Вокруг толстушки за 80 дней

Бетти допила чашку горячего какао, поставила ее на тумбочку и закуталась в одеяло, кряхтя и шмыгая носом. Пролежав еще пару минут, девушка вытащила из подмышки градусник и, увидев цифру тридцать восемь и шесть, простонала, затем отложила прибор в сторону. Бет уже почти заснула, когда услышала скрип своей открывающейся двери. Паркс еле раскрыла глаза, чтобы взглянуть на посетителя. Она начала иронично смеяться, увидев на пороге Томлинсона, держащего в руках пакет из известного китайского ресторана. — Привет, — тихо проговорил он, проходя в комнату толстушки, — меня твоя мама пустила. — Напомни мне потом ее отблагодарить, — цокнула языком девушка и недовольно закатила глаза. Луи лишь улыбнулся и присел на кровать Бет. — Ну, думаю, ты ее искренне отблагодаришь, когда узнаешь, что я принес тебе еды. — Уж лучше я откажусь от всего сладкого, чем проведу с тобой свое драгоценное время. — Не ври, — парень распаковал пакет и достал оттуда одноразовую посудину с куриным бульоном и протянул его Паркс. — Я, вообще-то, болею: могу заразить тебя. — О, ты за меня волнуешься, — усмехнулся футболист. Бетти отхлебнула суп и немного нахмурилась, когда обожгла язык. — Зачем ты здесь? — Просто. Ты же в школу уже неделю не ходишь, ну вот я и подумал, что тебе тут скучно. — О, поверь, я бы хотела, чтобы кто угодно составил мне копанию, но только не ты. — Да хватит тебе уже. У нас же, вроде, хорошие отношения. Бет замолчала, не зная, что ответить. Она продолжила хлебать бульон, пока не доела все до конца. Луи не сводил с нее взгляд, даже не понимая, чем залюбовался, но его все это так умиляло. Толстушка казалась ему такой хорошенькой, что футболист случайно улыбнулся. Паркс начала кашлять, прикрывая рот краешком одеяла. Томлинсон подал ей стакан с водой, не прекращая еле заметно улыбаться. — Иди домой, а то потом еще будешь меня винить в том, что я тебя заразила. — Я спортсмен: я почти никогда не болею, — ответил он и плюхнулся на кровать рядом с девушкой. Она сначала недоуменно посмотрела на обезумевшего парня, а потом приняла таблетки, понижающие на некоторое время температуру. — Только не смей потом на меня в суд подавать. Пропустив эти слова мимо ушей, Луи включил телевизор и разместился поудобнее. Бет тут же простонала и откинула голову. Парень на нее удивленно посмотрел, и толстушка объяснила все тем, что за неделю насмотрелась телевизора на всю жизнь. Тогда юноша встал с кровати и начал осматривать полки девушки в поисках какого-нибудь другого занятия. Найдя коробку с его любимой настольной игрой, он улыбнулся, вытащил ее и снова плюхнулся на кровать Бетти. — Никогда не любила «Монополию», — сморщилась девушка. — Почему? — Потому что всегда проигрываю, — засмеялась она, открывая коробку и доставая фишки. Прошло около часа, Бет громко смеялась, подшучивая над Луи и его ошибками в игре. Она была искренне… счастлива? Да, странно, но девушка чувствовала себя такой открытой. Почему-то не надо было притворяться, быть той стервой, нелюбящей людей, выпускать свои иголки в качестве брони от обзывательств и нападок. Можно было просто быть той все еще маленькой девчонкой, ненавидящей проигрывать, любящей общение, хорошие шутки и борьбу подушками. Можно было быть легкомысленной девушкой, смеющейся над всем подряд, заигрывающей с парнем, мило улыбающейся и ни капельки не думающей о внешнем мире. Можно было быть просто… собой. Такой, какой она была с Кайлом. Вспомнив о друге, девушка немного изменилась в настроении. Она опустила свою подушку под предлогом, что ей надо отдышаться, а сама начала вспоминать последний разговор с другом, когда тот наорал на нее и буквально вышвырнул из своего дома. — Ты грустная, — заметив отрешенное выражение лица Бет, Луи тоже угомонился. — Нет, я просто устала. Кажется, температура снова поднимается. — Ну, я же вижу, что что-то случилось. — Эй, психолог, не копайся во мне и моей голове. — Это из-за меня? — Нет, Луи, я же сказала, что все хорошо! — постаралась придать обычное выражение лицу девушка, но лишь искривилась в гримасе отчаяния. — Тогда в Кайле? — Ты издеваешься?.. Томлинсон замолчал, продолжая смотреть на Бет, а потом потянулся к ней и обнял толстушку. Поначалу Бетти не двигалась, хотя хотела оттолкнуть юношу, но потом обняла его в ответ и прижалась щекой к его горячей груди, в которой часто и сильно билось сердце то ли от того, что он испытывал что-то от касания этой девушки, то ли от долгого поединка, после которого он запыхался и немного устал. — Он все равно любит тебя, — после нескольких минут молчания прошептал Луи, из-за чего Бет вздрогнула в его объятьях. — Но Найла он любит больше, — ответила толстушка, и по ее голосу можно было понять, что девушка плакала. Парень стал перебирать волосы Паркс, касаясь губами ее лба и не желая обрывать объятия и прекращать касаться девушки. — Ты его подруга, он любит вас по-разному, ты же и сама это знаешь. — Я всегда и у всех буду на втором месте. — Для меня ты многое значишь, — случайно вырвалось у Луи, и Бет, оторвавшись от парня, заглянула в его глаза. Они молчали. Минуту, две, три. Прошла, наверное, вечность, прежде чем Томлинсон приблизился к Паркс и коснулся ее губ своими. Девушка не решалась приоткрывать рот и отвечать на поцелуй, еще одна слезинка скатилась с ее глаз и попала на губы, Луи почувствовал ее соленый вкус и отодвинулся от девушки. Он с какой-то болью посмотрел на нее и нежным касанием стер слезы с лица Бет. — Тебе не идёт плакать, не в твоём характере. — Люди заставляют. — Тогда обещаю, что ты никогда не будешь плакать из-за меня. Бетти постаралась выдавить улыбку, и у нее получилось. Искренняя и легкая улыбка озарила ее лицо, и девушка уже не хотела ни о чем думать, кроме как о губах парня напротив. Она обвила его лицо ладошками и притянула к себе. Сквозь поцелуй Бет почувствовала, как приподнялись уголки губ Томлинсона, который положил свои руки на образовавшуюся за неделю болезни талию девушки. Да, Бетти скинула пару килограмм, пока болела, так как ее тошнило от еды и всякого упоминания о ней: уж такая была особенность всех ее болезней. Но девушка уже планировала наверстать упущенные кило после болезни в ближайшем макдональдсе. Их прервал телефон, вибрировавший в кармане парня. Луи достал его и посмотрел на экран, на котором высветилось имя его девушки. Томлинсон сбросил звонок и посмотрел на Бет, которая начала складывать «Монополию» в коробку. — Эй, не убирай, я хочу отыграться, — улыбнулся юноша, чтобы разрядить обстановку. — Ты не нуждаешься в этом. Думаешь, я не знаю, что ты поддавался? — Я ни капельки не поддавался, — ухмыльнулся он и дотронулся до тыльной стороны ладони Бет, чтобы та прекратила теребить край картонки. Бетти лишь кинула на него раздраженный взгляд и убрала руку. — Тебе пора, тебя уже Элис ждет. — Ничего, она, наверное, по пустякам звонит. — Не обманывай ни себя, ни меня, Элис тебе намного важнее меня. Парень молчал, опустив голову. — Не тебе это знать. Пока, — коротко ответил Томлинсон и вышел из комнаты Бет.

