Ищи меня в отражении

В прошлый раз, когда был мёртвый Демьян, Лиза визжала. Теперь тихо. Она была мертвенно бледна и, казалось, давно уже лежала здесь, но, тем не менее, стреляли в неё не более нескольких минут назад. Куда ж делся убийца? Тот выстрел оказался пустым – но утром прозвучал новый, и Гроттер понимала, что нет привычного визга. Это конец. - Она давно умерла? – тихо прошептала Гроттер, подходя поближе. Это уже не бита, выстрелить… Уметь надо. Бейбарсов умел. Гроттер не спешила, конечно, утверждать, но, тем не менее, она знала, что, если бы было нужно, Глеб обязательно выстрелил бы – вот только смысл? Или… Или это он Лизу? - Нет, несколько минут назад. Первым же выстрелом, - равнодушно сообщил Бейбарсов. – Ты же видишь, в голову попали. Таня не знала, откуда парень появился, но, тем не менее, всё равно заставила себя совершенно его не подозревать. Не надо. Не стоит. Это неправильно, он не мог причинить этой дуре вреда – нет, он даже не ударил бы её, разве что оттолкнул бы. …Если бы Лиза откуда-то упала, то тогда ещё да. Но в неё выстрелили! - Итак, все слышали выстрел? – равнодушно поинтересовалась Горгонова, даже пульс не проверяя - будто бы непонятно. Все слышали. Гроттер, заставив себя это сделать, тоже кивнула, хотя хотелось попросту разреветься – но у неё нет такого права. Тверда и незыблема. Чёрт возьми! Гроттер почувствовала, как сердце начинает биться немного… Быстро, слишком быстро, в отличие от нужного ритма. - Вы боитесь крови, Татьяна? Гроттер отрицательно покачала головой. - Нет, - прошептала она. – Только ран, - девушка отвернулась, прижимая ладонь ко рту. Её сейчас стошнит. Бейбарсов стоял всё так же спокойно, правда, на сей раз уже приобняв Гроттер за талию и прижав к себе, чтобы не упала. Упадёт ведь точно – ноги у Тани ватные, судя по тому, как она смотрела на Лизку, да и что-то торжества момента не чувствуется. Соперница. Мёртвая соперница. Бейбарсов ни минуты не винил во всём, что случилось, Таню, он прекрасно понимал, что даже если бы девушка действительно так сильно ненавидела Зализину, как казалось на первый взгляд, она всё равно не принесла бы этой белобрысой дуре никакого вреда, а Лизка… Она слишком хвасталась своими деньгами и многим другим, чтобы кто-то это простил. Лёгкая жертва. Что она забыла утром в коридоре? - А вы, Глеб, боитесь крови? – послышался язвительный вопрос со стороны Горгоновой. Бейбарсов автоматически провёл ладонью по густым рыжим волосам Тани, а после криво усмехнулся. - Больше скажу, я б её даже пристрелил во второй раз, но только оружия у меня никогда не было. - Родители не дают? - Естественно. Гроттер тихо всхлипнула – конечно, она бы видела, если бы у него было оружие, а оружия не было. Когда стреляли, его в школе не было. Тогда, в обед. Глеб действительно сильно ненавидел Лизу, но, тем не менее, не настолько сильно, чтобы убивать её – она этого не стоила. Не того, чтобы марать о неё руки. Да и вообще… - Знаете что, мне всё-таки стоит провести допрос, - промолвила вдруг Медузия. – Может, мы что-то поймём. Гроттер едва ли не упала. Она не виновата, но, тем не менее, нет такого человека, кого порадовала бы новость о допросе – Бейбарсов тоже не горел желанием. Совершенно. - А как же детский психолог? – язвительно поинтересовался Бейбарсов. – И разрешение родителей. - Ничего. Мы неофициально. - Тогда вы не сможете использовать услышанные данные. - Вы разве собираетесь на юриста? – язвительно поинтересовалась Медузия. – Или уже попадали в такие ситуации? - Каждый день. Прежде она вызывала что-то вроде уважения, но теперь – ненависть. Бейбарсову было плевать на допрос, но, тем не менее, у него не было никакого желания сидеть и отвечать на дурацкие вопросы. На провокативные вопросы. На слишком провокативные вопросы. - Ну что же, тогда вы будете первым, как самый опытный. - Естественно. - И Гроттер с собой прихватите, естественно, - спокойно заявила вдруг Горгонова, внимательно глядя на Бейбарсова. - Обязательно. Гроттер упадёт. Она просто не выдержит. И просто сорвётся.