Ищи меня в отражении

Гроттер чувствовала обжигающее почему-то её кожу дыхание Бейбарсова, ощущала его пальцы, сжимающие её запястье, и почему-то отчаянно мечтала выбраться из этого места. - У меня клаустрофобия, - чувствуя, как парень обнимает её за талию, шёпотом пожаловалась она, но Глеб лишь зажал ладонью рот девушки. - Тише. Гроттер кивнула. Вообще-то лучше не было, но, тем не менее, она всё равно надеялась на то, что однажды сумеет победить свою боязнь слишком замкнутых пространств. И даже не очень. Это не лифт. Это хуже. Спина отчаянно болела, но, тем не менее, Гроттер с удивлением почувствовала, что в её карманах кто-то роется. - Предупреждать надо, - шепнула она Бейбарсову, но, тем не менее, Глеб лишь вновь отрицательно покачал головой и что-то вытащил. Тихо щёлкнула кнопка. По кабинету кто-то ходил. Гроттер удивлённо думала, что, пожалуй, это ненормально – ставить в кабинете такой шкаф, но, тем не менее, постаралась как-то абстрагироваться от глупой мысли. В кабинете присутствовала Горгона – она спокойно осмотрелась и села обратно в кресло, довольно улыбаясь. Длинные тонкие пальцы с дорогими кольцами, которые она никогда не надевала на людях, скользнули по поверхности тайника. Проверяет. После этого Горгона поднялась с кресла и поспешила открыть тайник, вытаскивая оттуда бумаги и что-то перелистывая. - Какой же идиот этот Клопп, - довольно прошептала она, спокойно прикасаясь к отравленным листам бумаги. …У Клоппа всегда были израненные руки – на них было неприятно смотреть, и теперь появилась причина. Яд. Гроттер помрачнела, отворачиваясь в противоположную сторону и предпочитая смотреть куда-то в стенку шкафа. Глеб упорно молчал. Тихо зазвонил телефон, и Гроттер хотелось уже обвинить Бейбарсова в том, что он вот так просто выдал их местонахождение, но после она запоздало поняла, что звонок издавал мобильный Медузии. Женщина посмотрела на экран смартфона, ухмыльнулась и подняла трубку. - Я вас слушаю, - теперь, в искусственном свете лампочки, её лицо казалось более старым, чем в тени, и она нахмурилась, словно ожидала услышать нечто другое. Гроттер не могла слышать, что там говорили по ту сторону, но, тем не менее, надеялась на то, что Горгонова будет многословной. - Да, Клопп был дураком, - внезапно рассмеялась она. – Он уже мёртв, вы ведь знаете об этом, и не должно возникать сомнений… Горгонову перебили. Громкий крик, казалось, донёсся даже до Тани, и рыжеволосая вновь оглянулась на слишком сосредоточенного Бейбарсова. - Не понимаю, зачем они вам нужны, - равнодушно промолвила Горгонова. – Вы подставите мальчишку, но он-то не управляет делами. Бейбарсов помрачнел. Речь шла, возможно, и о нём, но Таня всё равно не понимала, в чём было дело – тем не менее, не хотела ничего знать. - Да что вы говорите? И не родную дочь? – удивилась притворно женщина, а после весело рассмеялась. – Ах, вас… Замечательно! Бейбарсов возвёл глаза к потолку, словно его начал раздражать этот разговор. - Да, согласна. Сумма… Возможно, та же, - она улыбнулась, словно пыталась кого-то обмануть и сделала это удачно. Дальше были детали. Таня внимательно прислушивалась к тому, как оговаривали, как именно нужно поступать, кого и как подставлять – уже звучали имена, - и кто может стать невинной жертвой преступления. - О, нет, Зализина не была последней моей картой! – наконец-то спокойно сообщила Горгонова. Прежде Таня считала Марию Григорьевну более умной женщиной – но, тем не менее, она уже сделала как минимум одну огромную глупость. Разговаривала громко. Громко и по телефону. Самонадеянность могла подвести её – к тому же, как и любая пешка, Медуза даже не переживала по тому поводу, что её уберут. - Эта дура его просто выгородила в этот раз, но когда умрёт она, делать это уже будет некому, - вдруг равнодушно сообщила Горгона. – Да, думаю, у меня получится это сделать за этот месяц. Да, до вступления в наследство. Гроттер покосилась на Бейбарсова – тот продолжал молчать. Тем не менее, было видно – он понимает, о чём речь. - О, замечательно, тогда записываете номер счёта… - Горгонова дальше диктовала какие-то цифры, а после вдруг оборвалась на полуслове. – Что значит новый директор? Это может помешать! Молчание. - Что значит, сделать так, чтобы не помешал?! Кажется, женщина была в замешательстве – но, тем не менее, выслушав инструкции от неизвестного человека до конца, она успокоено выдохнула и даже улыбнулась. - Будет сделано, - холодно сообщила Горгона. Папка полетела на пол, и женщина даже с ненавистью пнула её ногой, но после вовремя одумалась и отмахнулась. Словно сказала только что, что оно того не стоит. Почему-то Тане стало не по себе. Горгонова погасила свет и покинула кабинет, предварительно спрятав папку на прежнее место – она верила в идеальный тайник. Гроттер даже не ожидала, что у неё до такой степени затекли ноги – девушке было не по себе, и она, выбираясь из своего шкафного плена, то и дело оглядывалась на Бейбарсова. - И что будет через месяц? – удивлённо поинтересовалась она, наблюдая за тем, как Бейбарсов что-то отключает. - Моё совершеннолетие, - усмехнулся парень. - И? - А то, что после вступления в права всё переходит не второму указанному лицу, а государству. Правила есть правила, - Бейбарсов улыбнулся. – Дедушка, кажется, здорово отомстил своему внуку. Таня вздохнула. Она ничего не понимала, что сейчас было не время. - А это что? – она указала рукой на прибор. - Разве ты не знаешь? Это диктофон. Кажется, у нас будет новый директор, и, возможно, ему интересно это послушать.