Lust

Монстры, лишь похожие на людей.

Эрен зажал во рту сухарь, пытаясь прочесть желтоватый лист в руках. Это был мирный прохладный день в горной деревушке. Эрен восседал на жесткой лавке в небольшом трактире. Вокруг суетились люди, быстро сновала официантка, смеялись завсегдатаи-пьяницы, но Эрена волновали лишь два вопроса: не мог бы Армин писать поразборчивей и почему этот чертов сухарь такой жесткий. Из каракуль, что оставил Армин, Эрен смог разобрать, что его новая работа — небольшой вампирский ковенант, осевший в здешних горах. Судя по всему, они здесь недавно. Жители стали жаловаться на пропажу людей всего несколько месяцев назад, сначала сваливая все на несчастные случаи. Наконец Эрен смог откусить часть размокшего во рту сухаря. Бодро похрумывая, он продолжил изучать документ. Похоже, что все пропажи шли с востока. И Армин навел справки, узнав, что в той стороне есть заброшенная церковь. Эрен готов был поставить пять серебряников, что вампиры осели там. Вопреки суеверному мнению, религиозные символы не отпугивали этих существ. Некоторые даже носили распятие в насмешку. Эрен потянулся, разминая суставы. Одолеть целый ковенант вампиров на их же территории будет непросто. Прежде чем соваться к самой церкви, нужно не раз и не два обойти все окрестности, тщательно изучить планировку здания, отдохнуть и съесть уже свой обед. Эрен отложил бумаги в сторону и макнул сухарь в похлебку. Так с ним справиться будет легче.

.*.*.*.

Комната на ночлег досталась Эрену бесплатно. Узнав, что он охотник на вампиров, хозяин тут же оживился, не пытаясь скрыть радость. Не всегда к охотникам относились столь радушно, так что Эрен без колебаний согласился принять милость этого доброго господина. Брать, пока дают, это, как ни странно, одно из первых правил, которому их научил Ханнес. Трактир был небольшим, и комнаты в нем соответствующие: скромные, провинциальные, без излишеств. Однако после долгого путешествия от самого Троста на жестком седле, Эрен был готов убить за возможность примостить зад на чем-то мягче, чем иссушенное дерево трактирной лавки. Положив сумку аккуратно возле кровати, Эрен сел и немного попружинил старый матрас, прежде чем блаженно откинуться на спину. Темно-каштановые волосы разметались в стороны, походный плащ немного шуршал, когда Эрен растягивался, словно довольный кот. Сон был готов прийти к нему в тот же миг, как Эрен прикрыл глаза. Нужно раздеться, но все остальное завтра. Все дела завтра. Прежде чем полностью утонуть в тумане, его мысли дрейфовали к Армину. Как он сейчас? Чем занят? Наверно, как обычно, допоздна сидит в библиотеке. Эрен и его лучший друг Армин были неразлучны с детства. Эрен всегда придирчиво относился к выбору друзей, именно поэтому в конечном итоге он остался лишь с Армином. Но лучше иметь одного друга, зато столь же умного, преданного и открытого, как Армин, чем сотню просто знакомых. Именно Армин позвал Ханнеса в тот день, когда стая голодных оборотней напала на их небольшой город. Дом Эрена находился на окраине, и они одними из первых попали под удар. Ханнес не смог спасти мать Эрена, Карлу, но вытащил самого мальчика. Эрен поморщился, он не хотел воспоминаний, они могли повлечь за собой кошмары и плохой сон. После чего плохую работу и в худшем случае — смерть. Заставив себя проснуться, Эрен стянул походное обмундирование, оставшись в одной рубашке и плотных штанах. В таком виде он пролез под одеяло и забылся в черном небытие без сновидений.

.*.*.*.

