые события имеют свойство происходить помимо твоей воли… - Не скажи, - возразил ей ледяной и рассказал об их странном разговоре с Лис. - Знаешь, - помолчав, пока всё ещё бушевали восторженные аплодисменты ребят, сказала Джувия. – Тебе не стоит себя винить. Лисанна так и так решила отдать своё звание. И ты повлиял лишь на то, чтобы оно перешло в руки Нацу, который давно уже мечтал стать старшим волшебником. Так что расслабься и позабудь обо всем. - И то верно, - улыбнулся Грей, хватая её за руку и припадая губами к её запястью. – Ты только глянь на Головёшку, до него, по ходу, только начало доходить, что сбылась его детская мечта! Вон как засиял, круче начищенного пятака! И правда – Саламандр, отойдя от шока, расплылся в безмятежной счастливой улыбке. Крикнув: «Спасибо, Лис!», он приобнял её и ринулся обратно к Люське, сжимая любимую в жарких драконьих объятиях. Правда, не заметил Драгнил того, как в голубых глазах Лисанны задрожали предательские слёзы. Нет, она и не смела претендовать на то, чтобы огненный драгонслеер тут же переключился с Люси на неё. Но… даже несмотря на то, что прошло уже немало лет, она всё ещё не могла его отпустить. Мастер сказал несколько напутственных слов новоиспечённым старшим волшебникам, об ожидаемом прибытии королевской семьи, впрочем, не обмолвившись. Наверное, решил, что для фей это будет приятный сюрприз. Фулбастер лишь криво ухмыльнулся, втайне лелея надежду, что король с дочерью просто не приедут. Ну мало ли у них причин, чтобы передумать? А потом началось самое настоящее веселье. Пили, ели, пели и плясали ребята, как в последний раз. Впрочем, они всегда так гуляли – ведь кто знает, что ждёт их завтра, не нанесут ли силы зла Фиору свой решающий удар, который отберёт жизни у половины членов гильдии. Но сейчас никто не думал о плохом, все отрывались и радовались жизни. До того дошло, что громовержцы обнаружили в одном из чуланов замка аппаратуру для настоящего рок – концерта. За одну гитару взялся Грей, за вторую – Нацу, за барабаны прыгнул Гажел, чьё чувство ритма всегда было просто на высоте, к синтезатору подлетела Эльза, с детства отлично игравшая на пианино, а партии на скрипке стала исполнять Леви. Стойка с микрофоном солиста пустовала недолго – Люси, Уртир и Кана чуть ли не пинками вытолкали туда Джувию. И понеслось… Ребята перепели и переиграли весь известный им и сочинённый на ходу репертуар на радость своим друзьям, дедуле и Яджиме, периодически делая перерывы на перекуры, перекусы и повышение градуса алкоголя в своей крови. А когда заиграла горячая ирландская джига, Гажел поставил барабаны на режим автоматической установки и вместе с Джу, перемахнув через свои инструменты, отправился показать, что они с сестрицей в этом плане умеют, чему их, когда они ещё детьми были, обожающий всё, что связано со средневековьем, Стрелец научил. Обалдели все – стальной и водная так отожгли, отбивая бешеную чечётку, что сцена чуть не задымилась к чертям. При этом Джу передвигалась так грациозно и делала такие изящные движения руками, что казалось, будто эта самая прелестная нимфа из райских садов спустилась на землю. А Редфокс в танце походил на стремительного яростного зверя, полного сил и обладающего просто нечеловеческой скоростью реакции. В общем, вечеринка шла на ура, когда огненный убийца драконов, внезапно рыгнув огнём во время попойки, торжественно икая, извинился перед товарищами и Люсей и сообщил, что ему необходимо наведаться в кабинет задумчивости. Точнее, он коротко выдавил из себя: «Извиняйте, я в толчок!» и отправился на третий этаж по месту назначения. Когда Саламандр уже сделал свои дела и вышел из ванной умытый, освежившийся и при этом ни капельки не протрезвевший, он сладко потянулся и решил, что надо бы Люську под каким – нибудь предлогом на второй этаж затащить. Самое время задать жару своей горячо любимой заклинательнице духов. Драгнил аж широко улыбнулся и хищно облизнулся, представив, как она снова будет громко кричать под ним. Эти её стоны наслаждения своим беспомощным положением его ушам порой лучше самой красивой музыки казались. Он настолько погрузился в свои полные милого разврата грёзы, что даже перестал обращать внимание на запахи вокруг него и лёгкие, едва различимые шаги за его спиной, которых он изначально и не услышал. Но, не успел огненный развернуться в сторону лестницы, ведущей вниз, как внезапно его нос и рот оказались заткнутыми полосой тонкой ткани. Сделав глубокий вдох, дракон рванул было всем телом вперед, но в глазах внезапно стало темно, и последнее, что он почувствовал, проваливаясь в омут бессознательного состояния – что шевелиться он отчего – то уже не может… *** - Итак, шпаньё! – внезапно появившись на сцене вместе со скакавшим по ней с гитарой в руках Греем, мастер одним жестом ладони дал всем понять, что гулянку на пару минут следует прервать. – А сейчас встречайте: его величество король Фиора Деметриус Пятый и его дочь принцесса Нефрита! - Припёрлись всё – таки, - буркнул себе под нос Грей, бросая гитару и спускаясь со сцены. Джу только подала ему руку, чтобы он помог ей сойти с подмостков – а Отмороженный схватил её на руки и понёс к центру зала, где собрались феи, готовясь встретить короля и его дочку. И, хоть и был ледяной уже прилично пьян, это не мешало ему держать девушку в своих руках так, что она себя чувствовала спокойно и уверенно, как никогда. Синевласка пыталась поначалу донести до Грея, что, вообще – то она вполне в состоянии сама идти, но ледяной ничего и слушать не пожелал, обрывая её вялые бессвязные попытки сопротивления становящимися с каждой минутой всё более горячими поцелуями. Поравнявшись