Кровь на снегу

- 2.1 - Здоровяка и японку переместили в туалет. Там они страдали, не приходя в сознание. Аллор периодически носил им по стакану воды, продолжая набирать воду из-под крана в кастрюли. Вода ещё текла, но напор был совсем слабый. Аллору помогала девица с гитарой. Она пришла спустя пару минут после Ольги и призналась, что шла за ней с вокзала. Махнув рукой на этот дурдом, Ольга поручила парочке заботиться об отравившихся, а сама принялась осматривать дом на предмет оружия и медикаментов. Девочка с гитарой вызывала у Ольги серьёзное беспокойство. Она пришла, когда уже начался дождь. Одежда была почти сухой, но всё же… Первый дождь после взрыва. Ольга представила, как сейчас может фонить эта девочка и устало потёрла лоб. Затем продолжила поиски, ничего не нашла и уже собиралась устроить перекличку - как в дверь постучали. Пока Ольга спускалась со второго этажа, судя по звуку, эти охламоны успели открыть дверь и поругаться с новоприбывшим. - Опять ты! Ты меня преследуешь! – вопила девица. Аллор стоял в стороне, пытаясь понять, что он сделал не так, а на пороге по-хозяйски улыбалась рыжеволосая женщина. Ольга обратила внимание, что блузка и юбка на ней были легче, чем следовало бы носить в плюс семь. - Преследую? Милочка, это мой дом. Мой и Виктора. И я вижу здесь многих, кроме него. Рыжая прошла в дом и расположилась на диване. Окинула взглядом остальных, которые продолжали смотреть на неё. В туалете послышался стон. - Приберите здесь, – указала Ольга на следы отравления на полу и ушла к «пациенту», про себя отметив, что личное знакомство с Виктором ещё не значит, что рыжая действительно тут хозяйка. Стонал здоровяк. Кажется, его не рвало, но только потому, что было уже нечем. Ольга присмотрелась к нему внимательно. Правая рука была покрыта густыми чёрными волосами, почти мехом. Левая была в порядке. Вспоминая названия генетических заболеваний, Ольга отметила, что, когда они с Аллором затаскивали парня сюда, обе руки у него были нормальные. - Значит, не генетика, – негромко сказала она себе. - 2.2 - Он пытался найти себе место, занять себя, но всё выпадало из рук. Девушка в тяжёлых, совсем как у него ботинках, в заношенных джинсах и потёртой косухе. Аллор старался не смотреть на неё, но смотрел всё равно. То, как она зашла, как простучали подошвы по дощатому полу. Как резко она отвечала Ольге, что да – следила, да – от самого вокзала, да – больше идти некуда. Японка вылетела из головы. По большому счёту, и ядерный взрыв вылетел. Он думал о том, как бы узнать, как её зовут, и ничего не испортить. «Это всё последствия стресса. Ты пережил сильный страх, а когда он прошёл - организм начал выбрасывать эндорфины в кровь и тебе кажется, что ты втюрился. Это всё фигня. Фигня. Гормоны и стресс». Тем временем не подозревающая о вызванном ею смятении девушка копалась на кухне в поисках еды. Вернулась она оттуда с кастрюлей и пачкой макарон. - Ты умеешь растапливать печь? – спросила она, и Аллор принялся многословно рассказывать, что он часто ходил в походы, имеет опыт обращения с огнём. А Чёрный Валар Мелькор, которому он поклоняется, покровительствует льду и пламени, так что развести огонь будет не проблемой. А сам искренне радовался, что действительно немного умеет обращаться с растопкой. - 2.3 - Со стоном Лина открыла глаза. Кафельные стены, холодный пол, мокрая одежда – таким был мир, в который она вернулась из забытья. Блондинка склонилась над вторым «пациентом». - Лежи. Я слышу, что ты пришла в себя, но лучше не делай резких движений. Тем не менее Лина встала. Чувствовала она себя куда лучше, чем до того, как отключиться. - Спасибо. Спасибо за помощь, но мне надо идти искать Амора. - Это ещё кто? – нахмурилась женщина, затем вспомнила – Твой пёс? Лина кивнула и вышла в дом. Было холодно, но в печке уже потрескивали поленца, обещая скоро согреть помещение. Кроме Лины, там был