Я тебя ненавижу.

Следующий день встретил Сиумина светлым небом и теплым воздухом. В такие дни пациентам разрешалось выходить на прогулку, но вместе с сопровождающими. Ими могли быть либо родственники, либо медперсонал. Но у Сиумина не было выбора. К нему пришла милая девушка лет двадцати пяти, скорее всего, либо медсестра, либо просто проходила практику. Его посадили на кресло-каталку и повезли во двор. -Чудесный день, не правда ли? – с нескрываемым восхищением произнесла девушка,- Как считаешь? – в ответ тишина,- Ты меня слышишь? – кивок,- Тогда почему не отвечаешь? -Может, потому что не может? – послышался голос сзади. -Что? А вы кто? -Я? Я его, ну скажем так, дядя. И оставшееся время я с ним погуляю Девушка, опустив взгляд, ушла. -Привет, Сиумин. Соскучился по мне? – с улыбкой на лице спросил Лухан, - Как жаль, что ты не можешь со мной поговорить. Я очень хочу услышать твой голос, правда. Мне говорили, что он чудесен, - последние слова блондин проговорил, наклонившись к шатену и обдавая горячим дыханием его ухо. Они просто гуляли вокруг больницы в полной тишине. Минут через пятнадцать к ним подбежала всё та же девушка и, сказав, что время прогулки окончено, увезла Сиумина. А Лухан, недолго думая, поехал обратно на работу. Сегодня Сиумину будут делать его первую операцию по возвращению голоса. -Привет, парень,- в палату вошел Чанель,- готов? – кивок,- Ну тогда сейчас к тебе придет Лиз и подготовит тебя к операции, а с тобой мы встретимся уже в операционной,- с этими словами доктор пошел проверять оставшихся пациентов. ____________________________ Уже прошел целый месяц, в течение которого Сиумину сделали 4 операции. Пока он говорил плохо, произносил лишь гласные буквы, но и это уже считали прогрессом. После пятой операции Чанел обещал полное восстановление голоса. Этот месяц не был таким уж и ужасным. А лишь потому, что все это время не приходил Лухан. Он совершено, казалось, забыл о Сиумине. Не было ни цветов, ни каких подарков, означающих, что Лухан был в палате. Такое ощущение, что тот просто пропал. Но нет. Лухан помнил. Он каждый день приходил именно в тот момент, когда Сиумин был на операции или физиотерапии. Он стоял в коридоре и следил за ним через стекло. Каждый день к нему подходил медперсонал и интересовался, почему он здесь стоит и кем он является парню. Всем он отвечал одинаково – я его дядя и имею полное право здесь находиться. Он специально не оставлял никаких следов своего присутствия, лишь для того чтобы дать немного пространства Сиумину. Вот и прошла последняя операция. -Привет, парень, - войдя в палату, как всегда с улыбкой на лице произнес Чанель. -Здравствуйте, доктор. -Вау, ну что ж, поздравляю! -Господи! Я-я говорю! Боже! Спасибо, Чанель. Я даже не знаю, как Вас отблагодарить. -Это всего лишь моя работа. -Вы просто не представляете, сколько это значит для меня. -Знаю, поэтому ты должен будешь достать мне билет на свой первый концерт. Договорились? – подмигнул доктор шатену. -Конечно, - не скрывая своего счастья, произнес Сиумин. – Можно вопрос? -Задавай. -А когда меня выпишут? -Ну, это сложный вопрос. Мы должны понаблюдать за тобой хотя бы ещё неделю, а потом и физиотерапия. Ах да, у тебя есть родственники здесь? -Нет. -Ладно, тогда мы сообщим твоему дяде, когда тебя можно будет забрать, - уже открывая дверь, сказал Чанель. -Дяде? -Ну да, который все время к тебе приходит, - и дверь закрылась. Минут через пять к нему в палату входит милая женщина с подносом в руках, на котором находится стакан чая, тарелка гречки с каким-то мясом, а также столовые приборы – ложка, вилка и ножик. Она всё ставит на широкий подоконник, так как все остальные поверхности заняты, и со словами «покушай, быстрее поправишься» уходит. Как только она вышла, в дверь постучались, и вошел блондин. -Привет. -Опять ты. -О боже! Я наконец-то слышу тебя! У тебя правда великолепный голос. А поешь ты, по всей видимости, вообще великолепно. Не могу дождаться, когда услышу. -Уйди, прошу. -О нет, не в этот раз. -Объясни, почему я? Почему именно моя семья? Что мы сделали тебе такого плохого? Мама была обычным библиотекарем, а папа прокурором. Вот что…. Так. Стоп. Это из-за отца. Да? Именно из-за него ты испоганил мою жизнь. Превратил каждый день в ад. Скажи, что он тебе такого сделал? Посадил кого-то из твоих родственников, знакомых, друзей? Или наоборот оправдал кого не надо? -Ты не знаешь всей истории, - Лухан удобнее устроился в кресле. -Да ты что! Я не знаю, конечно, потому что ко мне в дом тогда просто ворвались твои люди и убили всю мою семью, оставив меня ни с чем! -Сиумин, прошу,…. -Просишь? Ты меня о чем-то просишь? Почему-то меня никто не слушал, когда я просил не стрелять в моего отца, почему-то никто не слушал меня, когда я орал, что бы и меня убили, в то время как из моей мамы вытекала жизнь. А сейчас ты просишь меня? Но почему я должен вообще тебя слушать? Знаешь, в тот день я на отлично сдал свой последний экзамен в школе, и мы всей семьей отправились