Щит

Москва. 9 мая 2020 года. Москва. Однушка в старом еще, брежневской постройки, пятиэтажном доме. Зато почти в центре. Попади сюда посторонний человек, он, скорее всего, решил бы, что жилище сдают внаем на короткие сроки: понедельно или помесячно. Ибо ничего здесь не может рассказать о личности хозяина. Здесь не живут — ночуют. Старый, некогда дорогой, а сейчас потертый и скрипучий диван. Такие же кресла. Журнальный столик-тумба, полированный, с лилиями — наследие девяностых годов прошлого века, достаточно крепкий, чтобы выполнять свою функцию и спустя три десятка лет после изготовления. Обои последний раз переклеивали... когда-то. Хозяин квартиры вряд ли смог бы с уверенностью назвать год, но лет семь поблекший винил уже исправно прикрывает стены. Странно и чуждо смотрятся здесь и последней модели ноутбук, стоящий на подзарядке, и дорогущая плазменная панель с не менее шикарной акустической системой... За окнами гудит моторами, шуршит шинами по вновь проложенному асфальту, гомонит утренняя праздничная Москва. Девятое мая. День великой Победы. Идет трансляция праздничного парада на Красной площади, звучат аккорды известных маршей. За столом сидит худой высокий мужчина лет сорока. Обветренное загорелое лицо. Сеточки морщин в уголках глаз намекают на то, что этот человек любит смеяться. Или часто вынужден щурить глаза от ветра и солнца. Короткий «уставной» ежик седеющих волос. Он курит. Он редко позволяет себе убивать легкие табачным дымом, но сегодняшнее утро задело в душе больные струны. День Победы. День величия его Родины. По главной площади страны чеканят шаг ее защитники. Улыбки на лицах. Весеннее солнце в лазурной вышине над древним Кремлем, сияющие гордостью за Родину глаза... Великая страна без стеснения демонстрирует свою мощь миру — смотрите и бойтесь! Летят на брусчатку старые знамена Рейха. Утробно, басовито гудят передвижные ракетные комплексы, способные нести ядерный заряд, величаво выползает на древний камень сердца Столицы бронетехника... Президент вдохновенную речь толкает. Про мир и солидарность в борьбе с общими для человечества угрозами. Что ж так тошно-то? Или стареешь, майор? А горло сдавливает удавкой память...