Чернилами и Кровью / Memoirs in Ink and Blood

Весь этот план был безумием чистой воды. Разве может толпа пони противостоять божьему гневу? Неужели Блюблад забыл, что Твайлайт чуть было не убила его в том тронном зале? Неужели эти пони не помнят, что в погоне за властью Твайлайт прикончила не кого-то, а двух самых могущественных богинь? Неужели они позабыли, что она убила наших родных и близких? Нам следовало скорбеть, а не веселиться. Поход на Кантерлот был наиглупейшей затеей. Даже если у нас и был шанс на победу, то он ничтожно мал. Почему эти пони готовы отдать свои жизни ради призрачных и, откровенно говоря, невозможных идей? Я годами был солдатом и капитаном стражи. Я воевал против грифонов и чейнджлингов. Я сражался и проливал кровь за свою родину как за рубежом, так и на родной земле, и я никогда не сдавался без боя. Вот только все это никаким боком не относится к моим попутчикам. Они были безоружными и совершенно неподготовленными к сражению. Мы могли бы отбиваться от врагов бубнами и скрипками, но им никогда не заменить старые добрые мечи и копья. Оглядев толпу, шагающую позади, я понял, что никто, кроме меня, не вытащит меч из ножен в случае опасности. А изменилось бы хоть что-нибудь, если бы каждый из них взял по мечу? Они не солдаты. Они фермеры, повара, почтальоны… Их уровень боевой подготовки не достает даже до уровня народного ополчения. Все они разбегутся при первом же намеке на битву. Мы шли прямиком в объятия старухи-смерти, но я должен заметить, что шли мы со всей торжественностью. Есть ли лучший способ заставить потомков помнить тех, кто погиб? Хотели ли Селестия, Каденс и бесчисленное количество других погибших столь жестокой смертью пони, чтобы их имена жили вечно? Не думаю. Даже если никто не будет помнить павших, то я буду. Я не буду петь. Я не буду танцевать. Я крепко возьмусь за свой меч и молча пойду вперед. Если мне суждено умереть, то я сделаю это, как солдат. Я встречу смерть с достоинством и с оружием в копытах. Я долго готовился к этому дню. В последний раз я посещал Кантерлот, чтобы отомстить за Каденс или умереть, и ушел я оттуда с пустыми копытами. Не проходит и дня в моей жизни, чтобы я не готовился к смерти. Для этого не нужно прилагать особые усилия - мои родители пропали, моя сестра хочет моей смерти, моя жена мертва. Судьба отлично подготовила меня к концу. Я постоянно прокручиваю в голове лучшие моменты своей жизни, размышляю над последними словами, задерживаю дыхание до потемнения в глазах… Речь Блюблада без сомнения была бесподобной, но что она из себя представляет? Всего лишь слова? Принцы добиваются своего словами, но Принцы не могут воевать. Войны ведутся солдатами, вооруженными копьями и щитами, мечами и пушками. Не словами. Так вот, кто я. Последний бастион здравомыслия в этом сумасшедшем мире. Вдруг кто-то дотронулся до моего плеча. Это была молодая кобылка не старше моей сестры. Голубая шкурка, серебряная грива. Под рваной звездной шляпой скрывалась легкая улыбка. – Станцуешь со мной? Я отрицательно покачал головой и отвернулся. – Почему нет? – Потому что в этом нет смысла! С чем мы идем на встречу с бессмертной богиней? С музыкой, танцами и кучкой смеющихся кобылок? Она может убить нас силой мысли, может стереть целые города с лица земли, но никто из вас все равно не додумался взять оружие. С помощью магии я достал свой меч из ножен. – Вот. Видишь этот меч? С помощью таких выигрываются войны. Ты можешь вспомнить войну, выигранную танцами? Кобылка молчала. Ее глаза медленно прошлись по лезвию. Остановив взгляд на довольно большой царапине, она приподняла бровь. – Кажется, твой меч поврежден. Довольно большая царапина. Что с ним случилось? – Я пытался убить Твайлайт. Когда мой меч коснулся ее ноги, он чуть было не разломился на две части. Будто ударил палкой по стальной колонне. А ведь я даже не ранил ее. – И ты считаешь, что в этот раз твой меч-таки поразит ее? Я, было, открыл рот, но осекся. Что я мог ответить? Да, мой меч бесполезен, но кем я буду, если не попытаюсь применить его в ход? – У всех мечей есть интересная особенность. Если ты обрушиваешь их на что-то, что скрывается за толстой броней, то никакого эффекта не будет. Но как насчет смеха и радости? Они очень заразительны. Неважно, за чем ты прячешься - за толстой броней или за мантией и колпаком - они все равно достанут тебя. Да и к тому же, ты вправду хочешь омрачить последние минуты своей жизни грустью и печалью? Я долго молчал, затем набрал полную грудь воздуха и шумно выдохнул. – Хорошо. Но только один танец. И мы пустились в пляску. В какой-то момент все мое горе и страх внезапно испарились. Я почувствовал что-то теплое и успокаивающее в своей груди. Я громко смеялся, кружась и вращаясь под несмолкаемую музыку. И тут мой взгляд упал на ножны. Меча больше не было. Я - Шайнинг Армор. И я всего лишь пленник тоски.