с ними, Люси с искренней радостью за ребят глянула на них и обеспокоенно произнесла: - Что – то Нацу давно не видать, я ему звоню, а он трубку не поднимает… - Да не переживай ты, - усмехнулся Грей. – Ты же видела, как он сегодня на радостях ужрался. Поди, уснул где – нибудь в первой попавшейся комнате. Ну, или в толчке задрых, если силёнок до койки доползти не хватило… - Как – то это нехорошо, если он в туалете уснул, или на полу, - расстроено протянула Люси, ещё раз тыкая в клавишу вызова на экране своего смартфона. – Может, мне пойти и поискать его? Только вот как, ведь по правилам этикета нельзя уходить из зала, в котором встречаешь короля и членов его семьи, если только он сам не пожелает, чтобы ты ущёл… - Слушай, - Грей ещё слишком живо помнил, как Джу попалась в лапы беглым волшебникам старого Совета, и потому не хотел, чтобы Люси повторила её печальный опыт. Мало ли, какие ещё сумасшедшие извращенцы могут притаиться в коридорах замка Тенрю! После Ога и его шайки уже ничьё появление на острове Грея бы ни капли не удивило. – Люсь, ты давай не паникуй. Сейчас мы встретим эту высокопоставленную семейку, зубы им поскалим, а потом я смоюсь под каким – нибудь предлогом да разыщу его. - Грей, но это же неприлично, так же не принято… - печально посмотрела Люси на ледяного. - Да пофигу мне, - Фулбастер наконец – то приблизился к столпившимся в центре зала феечкам и бережно поставил Джувию на ноги. – Я перед этими, с позволения сказать, людьми расшаркиваться не собираюсь. Люси с испугом и непониманием взглянула на Грея. Она давненько не видела такой ненависти в его чёрных глазах. И что эту ненависть вызывало, блондинка просто не догадалась. - Ребят, а вы Лисанну не видели? – спросила проходящая с Фридом под руку Мира. – А то что – то отошла, сказала, прилечь пойдёт, в порядок себя привести… Не уснула ли она там, часом? - Да шут его знает, - пожав плечами, отозвался ледяной, слишком отвлечённый раздражением по поводу появления семейства короля в замке Тенрю, чтобы связать между собой пропажу огненного убийцы драконов и волшебницы перевоплощения, что была дружна с ним в далёком детстве. Но вот король и его дочь Нефрита уже прошествовали вместе с хвостатыми за стол. Мастер вёл с ними о чём – то неспешную беседу, а Фулбастер раздражённо опрокидывал стопку за стопкой, заглушая свою ярость уже текилой, решив, что вина для этого попросту недостаточно. - Кстати, мастер, а вы не желаете ли представить нам тех, кто стал старшими волшебниками? – спросил король, поглядывая на ребят. - С превеликим удовольствием, - дедуля аж от гордости за своих детишек засиял. Шутка ли, сам король ими интересуется! – Леви МакГарден, Джувия Локсар, Гажел Редфокс и Лис… ой, нет, теперь уже Нацу Драгнил! - Джу, Гажел, вставайте, чего сидите, надо представиться королю, - начала толкать ребят Леви, наконец – то оторвавшись от своего телефона. Брат с сестрой поднялись, озираясь и чувствуя себя не очень – то уютно от того, что король с дочерью принялись изучать их взглядами, словно лошадей на рынке перед покупкой. - Смотрю, а у вас в гильдии новые лица? – спросил король, окидывая оценивающим взглядом изящную фигуру Джувии, что окончательно начало выбешивать Грея, набравшегося наглости от такого закурить прямо за обеденным столом. – Да, девушка недурна собой, очень недурна, такая бы пригодилась в моём дворце в качестве танцовщицы, - сам себе под нос добавил король, не обращая внимания на то, как засверкали от его пренебрежительного тона синие глаза едва державшей себя в руках Локсар. Даже Гажел, и тот зло сощурился, думая, что король больно много себе позволяет. – А то всё одни и те же, а эта была бы настоящим цветком в моей коллекции… Все тут же обернулись на звук взорвавшегося в руке Фулбастера замороженного им от ярости стакана. Тира напряглась при виде горящего неприкрытым бешенством взгляда ледяного. Похоже, ещё одно неосторожное высказывание или жест со стороны короля в адрес Джувии – и беды не избежать. - А где же четвёртый из названных вами волшебников, мастер? – спросил король, разворачиваясь к Макарову. Дедуля понял, что правитель Фиора имеет в виду Нацу, и горестно вздохнул, понимая, что на этот вопрос он ответа дать не в состоянии. Ещё во время импровизированного концерта он видел, как Нацу в пьяном угаре скачет по сцене, и неизвестно, он гитару держит или гитара его. Поэтому мастер вполне догадывался, что творится сейчас с его огненным любимчиком. А Грей, решив, что ему нахальное и заносчивое поведение короля уже осточертело, рывком поднялся из – за стола и, схватив за руку Джувию, направился к выходу. Мастер посмотрел на Фулбастера, словно тот сейчас совершал непростительный проступок. - А вы куда это собрались, молодой человек? – удивлённо спросил король. Не привык он, чтобы подданные по своей воле уходили из – за стола, за которым сидели с его царственной особой. – Я вроде никого никуда не отпускал… Грей рывком развернулся, готовый уже огрызнуться и сказать королю всё, что о нём думает, но внезапно осёкся. На его плечо легла лёгкая рука Джу. Отмороженный глянул на девушку – та не сказала ни слова, но взгляд её словно умолял его не совершать глупостей и не валить на свою голову новых бед. С трудом переборов себя, ледяной сдержанно процедил сквозь зубы, впрочем, ладошки Джу из своей покрытой ссадинами руки так и не выпуская: - Да вот, решил поискать своего друга, про которого вы говорили. - О, это правильно, - величаво одобрил инициативу Грея король, глядя на этого дерзкого черноволосого волшебника и припоминая, где же он его видел, откуда его лицо ему так знакомо. – А вот девушку с собой забирать не надо. Ты и в