Как назвать эту любовь?

Питер неподвижно сидел в заброшенном доме Хейлов, глядя на лежащего неподалёку племянника в разодранной одежде. От парня пахло чужой кровью. И Питер, прекрасно понимая, чья это кровь, не мог сдержать насмешливой улыбки. Он знал, тот закидон племянника, маленький МакКолл, не простит, ведь это всё же его друг был избит Дереком. Питер был даже немного разочарован. Он-то думал, что Дерек просто возьмёт и убьёт мальчишку. Всё же Дереку не суждено стать истинным альфой, как его матери Таллий. Он ещё юн и глуп, и не годится на эту роль. И, несмотря на сборище беспомощных щенят, его ещё не делают Альфой стаи. Вот такие мысли мелькали в голове Питер, но, пока мест, он ни с кем не желал ими делиться. Кроме того, ему было интересно взглянуть на этого Стилински. Загадочное, однако, существо. *** Утро встретило юного Стилински не настолько радужно, как ему того хотелось: попытавшись подняться с кровати, он протяжно застонал от боли и рухнул обратно на подушки. Тут же где-то рядом послышалось копошение. Повернув голову, парень увидел сидящего перед ним уставшего отца, который держал своего ребёнка за руку. Стайлз, ещё не до конца сообразив, в чём дело, прикрыл глаза и изрёк: — Бог мой! Почему у меня такое ощущение, будто бы меня переехал каток, да ещё и не один раз?! — Сын! Ты очнулся! Прости! Я не знал… Я не знаю, откуда он взялся! Просто я спустился вниз на шум и увидел огромного волка на тебе! Я чудом успел и отогнал его! Хорошо, что он несильно навредил тебе. Несильно… Стайлзу было смешно: если это «несильно», то какого ребуса он не может пошевелить телом? Через несколько секунд до парня доходит смысл сказанных отцом слов, и он, подорвавшись с кровати, схватил руку отца и протараторил: — Отец, ты цел?! Он с тобой ничего не сделал? Нигде не болит?! А может врача? И… На все вопросы сына Джон лишь облегчённо вздохнул, аккуратно обняв сына, и сказал: — Всё в порядке, оно мне ничего не сделало. Ночью я вызвал Мелиссу, и она осмотрела тебя и вколола обезболивающее. Скотт тоже приходил. А вот это уже плохо… — Подумал Стайлз. Он был уверен, что его друг учуял запах Дерека и теперь, скорее всего, мчится в его логово, а может он уже давно там, кто знает. — Мне просто интересно, как это чудовище… — Волк. — Что? — Пап, это был волк. И вообще, сейчас это уже не важно. Скорее всего, он сам был испуган, вот и набросился на меня. Но я цел и почти здоров, по крайней мере, следов укуса нет (Слава Богу), так что переживать не о чем. И вообще, я вернулся и хочу твою вкусную лазанью! И обалденную картошку фри! На слова сына мужчина лишь закатил глаза и, улыбаясь, направился к выходу, на что Стайлз радостно воскликнул: — Неужели она уже готова?! — Ещё со вчерашнего вечера, — тихо проговорил мужчина, уж он-то знал, с чем нужно встречать это неугомонное чудо. Стилински-старший всё не мог понять, как такой огромный волк смог попасть в дом, но ответ сына немного успокоил: — Па! Я понял! Этот волк учуял МОЮ лазанью — вот и пришёл! Всё! Я так и знал! Пап, сегодня же запираем все двери и окна на замок, а то мало ли! На слова сына Джон лишь усмехнулся, паника потихоньку отступала, Стайлз очнулся, был относительно спокоен и вёл себя как обычно, даже не испугавшись того, что его мог загрызть зверь. Вот это настоящий Стилински! Ему бы в полицейские! Хотя, лучше в детективы. Жаль только, что Джон не знал, как его ребенок мечется во сне, просыпаясь от любого шороха. В том, что Стайлз той ночью признал в этом подобии человека Дерека Хейла, была немалая заслуга Скотта и гугла. И сейчас самым важным для Стайлза было защитить своего отца, несмотря на то, что завтра первый день в школе после каникул, ведь полнолуние продлится ещё два дня. Это полнолуние оказалось самым страшным за всё то время, что Стайлз занимался изучением луны и прочего, просматривая разные книги, дабы быть готовым к крутым поворотам. Ну, а пока он сидел дома рядом с отцом, уплетая приготовленную родителем еду, и рассказывал, как проводил каникулы среди странных родственников. Вспоминались лишь комичные ситуации, которые Стайлз рассказывал, едва не падая со стула в приступах смеха. Мужчина молча слушал сына и улыбался, представляя эти картины. Идиллию нарушил звонок в дверь. Джон без задней