А что будет, если...

Из объятий сна Аллена вырвал ощутимый пинок и громко хлопнувшая дверь купе. Кое – как проморгавшись парень, сомнамбулой, покинул поезд и поплелся следом за ушедшим далеко вперед мечником, поминутно спотыкаясь в вечерних сумерках. Спать хотелось с неимоверной силой. Сказывались стресс, бессонная ночь и успокоительное. Но Канду это не слишком интересовало, поэтому Аллен прикладывал все силы, чтобы активно передвигать ногами и не отставать. По ощущениям сероглазого, который почти научился спать в движении, они были уже возле ордена, когда перед ним возникла неожиданная и довольно твердая преграда. - Мелочь, смотри куда прешь! – раздраженно прошипел Канда, впрочем, не пытаясь отодвинуться. - А нечего останавливаться посреди дороги. Приведение ты там увидел что ли? – Отлипнув от самурая, Аллен сделал пару шагов в бок и стал свидетелем презабавной картины. Перед воротами ордена стояли два больших комурина с огромным плакатом «С днем рождения, наш милый Юу!». Судя по надписи, её автором был Лави, а вот цветочки, которыми был переполнен плакат, похоже, рисовала Линали. - Мда, оставить вместо себя комуринов было хорошей мыслью… - задумчиво пробормотал парень. Прикидывая, что стало бы с друзьями, встреть они Канду лично. - Они издеваются… - А по – моему миленько. – Ехидно улыбнулся Аллен, смотря на скривившееся лицо мечника. И хотя ребят было жаль, теперь у него был еще один повод для подколок. Но рукоять Мугена разрушила все радужные мечты юного экзорциста и ненадолго заставила замолчать и не бесить самурая еще больше. - Пойдем, с этим я потом разберусь, как только сдам тебя Комуи вместе с отчетом. – С этими словами Канда гордо прошествовал в ворота ордена по плакату и останкам комуринов. Внутри цитадели все шумело и кипело в ожидании именинника. Не то чтобы день рождения Грозы и Ужаса Черного Ордена было таким уж событием, просто в последнее время поводов для праздника не было, а тут такой случай. И поесть можно и на шоу «Догони меня Муген» посмотреть! Но самое смешное, что во всей этой праздничной кутерьме явление Канды прошло не замеченным. Его ожидали, как минимум, завтра. Так что, не встретив по пути ни одного суицидника – поздравителя, мечник спокойно (если, конечно, этот термин можно к нему применить) добрался до кабинета Смотрителя. Где, сдав Риверу с рук на руки сонное недоразумение и отчет по миссии, удалился восвояси, надеясь успеть забаррикадироваться в комнате до наплыва потенциальных жертв. - Что это с ним? - спросил сотрудник научного отдела, который на время праздника был вынужден замещать Комуи, который исчез в неизвестном направлении, махая схемой нового комурина. - Не обращай внимания, это он так радуется. Сейчас, наверное, пошел раздавать благодарности за плакат. – Махнул рукой парень и поплелся в свою комнату. - А. Ясно. Пойду- ка я куда – нибудь. Пока Канда не узнал, что это была моя идея. – Тихонько пробормотал Ривер и поспешил скрыться в обители химикатов и реагентов. *** Комната встретила Аллена стойким запахом пыли и влажности, который появлялся после трехдневного отсутствия и убирался только генеральной уборкой. Но сейчас ему было на это плевать. В ближайшем будущем его интересовал только один предмет интерьера – кровать. Стянув порядком надоевший плащ и кинув его вместе с рубашкой на стул, парень уже хотел было рухнуть в объятья сна, когда ему на глаза попалась приоткрытая дверца шкафа. Там, в самой глубине, лежала небольшая коробочка, в которой бережно хранился подарок госпожи Элии. Задумавшись на мгновение, Аллен подавил в себе сонливость. Руки бережно коснулись хрупких лепестков. Красивый и в тоже время опасный. Пальцы прошлись по гладкому металлу, заканчивающемуся тонкой и острой иглой. «Хм, а ведь похожи…» - Ленивая мысль принесла с собой образ мечника во время сражения. Сосредоточенный взгляд, развевающиеся волосы, боевая стойка и аура азарта пополам с угрозой. Пальцы вернулись к белому бархату цветка. Забавно, а