А что будет, если...

Со дня рождения Канды прошло уже больше трех недель, но в Черном Ордене все осталось по – прежнему. Лави сидел в архиве, Линали готовила кофе и ломала комуринов, а Комуи их изобретал. Хотя, нет, кое – что все же поменялось. К своему удивлению, Канда начал постоянно следить взглядом за Алленом. То как он ест, говорит, улыбается, с кем он общается, к кому подходит сам и кто подходит к нему. И постепенно, наблюдая, он начинал видеть. Видеть сквозь маску. Мояши был одиночкой. Стальной фигуркой шута, обклеенной бархатом. Снаружи – мягкий и обходительный, но холодный и печальный внутри. Он раздражал и интриговал одновременно, своей силой и беззащитностью. «Какой – то он в последнее время нервный…» - Примерно такие мысли бродили в голове Канды уже дня три или четыре, потому что Стручок начал вести себя необычно. Постоянно дергался, если кто – то подходил, по коридорам ходил быстро, не оглядываясь и не останавливаясь. А от искателей откровенно прятался. «Интересно с чего вдруг? Вроде ругаемся как обычно, только чуть пореже. Заданий пока нет. Может он пропалил, как я за ним слежу?.. Да не, вряд ли…Он бы, сразу высказал, что об этом думает, невзирая на Муген и здравый смысл. Хм…Может Кроль знает?» - Канда, еще раз косо взглянув на жующего подростка, осмотрел столовую, так как на привычном месте ученика Книгочея не было. Его вообще нигде не было. «Если задуматься, то я его уже, наверное, неделю не вижу. Это объясняет, почему меня никто не бесит, называя по имени…И где его теперь искать?.. Может, не надо было пытаться выкинуть его из окна, когда он приволок какую – то дебильную маску и сказал, что она будет мне к лицу? Хотя, нет, сам нарвался…К тому же он так забавно цеплялся за подоконник в той маске счастливого идиота…» - Чуть ухмыльнувшись и испугав при этом идущую мимо Миранду, Канда направился в библиотеку, вотчину знаний и пыли. Лави спал. Лави бессовестно спал среди баррикады книг, подложив под голову столетний фолиант и накрывшись журналом. Ему снились счастливые сны, где не было Историка и Комуи с его изобретениями, зато была красавица – Линали, согласившаяся на свидание. И вот. Ночь. Луна, чье отражение Лави видит в любимых глазах. Тихий шепот листвы в кронах деревьев. Легкая рябь на ровной глади озера. Под рукой чувствуется тонкая талия девушки, даже через одежду обжигая теплом. Её лицо приближается, ресницы закрытых глаз стыдливо подрагивают, бросая тени на порозовевшие щечки. Она прекрасна. Но тут ее глаза открываются, и Линали, резко врезав рыжему по голове, кричит голосом Канды: «Подъем Крольчатина!». Увидев, наверное, один из самых страшных своих кошмаров, Лави «немного» испугался, свалившись со стула и спровоцировав небольшой книжный оползень. - Разгребайся, давай, разговор есть. – Проследив за засыпанием Книжника, сказал Канда. На причины такой бурной реакции ему было плевать, хотя вид перепуганного, заспанного Лави все же радовал. - А? А! Привет, Юу… - выбравшись, улыбнулся Книжник, за что тут же получил по голове еще раз. - Не зови меня по имени, Сонная Крольчатина. А теперь к делу. Что творится с Мелким? - Волнуешься? – за пакостную улыбку, Лави еще раз был близко познакомлен с ножнами Мугена. - Мое терпение не безгранично. – Устроившись на бывшем стуле Кролика, Канда положил катану на колени и приготовился слушать. - Если вообще есть… - тихо пробормотал ученик Историка и начал свой рассказ голосом погромче. – Многого я не знаю, но суть рассказать могу. Где – то недели полторы назад Аллену признался в любви какой – то искатель и предложил встречаться. Аллен, естественно, отказался. Что там конкретно было – не знаю, он мне и этого – то не хотел говорить, но спустя несколько дней поползли слухи, что наш седовласый экзорцист – гей, и что он спит с кем попало. А еще, как оказалось, в Черном Ордене довольно свободные нравы и Аллен нравится, если и не большей его части, то около того. И не все они женщины. Эй, ты чего? По мере рассказа, Канда, сам того не замечая, все больше выходил из себя. И сейчас ему очень хотелось сходить и мееедленно отрезать головы тех, кто посмел хотя бы подумать о Мояши в таком плане. - Нормально все… - едва не прожигая дыры взглядом, ответил мечник. – Как ты говоришь, звали того искателя? - Аллен не сказал. Он и так будет не доволен, что кто – то еще об этом знает. Он и от Комуи это скрыл. Говорил, что сам разберется. - Переживет. Ладно, спи дальше. – С этими словами, мечник покинул библиотеку, оставляя Лави мучиться в одиночестве над загадкой своего поведения. Коридоры мелькали смутными тенями мимо взбешенного самурая. Сейчас его путь лежал в тренировочный зал, где путем расчленения пары десятков манекенов, он хотел вернуть себе душевное равновесие. Но не судьба… Перед очередным поворотом ушей мечника коснулось знакомое имя, заставившее мозг работать не только над способами убийства. - …жели ты не понимаешь, Аллен! Я люблю тебя, мы созданы друг для друга! – Чей – то незнакомый голос, начавший раздражать Канду с первого же слова, что – то вдохновенно рассказывал Стручку. По крайней мере, так думал самурай, потому что из – за угла было не видно, а прибора для наблюдения сквозь стены Комуи еще не придумал. Ну или просто не сказал, что придумал. Мало ли… - Не знаю, что вы там себе вообразили, но я вам уже который раз говорю: Я вас не люблю, и встречаться с вами не собираюсь! – голос парня хоть и был ровным, но Канда уже мог разобрать в нем оттенки раздражения и гнева. - Может, передумаешь? Вряд ли тебе кто – нибудь еще предложит. А мне ты действительно нравишься, не смотря даже на шрам и руку. - Нет. И не могли бы вы уйти с дороги? – голос Аллена опустился на пару градусов. А Канда, еле сдержался, чтобы не выйти и не прибить доставучее создание, все же беззащитным он Недомерка не считал и признавал его право разбираться с проблемами самостоятельно. - Ну уж нет! Ты мой! – за углом послышалось подозрительное копошение, после чего искатель врезался в стену в метре от Канды, подняв кучу пыли. - Очень надеюсь, что это поможет вам выкинуть дурь из головы. Всего хорошего. – В коридоре послышались тихие, удаляющиеся шаги. - Чертов прОклятый…Что б ему…так и сдохнуть в одиночестве! Не любит он, видите ли! Радовался бы, что на него вообще хоть кто – то запал… - На полу послышалось копошение и сдавленные ругательства. Канду пока еще не заметили. - Нежные мы какие… Всего – то поцеловать хотел, не расклеился бы… - поднявшись, опираясь на стену, искатель вытер кровь из разбитой губы. И тут его за шиворот поймали чьи – то сильные руки, прижав ко все той же многострадальной стене. Следующие пару минут, тихого ненавязчивого разговора с Кандой, неудавшийся герой – любовник запомнил на всю оставшуюся жизнь, зарекшись не то, что подходить к Аллену, даже смотреть в его сторону. А светящиеся бешенством синие глаза еще долго снились ему в кошмарах вместе с вкрадчивыми обещаниями, сказанными тихим и ровным голосом.