одиночку справишься, а она пусть здесь останется. Хотелось бы кое о чём с ней побеседовать, желательно с глазу на глаз… - А я вот не хочу, чтобы вы беседовали с глазу на глаз, - рыкнул Грей. Слова вырвались помимо воли ледяного и того, как рефлекторно он отодвинул девушку за спину, прикрывая её собой, он за собой поначалу не заметил. Зато ребятам сразу же стало ясно – своего Грей теперь уже ни за что не уступит. Даже королю. - Да что же это за дикарь такой?! – король начинал откровенно заводиться. Упрямство и несговорчивость этого молодого волшебника начинали его злить, потому что впервые кто – то осмеливался высказывать своё недовольство ему в лицо, а желание проучить этого нахала стало зашкаливать, превышая все мыслимые и немыслимые пределы. До этого даже прославленные полководцы своих жён безоговорочно уступали, стоило королю ткнуть в любую из них пальцем и изъявить своё желание обладать именно этой женщиной. - Папочка, а я его вспомнила, - подала наконец голос принцесса Нефрита, до этого молча изучавшая Грея всё то время, что они с отцом проводили во дворце. – Это же тот волшебник, что Олега на арене одолел! - Ах да, точно, - небрежно откинувшись в своём королевском кресле, произнёс отец Нефриты. – Ну, тогда я не удивлён, там одни отбросы ошиваются, которые вообще должны радоваться, что им шанс дали наказание своё на воле отбыть! Грей будто бы в сердце железным штырём получил. Нет, не за себя ему стало обидно. На себя ему уже стало наплевать. Дело было в том, что он сразу же вспомнил про тихого и немного застенчивого Роуга, про болтливого и вечно улыбающегося Стинга, которые были вынуждены на арене забывать про свой характер и превращаться в машины для убийств, кидаясь на тех, с кем они успели найти общий язык и даже подружиться за годы, проведённые на арене. Да, некоторым, таким, как Олег и Симон, Грей и сам не отказался бы задать перцу по полной программе, чтобы они запомнили, что убивать просто так, для потехи – это высшая ступень необоснованного сволочизма. Но вот за что страдали такие, как Роуг, Стинг, Денни? За что умер нечаянно оступившийся по жизни Ромен? И долго ли король намерен потворствовать тому, что на арене умирают люди, полные сил волшебники, которые могли бы ещё много хорошего в жизни сделать, ведь далеко не все попавшие в бойцовский клуб были злодеями и негодяями. В большинстве своём это были просто совершившие досадные ошибки на своём жизненном пути люди. - Отбросы, говорите? – рыкнул Грей. Алкоголь и ярость ударили в голову, и дальше ледяного просто понесло: - А кем тогда назвать вас, человека, в руках которого сосредоточена вся власть в Фиоре и который до сих ничего не желает изменить в системе работы бойцовского клуба?! Или вам удовольствие доставляет смотреть на то, как люди мучаются и умирают на арене ради людской потехи? Вам хочется побольше кровавых зрелищ, и вы просто не видите иного способа их узаконить?! Так скажите мне, причём тут Роуг, Стинг, Денни и прочие?! Скажите мне, ради чего погиб Ромен?! Поймите же, в бойцовский клуб не только отпетые выродки, типа Олега и Симона попадают, там полно простых ребят, которые всего лишь единожды ошиблись в жизни… А вы только и видите выход в каменоломнях или в арене! Не кажется ли вам, что это уже чересчур?! Хорошо, нравится мордобой на потеху зрителям, это я ещё могу понять… Но неужели тогда нельзя, к примеру, взять и запретить убийства на арене, вы же король, это всё в вашей власти! Или нравится смотреть на то, как кишки с башками во все стороны летают? Ну да, вы же в безопасности, вашему королевскому заду ничто не угрожает, зачем вам беспокоиться о судьбах простых людей?! Так вам и этого мало, вы ещё на девушек заглядываетесь, которые вам по возрасту в дочери годятся и, которые, между прочим, никакого согласия с вами быть не изъявляли! И не надо тут утягивать мою девушку в какие – то там танцовщицы! Она вам не вещь и не игрушка, чтобы на потеху вашим царственным задницам своими прелестями напоказ трясти! И плевать мне, чего вы там хотите! Я её не отдам, и стоять буду до последнего! Пора бы уже поставить вас на место! Мне очень жаль, что у земли Фиора, которая для меня всегда была родной, такой правитель, который, вместо того, чтобы быть отцом народа, делит подданных на высшие и низшие сословия, а себя ставит на одну ступень с богом! После этой гневной тирады повисла звенящая тишина. Стоя за спиной Фулбастера, Джу лишь крепче вцепилась в его плечо, едва слышно прошептав: «Грей, ну зачем?!». Эльза вытаращила глаза, глядя на ледяного, как на сумасшедшего. Такого вопиющего безобразия ещё никогда не было. Да, многих в королевском правлении не устраивало немало моментов. Многих раздражало то, сколько фиорских прелестниц похотливый король лишил невинности по своей прихоти, страшно было представить, каково приходилось несчастным родителям, чья юная дочь приглянулась Деметриусу. Но все терпели его выходки, стиснув зубы, не находилось ещё отчаянных, которые рисковали высказать всё в лицо правителю Фиора! Гажел же, ухмыльнувшись, показал Фулбастеру поднятый вверх большой палец и встал в боевую стойку, готовясь в случае необходимости защищать безбашенного ледяного, приговор которому был уже выписан, хоть и не озвучен прилюдно. - Нет, этот неотёсанный дикарь уже все границы перешёл! – король негодовал, одержимый лишь одним желанием – наказать этого нахала, да посильнее! – Макаров, я и не ожидал, что у тебя в гильдии такие твари, как этот, находят себе приют! - Но… - попытался возразить мастер. Ему стало обидно за Грея, который под воздействием алкоголя и доведения до крайней точки кипения рискнул стать этаким гласом возмущённого