ведь тогда, вернувшись после недельного отсутствия, он не только не рассказал о нем никому, но специально спрятал подальше от любопытного глаза, периодически заявляющегося к нему в комнату. А вот теперь, похоже, пришла пора отдать его другому владельцу. Положив футляр с цветком на стол, Аллен все же лег на приветливо скрипнувшую постель с твердым намереньем проснуться через шесть часов. В полночь. *** Коридоры ордена с наступлением ночи были замечательно пусты. Никто не сновал туда – сюда, нигде не слышался гул голосов и шум чего – то упавшего, лишь время от времени доносился шум ветра, бьющегося в окна верхних этажей. И чьи – то тихие шаги. Канда не спал. В его голове крутилось слишком много мыслей, которые прогоняли сон надежнее, чем Муген надоедливых посетителей. Как ему теперь общаться с Мелким? Правду ли он вообще тогда говорил, потому что привязаться к человеку, от которого слышишь только ругань, довольно странно. И если правду, то может перестать его задирать? С другой стороны, он и сам первый начинает, а, значит, не против хорошей драки. Или это просто маска? Просто еще одна манера поведения, ответственная за «нормальность»? «Черт, как же все сложно то…» От размышлений Канду отвлек тихий шум за дверью. Как раз в районе замочной скважины. «Нет, ну они совсем обнаглели» - самурай уже хотел потянуться за катаной, когда ему в голову постучалась мысль, как напугать визитеров еще больше. Переставив верный Муген по ближе, Канда поправил одеяло и притворился спящим, наблюдая за дверью, сквозь полу сомкнутые веки. Чуть скрипнув, деревянная преграда впустила в комнату…Аллена? Мечник не верил своим глазам. Он ожидал встретить Тидолла, Мари, максимум Линали или Комуи – одним словом людей, которых, если не любил, то терпел. Но вот Гороховое?! Что он тут забыл вообще? Осторожно ступая босиком по каменному полу, Аллен приблизился к кровати своего извечного соперника, не замечая взгляда синих глаз. По прикидкам седовласого, сейчас Канда должен был спать и видеть десятый сон, причем крепко спать. Это на миссиях к Грозе и Ужасу нельзя было подойти незамеченным во время сна, в ордене же он…расслаблялся что ли? Во всяком случае, разбудить его было довольно сложно. Это Аллен узнал случайно, когда уронил возле его двери таз, возвращаясь ночью из душевой. Он уже успел мысленно со всеми проститься и начать надиктовывать Тиму завещание, но из комнаты так никто и не вышел, хотя Канда в ней точно был. Аллен проверил. Самурай сладко спал, завернувшись, как куколка в одеяло, с одной стороны торчала нога, с другой лохматились волосы. Этот же трюк, исключительно в целях эксперимента, был проведен еще дважды. И так как он все еще был жив, Аллен решил, что пробраться в комнату мечника под покровом ночи – весьма не плохая и относительно безопасная идея. Бесшумно положив на стол коробочку, перевязанную синей лентой, Аллен хотел уйти, но кое – что вспомнив, вернулся. - Сейчас уже глубокая ночь и формально шестое июня, так что…С днем рождения тебя Юу. Если честно, не очень представляю, что можно пожелать тебе. Помягче характер? Быть внимательнее к людям? Терпения? Но тогда ты изменишься, а меня ты и таким вполне устраиваешь. – присев на корточки, рядом с кроватью, тихо шептал паренек. – Поэтому желаю отчасти того, что хочу сам. Желаю, чтобы, когда закончиться эта бессмысленная война, у тебя появилось место, куда ты захочешь вернуться и чтобы там тебя ждали люди, которым ты не безразличен. - А сейчас я пожалуй пойду, а то проснёшься еще, и снимешь с плеч мою глупую седую голову. – Ладонь почти невесомо прошлась по темным, разметавшимся по подушке, прядям. – Надеюсь, мой подарок тебе понравится. Жаль только я тебе его лично вручить не могу, потому что стопроцентно отхвачу за это Мугеном. Все так же тихо, не нарушая безмолвия комнаты, Аллен закрыл за собой дверь и отправился наверстывать упущенные часы сна. А вот Канда заснул только под утро, сжимая в руке заколку с цветком лотоса.