ролевик, дотащивший её до этого дома, и незнакомка в кожаной куртке. Парень ворошил своим дюралевым мечом в печке, а девушка помешивала поставленные на печь макароны. - Добрый вечер. - Да уже утро скоро! – ответила девушка невесело. - Тогда доброе утро. Я Кайлина. Можно «Лина», – она улыбнулась. - Ася. Можно просто Ася! Парень встал. Лезвие меча было в саже, но его это не смущало. - Аллор Гильермович Богданов. К вашим услугам, дамы. Лина улыбнулась – паренёк был забавный. Но пропавший друг был насущной проблемой. - Скажите, вы не видели собаку большую, серую? В синей манматовской шлее? - В какой шлее? – переспросила Ася. – Чудиков всяких видела. А вот крупных собак, да без хозяев – нет, не довелось. Лина вздохнула и почувствовала острую боль. Сначала ей показалось, что это продолжение её душевных терзаний, но боль быстро расползлась по всему телу. Лина стало страшно, как будто она умирала. Страх даже пересилил боль. Ася и Аллор смотрели как с Линой происходило что-то невероятное: она словно скукоживалась, распухая. Глаза выпучились, а шея стала укорачиваться. Из Лины начали высовываться перья. Спустя невероятно долгую минуту она ощутила себя чем-то пухлым и почти с метр роста. Она попыталась что-то сказать, но вышло лишь жалобное: "Уррррррр". - Ненавижу голубей. – Прокомментировала Ольга, выходя из ванной и вытирая руки какой-то тряпочкой. – Хотя суп из них конечно можно сделать. А уж из метрового голубя… Ольга остановилась. Ещё раз вытерла руки. Лина попыталась посмотреть на неё, но обнаружила, что может видеть её только одним либо другим глазом, а не двумя одновременно. - Уррр, – Сказала Лина, хотя собиралась закричать от ужаса. - Голубь. Метровый голубь, в доме. Под которым лежат штаны японки. А на шее болтается её блузка. И если меня не накормили галлюциногенами, то я вынуждена поверить, что японка превратилась в голубя. Лина кивнула своей птичьей головой. Думать становилось всё труднее, а фраза про суп ещё больше её напугала. - Твою мать! - С чувством ответила Ольга и посмотрела на остальных. Остальных не хватало. – Где рыжая?! - 2.4 - Ася продолжала смотреть на гигантскую птицу. Слова блондинки до неё дошли не сразу. А когда дошли она испугалась. Обернулась на диван, уже зная, что рыжей там нет. Она исчезла, и они с Аллором не заметили этого. Асе вспомнились её глаза. Её не отпускающие глаза и если бы не суматоха и не чей-то резкий толчок в плечо, возможно, она пошла бы за ней, куда бы та ни повела её. И холодные руки. - Она пропала. - Вижу! Рыжая пропала у вас из-под носа, девчонка превратилась в голубя, а макароны вот-вот пригорят. Исправьте хоть что-то! Ася немного испугалась сердитой тётки, но не подала и виду, а демонстративно хмыкнула и пошла сливать воду с макарон, схватившись за ручки кастрюли через рукава своей куртки. Когда она вернулась с крыльца на месте голубя уже лежала Кайлина. Из ушей у неё текла кровь. Аллор отвернулся, видимо, чтобы не смущать девушку, которая оказалась голой – нижнее бельё не пережило превращения. Блондинка уже деловито тащила Лину в ванную. Ася подобрала одежду и пошла за ней. - Тебя проклинали в последнее время? - Чего? – Хором переспросили Ольга и Лина. - Оборотни превращаются либо в полнолуние, либо под воздействием проклятия. До полнолуния далеко, значит проклятие. Ольга закончила вытирать Лину, сделав грязным ещё одно полотенце. - Проклятия? – Блондинка говорила чуть громче, чем раньше, чаще переводила взгляд с одной точки на другую, движения стали более резкими, но и только. Никаких других признаков только что пережитого потрясения не было. Оставшийся в комнате Аллор выглядел куда хуже – периодически он щипал себя за руку, рассматривал ладони и делал дыхательные упражнения. Но проснуться отсюда у него не получалось. Ася пожала плечами. - Ну да. Нужно всего лишь принять существование сверхъестественного. И тогда любой мифологический