народа. Каким бы ни был этот замкнутый ледяной, такого отношения он к себе не заслужил. На памяти мастера было очень много случаев, когда именно Отмороженный бросался на амбразуру, защищая товарищей, гильдию, Фиор, да просто тех, кто не мог за себя постоять… И теперь его поливали грязью, будто бы он был последним отщепенцем был, а не волшебником «Хвоста Феи». - Никаких «но»! – вспылил король, доставая из – за пазухи камзола маленькую серебряную сферу. Подбросив её кверху, Деметриус указал на Грея и выкрикнул: - Взять его! Первые несколько мгновений все оставались на своих местах, не понимая, кому отдал приказ король, если в замок он вошёл только с дочерью, без какой – либо охраны и даже без положенной августейшему правителю свиты. И очень даже зря. Ребят и мастера внезапно ослепила вспышка режущего глаза ярко – зелёного света, а из маленькой сферы внезапно вырвались наружу пятеро бравых молодцов, облачённых в красное и вооружённых разнообразным оружием. Все громилы выглядели абсолютно одинаковыми, черты их лиц повторяли друг друга один в один. А оружие их было сделано из ненавистного каждому волшебнику металла – серебра, которое лишало возможности колдовать и наносило наиболее тяжкие увечья. - Ха, так – то вы своих подданных слушаете! – рассмеялся с вызовом Грей. – Что ж, раз так… И, быстро оттолкнув Джувию подальше от эпицентра событий, он бросился на молчаливо замеревших в ожидании молодцов. Лучшая защита – это нападение, за последнее время Фулбастер усвоил это, как никто другой. Но, вот когда ледяной на бегу выставил вперёд правую руку, рассчитывая ударить по этим оболтусам, он испытал самый настоящий ужас. Ни крошки льда из его конечности наружу не вырвалось, даже ни единой ледяной искорки! - Да – да, падаль, можешь так не таращиться, - с перекошенным от злости лицом прокричал Деметриус. – Ни ты, ни твои дружки, ни сам Макаров, никто из находящихся в этом зале колдовать пока что не может! Но Фулбастер скорости не сбавил, в одиночку бросаясь на пятерых воинов. Он, как и многие, понял уже, что именно зелёная вспышка из серебряной сферы стала виной тому, что и он, и ребята лишились магической силы. Но это ничуть не заставило его отступиться. Биться, так до крови, стоять, так до самого конца! - Да чего мы тупим?! – взревел Гажел, перемахивая прямо через уставленный яствами стол. – Их пятеро, а нас целая гильдия! Да мы их и кулаками сейчас отделаем так, что забудут, как их зовут! - Пятеро?! – рассмеялся король, глядя на то, как бугаи месят отчаянно дерущегося с ними Грея, а к ним на всех парах бросились Джувия, Гажел и Уртир, надеясь хоть чем – то ему помочь. – Ну – ка, парни, покажите своё превращение из пяти в великое множество! Ещё одна зелёная вспышка, заставившая всех на миг прикрыть глаза – и вместо пятерых в зале уже около двух сотен высоких мужчин с абсолютно одинаковыми лицами, вооружённых серебряными клинками, топорами, алебардами и прочими колющими, режущими и рубящими предметами. На каждого из «Хвоста Феи», кто был в зале, включая мастера, пришлось по девять противников, а на Отмороженного воины короля накинулись вдесятером. Хоть и парни гильдии были физически очень хорошо развиты и владели приёмами рукопашного боя, но им на руку совершенно не играло то, что противники были тоже невероятно сильны, а ведь, помимо парней, в гильдии немалый процент составляли девушки. В общем, шумная, но короткая борьба из – за численного перевеса призванных королём магов оказалась совсем не в пользу хвостатых. Пять минут – и все члены «Хвоста Феи» вместе с самим мастером заломаны волшебной гвардией короля с заведёнными за спину руками. - Теперь – то я понял, как вы удерживаете власть, - рыкнул Фулбастер, отчаянно делая попытки вырваться из захвата охранников королевской персоны. - Не хочешь извиниться за все свои слова? – наклонив голову, спросил король. Грей замолчал. Сейчас, когда после драки его друзья, любимая девушка и мастер оказались заломанными королевскими гвардейцами, он вдруг снова почувствовал себя во всём виноватым. Да кто его только за язык тянул?! - Думай побыстрее, - менторским тоном начал вещать король. – Если ты не извинишься передо мной, то я вашу гильдию расформирую прямо сейчас и объявлю вне закона. Фулбастер побелел. Он не простил бы себе, если бы «Хвост Феи», который, несмотря на мелкие неурядицы, стал для него родным домом, расформировали бы, как какую – то дрянную тёмную гильдию. Ледяной опустил голову, готовясь выдавливать из себя извинения. - Не вздумай, сынок! – внезапный выкрик мастера заставил Грея поднять взгляд и ошеломлённо уставиться на дедулю. – Нечего прогибаться перед ним! Даже если нашу гильдию расформируют на бумаге, на самом деле мы всегда будем вместе! Главное, помни, даже если нас лишат крова и возможности зарабатывать при помощи магии, наша сила в нашем духе! Грей больше так не мог. Он не хотел, чтобы всё кончилось именно так. Окончательно добило Фулбастера то, что охранники короля по его указующему жесту, держа со всех рук Джувию, стали заламывать её. Девушка теперь не могла обратиться в воду, и, когда мужланы стали выкручивать её руки и ноги и сгибать её тело под неестественными углами, она не сдержала пронзительного крика боли. Параллельно державшие Грея солдаты, вывернув ему руки за спину локтями наружу и вытянув их вверх, стали, нажимая на спину Отмороженному своим серебряным оружием, всем своим весом пригибать его к земле. Теперь выходило так, что ледяной был буквально прижат грудью к полу и при этом ещё и стоял на коленях. С яростью глядя исподлобья на короля, он выдохнул с хрипом: - Остановите это, отпустите девушку, сволочи! - Ты, наверное, хочешь