Временный арранкар

- Что за баран? – Кенпачи, как и всегда, являл собой верх тактичности и учтивости. – Свали, а. - Экзекиас-тайчо – Рудобон. – Пропустив оскорбление мимо ушей, ибо к умственно недоразвитым надо относиться снисходительно, отозвался командир «палачей», пара сотен которых тут же выросла за его спиной. – Я здесь, чтобы забрать твою жизнь. - Да пофиг мне, как тебя зовут… Я вон там недалеко чую Куросаки Ичиго, и страсть, как охота скрестить с ним мой меч. - Невозможно. Куросаки Ичиго сейчас сражается с другим капитаном. - Знаю – его «банка» решил брать на себя… Но долго ли продержится? Мы ведь так и не видели его в бою. А я, если что, и подождать могу. - Вы меня плохо поняли, Зараки-доно. Я не пропущу вас дальше. - Чё? Ячиру, спустись-ка отсюда, пока я тут кое-кому рога ломать буду. Из-за плеча Кенпачи вылезла маленькая девчушка с розовыми волосами. Пожелав удачи «Кен-чану», она упрыгала со стены вниз. А Зараки схватил поудобнее своё грозное оружие. Рудобон не испытывал излишнего оптимизма, по поводу противника – реяцу Кенпачи было раз в пятнадцать сильнее его собственной. И все же, даже перед таким врагом, он не имел права пасовать. - Долг экзекиасов – исполнять приказы Айзена-сама и помогать Эспаде. Если я пропущу тебя к Куросаки Ичиго – это будет несмываемый позор. Исчезнув в сонидо, «баран» нанёс удар. Единственным движением руки, держащей меч, Кенпачи блокировал атаку, но со спины тут же появилось с десяток «черепов», вонзивших свои мечи в тело джуичибантай-тайчо. Довольно оскалившись, тот, ударом ноги в живот, отбросил Рудобона, а сам развернулся и двумя могучими ударами порешил напавших сзади. Правда, его тут же окружило в пять раз больше экзекиасов. - Ты издеваешься надо мной? Я спрашиваю – ты надо мной издеваешься?! – Зараки выпустил реяцу, кроша по десятку «черепов» за один удар, но их меньше не становилось. – Я тут сейчас со скуки сдохну! - Животное. – Донеслось из-под рогатого черепа. – Поле битвы - не то место, куда приходят за развлечениями. Рудобон выпустил реяцу на полную мощь, после чего атаковал сам. Откинув от себя очередного «черепа», Зараки блокировал атаку, ударил – враг ушёл в сонидо, после чего довольно сильно резанул его в плечо. Мечи вновь соприкоснулись, высекая искры. Попытка повторить удар ногой не удалась – арранкар отскочил, и собрав пучок темно-сиреневого серо на острие меча, арранкар выпустил энергию на капитана. Тот не счел должным даже попробовать уклониться… После залпа на Кенпачи появилась парочка слабых царапин. Решив, что с него хватит этого цирка, тайчо подлетел к Рудобону, обрушивая чудовищный удар на арранкара. Тот поставил блок, и даже удачно, но когда клинок капитана коснулся его занпакто – командира «черепов» отбросило спиной вперед на много метров. Кенпачи сделал ещё пару шагов, прежде, чем его вновь окружили «палачи». - Достали. Зараки отвёл руку назад, выпустил ещё больше энергии, чем раньше, а потом единственным ударом снёс разом всех экзекиасов, трупы которых, вскоре, попадали на стену. Кенпачи повернул голову к рогатому оппоненту, поднимавшему после предыдущего удара. - Ещё что-нибудь, или я пойду? - Не смеши меня, шинигами. - Ты хоть видишь разницу в силе? Жив ведь только потому, что до сих пор не попал под прямой удар… - Да. И, тем не менее, я не имею права отойти в сторону. Расти, Арбола! В руке появился молниеподобный меч, ноги обернулись корнями, поднявшими арранкара на высоту нескольких метров, из спины выросли ветви с черепами, висящими на них, будто фрукты. Последние тут же начали порождать всё новых экзекиасов, и секунд через десять, перед Кенпачи стояла новая армия. - Вперёд. Экзекиасы ломанулись на тайчо сплошным потоком, начав дохнуть за секунды десятками, однако количество их не уменьшалось – «деревце» оперативно порождало новых «черепов». - Надеюсь, эта сила тебя вразумит. Почему-то, ты до сих пор смотришь на меня свысока, хотя я сейчас стою выше тебя. Сколько бы ты не убил моих подчинённых – это не принесёт тебе победу. Я остановлю тебя, Зараки Кенпачи! - Всё, ты меня достал. Сказав это, Зараки сорвал повязку. Ему было стыдно использовать полную силу против таких слабаков, однако их было так много, что иначе пришлось бы крушить их не одну минуту. А так… Теперь потребовалось три удара, чтобы уничтожить всю лавину «черепов». Закончив, он обратил взор на Рудобона, который вновь попытался использовать серо, но безуспешно – исходящая от Кенпачи Реяцу отразила атаку сама по себе. - Невероятно. – Произнёс экзекиас-тайчо. Запустив руку внутрь грудной клетки, он достал оттуда кусочки белого камня. Сжал в ладони, растерев до состояния пыли, после чего пустил по ветру. Зараки вкинул бровь. - Какого… - Диентес дель Драгон. На него упала тень – пыль, попав на трупы, заставила их тела растягиваться, соединяться и менять форму, словно пластилин. Вскоре, стена обрушилась под тяжестью трёх громадных экзекиасов, высотой с дом. Зубы капитана обнажились в радостной улыбке. - С этого и надо было начинать… Повеселимся! Гиганты стреляли серо и махали мечами, пытаясь достать капитана, но тот уворачивался, и сам резал их тела, отсекая