словарь или сборник сказок становится источником информации. Блондинка задумалась. Кивнула, то ли соглашаясь с её словами, то ли подтверждая ранее вынесенный диагноз. Тем временем Лина завернулась в одежду и затихла в углу. Блондинка сняла с дивана покрывало, накрыла девушку. - Отключилась, значит защитные системы психики работают. Вы начинали знакомиться? - Да. Я – Ася, девушка-голубь – Лина, а парень с мечом – Аллор. Не знаю прозвище это или просто редкое имя. - Ольга Шметтерлинг. – Она пожала руку Асе. – Рекомендую устраиваться спать. Завтра будет ещё веселее. - 2.5 - Роберт проснулся в темноте. Проснулся с ожиданием боли, тошноты и слабости, но чувствовал себя на самом деле гораздо лучше. У другой стены кто-то дышал. Стараясь не будить, Роберт вышел из ванной. Тусклый осенний свет просочился в окна. На диване, зажав в руке ножницы, спала блондинка; завернувшись в спальник и придерживая меч, спал ролевик. Девицы с гитарой не было видно – видимо поднялась наверх. Хотя Роберт не был уверен что она была, вчера в горячке ему мерещилось много чего. Возможно, что девица с гитарой была таким же глюком, как и рыжая барышня. В какой-то кастрюле обнаружилась вода, и он выпил, чуть ли не треть. Затем обнаружил остывшие макароны на остывшей печке и съел их, почти не заметив. Голод был зверский. - Итак, аппетит вернулся, слабость и тошнота прошла, а значит, непосредственно сейчас медицинская помощь тебе не нужна. – Раздался за спиной голос блондинки. Голос был настороженный. - Да, спасибо за помощь. - Вон тот мечник сказал, что зашёл сюда, потому что увидел как сюда заходишь ты. А когда мы пришли, ты предлагал дождаться хозяев. Ты знаком с ними? - Это дом Виктора. - Виктора Карлинского. Забавно. Боб хотел уточнить, что именно забавно, но почувствовал резкую боль внутри. Он решил, что его снова рвёт, хотел броситься в ванную, но не смог. - Он тоже! Он тоже! – Закричала японка, которая как раз вышла из ванной. Боб не понимал о чём она, он словно уменьшился, раздался вширь. Зрение разделилось на два независимых сектора. Он осмотрелся – он наблюдал за всем снизу, как будто стал меньше. Блондинка сжала ножницы в руке так, что побелели пальцы. Ролевик, проснувшийся от крика японки, крутанул мечом и прижался спиной к стене. - Если ты меня слышишь – то кивни. А, тебе же даже кивнуть нечем. - Все стойте на местах, не испугайте его! – Воскликнула японка, хотя по ней было видно, что она сама испугана больше всех. – Я знаю, каково это. Не бойся. – Мягко сказала она. Тебе страшно, ты испуган. Но это пройдёт. Но мы тоже напуганы. Так что постарайся вспомнить, как ты выглядел, когда был человеком. Сосредоточься. Мне помогло. Перестав что-либо понимать, Роб машинально вспомнил своё отражение. Сначала лицо, затем весь свой облик. Снова стало больно, внешний мир на мгновение превратился в калейдоскоп, а затем он обнаружил себя скорчившимся на полу и вытирающим кровь из носа. Строгая блондинка уже прощупывала пульс, ролевик принёс сильно несвежее полотенце, а японка подала одежду. - Что это было? – Хрипло спросил Роберт. - Ты видимо, тоже проклят. - 2.6 - Ася вышла из подвала как раз, когда здоровяк начал превращаться в гигантского краба. Она должна была умыться. Почему именно «должна» - не понимала. Помня, что воды в кране нет, Мышкина просто высунулась в окно, подставив лицо дождю. Освежившись, она попыталась понять, что именно её напрягает. Первым делом её напрягало то, что она вышла из подвала, хотя не заходила туда. Краб защёлкал клешнями, Лина пыталась его успокоить, а Ася, не отвлекаясь ни на что, вспоминала. Вспоминала, как она спустилась в подвал. Увидела картины, мешок картошки, кровать. Постучала в стену. А потом ей стало плохо. И эта слабость продолжалась до сих пор, она была ещё более уставшая, чем когда засыпала. Засыпала? Сейчас было утро, значит время прошло. - Что это было? – Хрипло спросил