извиниться? – король на секунду жестом велел своим воякам прекратить истязать Джу. - Да, - только и смог сказать Фулбастер. – Извините. - Нет, так не пойдёт, - Деметриус, окончательно разойдясь, подошёл к Отмороженному и прижал своим лакированным ботинком его взлохмаченную залитую кровью от ударов гвардейцев голову к полу, наступив ему на висок. – Извиняйся по форме, мне нужно, чтобы ты умолял меня о прощении. Иначе ты не поймёшь, что нельзя так разговаривать с теми, кто тебя на порядок выше. Грей поначалу упорно молчал, но, стоило охранникам короля снова начать заламывать Джу, а второй группе по сигналу короля начать мучить ещё и Люси, он понял, что ему придётся играть по правилам, установленным повелителем Фиора. Ему это живо напомнило эпизод в Краконе. Только вместо короля был Делиора, а вместо Джувии и Люси в лапе у кровожадного демона корчилась от боли малютка Леви. Сейчас же, хоть и был он прижат головой к полу лакированным ботинком короля, ему было видно, как костоломы готовятся исполнить своё страшное дело. Некогда, некогда предаваться размышлениям, иначе девчонок сейчас прикончат на его глазах! А иного пути обретения свободы для них на данный момент нет. - Пожалуйста, я умоляю вас, простите меня, ваше величество! – тяжело дыша, Грей буквально выпалил эти слова. Видя, что вояки не унимаются и продолжают мучить Люси и Джувию, он, сплёвывая кровь, продолжил через силу: - Я… я вас очень прошу, простите меня… я не должен был так разговаривать с вами. Я всё понял… клянусь, больше такого не повторится… Я всё, что угодно сделаю, только отпустите моих друзей, дедулю… и Джу. - Уже лучше, - довольный собой, король велел своим охранникам отпустить всех, но не покидать пока пределов этого зала. – Раз ты готов сделать всё, что угодно, чтобы я не имел претензий к вашей гильдии, я тебе вот что скажу. Сейчас просто не сопротивляйся и ничего не делай. И вас всех, - повернувшись к хвостатым, напыщенно произнёс Деметриус, - я попрошу сделать то же самое. Если ослушаетесь меня, вам всем не поздоровится. Фулбастера, не поднимая с колен, гвардейцы выгнули так, чтобы спина его была как можно более доступна взорам окружающих. Рубашку и пиджак Отмороженный, как всегда, потерял в процессе драки. И далее те из них, у кого в руках были тонкие длинные стальные прутья, долю сплава которых составляло серебро, подошли к ледяному. Джувия вскрикнула от ужаса – она уже поняла, что сейчас будет. Гажел же, заметив, как Уртир дёрнулась, чтобы помочь Грею, бросился ей наперерез, толкнул её к обессилевшей после пыток Локсар и, велев лишённой своей силы королеве временных петель следить за его сестрицей, рванул к толпящимся около Отмороженного гвардейцам. - А ну, назад! – увидев это, Грей, насколько смог, резко поднял голову вверх и рявкнул так грозно, что даже видавший виды Гажел шарахнулся, затормозив на пол – пути. – Не рыпаться, я сказал!!! И понеслось. На обнажённую спину ледяного градом посыпались удары металлических прутьев. Нет, физической боли он благодаря действию вколотого самому себе раствора совсем не чувствовал. Ощущал только, как кровь начинает расползаться по его коже густыми тёплыми вязкими разводами. Но его снова сломали. Сломали морально. Как тогда, на площади, перед народом заново отстроенной Краконы, когда он вынужден был склониться к ногам насмехающегося над ним демона. Ну уж нет. Того, что ему больно от прилюдных унижений, Фулбастер не покажет никогда и ни за что! И, когда стальные прутья начали прохаживаться уже по его голове и лицу, превращая его в сплошное кровоточащее месиво, ледяной выпрямился, насколько мог, демонстрируя забивавшим его палачам свою испугавшую уже не один десяток врагов фирменную жуткую кривоватую ухмылку, жутко контрастирующую своей белизной с кровью на его лице. Удар, удар, ещё удар… Ледяной даже услышал, как хрустели его носовая перегородка и челюсть под взмахами тонких, но рассекающих местами кожу до кости прутьев. А всех присутствующих, даже жестокосердного короля поразило, откуда хватает сил у этого ледяного насмехаться над мучившими его солдатами, не издавая при этом ни единого вопля боли. Когда всё кончилось, и король раскрыл свою маленькую серебряную сферу, теперь уже для того, чтобы подчинённые ему гвардейцы исчезли без следа, Фулбастер упал плашмя на пол – головокружение от кровопотери не дало ему даже подняться с колен. Интересно, а если бы он сейчас чувствовал физическую боль, что бы было? Да что – что, совсем бы сознание потерял, отключился бы к чертям. В повисшей после экзекуции гробовой тишине король и его дочь торопливо зашагали к выходу, готовые в любой момент выпустить своих преданных солдат из маленькой магической серебряной сферы. Лёжа на полу, Грей увидел, как вдогонку им метнулось стремительное чёрное пятно, в котором он узнал Гажела. Он попытался было встать, чтобы удержать стального драгонслеера от необдуманного шага, но солдаты короля так его отделали, что он с трудом смог лишь перевернуться. Даже лекарство, благодаря которому боли он не ощущал, совсем не придавало ему сил. - Не останавливай их, не трогай, пусть идут, - прохрипел, сплёвывая клокочущую в горле кровь, Грей. – Копни говно – вонять только будет хуже… Наконец – то король с дочерью ушли, Тира отпустила Джу, и та, превозмогая адскую боль во всём теле после издевательств королевских гвардейцев, медленно, шатаясь, подошла к Грею, бессильно опустилась рядом с ним. Осторожно приподняв его залитую кровью голову, девушка положила её к себе на колени и в отчаянии зарыдала. Но, как обычно, дождь не начался, а всё потому, что хвостатые были лишены способности колдовать. - Джу, - издал