Невеста клана

Мастер – хозяин, И он властитель судьбы Каждого ниндзя.

Какое странное распоряжение: оставить Японию и немедленно первым же возможным рейсом отправляться в Америку. Скажу даже больше: мне еще не доводилось слышать о том, чтобы рядовых куноити или ниндзя в избирательном порядке переводили на новое место службы. Другое дело: целый отряд. В нашей профессии смерть явление нередкое, да и сама по себе она в любом случае неизбежна. Так кем же мастер будет пополнять ряды своих воинов? Уж решительно точно не мальчиками и девочками, выходцами из спортивных школ той же Америки! Хотя, конечно, и они тоже пригодятся. Но только как пушечное мясо: их можно использовать в качестве заслонов, для отвода глаз противника выставлять на охрану якобы архиважного объекта, пока никем не замеченные настоящие воины ночи справляются с возложенной миссией; только на подобные случаи они и нужны, а более ни для чего иного не пригодны. Правда, среди выходцев из других стран попадаются и талантливые люди, им даже удается осилить физическую составляющую наших умений – так говорят знающие люди, но все сходятся во мнении, что развитие духа этих людей оставляет сильно желать лучшего. В тех, кто появился на свет на Западе, нет того, что есть в нас. С этим надо родиться и жить, иначе невозможно достигнуть совершенства, путь наверх даже гениям неяпонцам заказан. Элита клана, разумеется (глупый вопрос), формируется из этнических японцев. Единственно исключение, пожалуй, на данный момент составлял Кавамура Ясунари, руководящий японской ветвью клана Фут, правая рука мастера на просторах Японии. Он наполовину американец, но по личной просьбе его деда был принят на обучение ниндзюцу, и, как оказалось впоследствии, не зря. Тем, кто видел помощника мастера впервые, было сложно сразу привыкнуть к его абсолютно неяпонской внешности, доставшейся ему в наследство от отца: русые волосы, светлые глаза, своеобразная манера общения, похоже, врожденная, слишком окрашенная эмоциями. Он открыто смеялся, беспрестанно шутил и рассказывал всевозможные истории, моментально вовлекая тебя в беседу даже против твоей воли, его кругозор, несомненно, впечатлял. Только на нас, японцев, Ясунари-сан сходу производил отталкивающее негативное впечатление: эдакий шумный европеец-варвар. Но проходила секунда, и веселый взгляд господина Кавамура мерк, и только теперь становилось заметно, что в его внешности много японского: например, разрез глаз, от которых шли уже не легкомысленные, а мудрые морщинки, ближе к принадлежащему сынам Востока, нежели к европейскому. Ясунари-сан менялся мгновенно, становясь настоящим воином-ниндзя, не знающим жалости убийцей и опытным советчиком мастера (как мне известно, единственным человеком из собственного окружения, к мнению которого он редко, но все же прислушивался). И те, кто еще недавно презрительно смеялись над варваром, удивлялись своей недальновидности. Мастер перевоплощений, гений двойной игры, душа компании, чей собственный мир оставался закрытым от собеседников, и те даже не подозревали о наличии второго дна в шкатулке по имени Ясунари-сан. Да, бесспорно, господин Кавамура собственным трудом и выдержкой заслужил право называться истинным ниндзя, несмотря на свое происхождение.

Я послушная Зову хозяина в путь, В закат ухожу.

