Люди Икс: Восход красного солнца.

Яркий и холодный свет от лампы резал глаза. Невозможно было открыть их полностью, поэтому блондинка наблюдала за происходящим вокруг, прищурившись. Люди в белых халатах сновали туда-сюда, а Бонни лежала на холодной твердой кушетке с привязанными руками и ногами. К девушке подошел молодой врач, держа в руках шприц с большой и толстой иглой. Повернув к нему голову, Бонни посмотрела на него замученным взглядом, вяло ухмыльнувшись. - Забавно. Ты вроде врач и должен лечить людей, а занимаешься издевательством. Нехило тут наверное приплачивают вам за то, чтобы вы относились к нам, как к зверью, и ставили жуткие эксперименты. Мужчина холодно посмотрел на лежащую девушку и лишь пожал плечами. Что он мог ей ответить? - Кровь нам дает мало информации, придется выкачать немного твоих клеток, - зачем-то сообщил ей врач. К девушке мгновенно подошли еще несколько людей, схватили и перевернули на бок. Бонни крепко стиснула зубы и зажмурилась. Она абсолютно точно была уверена, что сейчас будет больно. По-другому тут просто не бывает. Их используют ради прихоти правительства, чтобы создать неуязвимую и сильную армию, якобы для защиты страны. Но каждый мутант знает, что их просто-напросто хотят истребить, и с помощью их способностей иметь непобедимую страну.

***

Пьетро ждал. Голоса. Звука. Чего-нибудь. В помещении, где находилась их с Бонни клеть, было тихо. Гробовая тишина, от которой звенело в ушах. Девушки не было около часа, и спидстеру стало казаться, что это была их первая и последняя встреча. Что ждет его самого? Пьетро внезапно стало страшно. Все внутри сжалось от этого чувства, он ощущал какую-то странную вину за все, что сделал и чего сделать не успел. Обещал помочь, но не сумел сдержать обещание и оказался в клетке, словно какой-то кролик, ожидая опытов.