здоровяк. - Ты видимо, тоже проклят. – Машинально ответила Ася, отвлёкшись от своих раздумий. - А это наш эксперт по сверхъестественному. – Прокомментировала Ольга. – Ася Мышкина. Ты бы, кстати, представился, крабик. - Роберт. Можно Боб. Ася снова смотрела в окно. В подвале она с кем-то говорила. Но никого не видела. Глюки, злые глюки. А может быть на самом деле глюки – обкололи чем-то? Подойдя к зеркалу, Ася попыталась осмотреть в полумраке открытые участки тела в поисках следов уколов. Кровь на одежде была – пару капель на майке. А вот следов не было. Ноги подкашивались. То ли от подступающей паники, то ли от слабости. - Я была в подвале. – Тихо себе под нос сказала Ася. Чтобы никто не услышал. Впрочем, все были заняты Бобом. – Там мне стало плохо, но думать я была в состоянии. И я говорила, обращаясь к кому-то, но никого не видела. Что-то не так. Либо я помню то, чего не было, либо я не помню то, что было. Я смотрела на кровать, кровать в холодном подвале. Человек так спать не будет, но, кажется, спит. Там кто-то был, и я забыла собеседника. Забыла и заснула. Ася потянулась к хламнику, чтобы достать оттуда покушать, но рюкзака не было. Память услужливо подкинула образ рюкзака, лежащего на той самой кровати в подвале. - 2.7 - Когда Боб оделся и более мене успокоился, Лина подошла к Ольге. - Я могу попросить тебя о помощи? Я сейчас отойду в ванную. Если у меня всё получится – выпустишь меня. Я пойду искать Амора. - Ты про вот это вот? – Ольга вздохнула. – Пробуй. Лина закрыла за собой дверь ванной. Аккуратно сняла одежду и сложила её. Закрыла глаза. В голове всплывал образ Амора, но Лина решила сосредоточиться на чём-то более страшном. Более живучем. Она снова почувствовала боль, словно ее мололи в мясорубке. Девушка начала извиваться, корчась от судорог. Тело начало покрываться густой остевой шерстью. За ней появился подпушек. Истошный крик Кайлины завершился воем. Когтистой лапой она поскреблась в дверь. Дверь открылась, и где-то вверху возникло лицо Ольги. - Лина? Девушка кивнула волчьей головой. Процокала когтистыми лапами к выходной двери. Аллор посмотрел на Ольгу и, получив одобряющий кивок, выпустил Лину. На улице пахло дымом. Но зарева уже видно не было. Небо было затянуто тучами. На улице стояло несколько машин. Двери были открыты, магнитолы вытащены. Где-то слышался звук бьющегося стекла. Волчица пошла по улице, оглядываясь по сторонам, затем, попробовала позвать Амора, надеясь, что её друг узнает её даже в волчьем облике. Она задрала морду и завыла. И тут же услышала ответ. Ей ответило два десятка собак в разных частях города. Но понять, был ли среди них голос Амора, она не могла. - 2.8 - Когда крабы и волки, наконец, исчезли из поля зрения, а Роберт, как и Лина вчера после превращения, уснул почти там же, где превратился, Аллор заново растопил печь. Это занятие помогло ему сосредоточиться, а наблюдение за огнём успокоило. Каждый раз, глядя на огонь, он вспоминал детство; деда, который учил его топить печь и разводить костры, точить ножи и прочим премудростям. Деда давно не было в живых, отца Аллор никогда не видел, а мать была для него чужим человеком. Так что сейчас, задумавшись на короткое мгновение о глобальности случившейся катастрофы, он в первую очередь подумал о погибшем Ордене. Хотя из Ордена его вышвырнули, а казна Ордена сейчас бесполезной бумагой лежала на дне хламника. «Магистр, рыцари, дамы, оруженосцы. Все они могли погибнуть, а я жив. Это как-то неправильно. То есть, это здорово, что я жив. Но почему я?» К печке подошла Ася. Села рядом и протянула к огню руки. - Тебе плохо? – Аллор заметил её бледность и общее самочувствие. - Нет. Хотя не знаю. У меня хлеб был в рюкзаке. А рюкзак я в подвале забыла. - Хочешь, я схожу за ним? Ася вцепилась в рукав его джинсовой куртки. - Не надо. Там кто-то есть. - В подвале? - Я не помню, как оказалась там, зато помню