Не открывай глаза

      День выдался прохладным, пасмурным. Ветер разогнал туман, сорвал листья с деревьев и закружил их в беспорядочном танце. Тёмное свинцовое небо тесно жалось к земле, скрадывая пространство над головой.       Я проснулась от холода. Дверь в избу оказалась приоткрыта, и утренняя свежесть проникла в дом, окутала комнату, пробралась под одеяло. Я села в кровати и сонно потёрла глаза. Затем тихонько встала, погрузила ноги в тапочки, которые были мне слегка велики, и, стараясь не скрипеть половицами, тихонько прокралась к двери в соседнюю комнату. Брат спал, с головой натянув на себя одеяло и свернувшись комочком. Вчерашние события показались мне далёкими и совсем не страшными. При свете дня я чувствовала себя гораздо смелее. Может, Митрофаше и правда всё почудилось? Наслушался страшных историй на ночь, вот и разыгралось воображение.       Накинув лёгкую кофточку, выбегаю на улицу. Лёгкий холодок подгоняет, росистая трава мочит ноги. Здороваюсь через забор с соседкой, доящей корову. Зачёрпываю горсть ледяной воды из умывальника и, морщась, плещу себе на лицо.       Дед уже в огороде. С трудом согнувшись, поливает огурцы. Приветственно машу ему рукой, хватаюсь за мотыгу и начинаю полоть. Комочки земли влажные от росы, ноги скользят по склизкой земле. Когда я наконец заканчиваю и разгибаюсь - чувствую боль в пояснице. Солнце уже выше, но его почти не видно за серым небом, и ветер только усиливается, продувает тонкую кофточку насквозь.       Пришло время завтракать. Я проворно срываю с грядки парочку огурцов для салата и забегаю в дом. Нож резво строгает салат, в печи подогревается горшочек с картошкой. Дедушка читает газету в кресле, брат ползает по полу с какой-то игрушкой. Всё совсем как обычно, и чувство тревоги окончательно покидает меня. С улыбкой накрываю на стол и зову всех есть.       "Мужчины" уплетают только так.       После завтрака дедушка начинает собираться в лавку. Вообще-то мы - садоводы. Выращиваем и продаём овощи, зелень. Ярмарки бывают раз в неделю, а в остальное время дед занимается плетением лаптей в лавке у дороги, а я занимаюсь по хозяйству. Вообще в моём возрасте девушки обычно учатся в старшей школе, но школа находится в тридцати километрах от нашей деревни, да и детского сада тут нет, поэтому я окончила только шесть классов, и теперь сижу дома с братом, занимаюсь делами по дому, слежу за огородом. Родителей у нас нет, так что нам с дедом приходится всё делать самим. Учитывая, что он уже старенький и очень медленно ходит, большая часть забот ложится на меня. - Помнишь, о чём мы вчера говорили? - спрашивает дед своим скрипучим голосом и внимательно смотрит на меня. - Да, деда. - Не позволяй Митроше подходить к лесу и не оставляй его одного. - Я вечером хотела пойти к подруге. - Пойдёшь, только дождись меня. - Хорошо.       День проходит в рутинных делах, я совершенно забываю обо всём на свете, но всё же время от времени проверяю, чем занимается братик. Он играет с деревянной лошадкой. Потом мы обедаем, и когда я мою посуду, подходит и дёргает меня за подол юбки. - Гулять хочу. Ванька и Кирилл только что мимо пробегали, звали меня в окно. - И чего тебе дома не сидится? - недовольно буркаю я, вытирая мыльные руки о края фартука. - Придёт деда, тогда и пойдёшь. - Ну пожалуйста, - захныкал мальчик. - Почему всегда можно, а сегодня нельзя? - Попозже, подожди немного.       День уже начал клониться к вечеру. Я подшивала дедову рубашку, сидя у окна, чтобы свет падал прямо на ткань. Брат продолжал ныть и упрашивать меня. Я старалась не обращать внимания, но в конце-концов разозлилась. - Замолчишь ты или нет?! Сказано - дедушку жди. Неймётся ему!       Митрофаша надулся, ушёл в дальний угол и остаток дня сидел тихо.       Дедушка вернулся, когда уже началось смеркаться. - Что-то ты сегодня долго, - сказала я, помогая ему раздеться. - Ох, я по дороге ногу подвернул, еле дошёл, - пробормотал старик, кое-как доковылял до кресла и стал устраиваться там поудобнее. - Погода плохая, холодно, кости ломит. - Я пойду к Маше, хорошо? Давно собиралась к ней заглянуть. - Иди, я за Митрошей пригляну. Только не долго.       Я накинула шаль и выбежала из дома. Уже темнело, поэтому я быстро пересекла улицу, обогнула колодец и постучалась в знакомую дверь. Мне тут же открыла Машка, которая меня уже заждалась.       