в наш загородный дом, чтобы отпраздновать. А через несколько часов к нам дом врываются четыре мужика, которые начинают орать на моих родителей, грозясь убить, что, собственно, и делают. А ведь через несколько дней у меня могло бы быть первое свидание. Чен. Так звали того парня, что пригласил меня погулять и сходить в кино. Банально скажешь? Но после всех лет одиночества, я так был рад ему. Но ты… -Знаешь, я устал! Я устал, что каждый гребанный день я провожу здесь, слушаю твои разговоры о том, какой я ужасный человек. Но ведь ты даже не знаешь моей истории! Может быть, ты хоть чуточку помолчишь, буквально минуты две, чтобы я, наконец, смог тебе всё рассказать!? -Я итак достаточно долго молчал. Но время пошло. -А ты знаешь, что мы были знакомы за долго всего этого? - начал свой рассказ Лухан, - Я был одаренным ребенком, не то что бы я хвастался, но мне было девятнадцать, а я уже на последнем курсе юридической академии. На тот момент я подрабатывал стажером в одной юридической компании, когда ко мне пришел мужчина тридцати лет. Естественно, он пришел не ко мне, он просто просил помощи, а когда ему все сотрудники отказали, он пришел ко мне. Он сначала рассказал мне только суть своего визита, но мне стала интересна вся история. Оказалось, он был свидетелем одного убийства, и сейчас он просил хоть какую-нибудь помощь в его защите. И я записал его в программу по защите свидетелей. Также у него была жена и семилетний ребенок. Жену мы смогли отправить вместе с ним в Корею, а вот сына нет. Моему агентству пришлось найти ему приемных родителей. Эти люди подписали договор и забрали мальчика к себе. Настоящие его родители были счастливы, что их ребенок получил, наконец, нормальную семью, они понимали, что так будет лучше для их ребенка. Но те люди, усыновившие ребенка, начали нарушать условия договора. И их в скором времени пришлось убрать. -Зачем ты всё мне это рассказываешь? -Потому что это история твоя. -Что? -Тот мальчик – это ты. -Что? Нет. Этого не может быть. Это мои родители, всегда были только они. Я не приемный. Нет. -Тебя никогда не смущал факт, что твои родители блондины, а ты и твоя, так называемая, сестренка, темноволосые? -Рецессивный ген? -Хах, нет, совершенно точно нет. -Почему я должен верить тебе? -Потому что я единственный, кто знает всё о тебе и о твоей жизни. -Тогда ответь на мои вопросы: почему они меня оставили в живых? И где моя сестра? Меня посадили в машину, и я не помню как, но я смог ударить водителя, и он потерял управление, мы разбились. Они все погибли. А я остался жив. Но не мог говорить. Почему я выжил? Опять? За что? Почему именно я, а ни кто-то другой? Почему я. -Я приказал не убивать тебя. -Почему? -Я влюблен в тебя. -Это пахнет педофилией. -Мне 29. -Мне 17. -Не такая уж и большая разница. -Где тогда мои настоящие родители? -Давно умерли. -Почему? -Их нашли. -Не верю. -Придется. -Где моя сестра? -У своих настоящих родителей. -У неё такая же история, как у меня? -Ну, почти. Сиумин не хотел верить тому, что ему рассказал блондин, но что-то ему подсказывало, что это правда. -Стоп. Влюблен? -Да. -И как давно? -С первого взгляда. -И когда ты меня увидел? -Когда тебе было 13. Мне 25. -Как? -Я приглядывал за твоей семьей. И тут ты. Весь такой красивый, счастливый, со своим прекрасным смехом играешь со своей сестренкой на заднем дворе вашего дома. Тогда я первый раз приходил, чтобы предупредить твоих «родителей». Они уже тогда начали нарушать все условия. -Не может быть. Нет-нет-нет. Это ты тот самый «друг отца», который часто приходил к нам, но как только звонил в звонок, так нас сразу отправляли на улицу? -Именно. Сиумин встал с кровати и подошел к окну. -Я спас тебя от них. Как ты не можешь понять? -Что они сделали плохого? -Нарушили… -Знаю. Что ещё? -Они начали заниматься незаконным бизнесом, прикрываясь моим именем. -Каким? -Не могу сказать. -Почему? -Тебе лучше не знать, но если бы их вовремя не убрали, пострадал бы и ты, да и твоя сестренка. -Чем. Они. Занимались? -Продажа людей. -Что? Не может быть. -Но так и есть. Я спас тебя и твою… -Люси. -И Люси. Кстати, она сейчас счастливо живет со своими родителями. Я тоже её навещаю. И она знает свою историю, - Лухан встал с кресла и подошел вплотную к Сиумину, и обнял его со спины. -Я тебя ненавижу. -О нет, ты меня любишь. -Никогда, - Сиумин разворачивается в руках Лухана и прокалывает его живот ножом. Следующее, что помнит парень, так это то, как бездыханное тело блондина падает, а на белоснежном полу появляется кровавое пятно, которое становится всё больше и больше. Победоносная, радостная улыбка появляется на лице шатена. Он уверен, что больше не увидит этот пронзительный взгляд огненно-ореховых глаз, которые постепенно теряют свой блеск. В палату влетают врачи, проверяют пульс блондина, с ужасом смотрят на шатена и уводят того из палаты, ведя по белому коридору в самую дальнюю часть больницы. Дверь с вывеской «Психиатрическое отделение» закрывается, пряча за собой шатена.