Я просто люблю тебя

03 апреля 2008 года. Россия, Санкт-Петербург. Очередная тренировка шла по привычному, давно заведенному, распорядку. Николь уже включила музыку, под которую девушки обычно делали растяжку, когда в зал, хлопнув дверью, влетела разъяренная Даниэль, уезжавшая на совещание к их менеджеру. - Ник, выключи музыку. У меня для всех оч-ч-чень важные новости. - Дани, какими бы важными не были новости, это не повод не делать растяжку, - раздраженно отметила Николь, удивленно отметив, что в таком состоянии всегда выдержанную Даниэль она видела крайне редко. - Ник, поверь, это очень важные новости, - Даниэль с размаху плюхнулась на стоящий у стены диван, - У нас очередная командировка! - Что?! – завопили хором все четыре девушки, - Мы же только четыре дня назад из Франции прилетели. - Вот пойдите, и скажите это Марине. Я и так с ней три часа спорила! – Рявкнула Даниэль. – На все мои возражения был один ответ: «Life is Dance – лучшая группа танцоров! О том чтобы именно она, работала у них в подтанцовке, мечтают все музыкальные группы мира». Ах... да… на нас даже все документы оформили, пока мы были во Франции, помните, наверное, как Марина присылала нам на подпись анкеты? - Так надо пойти и сказать ей, что мы никуда не поедем, и все. Вопрос решен, - выскочила вперед Анжелика. - Анжу, милая, когда ж ты, наконец, сможешь научится сначала думать, а уж потом говорить? – привычно вздохнула начавшая успокаиваться Даниэль. – Контракт уже подписан. Неустойку по контракту нашему менеджеру и имиджмейкеру ты будешь оплачивать? - Ну вот. А я надеялась хоть в этом году на открытие Петергофских фонтанов попасть, - грустно вздохнула Натали. – Опять пролетела. - Дани, может ты, наконец, скажешь, куда же нас опять несет? – поинтересовалась молчащая до сих пор Арабелла. - Разумеется, прости Аро. Девочки, поздравляю, только не делайте такие грустные лица. Мы летим в Корею. В Сеул. Будем работать с их самой популярной группой. У тамошнего менеджера появилась «замечательная идея». Они хотят сделать несколько видео, где помимо самих артистов будут танцевать равноправные им танцоры. Выбор пал на нас, как на одну из самых известных групп. Сейчас скажу, как называется их группа,.. Где же я записала? Название – для русского языка не слишком привычное. А… во… нашла, - Dong Bang Shin Ki. Группа из пяти парней. - Куда?! – ошарашено плюхнулась на стоящий рядом с ней диван Анжелика. – Офигеть! - Но у нас танцовщиц четверо, - спокойно отметила Николь, вновь подчеркивая давно уже установленный факт. - Во-первых, они в курсе. Во-вторых, дорогая, все случилось уже давно. Тебе давно пора снова начать танцевать, - вновь попыталась заикнутся о наболевшем лидер группы. - Мы же договорились, что я – основной хореограф. И не более, - в голосе Николь зазвучала застарелая боль и слезы. - Оставь ее Дани, - вступилась за сестру Аро, - она будет танцевать тогда, когда захочет. - Хорошо, хорошо, - Даниэль успокаивающе выставила вперед раскрытые ладони. - В сущности все будет как обычно. После прилета познакомимся с группой… - Т.е. устроим им генеральный прогон, чтобы понять, на что они способны и доведем их до желания кого-нибудь убить, - хором за своим лидером продолжили фразу девушки… - Затем прослушаем музыку… - И доведем до ручки композитора… - Потом познакомимся с их хореографом… - После чего он совершит ритуальное самоубийство… - Поставим и отрепетируем танец… - Доведя парней до состояния, когда их руки так и будут тянуться свернуть нам шею, только сил уже не будет… - Потом снимем видео… - Доведя до психушки режиссера вместе со съемочной бригадой… - И полетим домой с чувством выполненного долга. - И провожать нас будут с надеждой, что мы никогда не вернемся. Что не помешает им через два месяца снова просить нас приехать. - Ну как долго вы будете повторять эти глупости каждый раз, а? – вздохнула Даниэль.