Вещи давно уложены. Да их, в принципе, и не настолько много, чтобы этот процесс растянулся на долгое время. И мне не приходилось рассчитывать на внушительного объема сумку. Выбор одежды скромен - только самое необходимое, без излишеств, да и кому они нужны, раз практически вся наша жизнь проходит на работе? По большому счету, важна только униформа и одежда для тренировок. Все остальное – личная инициатива воина. В свободное время куноити, если ей вдруг взбредет в голову такая блажь, может разгуливать по дому хоть в европейском вечернем платье – особенно если не боится насмешек со стороны коллег. Но это не мой вариант. Явно. Вот с оружием вопрос сложнее. Естественно, без соответствующих документов серьезный груз в самолет никто не пропустит. Вот только чего нет, того нет. Первоначально, узнав о приказе о своем переводе, я, готовясь к предстоящей поездке, планировала получить разрешение через спортивную школу, расположенную при монастыре, – но это лишь официально наименование. От спорта здесь правдивой составляющей была только великолепная физическая подготовка учеников после прохождения полного курса, да и воля к победе, про которую, судя по всему, многие профессионалы мирного направления частенько забывают, продавая свои результаты за большие деньги. А ниндзя, решивший обменять верность клану на материальные ценности, – мертвый ниндзя. Этим все сказано. Инициировав процесс получения необходимого разрешения на вывоз личного оружия, я приступила к решению вопросов, связанных с моим переводом. Никто же не покидал место приписки самолично, любое движение оформлялось зашифрованными приказами по личному составу. Во всем соблюдался порядок, и если ты не обнаруживалась там, куда была направлена, то пеняй на себя. Никаких объяснений, извинений и оправданий четко отлаженная машина клана Фут не принимала. Ты виновна в любом случае. Пока тянулось получение документов, неожиданно пришло известие, что со своего поста отозван Кавамура Ясунари, тот самый. Вот только слово "отозван", которое в обычном мире не вызовет излишнего интереса, в нашем могло значить только одно. Из рядов ниндзя, помимо естественной убыли, все уходили только одним способом (насильственным), и, как явствовало, из сообщения, такая участь постигла и Кавамура, его вина не оглашалась. Но слухи, а на поверку новость, оказалась именно слухом, лгали. Ясунари-сама не отозван, а переводится в Америку, там он для чего-то понадобился мастеру. Что ж, выходит, не одна я должна в скором времени покинуть Родину. *** Господин Кавамура появился в нашем монастыре неожиданно, громогласно оповестил о своем прибытии и в обычной для себя шутливой манере принялся инструктировать жить юных учеников. Я же, замученная хождениям по инстанциям для получения документов на выезд (и для оружия, и для себя), только вернулась из Осаки. В провинции, разумеется, официальными делами никто не занимался, хорошо еще, что все можно оформить в близлежащем городе, а то иначе не избежать мне нежелательной (на нее просто не было времени) поездки в Токио. К счастью, мастер по неизвестным нам причинам любил Осаку, и, как утверждала молва, именно этот населенный пункт был им выбран в качестве собственной столицы. Возблагодарив господина за его предпочтения, сейчас они были для меня сродни императорскому подарку, я уверенно обивала пороги местной канцелярии, благо – недалеко. С моими документами никаких проблем – все необходимые бумаги уже были у меня на руках, а вот оружие... Но не могла же расстаться с собственной и любимой кусаригамой! А, кроме того, у меня еще хранился меч, принадлежащий нашему роду и в свое время неофициально подаренный одному из моих предков представителем дома Минамото. За успешное устранение опасного противника из клана Тайра. Высоко же была оценена его голова! Мне не доводилось видеть клинка великолепнее, а рукоять с небольшой инкрустацией, да еще и расписанная умелым художником образом затаившегося тигра, – что может быть прекраснее? Всякие мелочи, вроде сюрикенов, в избытке водились и в Америке, но то, что дороже всего, я не могла оставить здесь.

Дарованный меч Остался мне на память От моих предков, Пусть он и на чужбине Будет моей отрадой..

