В начале было Слово

Леви давно мечтала урвать от жизни лакомый кусочек. Попасть в незабываемое приключение и обязательно стать главной героиней, но жизнь ее была самой банальной и скучной. И, чтобы не стать самой такой же «серой» Леви давно уже выкрасила волосы в цвет неба, а может моря. Правда Леви не знает такое ли оно голубое, как ее волосы…Читала, что оно имеет цвет морской волны, но от описания оттенка только больше запуталась в своих представлениях, а так хотелось увидеть. Зато, небо вот оно - над головой, сколько хочешь, хоть отбавляй, но его всегда мало… небо никогда не было для Леви чем-то необычным. Всегда воспринималось, как данность, но вчера ночью что-то в ее ощущениях изменилось и теперь, корпя над переводом, девушка мысленно возвращалась к нему. Мечты уносили ее разум вдаль, и сконцентрироваться на книге было все труднее. Ей на мгновение показалось, что вот, вот то самое приключение - оно началось и перехватило дух, примерно так, как легкие захватил тот едкий дым. Но, что-то щемило в груди и синеволосая не чувствовала себя захваченной в авантюрное приключение, а скорее чувствовала себя жертвой, попавшей в ловушку, которой лишь изредка разрешен глоток свежего воздуха. Вот и вчерашняя ночь была такой отдушиной, а сегодня снова клетка и злой стражник. А стражник тем временем был зол вовсе не из-за своего нелегкого путешествия. Он вообще не подозревал, что уже втянут в какую-то нелепую авантюру. Его плохому настроению способствовал пустой желудок. Одновременно хотелось железа, кабана и Леви на десерт. В общем, голодный дракон ушел на поиски пропитания, оставив волшебницу в гордом одиночестве. В полной тишине, кроме забытья, посещавшего время от времени головушку Леви к ней на цыпочках подкрадывались крамольные мысли о побеге. Но вызвать гнев Железного фее не хотелось. Она четко знала - от него не спрятаться, не скрыться, не сбежать. Он- это лучшая машина для убийства, погони и слежки. Да еще чего доброго, пытки устроит. Поэтому Леви переводила и мечтала, мечтала и снова переводила. Из очередного полета по миру фантазий и грез ее вывел громкий звук шагов. В зал медленно ввалилось нечто. Оно прошлось по стенам, спустилось на пол и четким силуэтом восстало напротив девушки. - Час пробил, - провозгласил грудной голос, - по возвращению в Магнолию ты должна вернуть следующую часть долга! Силуэт исчез, а волшебницу кинуло в жар. Раз в месяц к ней всегда приходил этот голос, так или иначе сообщая о непомерном долге, из-за которого Леви не могла жить нормально. Эта ноша внезапно свалилась на нее на одном из заданий. Можно сказать, что девушка буквально продала душу дьяволу, лишь для того, чтобы ее напарники смогли выжить. Тогда она была совсем мала и ничего не смыслила в магии слова. Задание попалось трудным. Дикий зверь терзал Джета и Дроя и те чуть не испустили дух. Волшебнице попала в руки книга и она, не задумываясь, выбрала заклинания призыва. На ее молитву откликнулся Джин. Взамен он попросил миллион золотых. Печать была скреплена кровью. Зачем мертвому Джину понадобились деньги, волшебница не выясняла, а лишь дала согласие и каждый месяц отдавала свои кровные в уплату долга. Сумму придется выплачивать на протяжении всей жизни, но сказать о своей кабале напарникам Леви не могла. Даже всем вместе будет не реально собрать столько денег и ей всегда было страшно даже подумать об этом. Ведь парни могут счесть это за упрек. Не заплатить нельзя, однажды Макгарден не смогла уже отдать долю. Тень пришла к ней безлунной ночью. Неведомая рука хлестала кнутом нежную кожу волшебницы до восхода солнца. Последние удары были настолько сильны, что Леви была готова молить о смерти, но кошмар закончился. Малышка провалялась в кровати до вечера. Горькие слезы катились по ее щекам не останавливаясь и сейчас, сидя в библиотеке, она ощутила их горький вкус. Перед взором встала ужасная картина того, как она тогда встала перед зеркалом абсолютно нагая и смотрела на отражение