Активирующие

      Наконец минула весна, пришло тёплое лето и принесло в город летний снег – тополиный пух. Я петлял по району, безуспешно пытаясь найти нужный адрес. «Улица 1914 года». Я часто бывал в этом районе и, казалось, неплохо знал тут всё. Но нет, о существовании такой улицы слышать не доводилось никогда. Все попытки узнать у прохожих оставались безрезультатными – люди лишь пожимали плечами и проходили мимо, спеша по своим делам. К счастью, это была последняя доставка на сегодня, и установленного времени на неё не было, поэтому я никуда не опаздывал и мог искать этот злосчастный адрес хоть до самой ночи. Меня терзали смутные сомненья, что улица эта состояла из нескольких домов, по количеству не превышающих число пальцев на одной руке. Уже доводилось колесить по городу в поисках подобных адресов.       Я поднимался вверх по улице. Кепка едва спасала от слепящего солнца, а асфальт под ногами успешно прикидывался сковородкой, стремящейся поджарить всё живое. Горячий воздух был почти виден, немного походя на воздух в Немире, правда не такой плотный и тягучий.       Вдоль дороги потянулся частный сектор. Однако даже тут искомой улицы не наблюдалось.       – Не подскажете, где тут «улица 1914 года»?       Ковыляющая мне навстречу бабушка остановилась, оценивающе посмотрев на меня снизу вверх, словно прикидывая, хороший я человек или плохой и стоит ли мне помогать. Мне как-то не по себе стало на долю секунды, почему-то возникла бредовая мысль, что она может понять, кто я на самом деле. Наверное, просто мозги расплавились от жары. Я уже думал, что она, как и все, скажет «не знаю» и пройдёт мимо.       – Вот по этой улочке иди, там свернёшь налево и увидишь.       Поблагодарив её, я направился в указанном направлении. На повороте невольно глянул в сторону ушедшей бабушки, мне почему-то продолжало казаться, что она стоит и смотрит мне вслед. Однако улица пустовала. Отбросив бред в голове, я свернул в указанную улочку. Листья на деревьях изображали шелест, однако спасительного ветра не ощущалось. И всё же улицу разыскать удалось – она притаилась в дебрях частного сектора, да так умело, что я искренне пожалел местных почтальонов-новичков.       Наконец, доставив пакет по назначению, я вышел из лабиринта деревянных домиков и спустился к светофору. Единственным желанием было упасть в Енисей. Ну, или хотя бы в фонтан. Тополиный пух, невесомо паря, пытался забиться в нос. Дождя. Дождя на эту парилку и пух! И хоть бы облачко в идеально чистом голубом небе! Я свернул к магазинам, в надежде обнаружить там чего-нибудь прохладительного. Взгляд неожиданно выцепил знакомое лицо.       «Вадос?» – я не поверил своим глазам и сперва подумал, что обознался.       Но нет, на автобусной остановке действительно стоял мой знакомый фотограф, да не один! Он мило беседовал с симпатичной блондиночкой модельной внешности. Наверное, очередная клиентка. Я хотел было пройти мимо, но друг меня заметил и приветственно помахал рукой. Пришлось подойти.       – Здорово, Андрей; познакомься, это Олеся. Леся, это Андрей, мой очень хороший друг, – тут же откомментировал Вадос.       Я пожал товарищу руку и поздоровался с девушкой. Та улыбнулась ослепительной улыбкой. Почему-то создалось ощущение, что улыбка у неё не столько искренняя, сколько попросту профессионально выработанная на камеру. Несмотря на вполне обычную для такой жары одежду – белый топ без лямок, короткие белые шортики, белые лёгкие босоножки – она умудрялась выглядеть так, словно прямо сейчас позирует на камеры.       – Вадюша много о Вас рассказывал, – продолжая сиять жемчужными зубками, сообщила Олеся, чем поставила меня в тупик. Но я не успел никак среагировать, так как она тут же воскликнула:       – Ой, вот и мой автобус, Вадюша, пока, – она чмокнула довольного, как кот, фотографа, в губы, на секунду обернулась ко мне:       – Была рада познакомиться! – и упорхнула в подъехавшую маршрутку, тут же затерявшись в толпе.       Я удивлённо проводил взглядом отъезжающий автобус и повернулся к другу:       – Эй, что это всё только что было?       – А что? – тот удивлённо вскинул брови.       – Во-первых, зачем ты кому-то про меня рассказываешь? Во-вторых, кто эта девушка и что вообще происходит?       – Не кипятись, пойдём, расскажу походу.       Мы зашли за дом и свернули во дворы. Тень от высоток чуточку спасала от жары, да и народу здесь не было, поэтому нас бы не подслушали.       – Давай по порядку. Это Леся, она моя девушка.       – Вадос, ты спятил? Она не из наших!       О том, что она просто человек, а не Активирующая, я понял по отсутствию Кристалла. Вадим, словно проигнорировав моё замечание, продолжил:       – О тебе я рассказывал общую информацию – просто, что у меня есть очень хороший друг, никаких деталей. Если ты опасаешься, что она шпионит на Истребляющих – ей нечего им поведать. И вообще, я живу среди людей и хочу чтоб они видели, что я ничем не отличаюсь от большинства из них: что у меня есть работа, знакомые, друзья.       – Мы не должны вмешиваться в жизнь людей!       – А я не вмешиваюсь! Я никому ничего не навязываю, понятно? У нас совершенно добровольные отношения! – Вадиму явно не понравился мой категорический тон.       – Ты же понимаешь, что это неправильно, – слегка смягчился я.       – Она сама предложила встречаться. И я не вижу причин, чтобы ей отказать, – пожал плечами фотограф.       – Не видишь причин? Мы живём на волоске от смерти. Ты вот сейчас внушишь ей, что ты её любишь, она поймёт, что любит тебя. А через несколько дней тебя – оп! – и не станет. Ты о ней подумал?       – С тем же успехом «оп и не стать» может кто-то другой. Смерть ходит рядом не только с нами, но и с людьми тоже.       – Мы живём с ними бок о бок, но не должны вмешиваться в их судьбы!       – Тем, что мы живём с ними бок о бок, мы УЖЕ вмешиваемся в их судьбы. Знаешь, если ты так боишься нарушить некий баланс мира или чёрт его знает что ещё – пожалуйста, живи как мышка в норке, с мечтами о хорошей жизни. Я всегда хотел жить, как люди, и я буду жить, как они! Любить, ненавидеть, работать, выживать и умереть в один день – собственно, они ведь живут по такой же раскладке, просто на пару-тройку десятков лет больше.       Поняв, что переубеждать и вразумлять друга бессмысленно, я лишь сказал:       – Только не наделай глупостей и хотя бы не обещай ей звёзд с неба…       – Единственная глупость, которую я могу совершить, это попасться в лапы воооон тем типам, – усмехнувшись, Вадос указал куда-то в конец двора.       Я его усмешки не разделил: к нам мчались трое Истребляющих.       Мы выскочили из дворов на тротуар около проезжей части и развернулись в сторону, откуда, фактически, только что пришли.       – Быстрее! – Вадос кивнул на идущую впереди нас женщину с сумками и рванул за ней.       Обсуждать детали нам не потребовалось: каждый прекрасно понимал, что сейчас нужно сделать. Вадим поравнялся с женщиной, сбавив шаг, и тем самым замкнул «Ворота». Я активировал Способность, использовав открывшийся портал, мгновенно оказавшись в совершенно другой части города.       В искусственном русле речки, выложенном бетонными плитами, купались утки, спасаясь от жары в прохладной воде. Здесь дул лёгкий ветерок, прогоняя утомительную жару. Однако я едва сдержался, чтоб не перелезть через ограду и не составить уткам компанию. В основном причиной были женщина с ребёнком, укрывшиеся в одной из беседок и наблюдающие за птицами. Мать что-то рассказывала малышу, а он удивлённо показывал пальчиком на плавающих уток. Я представил, как, перемахнув невысокий заборчик, плюхнулся бы в воду, подняв кучу брызг и распугав птиц. Ребёнок бы огорчился, что утки улетели, а мать сказала бы, что не надо делать, как вон тот глупый дядя. Этот нелепый сценарий, всплывший непроизвольно в голове, заставил меня улыбнуться. Быть плохим примером для чужого ребёнка мне не хотелось. А смог бы я быть хорошим примером для своего?..       Я направился вдоль речки в сторону рынка – он был здесь как раз недалеко – в надежде купить, наконец, минералки. Интересно, как успехи у Вадоса? Надеюсь, ему удалось оторваться. Он так спокойно и даже немного весело воспринял появление преследователей, словно бы это была всего лишь игра, забавное развлечение. Похоже, ему нравилось играть с огнём.       Раздобыв, наконец, бутыль с холодной жидкостью и утолив жажду, я свернул в безлюдный двор и, убедившись, что никого и вправду нет, шагнул в портал. Ощущение невесомости, какое возникает при спуске на лифте, но чуть более затяжное и в лёгкие ударяет уже до боли знакомый плотный воздух Немира. По сравнению с палящей жарой, царившей сейчас в городе, здесь было достаточно прохладно. Хотя на самом деле тут не было ни жарко, ни холодно.       