У меня было не так много друзей, Маша относилась как раз к тем немногим, кому я могла доверить свои секреты или запросто прийти в гости. Вместе с подругой мы весело провели время - пили чай, болтали обо всём и смеялись, гадали на любовь по заварке. Спохватилась я только тогда, когда на улице уже значительно потемнело. - Ой, Маш, я пойду, мне пора уже.       Я бежала в сумерках по прохладной траве, ветер растрепал волосы, а из-за серых облаков на темнеющем небе отчётливо проступила луна. Я ускорила шаг и неожиданно столкнулась с дедом, который торопливо ковылял мне навстречу. - Деда? Ты не дома?       Старик был растерян. Даже в темноте я заметила, как от волнения тряслась его голова и как лихорадочно блестели глаза. - Митроша... Убежал в лес. - Как убежал... - я застыла как вкопанная и почувствовала, как руки сами собой опускаются. - Не углядел за ним, старый дурак, - дед говорил сбивчиво и растерянно. - Погулять он попросился с друзьями, а я заснул... Проснулся - его уж и след простыл. Выхожу из дома, всех расспрашиваю,а ребятишки мне говорят, что в лес мяч укатился, вот Митроша и побежал. Говорят, отговаривали, но без толку.       Тут голос старика прервался, и он весь как-то ссутулился, обмяк.       Мы молча стояли посреди улицы. Ледяной ветер завывал в промежутках между домами, трепал деревья. По всей деревне начали зажигаться тусклые жёлтые фонари, озаряя дорогу и пространство вокруг себя.       Я сжала кулаки, невольно впившиеся в ткань юбки. Что же делать? - Давно это было? - Примерно полчаса назад. - Может быть, его ещё можно спасти...       Дед не ответил. По его виноватому взгляду, полному отчаяния и опущенному в пол, я поняла, что он совсем так не думает... - Ну неужели уже ничего не сделать? Так же нельзя! - Сомневаюсь, что найдётся смельчак,способный пойти ночью в лес... Туда и днём никто идти не согласится, тем более в одиночку, - глухо сказал старик.       Я оглянулась на кромку леса, темнеющую поодаль. Мой младший брат сейчас совсем один и нуждается в помощи. - Я пойду, - произнесла я непослушными губами и словно со стороны услышала собственный голос.       Дед со страхом и удивлением посмотрел на меня. - Может быть, ещё не поздно... Ты со мной? - но он не внял надежде в моём голосе и лишь отвернулся с виноватым видом. - Этот лес - жуткое место. Боюсь, его уже нет в живых, - проскрипел дед. - Я уже был там однажды и больше не хочу испытать весь тот леденящий душу ужас... И тебе не советую идти туда, если жизнь дорога.       Я испытала жуткую злость и разочарование. Это ведь по его вине Митрофаша убежал в лес! И сейчас дед просто будет дрожать от страха и ничего не сделает?!       Сомнений не было - он не собирался идти в лес. - Что ж... - при мысли, что придётся идти туда одной, внутренности пробрал холодок. - Пожелай мне удачи.       Я уже развернулась, но старик вцепился мне в плечо. - Не делай этого, прошу тебя. Ему уже не помочь, так не гробь же хотя бы себя...       Странно, но он его слов я только почувствовала ещё большую злость и решимость. - Я не стану, как ты, просто стоять и охать. - Подожди... Просто так тебе там не выжить. Запомни - ничего не бойся, жители зловещего леса всегда чувствуют твой страх. Опасайся тощего человека. Что бы ни случилось - не оглядывайся, он всегда будет преследовать тебя за спиной. И не останавливайся, иначе настигнет тебя...       Я сглотнула. От слов деда кровь застыла в жилах. Я совсем не хочу идти в этот лес... - Но самое главное - помни, что ты станешь совершенно беспомощна, если увидишь его. Не позволяй ему манипулировать тобой. Ты почувствуешь, когда тощий человек будет совсем близко, узнаешь по характерным звукам. Ни в коем случае не смотри на него! Закрой глаза и не открывай ни при каких обстоятельствах! - Хорошо...       Ну вот, мой голос уже дрожит, от страха трясутся поджилки. - Удачи тебе, дорогая, - он обнимает меня, а я всё ещё стою столбом, не в силах что-либо сказать.       Лес совсем близко, он шумит от ветра, зловеще шевелит своими тёмными кронами. И ждёт меня. Делая судорожный вдох, я ступаю на его территорию. Шаг за шагом отдаляюсь всё дальше от освещённой лампами деревни, оставляя за собой свою прошлую жизнь - родную избу, деда, подруг и друзей, ярмарки и веселье, наш огород, солнце и громкий смех. И вот уже стволы деревьев смыкаются за спиной, и я погружаюсь в темноту.