пустым взором. В нем она была вся истерзана, избита. Кожа покрыта глубокими рубцами. Все тело болело. К себе было больно прикоснуться. Дрожали губы. Подкашивались ноги. Но стоило фее взглянуть на себя, как она видела лишь светлую ровную кожу. Без бордовых отметин, кровоподтеков и ран. Говорят, что зеркало может отражать душу человека. Так вот, что имеют в виду. Душа малышки была изуродована неведомым монстром. Испытать такое вновь – подобно смерти. Жар сменился холодом. На теле выступили мурашки. И лишь тогда Леви вышла из оцепенения. Она сидела за столом. Слезы градом скатывались с ее щек, носа, губ на письмена Нестора. Чернила таяли и расплывались в непонятные пятна. Ладонью смахнув слезы, девушка долго приводила себя в чувства. Исправляла урон, нанесенный книге и не заметила возвращение Редфокса. Он принес с собой яблоки. С ее уст чуть не сорвался вопрос: «Отравленные?». Тяжело вздохнув Леви перевернула страницу и продолжила перевод. Хруст сочного яблока и не улетучивающиеся мысли о предстоящем ужасе не давали сосредоточиться. Где-то над ухом послышалось легкое причмокивание, а затем, обжигая горячим дыханием, ей прошептали на ухо: «Чего ты такая тихая?». Раньше, девушка не была обласкана вниманием со стороны мужчин. Раньше, практически не было секретов, кроме этого странного случая с заданием и неимоверного долга за жизнь ребят. Раньше, все вопросы для нее казались простыми, без подтекста, но этот шепот на ухо был чем-то особенным. Но Макгарден не собиралась открывать правду. Делиться проблемами с друзьями для нее было сложно, казалось, что она вешает их им на шею и дружба принимает обязательный характер. Делиться с врагами - было бы странно, поэтому Леви объяснила свое поведение лишь тем, что она занята переводом. - Меня не обманешь! Что-то не похожи эти каракули на слезливый роман, а у тебя глаза красные от слез. Выкладывай давай, иначе я из тебя силой выбью признание – отбросив в сторону фрукт и поставив руки на стол перед феей, сказал Редфокс. Этот жест был угрожающим, из глаз волшебницы вновь хлынули слезы и она грустно простонала - «Ну почему меня все избить пытаются? Что я не так сделала?» Редфокс обошел стол и присел на корточки перед синеволосой. - Ты,это… Ну, не реви! Я с угрозами пошутил! – приподнимая девушку за подбородок и заглядывая ей в глаза, виновато произнес парень.- А кто еще тебя избить собирается? Леви поняла, что взболтнула лишнего. И испугалась, что он все понял. Но вдруг нестерпимо захотелось кому-нибудь открыться. Не держать эту тайну в себе, не нести на хрупких плечах такую непосильную ношу. И вздрагивая всем телом, малышка кинулась в объятья Железного, тот был сильно удивлен таким поступком девушки, но обнял ее и выслушал неперебивая. - Знаешь, давай поступим так: я дам тебе миллион золотых и ты отдашь этому чудищу долг сполна, если его не устроит и он продолжит тебя шантажировать, то ты скажешь мне и я ему все кости переломаю, хотя лучше сразу переломать и всё,- ужасно оскалился парень и Леви сразу поняла, что он может вполне справиться с тенью из книги. Но - вдруг, пока я ему пересчитываю косточки, он успеет отменить ваш контракт и твои напарники помрут сами не зная от чего, тогда твои слезы всю Землю затопят, - уже мягко ухмыляясь, продолжил драгонслеер. – Но с этого момента, как ты с ним расплатишься – будешь должна мне! Как тебе такой расклад? Леви в целом ошеломило такое заявление. С одной стороны Редфокс пугал ее не меньше того Джина. С другой он вроде как сейчас пытается выручить ее и она немного поразмыслив согласилась. Слезы мигом высохли и на устах появилась радостная улыбка. Появился зверский аппетит и Леви схватила яблоко со стола и звонко надкусила его, а потом залилась румянцем, потому что это было яблоко Редфокса, уже изрядно надкусанное. Он выпрямился и расхохотался, отбирая свое яблоко обратно. Ведь страсть к яблокам – это еще один малоизвестный факт о Редфоксе. А любит он их за высокое содержание железа.