клокочущее хрипение Грей. – Пожалуйста, не плачь… малышка… ну прости меня, это я виноват, это из – за меня всё произошло… - Да хватит уже винить себя в том, в чём вины твоей нет! Если король у нас, как выяснилось, сволочь, которая правды не приемлет, то ты здесь ни при чём! – выпалила Локсар, прикладывая к рассечённой щеке Грея перепачканную в его крови руку. Чёрт, она даже раны не может ему по – нормальному промыть, ведь волшебства в ней ни на йоту не осталось… А Грей всё не унимался, попытавшись приподняться и начав просить прощения у своих друзей, всё так же ужасающе хрипя: - Ребят… простите… это моя вина… я вам весь банкет запоганил… если б не язык мой дрянной… - Замолчи уже! – рявкнули на него все почти хором. Никто и не злился на Грея за то, что он осмелился высказать королю всю правду в лицо. Попробуй найди ещё таких отчаянных смельчаков! - И вообще, Грей, поменьше разговаривай, тебе сейчас нельзя перенапрягаться, - обеспокоенно склонилась над ледяным и плачущей Джу Уртир. - Так, мальчики – девочки, ищите всякую лечебную хрень, кто где может, - видя, что все растерялись, а Джувия совсем разбита от переживаний за Грея и того, что пришлось перенести ей самой, Гажел взял управление ситуацией на себя. Люси тоже шмыгала носом – хоть и не досталось ей так сильно, как Джу, она и этого не смогла спокойно перенести. Кана подошла к ней, видя, что Нацу так и не объявился, и решила успокоить златовласую подругу. Тем временем стальной драгонслеер наклонился к рыдающей над едва дышащим Греем Джувии. Она вцепилась в ледяного, словно не желая больше отпускать его. И, хоть ничем не могла она ему сейчас помочь, она уже боялась, словно где – то ещё, кроме её рук, он наживёт себе на голову неприятностей. - Джу, сестрёнка, - убирая запачкавшиеся от того, что она слишком близко припала Грею, в крови Отмороженного голубые пряди Локсар с её залитого слезами лица, хрипло зашептал Гажел. – Дай мне его взять, отпусти его… Джу, уже не отдавая себе отчёта в том, что делает, лишь крепче прижала Грея к себе, вымазываясь в его крови и начав отчаянно мотать головой. - Ну, я – то могу и вас двоих взять… - неопределённо произнёс Редфокс, подлаживая уже свои мускулистые руки так, чтобы схватить одновременно рыдающую сестру и дышащего с каждым разом всё тише Отмороженного. - Нет, нет, Гажик, не надо, - Джу наконец – то обрела способность говорить после пережитого ей шока. – Я сама дойду. Гажел, закидывая на спину Грея, лишь коротко кивнул, а Уртир, увидев, как шатает пережившую жестокие пытки девушку, моментально бросилась к ней и схватила её под руки. - Ни фига себе банкет, - опечаленно вздохнула Кана, поглаживая по плечу всё ещё хныкающую Люси. – Прямо даже продолжать не хочется… С этими словами кареглазая повелительница карт вышвырнула прочь бутылку с вином. - А мне ещё вот что интересно, - задумчиво произнёс Жерар, - Когда мы сможем снова колдовать? Гажел ничего не ответил, угрюмо вздохнув и поднимаясь по лестнице с умолкнувшим Фулбастером на плече. *** • В тот момент, когда королевская семья вошла в зал* Нацу очнулся после своего неожиданного провала в памяти. Может, ему просто приснилась эта лёгкая рука, зажавшая ему полосой тонкой пропитанной чем – то ткани нос и рот? Во рту пересохло. Неудивительно, после такой – то пьянки… Интересно, а сколько времени прошло с того момента, как он отключился? Да ладно, чёрт бы с ним… Надо бы Люсю попросить, чтобы водички подала умирающему от жажды дракоше. - Люююююсь! – хрипло простонал он, не предпринимая даже попыток пошевелиться или открыть глаза. – Солнце, дай водички, а то щас умру… Но лишь тишина и непонятное шуршание были драгонслееру ответом. - Лююююююсь… - всё тем же голосом умирающего лебедя протянул Драгнил. – Ну прости, если чего накосячил по пьянке, ты ж знаешь, я не со зла… Ну дай водички, не издевайся надо мной, а? И снова тишина и странные шорохи были ответом всё ещё не открывающему глаз Нацу. Нервно поведя ноздрями, огненный дракон ощутил, что Люсиного запаха рядом совсем не было. Это – то и заставило его предпринять попытки открыть глаза и пошевелиться. Если свои драконьи очи Саламандр с горем пополам всё – таки смог разлепить, то вот с тем, чтобы подняться с постели, возникли серьёзные проблемы. Точнее, движению помешало странное ощущение, что запястья его будто пригвоздило к чему – то жёсткому и неудобному. Оглянувшись, огненный убийца драконов с ужасом обнаружил, что прикован за руки к спинке кровати, а какой – то юморист повязал шарф, подаренный ему Игнилом, прямо поверх наручников, закрутив его в тугой узел, который даже пальцы на руках Драгнилу разжать нормально не давал, держа его кулаки против воли плотно сжатыми. Ещё поведя ноздрями и потихоньку начав отождествлять себя с окружающей действительностью, Нацу обнаружил несколько совсем не радующих его фактов. Во – первых, наручники, надетые на него, были из серебра, что говорило о том, что при помощи колдовства ему никак не выбраться, а без его помощи обрести свободу он сможет, только если кто – то его спасёт. Во – вторых, запах, что так и щекотал его драконий нюх, был совсем не Люсиным. Нет, это был запах другой девушки, аромат далёкого детства… В – третьих, он был полураздет – камзола и рубашки на нём, как не бывало, а штаны его были расстёгнуты и слегка приспущены, выставляя на всоебщее обозрение его белые боксёры. А, в – четвёртых, только сейчас до Саламандра дошло, что место, где он находится – это комната Джувии, в которой прижился и Грей! Хотя, пока что последнему факту он обрадовался. Вот решат они завалиться в комнату, чтобы помиловаться всласть, а тут он, Нацу Драгнил, прикованный к койке… Ну, может, и