мысли пошёл открывать незваному гостю, не заметив, как напряглась спина юного Стилински. Парень не мог расслабиться до тех пор, пока не признал в госте своего друга, который, извиняясь за беспокойство, прошёл в дом. Как только Скотт очутился на кухне и увидел за столом Стайлза, пытавшегося доесть картошку, он тут же подлетел к другу, крепко прижимая его к себе. При этом он рассказывал, как сильно соскучился, и извинялся за всё. — О, да, детка! Стайлз вернулся! — Воу-воу, полегче, мой мохнатый друг! Я, конечно, тоже соскучился, но не надо давать моему отцу повод лишний раз усомнится в моей ориентации, — проговорил юноша, провожая взглядом Джона, который, закрыв лицо рукой, удалился в свой кабинет, дабы не мешать друзьям. Скотт лишь рассмеялся, похлопав друга по спине, и сел на рядом стоящий стул. Как только парни услышали хлопок закрывшейся на втором этаже двери, МакКолл посерьезнел и, потеряв всё веселье, спросил: — Ты как? — А как я? Не видно, что ли? Вернулся домой, прыскаю ядом, ненавижу завтрашний день — всё, как всегда, чувак! — Я не о том, я о… — Дереке Хейле? — Несмотря на спокойствие, с которым это было произнесено, Скотт всё же почувствовал, как сердце друга предательски пропустило удар, хотя он и без того понимал, насколько этот чёртов кретин напугал Стилински. А теперь, слыша участившееся сердцебиение друга, МакКолл хотел вернуться к дому Хейлов и снова поговорить с неадекватным волком. Задумавшись, Скотт не сразу услышал, как его когти заскребли по деревянной поверхности стола, оставляя маленькие полоски царапин. И тут же он почувствовал на своём плече руку Стайлза, а подняв голову, увидел его ободряющую улыбку, отчего когти сразу же исчезли. — Не смотри на меня так, чувак, я же не умер! Кроме того, я уже говорил тебе о луне! Тут нет ничьей вины. Я не сержусь на него. Всё, что говорил парень, было чистой правдой, и Скотт, поняв это, начал успокаиваться; успокоился и его волк. Но даже несмотря на правдивость этих слов, МакКолл чувствовал, что Стайлз боится. Боится повторения той ночи и чувства бессилия перед диким животным. — Но, знаешь, напади он на моего отца, я бы этого так просто не оставил. Голос парня понизился на два тона, а глаза загорелись решимостью. Вот и попробуй понять этого Стилински! Его чуть не пустил на ленточки оборотень, а он его ещё и защищает. А то, что было сказано про отца… Скотт даже без своих способностей знал, что Стайлз сказал это на полном серьёзе. Минута тишины — и по кухне разносится радостный смех парней. Джон на втором этаже лишь тяжело вздохнул, понимая, что с приездом сына он больше не сможет работать в полной тишине. Хотя это даже к лучшему, ведь так он не будет чувствовать себя одиноким. — Чёрт, Скотт, ты не представляешь, как я вчера перепугался! Но, знаешь, я думаю, было бы намного хуже, если бы он окончательно потерял контроль. «Хм… Конечно! Куда уж хуже?!» — Скотт хмыкнул, посмотрев на тёмные пятна синяков на шее парня, и, фыркнув, перевёл тему: — А как ты его узнал? Ты же его не видел? Ай! — Хороший подзатыльник от Стайлза заставил его замолчать, удивлённо смотря на друга. — Ты чего?! Это же Дерек Хейл! Он учился в нашей школе! И к тому же у отца есть его дело о поджоге! Кроме того, ты сам говорил мне о хмуром волке по имени Дерек, а он отозвался на это имя! И вообще, я же не ты! И сразу понял, что к чему! — Нда? А я и не знал, что он учился у нас, — пропустив последние фразы мимо ушей, выдал МакКол и добавил чуть тише: — Я больше не допущу такого. Он больше тебя не тронет, я не допущу. — О мой бог! Ты ведёшь себя, как рыцарь на белом коне! Хотя в твоём случае на чёрном волке! — Эй, почему чёрном?! — Возмутился МакКол на смех друга, на что Стайлз, продолжая смеяться, проговорил: — А чем тебе не по душе чёрный? Ну, хочешь, пусть будет белый. И вообще, мы что-то отошли от темы. Когда ты собираешься в логово Хейлов? — Сейчас, а что? — Без задней мысли ответил Скотт и, увидев, что друг начал куда-то собираться, воскликнул: — Эй, ты куда?! — Скотти, тебе что, в рифму сказать? Едем к Хейлам! Я же должен поздороваться! К тому же я уверен, что Крис Арджент будет там. А у меня к нему дело. То, что Стайлз не солгал, удивило МакКола, но он всё же, ничего не сказав, пошёл к машине дожидаться друга.