Через туман.

      Если бы Элениэль спросили, какого это, жить с драконом, она не задумываясь бы ответила : "С таким эгоистичным драконом жить ужасно."       В который раз Элениэль упирается в этот просто громадных размеров камень руками в надежде его сдвинуть. Ничего толком не добившись, она в сердцах разбирает этот валун киркой по камушкам. Стукнув по нему ладошкой, что отдалось болью в конечности, эльфийка прислоняется спиной к камню и съезжает на землю.       Два дня назад всю ночь, не переставая, лил дождь. Это был настоящий, не прекращающийся ливень. А утром девушка проснулась от громкого грохочущего звука, доносившегося из открытого окна. Выбежав вмиг на улицу в лёгонькой ночнушке, девушка обнаружила как ни в чём не бывало спокойно разглядывающего её дракона.       Ничего необычного.       Разве только расположившийся прямо перед её крылечком огромных размеров камень. Как ни пыталась, а ни сдвинуть, ни повалить его ей не удалось.       Как ни просила Элениэль, как ни упрашивала она дракона, тот наотрез отказался ей помогать. Даже и ухом не повёл, а только с усмешкой наблюдал за её потугами. ***       Если бы Элениэль спросили, какого это, жить с драконом, она не задумываясь бы ответила : "С таким бессовестным и бесстыдным драконом жить нестерпимо."       Пролазав целый день по лесу, эльфийка конечно же не успевает вернуться домой до начала грозы. И уж точно до начала проливного дождя.       Промокшая до нитки, дрожа от холода, Элениэль, обняв себя руками, медленно бредёт домой, давно промокшими башмаками шлёпая по лужам. В насквозь промокшей одежде, испачканная в грязи по пояс, она, разувшись, проходит, не задерживаясь, в комнатку, напоминающую гостиную и разводит очаг.       Более-менее согревшись, Элениэль колупает засохшую грязь, на валяющихся справа башмаках, чтобы согреть пальчики. Тяжело вздохнув, девушка оценивающим взглядом оглядывает обстановку на улице. Над землёй уже сгустились сумерки, но дождь, плотной стеной застилающий обзор, казалось, только начинал набирать обороты.       Пожав плечами, мол, ну и ладно, не очень то хотелось, Элениэль принимается стягивать с себя промокшую до нитки одежду. Вещи, насквозь промокшие, прилипли к коже и сниматься явно не горят желанием.       Разделавшись с таким трудом уже со всеми вещами, девушка уже взяла в руки полотенчик, как неожиданно в окне появляется огромный янтарный глаз, изучающе осматривающий её. Сдавленно пискнув, Элениэль моментально юркает в другую комнату, а через секунд десять появляется закутанная в полотенце. И с увесистым канделябром в руке, который она тут же запускает в окно.       Молниеносно среагировав, око пропадает из поля зрения, а после появляется вновь. И ещё раз взглядом проходится снизу вверх по фигуре эльфийки.       - Я ушёл. На три дня. Меня нет, - мягким, бархатным голосом, со скрытой усмешкой, произносит белоснежный и как всегда улетает. ***       Если бы Элениэль спросили, какого это, жить с драконом, она не задумываясь бы ответила : "Жить с таким бескомпромиссным и безапелляционным драконом невыносимо."       «Кажется, мой последний поход в деревню выдался не очень удачным. Я порвала подол плаща, потеряла все снадобья и завела ручного дракона.» - с такими невесёлыми мыслями эльфийка собирала все сваренные и настоявшиеся фляжки с отварами в корзинку. Накинув капюшон и убедившись, что огромная белая туша отсутствует в поле зрения, Элениэль быстро-быстро бежит к кромке леса.       Уже почти юркнув между первых столпов деревьев, Элениэль слышит какой-то шорох позади, а после её, обвив хвостом, поднимают высоко в небо. Закричав что есть мочи, девушка мёртвой хваткой вцепляется в плетённую ручку и зажмуривается.       Ветер нещадно хлестал по щекам, а одежда эльфийки «ну очень тёплая одежда, позволяющая ходить хоть в снег, хоть в дождь» грела неповторимо.       Почувствовав вод ногами землю, Элениэль, растолкав живой кокон локтями, в припрыжку достигает единственно маленького клочка травы и падает на неё, покрывая мокрую от росы траву поцелуями. Перевернувшись на спину, она прикрывает глаза от ярко палящего солнца и расположившись в форме звёздочки.       - Ты должна спуститься в пещеру позади тебя и вынести оттуда как можно больше самоцветов, - громогласно произносит дракон.       - Сам лезь, - тянет лениво эльфийка и, скосив глаза на пещеру, вновь прикрывает их. – У меня вообще-то дела.       - Твои дела меня не интересуют. Лезь.       - Да кто ты такой, чтобы указывать мне что делать? Ты мне не мать и не отец, так что давай, до свидания! И верни меня домой.       - Тебе не нужны самоцветы? Ты не хочешь множество драгоценных камней, гор золота?       - Зачем? – непонимающе смотрит ему прямо в глаза эльфийка, щурясь от яркого света. – Богатство – зло. Оно людей портит. И не только их.       - Значит лезь и доставай их для меня! – громыхает дракон, широко раздувая ноздри. ***       Если бы Элениэль спросили, какого это, жить с драконом, она не задумываясь бы ответила : "Жить с таким бестактным и бесцеремонным драконом несносно."       Элениэль уже семь часов готовит так осторожно и аккуратно очень редкое и сложное, но не менее нужное снадобье. Вот она уже подносит миниатюрную полоску из дерева с находящейся на ней жидкостью и по капле добавляет в фляжку.       Но неожиданно происходит сильный толчок и последующие за ним тряски. Фляжка с зельем падает со стола, но эльфийка ловко ловит её на лету.       - Барлог тебя хлыстом за ногу! – яростно кричит девушка, пытаясь впитать тряпочкой такие драгоценные капельки.       Быстро, но не менее точно и аккуратно девушка выжимает три капли в фляжку и замирает в ожидании. Булькнув, зелье приобретает бледно-зелёный оттенок.       - Uquetima, ukarima*, - злобно шипит девушка. – Должно быть красное! Ну почему ты не красное?       Пнув стоящий у прохода маленький пустой котелок, девушка карабкается на верх.       - Что такого здесь могло произойти, чтобы всё рухнуло в пропасть? – разведя руками в стороны, кричит эльфийка.       - Ничего, - поднимает хвост дракон и с оглушительным грохотом шмякает им с другого бока.       Приподняв бровь, мол, что не так, рептилия продолжает своё «грохочущее» занятие.       Попытавшись испепелить животное взглядом, эльфийка поднимает руки в примирительном жесте :       - Хорошо, хорошо. Если тебе ничего не нужно, я пойду?       - Нет. У меня проблема. Огромная.       - Пока ты не начал говорить, - перебивает его Элениэль, - если эта проблема не достаточно важна, чтобы отвлекать меня, мешать мне и уж тем более портить уже почти готовое зелье, советую заткнуться и слиться с горизонтом. Иначе чьи-то камешки украсят кое-какое дно.       Задрав подбородок и выдержав многозначительную паузу, дракон на выдохе произносит :       - У меня пропала чешуйка! Вот тут.       Взвыв, словно раненый зверь девушка бегом заворачивает за угол дома и спускается обратно в подвал. ***       Если бы Элениэль спросили, какого это, жить с драконом, она не задумываясь бы ответила : "Жить с таким вредным драконом выше её сил."       - Ну пожалуйста-пожалуйста. Ну мне очень-очень надо. Ну чего тебе стоит, у тебя одна же уже пропала! Не обеднеешь. А, прости-прости. Ну пожалуйста, миленький мой, хороший мой. Ну можно я отколупаю одну чешуйку? Ну одну! Всего одну-одинёшеньку.       - Нет.       Уже который день Элениэль пытается выпросить у рептилии одну блестящую чешуйку, на что последний реагирует через чур отрицательно.       Когда сытое животное, хорошо видное в сумерках, сворачивается калачиком, девушка подкрадывается и аккуратненько поддев одну чешуйку ножиком, отрезает её и без промедления несётся в дом. Но вокруг неё обвивается хвост и эльфийка опять стоит перед драконом.       - Отдай, - требует он.       - Ну что тебе стоит! Ну пожалуйста, она же одна. И… и вообще, я её уже отрезала! Она моя!       Расправив крылья и приготовившись к полёту, дракон закидывает тушку девушки себе на спину. С громким криком, она отбрасывает от себя чешуйку и сползает со спины на вовремя подставленный хвост, а после и на землю. Показав напоследок ему язык, Элениэль удаляется домой.