Я не узнал местность, в которой очутился. Создавалось впечатление, что Немир переплавляется всякий раз с моим новым визитом. Это пространство не было слишком большим, но всё же попасть в одно и то же место мне ещё не удавалось ни разу.       После яркого палящего солнца здесь казалось мрачно и прохладно. Поначалу даже дышалось легче, несмотря на плотный тягучий воздух. Всего лишь контраст из-за перехода между разными мирами. Звук от случайно задетого ботинком камушка был более приглушённый и угасал значительно быстрее. Звуки вообще не успевали далеко распространяться от своего источника, подавляемые плотным воздухом. И всё же я старался быть бесшумным: не потому, что могут услышать меня, а потому, что могу не услышать я. Если меня начнут преследовать, я узнаю об этом достаточно поздно – лишь когда они будут очень близко. Слух в этом мире – плохой помощник.       Время здесь словно тоже застыло и едва тянулось. Безжизненные каменные монолиты лишь дополняли это ощущение – застывшая твердь, застывшее время. Лишь только частички Пульса в этом мире были живыми, как бьющиеся сердца среди пустоты.       Я уже практически исчерпал лимит своего нахождения здесь, двигаться сквозь тягучий воздух было тяжело и отнимало много сил. Казалось, я постепенно тоже застываю, становлюсь менее подвижным, дышать всё труднее, как под водой: сперва ты полон сил, но потом выдыхаешься, и начинает не хватать воздуха. Однако мне не везло: ни шахт, ни заброшенных рудников, ни пещер – ничего, где могли бы быть сгустки светящейся энергии.       Преследование я заметил поздно. Последние несколько дней мне везло и с Истребляющими в Немире я не сталкивался, поэтому слегка расслабился; да и слишком длительное нахождение здесь подавляло внимательность.       Продолжать поиск уже смысла не было, убегать тоже. Я открыл портал там, где стоял, даже не пытаясь найти укромное место. Моих сил бы не хватило убегать от них по Немиру и единственным преимуществом было оторваться от погони По Ту Сторону. Шаг, я словно проваливаюсь в невесомости и снова оказываюсь в мире людей. Привычно увернувшись от железного угла, я протиснулся боком в узкий лаз меж гаражей и бросился прочь. Они скоро будут здесь, портал попросту не успеет закрыться. И всё же бетонная стена позади гаражей и их стройный ряд существенно задержат погоню.       Мне удалось уйти уже достаточно далеко, а погони всё не было. Похоже, они не смогли выбраться из-за гаражей и надолго там застряли. Стоило мне так подумать, как из смежного двора выскочили двое, вынудив меня свернуть в проулок. Сразу за кирпичной стеной справа от меня потянулась металлическая узорчатая решётка детского сада. Впереди я заметил ещё одного, поэтому, воспользовавшись узорами как лестницей, перемахнул забор и приземлился на территории детского сада. Ноги слегка подкосились, поэтому пришлось приземляться на все четыре конечности: сказывалось излишне длительное пребывание в Немире. Рывком поднявшись, я сорвался с места, рассчитывая срезать путь до ближайших ворот, пока они побегут в окружную, если конечно не сунутся через забор, как я. Детская площадка была пуста: ни детей, ни воспитателей. Нет людей. Нет «Ворот».       Футболка прилипла к телу. Казалось, внутри меня включили теплостанцию и жар уже давит не снаружи, а прямо изнутри. Кепка потерялась по дороге, чёрт с ней, не до этого сейчас. Вылетев из-за угла здания детского сада, я резко затормозил: от входа ко мне спешили двое. Быстро оглянувшись, понял, что отступать некуда: они были впереди, они были сзади, они… они взяли меня в кольцо. Несмотря на невыносимую жару, я ощутил, как внутри всё похолодело: бежать было некуда.       Не отдавая себе отчёта, я ринулся к крыльцу. Детский сад. Там есть люди, там есть «Ворота». Мне было плевать на охранников. Я даже глубоко в душе надеялся, что они не сунутся туда за мной. За внешней дверью оказалось небольшое пространство и внутренняя дверь, но не успел я ворваться в здание, как кто-то схватил меня сзади, зажав рот рукой. Я не успел понять кто, но этот некто был ниже меня. Вырваться я тоже не успел – в следующее мгновение всё тело пронзила острая боль, словно тысячи игл. Это напоминало покалывание при телепортации сквозь «Ворота», но усиленное в десятки, сотни раз. Потом всё смешалось, я не мог понять, что происходит, где я, жив или уже нет. Всё потонуло в темноте.