— Такой молодой, свежий… красивый, — на последнем слове розовощекая женщина подмигнула, — и неужели без невесты? Право, Эрен смутился. Конечно, это всего лишь светская беседа. О чем еще говорить жене трактирщика с заезжим охотником? Не о вампирах же, ей богу. — С моей-то профессией, — Эрен грустно усмехнулся. Будущей невесте нужно было обеспечить стабильное существование, дом, детей. Это все было так бесконечно далеко от Эрена. В некотором роде в последние годы, когда его начал обучать Ханнес, Эрен попал в пузырь, из которого мог лишь наблюдать украдкой, как течет жизнь вокруг. Как Франц и Хана поженились, как Марко открыл свой магазинчик цветов, как Конни отчаянно пытался затащить Сашу на сеновал, а та все время смеялась, слала его дальней дорогой и продолжала жевать картошку. Порой Эрен завидовал им, но все равно твердо сжимал кулак и не позволял себе усомниться в сделанном выборе. Небольшая белая зависть оставила его в тот день, когда он пришел в окровавленный, источающий смрад гниющей плоти, цветочный магазин и опознал в искалеченном трупе своего старого приятеля. Или когда утаскивал Хану прочь от озверевших оборотней, что ранее разорвали Франца напополам. Монстры продолжали жить среди людей. Продолжали рушить их мечты. Поэтому Эрен пообещал себе стать сильней и больше не допустить этого. Если понадобится, он изведет каждую поганую тварь на этой земле, но не отступит. Эрен моргнул. За бегущими мыслями он совсем забыл, о чем ему уже минут пятнадцать рассказывала трактирщица. Он вздохнул и одним глотком одолел оставшееся в кувшине молоко. — Прошу прощения, но мне пора, — как можно вежливей попытался откланяться Эрен. — Долг зовет. Хозяйка тут же вынырнула из своих сказочных рассказов о трех замужних племянницах, и том, что одна из них, якобы, никак не может родить мальчика. — Монстров убивать? — она спросила так, словно пыталась причаститься к какому-то таинству. — Не сегодня. — Эрен широко улыбнулся и направился прочь из трактира. Выходя, он плотней обвязал вокруг шеи старенький шарф: ранняя весна и горный климат располагали к тому, чтобы здесь было свежо. Значит, восточная сторона. Все утро, пока его не поймала эта очаровательная женщина, Эрен опрашивал жителей. Из потока информации он выцедил, что, возможно, один из местных видел тварей воочию. Альберт Аккерман, лесник, проживающий чуть поодаль основных строений. Самого Аккермана, к сожалению, в трактире не оказалось, поэтому посетить его небольшой домик было первой из задач Эрена. Деревенька располагалась в живописном районе, стоило только ступить за порог, как открывался потрясающий вид на припорошенные снегом вершины гор, а вокруг простирался вечнозеленый лес хвойных деревьев. Даже воздух ощущался куда чище, чем в большом городе. Прогулка до дома лесника заняла почти сорок минут, дорога то и дело петляла среди старых, покрытых мхом сосен. Эрен не спеша подошел к двери, инстинктивно поправил шарф и постучал. — Мистер Аккерман, это Эрен Йегер! Я здесь для… Дверь под напором кулака плавно отъехала в сторону, но не казалось, чтобы хозяева пытались поприветствовать гостя. — Мистер Аккерман? Эрен осторожно заглянул в дом, и тут же внутри него все опало. Кровь, повсюду кровь. Это не были вампиры. Для вампиров кровь — ценнейший ресурс, даже в безумии они стараются иссушить свою жертву, но не пролить ни капли в сторону. И то не были оборотни: оборотни убивают, чтобы есть, даже сытыми они стараются разорвать человеческую плоть и добраться до печени, что для них ценнейший деликатес. Альберта Аккермана несколько раз пырнули ножом в торс, его жене, кажется, чуть не снесли голову чем-то тяжелым, чем-то вроде топора. Это были не вампиры и не оборотни. Аккерманов убили люди. Губы Эрена плотно сжались. Нет, не люди — твари, жалкие, грязные твари, лишь похожие на людей. Какая-то навязчивая мысль билась у Эрена в голове. Что-то, что он упустил. Морщась, Эрен попытался вспомнить разговор в трактире. Когда речь зашла о свидетеле, все принялись нахваливать, какая чудесная жена у него была и какая очаровательная… дочь. Эрен метнулся внутрь дома, стал быстро осматривать все комнаты. Всего два тела, а значит, ребенок, возможно, был еще жив. — Сегодня все же придется убить парочку монстров, — пробормотал Эрен, плотнее укутывая лицо в шарф и выходя на поиски следов.

.*.*.*.

