Если я решу не вернуться?

Один год и четыре месяца спустя

      Двухэтажный светлый дом в пригороде Лондона возвышался таким же достойным для любого архитектора произведением, как и с первого дня его появления здесь. Зелёная июньская трава была ровно подстрижена, теряясь в клумбах кустарных роз у входной двери, зазывая обывателя дотронуться до звонка и дождаться хозяина дома с надеждой напроситься на чай, оставаясь в спокойном мире тихой жизни местных жителей чуть дольше, чем позволяла пешая прогулка по окрестностям.       Впрочем, для специального агента Кейтлин Джексон, это место казалось скорее отчужденным теперь.       Автомобиль SOCA затормозил напротив одного из домов, и водительская дверь с тихим щелчком открылась. За последние одиннадцать лет Кейт приезжала сюда столько раз, что не взялась бы сосчитать. Иногда, чтобы за бутылкой холодного пива и шумом новостной ленты, перечитать запутанное дело (то были дни, предшествующие выходным, когда охрана SOCA набиралась достаточно смелости, чтобы выгнать из правительственного здания сердобольную команду). Да, то были дни, когда они, (Кейт, Тим, Локи и Ди) собирались в гостиной дома и подчас засыпали именно так – на мягком диване и с жёлтой папкой в руках.       Иногда Кейт хорохорилась, напуская на себя грозный вид, чтобы хоть как-то повлиять на безрассудство уже, казалось бы, немолодого агента. То были дни когда, Кейт была уверена в этом, Локи заигрывался слишком сильно, и неважно, были ли это гонки или один из сумасшедших рискованных планов. (Как бы то ни было, Кейт верила, что он никогда её не слушал, а она никогда не переставала пытаться).       И лишь последние семнадцать месяцев наполнились днями, когда Кейт приезжала сюда, останавливаясь у порога, и с немым вопросом смотрела на безжизненные тёмные окна. В завещании Локи (Кейт ненавидела этот термин и изо всех сил старалась не думать, о смысловой нагрузке, что он несет) Джексон была указана собственником его дома и не имела ни малейшего понятия, что с ним делать, ведь его продажа означала смирение – для неё непозволительная роскошь. Да, то были дни, когда солнце уже не казалось ярким.       Недалеко от машины агента затормозил ещё один автомобиль и двое старых друзей выглянули из черного BMW, щурясь на свет. Криминалист Диана Литтл остановилась чуть сзади и крепко обняла Джексон, путаясь серьгой в её волосах.       - Я тоже по нему скучаю, Кейт, - тихо прошептала она, не отводя взгляд от белого дома, словно надеясь, что сейчас Локи откроет дверь. – Все мы.       - Но он хотел бы, чтобы мы двигались дальше, ты знаешь это, - продолжил тихо подошедший Тимоти и сжал плечо агента. – Пришло время двигаться дальше, Кейт, - добавил он, направляясь к автомобилю, чтобы открыть багажник.       - А что, если он вернется? – всё же не выдержала агент и вопросительно покосилась на Литтл.       - Тогда мы встретим его, как всегда встречаем друзей, что возвращаются домой, - отозвалась та с лёгкой улыбкой и ещё сильнее сжала ребра специального агента.       - Дамы, мне никто не хочет помочь? – чуть запыхавшись, уточнил Тимоти, пытаясь вытащить из багажника стенд и посылая обворожительную улыбку сотрудникам SOCA, засмеявшимся при виде столь курьезного внешнего вида агента.       Два автомобиля промчались по дороге, ведущей в Лондон от двухэтажного белого дома в пригороде с вывеской «Сдаётся» около главного входа. Солнце над Альбионом снова купало жителей в своих ярких лучах.       Тор остановился в чертогах Химинбьерга, на границе радужного моста. Теперь, как когда-то давно, он приходил сюда часто, почти ежедневно, но привратник не мог дать нужных ответов грозному богу Асгарда. Привратник не видел так далеко.       - Где ты, брат? – шепчет Тор, всматриваясь в бесконечное мерцание звезд.       Но небо в ответ молчит.