Чёрная расплата.

Уже начало смеркаться. Солнце медленно спустилось к линии горизонта, забрав с собой весь свет. На границе леса было как никогда тихо. Лишь ветер дул на верхушки зелёных елей. На небе вскоре появилась луна, пытаясь озарить всю округу, а так же, яркие огоньки звёзд, обильно рассыпанные по небу. В поселении, что находилось совсем не далеко от границы леса, всё ещё догорали последние факелы, которые освещали тропинки, на случай, если кому-то взбредёт в голову выйти на улицу ночью. Зрелище было действительно дивное, но парню было не до того. Он, стоял на границе леса, облокотившись на дерево спиной. Рядом с ним, словно маленький преданный щенок, лежал огромный чёрный волк, больше походивший по размерам на медведя. Глаза животного даже в ночи горели красным огнём, полным ненависти, зубы были оскалены, будто прямо сейчас, из за кустов кто-то выбежит и нападёт, ну а тёмный волк будет готов к этому. Пропитанная в некоторых местах кровью шерсть, неприятно липла к траве, скрытой ночным мраком. На границе леса, будто сам запах был пропитан ненавистью, злобой, кровью. Трава здесь имела совсем не такой оттенок, как на окрестностях Олуха. Она была тёмная, как твари обитавшие в лесу. Животные некогда жившие здесь, были безмятежны и спокойны. И они сосуществовали в хрупком мире с людьми. Но ещё тогда, чувствовали скорый приход тьмы. Надежда медленно покидала эти края, забирая с собой и все остальные чувства. Грозя никогда не вернуться. Но люди. А что люди? Они были слишком слепы, не замечая как медленно начинала темнеть трава. Как дни становились короче а ночи длиннее. Как животные вдруг начали выходить из лесов и нападать, каким огнём горели тогда их глаза. Они не знали. И уж тем более, они не знали, да и не хотели знать, что сталось с жалким мальчишкой брошенном тогда в лесу. "Да помер он давно". Любой дурак на острове знает, что пересекать границу леса очень опасно, не сколько из-за монстров, таящихся за деревьями и готовых в любую секунду выпустить свои ядовитые когти, и вонзить их тебе прямо в сердце, не столько из-за парня. Он жил здесь довольно давно, позабыв о правил приличия. Но пришёл он из тени. Он был слаб и беспомощен. Но к счастью, ему посчастливилось попасть в надёжные руки. И когда он вырос, вдоволь напитавшись кровью и насытившись тёмной магией, он и рад был бы вернуться, что бы отомстить. Жажда мести и слепая ярость глубоко пустили в его сердце корень, заперев на семь замков все остальные чувства. Был ли жив "старый" Иккинг? Не способный приченить вреда даже самому мелкому существу на всей планете? Беспомощный, но тихо грезившей о том, чего возможно никогда не будет. Да, несомненно. Но разбудить его от глубокого и достаточно долгого сна было способно лишь одно светлое чувство, но, он никого не подпустит так близко. Каштановые волосы Иккинга развевались на ветру. Руки были скрещены на груди, ну а брови сужены в злой гримасе. Некогда ярко зелёные глаза, всегда горевшие детским азартом, потухли, словно догоревшая свеча. В них больше не будет той радости, что была прежде. Губы не выражали нечего. Он и не улыбался и не был зол. Но это только пока что. Когда последние фонари угасли, глаза парня уловили одну фигуру, по глупости решившуюся выйти. Чёрные волосы, голубые глаза, крупное телосложение, ну и конечно же, как всегда нелепый и самонадеянный вид. Его обострившееся за столь долгие годы зрение, узнало в этой фигуре Сморкалу. Это зрелище сразу же накатило на него непрошеный поток воспоминаний. Брюнет вознеся над головой дракона меч и попадает прямо в сердце, дав ему хорошенько намучиться перед смертью. Багровый поток крови медленными ручейками стекал с его чёрной чешуи, окрашивая траву в красный цвет. Иккинг тогда был настолько слаб, что одному Задираке хватило сил удержать его. Когда тело рептилии совсем обмякло, его сильно пнули в спину, от чего парень упал на колени, прямо перед своим братом. Он не поднял глаз, ведь видеть такое было для него очень больно, хотя во время убийства, его держали так, что он видел всё, всё... Все викинги стали потихоньку расходиться, насладившись зрелищем казни. Только Иккинг остался. Его штаны постепенно пропитались кровью, и тоже окрасились в красный оттенок. В его горле будто бы застрял комок, не давая вырваться наружу, подступающим эмоциям. Всё сознание будто опалили жарким драконьим пламенем, причиняя ему ещё большую боль. Железный меч до сих пор торчал из тела убитого дракона. Сжав зубы, Иккинг поднялся и вытащил меч, он неаккуратно обтёр его об свою одежду. Последний раз взглянув на тело друга, он услышал нечеловеческий крик, что издал дракон в последний раз. Быть может тогда это и был его первый порог безумия? Шаг в объятия неизвестности и алому пламени жестокости? Быть может, тогда он и перестал быть человеком? Выйдя из потока воспоминаний, Иккинг вытер рукой глаза. Парень достал из-за пазухи деревянную фигурку, а на ней был нацарапан непонятный символ. Очевидно, не означающий ничего хорошего. Волк с ожиданием уставился на парня. Поймав на себе его взгляд, Иккинг неторопливо достаёт из кармана нож. Он подносит его к фигуре, не точно высеченной из древесины, и отрубает изделию голову. Казалось бы совершенно обычное действие, и волк, медленно поднявшись на дыбы, приготовился к прыжку, но его остановила поднятая в верх ладонь Иккинга. - Стой. Не надо, - Раздался его тихий, и в то же время совершенно спокойный голос. На себе он вновь поймал удивлённый взгляд животного. Но животного ли? - Я сам с ними разберусь, а ты пока по наблюдай. - Парень достал из ножен меч, пару - тройку лет назад вытащенный из тела его брата, и потёр кончик лезвия между большим и указательным пальцами. - Они за всё заплатят. Заплатят сполна. - Он опустил меч и решительной походкой двинулся к деревне, словно тень изящно скользя по земле. Глаза парня загорелись ещё большей ненавистью, которая ещё очень давно поселилась в его рассудке, прожигая изнутри. На тонкой линии губ заиграла зловещая ухмылка. Он не забудет. Не забудет жалобный взгляд зелёных глаз, смотрящих на него и молящих о пощаде. Не забудет предсмертный рык дракона, эхом разнёсшийся по всему острову. Не забудет наглые ухмылки тех, на которых он раньше мечтал быть похожим, ухмылку его брата. Пожалуй, в тот день он понял, каким ничтожеством и чудовищем он является. Он не забудет. Он не простит. Он отомстит им, за всё. И причём, заплатят они не золотом, а кровью и сталью.