Черноволосая девочка в его руках, наконец, заснула. Из дома ее утащили босую, в одном домашнем платье, Эрен закутал ее в свой шарф и обернул плащом. Он мог потерпеть щипающую прохладу, ее комфорт был важнее. В деревне их встретили удивленные взгляды. Все смотрели на побитое лицо девятилетней девочки, на торчащий из-под укутавшего ее плаща, край белого платья покрытого кровавыми пятнами и на пышущий гневом взгляд бирюзовых глаз охотника. Уже в трактире вокруг Эрена собралась целая делегация из причитающих женщин и то и дело ругающихся мужчин. Как оказалось, девочку звали Микаса, кроме родителей, у нее родственников не было. Многие смотрели на нее с жалостью, прижимали к сердцу руки и приносили соболезнования, но никто не рвался приютить ее к себе. — Так значит. — Эрен постарался собраться с мыслями. Из-за шума вокруг сделать это казалось сложней. — Я должен спросить! — повысил он голос. Немного, но это помогло. Взгляды собравшихся вокруг перешли со спящей Микасы на Эрена. — Были в вашей деревне только исчезновения? Никто не находил обескровленных трупов? Вся ситуация давила Эрену из затылка. Но как бы там ни было, он был обязан спросить об этом. Если выйдет так, что тут орудовали вовсе не вампиры, а банда работорговцев, то технически его работа окончена. Тем временем Микаса зашевелилась, реагируя на громкий тон ее спасителя. — Пропадали, — почесал шею один из присутствующих мужчин. Остальные согласно закивали. Неосознанно Эрен плотней прижал к себе Микасу. — Кто-нибудь может позаботиться о ней? Все в трактире продолжали молча стоять. — Хорошо, это все, что мне пока нужно знать. С этими словами Эрен отправился в свою комнату. Там он осторожно уложил Микасу на кровать, а сам тут же полез в записки, которые составил для него Армин. — Хм, — Эрен хмурил брови. То, что они с Армином приняли за вампирский ковенант: пропажа людей в мелкой, далекой от дрязг политики деревеньке, пропадали в основном молодые девушки. Это в целом легко, потому что одиночки вампиры редко убивают своих жертв: очаровывают, получают то, что хотели, а затем уходят; оборотни редко утруждают себя уничтожением улик, их можно вычислить по разметанным тут и там кишкам. Логически выходил вампирский ковенант. До сегодняшнего дня. В лесной хижине, где Эрен нашел преступников, не было следов других девушек, их могли быстро вывозить в столицу, в подземный город, и там уже продавать. — Боже… Эрен сел на пол и оперся спиной о стену. Хотелось взвыть, и как можно громче. Все шло дерьмово. Но он по-прежнему собирался проверить церковь, так что еще как минимум день задержится в этом месте. Тем временем Микаса проснулась. Она приподнялась на постели, позволяя шарфу висеть на ней, как попало. — Микаса, — обеспокоенно позвал Эрен. Он не был хорош на такого рода вещи, как общение и тем более утешение. Если бы Армин был здесь, он бы точно нашел нужные слова, да одни бы большие добрые голубые глаза уже помогли бы делу. Но здесь был только Эрен и девочка, у которой только сегодня убили родителей. Мысленно снова возвращаясь в ту хижину, Эрен помнил, какой пустой взгляд у Микасы был, от пережитого шока она, кажется, совсем перестала понимать, где и почему находится. И сейчас Эрену предстояло ей все объяснить. Она повернула голову в его сторону. — Привет, Микаса. Меня зовут Эрен Йегер. Ты помнишь, я вытащил тебя из той хижины? Она кивнула, и Эрен видел, как маленькие слезы наворачиваются в уголках ее глаз. — Все уже хорошо. Никто не причинит тебе больше вреда. — Мистер Йегер, — обратилась тихо Микаса. — Куда мне теперь идти? У меня больше никого не осталось. Челюсть Эрена жестко сжалась. Там, людям за пределами этой небольшой комнаты, было, несомненно, «жаль» о произошедшем, но никто не хотел ее принимать. И как бы Эрену не хотелось оградить Микасу от чего-то подобного, как жизнь рядом с охотниками на нечисть, он предложил: — Ты можешь остаться со мной. Я живу в большом городе, вместе со своим другом Армином. Знаешь, он может тебе даже понравиться. Вспоминая Армина, Эрену стало немного теплее на сердце. Пока оставались такие люди как Армин, он знал, за что борется. Эрен придвинулся к Микасе и осторожно поправил шарф, чтобы тот висел аккуратней. Она по-детски всхлипнула и уткнулась ему в плечо. — Хорошо, — она еще раз всхлипнула. — Я хочу остаться с тобой.