куски плоти. Рудобон же молча взирал на происходящее. Он понимал – враг просто куражится, и при желании, на каждого титана потратит не больше одного удара. Оставался единственный выход, но он требовал… В общем, умирать очень не хотелось. - ХХА! – С восторженным возгласом, Кенпачи добил последнего колосса. - Ксо… - Тихо проговорил Рудобон. – В таком случае… - Хватит. Зараки выпустил реяцу, принявшую форму желтого черепа, и помчался на Рудобона, замахнувшись мечом. На пути тайчо появилось три «стены» из экзекиасов, ставших друг над другом и заполнивших пространство между собой реяцу. Только ударившись об последнюю, Кенпачи замедлился и вновь встал на землю. - И это всё, баран? *** - Это иллюзия, или ты стал нормальнее? – Поинтересовался рыжик однажды, когда вместе с экзекиасами обходил Уэко Мундо, в поисках васто лордов. - Если под «нормальностью» подразумевается испытание прелестей пьянства, благодаря усилиям Ичимару-доно, то увы - да. И я корю себя за это. - Я не про то. Ведь мы вместе были в мире людей, сражались, играли в футбол, шахматы, тренировались… - И? - Может быть, мне показалось, или кое-кто слегка оттаял по отношению к другим товарищам? - Не знаю. Но в любом случае, вы можете на меня положиться. - В бою? - А также - в том, что Ичимару-доно не узнает, кто срезал деревья в его хурмовом саду. *** Реяцу Рудобона вновь увеличилась, причем потекла не только по телу, но и по лежащим на земле трупам. Они вновь начали менять форму, будто пластилин. На этот раз только, становясь чем-то, вроде тянущихся к Зараки веток и корней. Ударом клинка, Кенпачи отбился от одних, но другие присосались к одной из ног. Которую Кенпачи тут же перестал чувствовать. - Что за… - Арбола Бланка*. Единственное её касание означает смерть. Зараки отскочил назад, но было поздно – его левая нога до колена, за которую зацепились коренья, превратилась в твёрдую белую массу, похожую на кость. Зараки выпустил реяцу, но скорлупа не трескалась, а будто растение, получившее порцию удобрений, начала прорастать в живую плоть. К тому же, все вокруг было заполнено трупами и кусками тел экзекиасов, которые также начали ветвиться по направлению к Кенпачи. - Что за херня?! - Растение, питающееся духовной энергией. Оно может поглощать её без конца, увеличиваясь в размерах и превращая чужие ткани в свои собственные. Зараки оказался в тупике. Пострадай рука – можно было бы её отрезать, но без ноги двигаться было невозможно. Поэтому, рассудив, что после смерти исполнителя, техника прекратит действие, бросился к Рудобону. И вот тут его подвела вторая нога. - Прибью! - Не сможешь. Растения прорастали все больше, причиняя жуткую боль. Зараки выпустил реяцу на максимум, отшвыривая массу трупов, но всё то, что уже оказалось в его теле, никуда не делось. Заросли ноги, рука, держащая меч, торс начал покрываться белой костью. Места, уже полностью скрытые, выпустили ветви с белыми листьями и бутонами. - Ксо… ДА ЧЕРТ ВОЗЬМИ! Был готов погибнуть, окружённый сотнями, тысячами врагов. Пасть в схватке один на один с равным противником. Сразиться против всемогущей стихии и умереть в яростной борьбе с силой природы. Но не таким тупым образом, превратившись в дерево! - Прекрати трепыхаться, Зараки Кенпачи. Здесь, мы умрём оба. - Оба? – Зараки поднял голову к врагу, насколько хватало сил. - Не думал же ты, что такое существо можно заключить в белое дерево без последствий для себя? Вся моя реяцу разошлась по телам павших. Мне осталось минут пять. Как только твоё тело полностью станет частью Арбола Бланка, а цветы на ветвях распустятся – моя жизнь оборвётся. Зараки замолчал. Что было толку сквернословить, если он уже полностью потерял контроль над телом. Будь здесь Маюри, Киораку, или кто-нибудь ещё, с большим количеством мозгов – он может, и мог рассчитывать выбраться… Впервые Зараки посмотрел на противника с уважением. Не имея сил выстоять в битве, он не сбежал, а стоял до конца, отдав жизнь ради исполнения долга. И даже умудрился отправить на тот свет могучего врага. - И все-таки жалко… Что я не доберусь до Ичиго… Последний участок кожи скрылся под толщей белой коры. Не очень далеко прогремел взрыв – сражавшиеся Ренго и Ичиго усердствовали по-взрослому, стремясь убить друг друга. Рудобон усмехнулся – он исполнил свой долг, не пустив туда ещё одного сильного врага. Перед глазами начали проноситься моменты жизни – силы стремительно покидали экзекиаса. Рождение в форме арранкара, тренировки, высвобождение рeссурексиона… Встреча с Куросаки, их конфликт, когда Рудобон попытался добить Приварон Эспаду… Участившиеся встречи с другими арранкарами, участие в мероприятиях против Ичимару, время, проведённое вместе… - Куросаки Ичиго-доно. Не знаю точно… - Свет перед глазами стал меркнуть. – Но наверное, ответ на ваш вопрос… Белые цветы на десятиметровом дереве из кости распускались, их поверхность почему-то блестела на солнце, пуская «зайчики» по округе. Последняя искра жизни покинула капитана экзекиасов, позволив напоследок, сказать лишь одно слово. - Да. ------------------------------------ Примечание: *Арбола Бланка - в переводе с испанского "Белое дерево".