* * *

03 апреля 2008 года. Южная Корея, Сеул. - Ну как, что вы думаете об этой идее?– первое, что спросил Джеджун, когда ребята, наконец, добрались до дома. – Возможно, это будет интересно… - Дже, может быть, ты все-таки дашь нам переобуться, а? – насмешливо поинтересовался Чанмин. - Юнхо, а ты-то что думаешь об этом? – флегматично спросил Ючон. - Я думаю, что нам нужно будет отнестись к ним достаточно дружелюбно, а потом будет видно, - дипломатично протянул лидер группы, роясь в Интернете. – Ага, нашел. Интересно, даже на английском о них почему-то мало информации. Значит так. «Life is Dance - это нечто новое в мире танцев. Пять девушек, сделавших ставку на постановке одного-двух танцев для исполнителей, окончив которую они идут дальше. Сказать, что сначала их не воспринимали в мире шоу-бизнеса даже их родной России – значит, ничего не сказать. Но после того, как сделанное с их помощью музыкальное видео нескольких групп стало безумно популярным, девушек оценили очень высоко. Потрясающая пластика, великолепное знание классики и необыкновенная харизматичность сделали свое дело. Сейчас работать с ними за честь почитают самые популярные исполнители всех стран мира». Идите сюда. Взгляните на фотографию. Вот они слева направо – Анжелика, Арабелла, Даниэль, Николь, Натали. Забавно выстроились – две блондинки, шатенка, две брюнетки. - Хён, нам же сказали что танцовщиц четверо? – удивился Джеджун. - Дай дочитать сначала, а? «Состав группы – четыре танцовщицы – Даниэль, являющаяся официальным лидером группы, Анжелика, Арабелла и Натали. И хореограф группы – Николь». - Такая маленькая – и хореограф? – не поверил Чанмин. - Почему маленькая? Наравне со всеми стоит, – удивились остальные. - Да вы взгляните, на каких каблучищах она стоит... - Я думаю, что Юнхо прав, давайте дождемся, когда они прилетят, тогда и будем судить, - разрядил обстановку Ючон увидев, что Юнхо как-то нехорошо смотрит на Мина. - Стоп. А что означало «в родной России»? – ошарашено спросил Джунсу, на этот раз, для разнообразия, сообразивший первым. В комнате воцарилось ошеломленное молчание…

* * *

03 апреля 2008 года. Россия, Санкт-Петербург. - Мама, это я. Скажи, ты уже успела убрать мою сумку на антресоли? – Девушка с улыбкой смотрела на суетящуюся на кухне мать, затеявшую, в честь возвращения дочери, обожаемые ею пироги с капустой. - Да, Дани, а что случилось? – Кира Андреевна, встрепенувшись, испуганно повернулась к дочери. Даниэль не смогла скрыть улыбки, при виде встревоженного лица матери, перепачканного мукой. - Нет. Да. Не знаю. Через два дня мы улетаем в Сеул. - К-к-куда? – ошарашено села там же, где стояла Кира Андреевна. - Мам, чему ты так удивляешься? – девушка облегченно выдохнула, подумав, что хорошо хоть рядом с матерью табуретка стояла. – Мы за три месяца этого года дома не провели и трех недель. И вообще, если не ошибаюсь, под нашей дверью стоят три взбудораженные женщины. - С чего ты взяла? – Удивленно вскинула брови Кира Андреевна. - Во-первых, девочки уже тоже дошли до дома и сообщили своим эту новость. Во-вторых, нам в дверь звонят, а для папы еще слишком рано. Шумное «нечто», которому Даниэль открыла дверь, едва ее не снесло с ног. Благо, наученная горьким опытом, она успела отступить в сторону. Из кучи малы, в которую вся эта компания превратилась, втянув туда ее мать, доносились только бессвязные предложения. Каждый раз, глядя на это, Даниэль задумчиво пыталась разобраться – как же они понимают друг друга? - Дани, может ты уже, наконец, решишь, с какой стороны ты хочешь закрыть дверь, - сзади раздался спокойный, чуть хрипловатый голос Николь. - Прости Ник, задумалась, - девушка внезапно сообразила, что задумавшись, так и осталась стоять рядом с открытой дверью. - Заходи. Что они на этот раз забыли? - Повод для встречи – новую французскую комедию, - обреченно вздохнула Николь. - Ох, уже эта их любовь к французскому кино. Даниэль и Николь понимающе переглянулись, вспомнив, сколько бед принесла им в детстве эта материнская любовь к французскому кино. В годы развала СССР и становления России пятерым девочкам пришлось тяжело со столь необычными именами. Даниэль была самой старшей, и, в свое время, когда пришла пора идти в школу, специально пропустила один год, чтобы иметь возможность пойти в школу вместе с Николь и Натали. Анжелике и Арабелле, кстати, также пропустившей один год, пошедшим в школу двумя года позднее, пришлось уже полегче. - Дани, я… - Николь, милая, все будет хорошо. Даже если нас каким-то чудом занесет на какую-нибудь протокольную вечеринку, то мы прикроем тебя. Как обычно. Просто… Ник… может быть… - Нет, Дани. Я больше не буду выступать… я больше не буду танцевать на публике… я больше не буду танцевать на сцене… Никогда. - Тссс… тихо… тссс… Все хорошо. Все будет хорошо. «Господи, надеюсь, я говорю правду». Успокаивающе гладя по спине подругу, Даниэль грустно глядела на черноволосую макушку прижавшейся к ней подруги и мечтала о том, что когда-нибудь она дождется того дня, когда время залечит раны Николь.