погогочут над ним, зато хотя бы освободят. - Лис? – хрипло выдавил пристёгнутый к кровати Нацу, шокированный внезапным появлением в комнате коротко стриженой блондинки. Облачена Лисанна была в строгий обтягивающий костюмчик из натуральной кожи с шипами, и кралась девушка к кровати, на которой был распластан Нацу, с грацией голодной пантеры. Не было понятно, пьяна Лисанна или нет. Но вот бушевавшее в её голубых глазах желание Саламандр даже со своей природной непробиваемостью заметил. В руке волшебница сжимала большую кружку с холодной водой. - Я не Люси, - кокетливо произнесла она, покачивая перед ртом умирающего от жажды Нацу кружкой с прозрачной жидкостью. – Но водички тебе подать могу. Только при одном условии. Нацу вытаращил свои зелёные глаза. Нет, ему просто не верилось, что это малявка Лис, как он дразнил её в детстве, вот такое вот сейчас вытворяет. Только он, насколько того позволяли державшие его скованным наручники, дёрнулся, пытаясь припасть к воде, как Лис, негромко смеясь, отдёрнула бокал от самых пересохших губ Драгнила. - Нет – нет, - она полушутливо погрозила ему пальчиком. – Сначала поцелуй меня. -Чего? – Нацу аж едва смог заставить себя подобрать нижнюю челюсть. – Лис, ты совсем умом тронулась? - Можешь думать, что хочешь, - и волшебница перевоплощения смочила свои губы и скользнула влажным языком по губам Драгнила, дразня его и усиливая его жажду. – Но, Нацу… - внезапно её игривый взгляд сменился умоляющим. – Это всего лишь одна ночь. Больше я никогда и ничего у тебя не попрошу… Да и вообще, сейчас я хозяйка положения, и мне решать, когда ты будешь свободен! А, пока ты не подаришь мне своё тело на эту ночь, я тебя никуда не отпущу, да простит меня Люси… Последние две фразы Лисанна буквально промурлыкала, периодически касаясь смоченными прохладной водой губами уголков рта Драгнила. Когда его драконий язык непроизвольно метнулся туда в поисках хотя бы капельки ставшей столь необходимой жидкости, Лис неожиданно обхватила его своими губами, медленно посасывая его и затягивая всё глубже и глубже. Наваливаясь на Драгнила всем телом, она попутно высвободила свою пышную грудь, прикасаясь сосками к его накачанному торсу, а правой рукой она стала поигрывать с его членом. Несколько её уверенных движений, один долгий горячий поцелуй, на который Драгнил от растерянности даже толком ответить не смог, касания её набухших сосков, трение запакованного в шипованную кожу девичьего тела – и вот Саламандр уже чувствует самое настоящее адское пламя в низу живота и набухание между ног, становящееся с каждой минутой всё более болезненным. Ну да, физически он здорово завёлся. Тем более, вспоминая Люси, которую ему доставляло невероятное наслаждение иметь так, как только он мог себе вообразить, он испытал нечто новое, оказавшись сам в зависимом положении. Может, это и стало причиной того, что он несколько раз непроизвольно дёрнулся всем телом вперёд, насколько пускали его оковы, пытаясь губами ухватить хотя бы кусочек трущейся призывно об него Лисанны. Может быть, Люси просто стоило брать порою на себя инициативу и вести себя примерно так же? Хотя… пара таких бросков, и дракон вдруг охладел. Нет, нет, он даже не мог представить себе Люси такой. Его звериная натура заговорила в нём с неистовством, восставая и бунтуя против сложившегося положения дел. Это он привык быть в постели настоящим хозяином, а Люська всегда была его прелестной пленницей. Только так, и никак иначе. И другого расклада огненный дракон знать не желал. Вот уж воистину, всё познаётся в сравнении! Особенно остро Саламандр это ощутил, когда вдруг понял, что всё то, что проделывает с ним сейчас Лис, не вызывает в нём и крохи того пожара, что разгорался в его драконьей душе, охватывая и тело и разум, при виде беспомощной в его руках Люсьены. И надо же было Саламандру именно сейчас вспомнить про её очаровательную манеру каждый раз пытаться прикрыть грудь, когда он в очередной раз рвал в клочья всю её одежду, оставляя её полностью обнажённой… А он нападал на неё со всем своим неистовством, не давая ей и слова против сказать. Люську ему, Люську, прямо сейчас, да побыстрее! И, да, водички бы тоже не помешало. Краем уха услышав грохот внизу, Нацу непроизвольно дёрнулся. Что – то не то творилось там, и он это чуял, даже не разбирая, в чём дело. Интересно, ему показалось, или и вправду из зала стало пахнуть свежей кровью, отдающей холодом, что свойственен был лишь его ледяному другу? - Чего там за погром? – он наивно полагал, что сможет использовать это как повод для того, чтобы Лисанна его освободила. - Да не беспокойся, ребята, похоже, махач, как всегда, устроили. Перебьёшься, сегодня без тебя подерутся, - произнесла прерывисто Лис, начав покрывать поцелуями обнажённый торс Нацу. Губы волшебницы перевоплощения перемещались всё ниже и ниже, задерживаясь на каждом участке тела Нацу долгими томительными касаниями. Драгнил тут – то и понял, что, пока она своё не получит, она его отсюда не выпустит. Чувствуя, что физически его инструмент был в полной боевой готовности, он решил, что можно ей уже позволить то, чего она хочет. Только надо ускорить немного процесс. - Лис, если ты так хочешь, можешь начинать прямо сейчас, - без обиняков начал Саламандр. – Поднять ты его подняла, можешь радоваться. А с остальным давай уж побыстрее как – нибудь разберёмся, да поскорее! - Не торопи события, - Лис зажала ему рот рукой, отчего огненный дракон на протяжении пары секунд только и мог, что гневно сопеть и раздражённо сверкать глазами. – Ты в моём распоряжении на целую ночь! И она снова повторила свою дорожку из поцелуев, языком нарисовав витиеватую