***

Блондинка крепко сжала пальцы, когда игла вошла в поясницу, где-то в районе почек. В сравнении с этим, процедура изъятия крови из вены могла показаться комариным укусом, но она не издала ни звука. Слишком уже много раз Бонни просила не делать ей больно, слишком много пролила слез в камере, после очередного визита охранников. - Я хочу в палату! Заканчивайте поскорее со своими никчемными анализами, все равно ничего не получите. Процедив сквозь зубы, Бонни улыбнулась лишь уголком губ. Люди в халатах осматривали ее еще порядочное количество времени, вновь взяли кровь, заставили выпить какое-то лекарство, от которого девушку моментально вывернуло. После охранники подхватили ее и оттащили обратно в палату. Откинув голову назад и разметав длинные волосы по спине, девушка уставилась в потолок. - Знаете, появилось дикое желание плюнуть вам в лицо. Как жаль, что во рту у меня пересохло. Обращаясь к мужчинам в форме, она не заметила, как ее подвели к камере. Дверь со скрипом открылась, блондинку с силой протолкнули внутрь. Не удержавшись на ослабших ногах, Бонни приземлилась на колени, гневно посмотрев в сторону охраны. Глухая боль отдалась в спине, заставляя поморщиться. - Однажды я засуну тебе твой же шокер в глотку и оставлю его включенным, пока не сядет батарея! Злостно прошипев, она посмотрела именно на того мужчину, который любил раскрашивать ей ноги синяками от шокера. Хлопок двери. Блондинка бессильно развалилась на полу, тяжело дыша, и закрыла глаза, стараясь отвлечься от болезненной процедуры. Жуткие догадки мальчишки не оправдались, чему он был несказанно рад - потерять еще одного мутанта, с которым он едва познакомился, Пьетро не хотелось. Девушка была явно в плохом состоянии, и он подобрался к ней, насколько это позволяла цепь. - Бонни, как ты себя чувствуешь? Что они делали? Осторожно, едва касаясь, Максимофф положил ладонь на ее плечо, с беспокойством всматриваясь в полное боли лицо. - Что я могу сделать? Тебе холодно? Не дожидаясь ответа, Пьетро стянул с себя тонкую рубашку, которой были прикрыты его плечи, и накинул ее на Бонни, качая головой. - Мы выберемся, слышишь. Обязательно выберемся. Открыв глаза, Бонни посмотрела на юношу, резко меняясь в лице и тепло улыбаясь. Теперь она чувствовала себя здесь немного комфортнее, потому что больше не оставалась одна в ужасной камере. - Не в первый раз... Превозмогая боль, девушка поднялась, устраиваясь в сидячем положении, и поправила на плечах рубашку парня. - Спасибо большое, здесь и вправду холодно. Как я и полагала, они взяли мои клетки, но не думаю что у них что-то выйдет. Будет еще много болезненных анализов. Я хочу выбраться отсюда. Именно сейчас я хочу это сделать, как никогда раньше. Подняв усталый, но решительный взгляд на юношу, Бонни сжала хрупкий кулачок. В голове не было никаких планов, но решение выбраться отсюда было безоговорочным. - Они и с тобой будут так делать! Причинять боль. Они со всеми так поступают. А знаешь, куда деваются мутанты, которые уже не нужны? Думаю, догадываешься, в живых их точно не оставляют. Мутантов с простыми способностями уже давно раскололи, как орешки, и убили. Я жива еще лишь только потому, что мой ген не хочет приживаться в чужом организме, но когда они с ним разберутся, у меня больше не будет шанса уйти. Так же как и у остальных... Надо освободить твою ногу. Девушка подползла к Пьетро поближе, рассматривая застегнутую цепь на его ноге. Крепко застегнута. Явно боятся, что парень может сбежать. - Если бы только достать ключи у охраны. Покачав головой, Максимофф лишь усмехнулся. - Я не думаю, что расстегнуть эту железную хрень как-то возможно. А ключи... вряд ли они носят их с собой до указания привести очередного заключенного. Подросток тяжело вздохнул, откинувшись назад и прикрывая глаза. Не может все закончиться вот так. Через несколько часов пришли и за ним. Те же самые люди, с теми же самыми ухмылками, предварительно отрубив мальчишку с помощью шокового удара в шею, выволокли его прочь из камеры, плотно закрывая двери. Очнулся Пьетро уже на холодном столе. Из одежды на нем были лишь боксы, руки и ноги были плотно скованы чем-то железным и грубым. Дернувшись, спидстер смог издать лишь едва слышный хрип: горло тоже было сковано, и это практически полностью обездвиживало его. Тощий человек в идеально белом халате - таком же белом, как и их с Бонни камера - подошел к Ртути, внимательно осматривая хрупкое тело. - Что ж. Пьетро Максимофф, верно? Потрясающая скорость, серые волосы, больше известен как "Ртуть". Не переживай, мы всего лишь изучим твою кровь и ноги. Кто знает, может, ты будущий прорыв человечества в максимальных скоростях, а? Ты должен собой гордиться. Мужчина похлопал его по колену, от чего Пьетро оскалился. - Пошел ты! - прохрипел мальчишка, с трудом отворачиваясь в сторону и тяжело выдыхая. Как же трудно давались движения и слова. - Какой, однако, прыткий и упрямый подросток. Я думаю, кое-что охладит твой пыл. Врач щелкнул пальцами. Двери медленно приоткрылись, и двое охранников ввели в помещение... Магду Максимофф. - М... м... ма... - спидстеру перехватило горло. Он не мог ничего сказать, от изумления мальчишка лишь вперился взглядом в мать, не понимая, что она делает здесь и как вообще могла сюда попасть. - Да. Твоя бедная, несчастная мать - такой же мутант, как и ты, только намного сильнее. Узнав, что ты попал к нам в... гости, она сама явилась к нам на сдачу. Несчастная женщина хотела заменить тебя на себя, однако не знала, что лаборатории ее сила будет как нельзя кстати. Магда прижала дрожащие руки к груди, слезы сами собой, градом текли вниз по ее щекам. - Пьетро, я лишь хотела защитить... - Мама... - Способности твоей матери всегда выходили за рамки дозволенного, будучи выращенной в семье обычных людей, она не умела и не умеет их контролировать, поэтому всегда старалась касаться тебя как можно меньше. Пьетро, - врач наклонился к самому уху мальчишки и шепнул, - твоя мама - электрошокер. Ей подвластна энергия электричества, энергия тока, но она совершенно не знает, как ей пользоваться. Так что будь хорошим мальчиком, и вполне возможно, больно твоей мамочке мы не сделаем. - Гребаный, паршивый ублюдок!!! Максимофф перестал сопротивляться. Он понимал, что эти люди не станут шутить, поэтому решил, что лучше подчиниться. К его ногам, начиная от бедер, пододвинули какое-то странное, довольно большое устройство с тонкими иглами, которые медленно начали двигаться. Все ближе, ближе. И вот, наконец, около двадцати тонких и острых иголок проткнули его кожу, продвигаясь вглубь, к костям, заставляя мальчишку кричать от боли. Пара слезинок на автомате выкатилось из глаз, Максимофф сжал зубы, шумно выдыхая и держа все вскрики и боль внутри себя. Не хватало еще показывать мерзким ученым и матери, которая по-прежнему стояла у дверей, свою слабость. Пьетро не знал, сколько его продержали в таком состоянии. Не понимал, где находится, и не различал абсолютно ничего вокруг себя, на глазах была пелена, все плыло. Во всем теле была немая боль, которая переходила с ног на все остальные части тела. В конце концов иглы так же медленно убрали, но облегчение мальчишке это не принесло. Его пробирала мелкая дрожь, казалось, что в груди не хватает воздуха. Для Пьетро это было первое болезненное и серьезное испытание за всю жизнь. Никто никогда не причинял ему таких страданий. - Ну вот, молодец. Видишь, какой ты терпеливый. А теперь иди в палату, отдохни. Дядя охранник через час принесет тебе вкусных таблеток. - Пошел... ты... - свистящим шепотом все-таки смог ответить Максимофф и усмехнулся. Его отволокли обратно в клетку: Пьетро просто не мог идти сам, он не чувствовал ног от бедер до ступней. Как всегда, кинув ослабевшего спидстера куда-то к стене, охранники ушли, переговариваясь и посмеиваясь о чем-то своем.