Задумчиво усевшись на татами, я попыталась умерить волнение и его сегодняшнего спутника – раздражение, родившееся после очередного посещения канцелярии. Меч я еще могла отвезти матери, хоть мне и было бесконечно жаль с ним расставаться – кроме прочей ценности, это еще и подарок бабушки. Но вот кусаригама... Оружие, как и человек, с ним необходимо сродниться. Оно должно являться твоим продолжением, твоим телом. И ты для него становишься необходимой деталью, без которой никак нельзя обойтись. Ваши души объединяются. Вы либо принимаете друг друга, либо нет. Но если объединения не случилось, и вы с оружием не нашли общий язык, то лучше и не пытаться использовать его – ничем хорошим такое отношение не закончится. Оружие не прощает жестокого или бездумного отношения к себе. Ты должен почитать его, как самого себя. *** Прибежавший послушник оповестил о том, что меня ожидает настоятель монастыря, и я последовала за гонцом, гадая, что еще неожиданного могло приключиться в недавнее время, в мое отсутствие. Сильный голос господина Кавамура был слышен еще издали, значит, настоятель сейчас не один. С его стороны даже странно вызывать меня в то время, когда у него находился влиятельный гость. Ясунари-сан мог счесть этот визит оскорбительным, но противиться велению настоятеля также нельзя, а потому я, предваряемая послушником, оповестившим о моем приходе, остановилась на пороге комнаты. Обмен приветственными поклонами. - Та самая куноити, о которой вы изволили спрашивать, – Кокумару Хакайна, – представил меня настоятель. Я вновь поклонилась господину Кавамура. Его удивительно светлые глаза добродушно сощурились, а на губах заиграла улыбка человека, искренне обрадованного новым знакомством. По разрешению настоятеля я опустилась на колени у двери, даже не приближаясь к накрытому для чаепития низкому столу, у которого сидели мужчины, и замерла, ожидая дальнейших распоряжений. Взгляд смиренно направлен в пол, но плечи напряжены – мне бы хотелось вновь вернуться в свою комнату и хоть немного побыть одной. Поездка не могла сорваться, и я в любом случае должна отправиться в путь своевременно. Вот только назначенная дата все ближе, а документов могло и не предвидеться. Кто я такая, чтобы самовольно решить остаться? Оружие, честь, верность мастеру и клану – все дорого для меня... Из мрачных размышлений меня вывели загадочные слова настоятеля, он собирался на некоторое время покинуть нас, оставив меня наедине с господином Кавамура. Ясунари-сан жестом велел мне подойти к нему и, взглянув в глаза, заметил: - Я помогу с перевозкой оружия, и оно будет ждать вас в Нью-Йорке. Намаявшаяся с неразрешимым угнетавшим меня в последние дни вопросом, я не могла поверить, что все решилось и так просто. Неужели Кавамура Ясунари, фактически второй человек после мастера в клане Фут, разыскал меня только ради того, чтобы оказать помощь?! Или это не его собственное решение, а приказ? Но с моей стороны нагло предполагать, что сильнейшие заинтересованы в моем переезде Америку, так что тогда? Задавать дополнительные вопросы бестактно, остается только ждать, что в дальнейшем я все узнаю сама. Если мое присутствие требовалось на Нью-Йоркской базе, значит, есть и тот, кто так решил, инициатор, и он обязательно себя проявит. В клане Фут ничего не происходит просто так. Получив запакованное мною лично (я не могла доверить это дело никому) оружие, господин Кавамура сразу же засобирался в Осаку. Больше в нашем монастыре его, похоже, ничто не интересовало. А мне оставалось только надеяться, что там, на чужой земле, я вновь возьму в руки дорогой для нашего рода и моего сердца меч, и луч солнца, пойманный сталью клинка, скользнув по желобу для стока крови, высветит гравировку из одного-единственного слова "Спасибо" – слова, которое однажды было произнесено дарителем, слова, которое раз за разом повторяли мужчины Дзаруку (рода моей матери), благодаря оружие за службу. Меч всегда использовался по назначению, лишь два последних поколения, принадлежа женщинам, он отдыхал от прежней боевой жизни, но мы никогда не забывали о нем, оказывая все необходимые почести, достойные статуса великого воина, каким он по сути и являлся. И мне очень хотелось верить, что Ясунари-сан не подведет, и все будет так, как он сказал. Оружие прибудет раньше меня, и я, соскучившись за перелет и радуясь долгожданной встрече, вновь смогу взять в руки меч.