дорожку на самом паху Саламандра. Потом же его томящийся от возбуждения член она ловким движением руки высвободила из трусов, и губы её моментально сомкнулись вокруг него плотным колечком. Лис даже глаза прикрыла, наслаждаясь моментом. А Нацу почувствовал, как знакомое щемящее ощущение начало буквально парализовывать его тело. Чёрт, когда такое с ним проделывала Люси, он порой после этого падал на койку с будто бы наглухо заткнутыми ватой ушами. Язык Лисанны порхал то вверх, то вниз, играя с ним. Правда, девушка дело своё знала, оттягивала самый главный момент и даже не позволяя огненному по – человечески кончить. - Давай уже заканчивай с этим! – зарычал Нацу, чувствуя, что на такие долгие игры он точно не настроен. И вообще, он вспомнил кое – что. Он же, когда вышел из ванной, решил отправиться вниз за Люси, чтобы устроить с ней примерно то же, что с ним сейчас Лисанна вытворяла. Зато теперь – то он понял, чья рука с тканью, пропитанной усыпляющим раствором, зажала ему рот и нос. - Слушай, Лис, - хрипло, с трудом сглатывая и нервно кусая пересохшие губы, заговорил Нацу, стараясь отвлечься от того, с каким старанием Штраус – младшая ловко орудовала ротиком чуть пониже его пояса. – Если это типа я тебе должен был именно так «спасибо» сказать за то, что ты мне звание старшего волшебника отдала, то можешь его обратно забирать! - Тш – ш, - Лисанна оторвалась наконец от его члена, слазила куда – то за кровать, быстро сполоснула рот каким – то пахнущим мятой раствором и припала к губам Нацу, затыкая его и не давая ему больше ничего сказать. – Молчи, только молчи, Нацу Драгнил! И, не убирая руки с его рта, она ловко оседлала его. Нажимая ладонью на его лицо, чтобы говорить он не мог, Лис плавно задвигалась, пропуская Саламандра внутрь себя. Он уже непроизвольно начал подаваться пахом вперёд, буквально нанизывая коротко стриженую блондинку на себя и надеясь, что чем скорее он разрядится, тем скорее всё это кончится. Чёрт возьми, что же это такое?! Такое ощущение, будто бы родная сестра его сейчас трахает. Глухое рычание из – под ладони Лис, пот, занывшие от слишком тесных оков руки, жара, удары соприкасающихся друг с другом тел… И ни малейшего шанса выбраться из этой круговерти. Мелькали картинки с воспоминаниями о том, как Саламандр и Лисанна беззаботно резвились, будучи ещё совсем маленькими. Да Нацу меньше бы удивился, если бы так к нему пристала, к примеру, Джувия. Стоп… а с чего это он про неё подумал? Потому что почувствовал её запах. А с чего он так резко почувствовал, что её запах стал сильнее? И… ох, как не понравился Саламандру этот звук распахиваемой двери и сразу целая гамма запахов! Так пахла только гильдия «Хвост Феи» в практически полном составе. Не сумев по – нормальному повернуться к выходу из – за слишком сильного зажима Лис, Нацу скосил глаза в сторону двери. И похолодел. Ему показалось, что весь огонь, какой в нем только когда – либо был, моментально потух, оставляя после себя лишь тлеющие угли. Первым в комнату вошёл Гажел, держа на руках окровавленного Греича. Да и сам стальной весь был покрыт тёмно – бордовыми разводами – крови из Отмороженного лилось столько, что хватало на то, чтобы щедро перепачкать всех, кто к нему прикасался. Изуродованным побоями до такой степени, что на человека живого мало походил, Нацу последний раз своего друга видел только во время боя в старом Совете. Если бы не острый слух Драгнила, он бы точно подумал, что Грейка мёртв. Редфокс же, увидев задорно скачущую на прикованном к кровати Саламандре и зажимающую ему рот рукой Лисанну, мягко говоря, обомлел. Чуть Фулбастера от удивления из рук не выронил. Шедшая следом за ним и державшаяся под руку за Уртир Джувия тоже застыла каменным изваянием, не в силах даже высказать того, насколько она шокирована. А самым печальным финалом этой истории стало то, что, добравшись до комнаты, Люси вырвалась из общей толпы и, стоило ей увидеть, что творится в комнате Джувии (и теперь уже Грея), блондинка разрыдалась с новой силой и бросилась прочь. - Нацу, да как ты мог! – только и раздался в коридоре её истерический выкрик. Кана отправилась вслед за блондинкой, попутно предострегая Тиру, чтобы проследила за Джу. Саламандр отчаянно начал вырываться, чтобы прокричать хоть что – то в оправдание своему поведению, но рука Лис была на удивление надёжным кляпом. Наружу вырвалось лишь едва слышное рычание дракона. - Так, извращенцы, - коротко рявкнул Редфокс, - Давайте освобождайте койку, мне больного уложить некуда! Его, как и прочих, шокировало то, что он сейчас увидел. Но некогда было ещё с любовными перипетиями Нацу, Люси и Лисанны разбираться. Его больше интересовало, как в очередной раз вытащить с того света Отмороженного, да сестрёнку в норму привести. Лис торопливо освободила Нацу от оков, а тот, вскакивая с широкой кровати и разминая натёртые ободами наручников запястья, глухо спросил: - А что с Греичем? - За правду получил, - отозвался Редфокс, чувствуя, что пока что у него нет желания интересоваться тем, что привело Нацу в одну постель с Лисанной. Не зная истинного положения дел, стальной на огненного был немного зол. Это ж надо – вместо того, чтобы свою Люську всячески от королевских ратников прикрывать, он пошёл натурой Лисанну за звание старшего волшебника благодарить! Джу же, обычно всегда приветливая и участливая к Нацу, сейчас бесшумной тенью скользнула к кровати, когда Гажел уложил туда Грея, а Тира влетела в комнату с грудой переданных ей Мирой и Эльзой пузырьков, бутылочек, бинтов и чистых марлевых повязок. Также в руках ледяная сжимала железную коробочку, в которой лежали игла и хирургическая нить.