мешок картошки. Там холодно, но стоит кровать. Я с кем-то говорила, но не помню с кем. Аллор взял её за руку. Совершенно не к месту подумал о том, что это его шанс проявить себя. Понял, что уже до жути боится подвала, но не пойти не сможет. - Ты не ранена? У тебя на майке пятнышко. Бурое. Ася покачала головой. - Это кровь, но я не нашла ран. И не болит ничего. Просто слабость. И в голове муть. - Подвал, в котором холодно и темно. Кровь. И промывание мозгов. А если всё вместе то… Ася хмыкнула и обхватила себя руками, забрав ладонь у Аллора. - Оборотни у нас уже есть. Почему бы не быть… холодным? Своим чётким шагом сзади возникла Шметтерлинг. - Я думаю, что нам нужно в первую очередь обследовать дом, чтобы в нём не было никаких сюрпризов. Ведь он должен стать нашим оплотом, пока снаружи неизвестность. Как только дом будет проверен на безопасность, нужно идти на разведку. Нам понадобится запас еды и лекарств, а так же любое оружие. В первую очередь, - Сказала Ольга, явно услышав их разговор. - Оборотни, вампиры ли, без разницы. Тем более что никто не может внятно сказать даже, куда делась рыжая, которую вы пустили. - Я не видела её с тех пор, но она абсолютно безобидна и дружелюбно настроена. – Выдала Ася и замолчала. Ольга и Аллор смотрели на неё. Внимательно смотрели. - А с чего ты взяла? – Спросил Аллор. - А ну-ка ещё раз… что ты думаешь о рыжей гостье? – Строго спросила Ольга. - Да что я могу о ней думать, я её не знаю! Но она абсолютно безобидна и дружелюбно настроена. – Сказала Ася и зажала рот руками. Шметтерлинг нехорошо улыбнулась. - Сиди и не шевелись. Аллор или как там тебя – фонарик в руки. Иди за мной. – Сказала Шметтерлинг и пошла в подвал. Аллор оглянулся на Асю, которая сидела оцепенев. В подвале было темно. Фонарик высвечивал картины на стене, мешок картошки в углу, ту самую кровать. Пустую. - Вы что-то знаете? О том, что случилось с Асей? Ольга поднесла палец к губам, Аллор замолчал и продолжил освещать фонариком подвал. Ольга заглянула под лестницу, под кровать, подвигала картины. Никого не было. Она указала наверх и выбралась из подвала. - 2.9 - Ася сидела, обхватив себя руками. Ей казалось, что сразу как только они уйдут что-то случится. Ещё больше этого она боялась себя – что она теперь может сказать и сделать не то, что хочет. А то, что хотело неведомое, встретившее её в подвале. А если оно сделает то же самое с Ольгой и Аллором? Раздались шаги по лестнице и разведчики вернулись. - Это поверхностная и очень криво сделанная гипнотическая установка. И вот это меня удивляет. - После гигантских голубей и крабов вас удивляет гипноз? - Да, Аллор, потому что те, кто умеют делать установки, умеют это делать хорошо. Да и процесс этот требует времени. А здесь установка впаяна намертво, но криво. По-хорошему её бы связать, так как тот, кто это сделал, мог заложить глубинные установки. Например, убить нас ночью. - Но ночь мы пережили. Ольга кивнула. Ася встала. - Не надо меня связывать. Раз вы так опасаетесь – я уйду. Ася забрала у Аллора свой рюкзак, который тот принёс из подвала, и стала натягивать куртку. - Погоди! Ольга не то имела в виду! - Я имела в виду именно это. Но с учётом криворукости неведомого гипнотизёра думаю если он и додумался их сделать, то сделал такими же кривыми. Насчёт «уйду», это хорошо. Но лучше идите вместе, дровишек добудьте. Насчет еды посмотрите. Но особо никуда не суйтесь. Добудете дров – вернётесь сюда и ждать меня здесь. Ольга попыталась запереть дверь в подвал шваброй, но дверь открывалась внутрь, тогда она просто прислонила швабру к двери, чтобы потом по её положению определить заходил ли кто в подвал. Затем подхватила свои ножницы, надев их на пальцы на манер пуш-дагера. - Повязки на лица сделайте. И смочите их водой. О, ещё же Роберт! – Ольга хлопнула себя по лбу. – Тогда ждите, пока он придёт в себя. Остальное потом, по обстоятельствам.