***

— Кайл, пожалуйста, поговори со мной, — Бет подошла к другу в коридоре, но он, проигнорировав девушку, лишь дернул плечом, скидывая руку, и направился в класс. — Ну что я сделала-то? В чем я виновата? Почему ты злишься на меня? Слова, кинутые вслед Уилсону, остались проигнорированными. Паркс, глубоко и отчаянно вздохнув, поплелась в физкультурный зал на урок, от которого она не могла отвертеться. Да уж, первый день после болезни выдался ужасным и сложным. Бет сидела на трибуне, отдыхая после тяжелого бега, когда к ней подсел Луи, счастливый после забитого баскетбольного мяча в корзину. Они просто молча сидели, наблюдая за тем, как парни из класса сдавали нормативы. Вскоре пришла очередь девчонок, и Паркс, с кряхтением встав со скамьи, направилась к тренеру. Толстушка еле-еле сдала все упражнения на оценку «удовлетворительно» и измученная направилась к Томлинсону, до сих пор не прекратившему смеяться над тем, как она грохнулась с каната, на который пыталась забраться в течение десяти минут. В конце урока учитель выстроил всех в линию и начал свои объявления. — На этой неделе мы едем в другой город, чтобы взять реванш. После недавней неудачи в футболе нам предоставили возможность отыграться с местной командой того города, в который мы обязаны прибыть через три дня. — А как далеко мы собираемся? — спросил кто-то из присутствующих, и тренер что-то невнятно ответил, ну, может, и внятно, вот только Бет его не слушала, она наблюдала за тем, как Луи обмахивался собственной футболкой, которая приподнималась и открывала вид на потрясающе накаченный и загорелый пресс. После уроков, когда Паркс выходила из школы, она заметила на стоянке Луи и Кайла, которые что-то бурно обговаривали. Девушка взяла себя в руки и подошла к парням. — Что-то случилось? — спросила она, встав около ребят. — Да, случилось. Представляешь, он хочет в футбольную команду! — развел руками Томлинсон и усмехнулся. — Зачем это тебе? — нахмурилась Бет, но в ответ опять получила тишину. — Серьезно, Кайл? Решил элитой заделаться? Надоела жизнь лузера? Уилсон, ты шутишь или издеваешься? Решил меня кинуть? Блин, я не понимаю, что с тобой происходит? Почему с того момента, как появился Найл, ты стал все больше и больше отдаляться от меня?! Неужели я настолько идиотка, что надоела даже лучшему другу?! — к горлу девушки начал подкатывать ком, а глаза наливались слезами. — Эй, Бет, успокойся. Кайл, с чего ты взял, что тебя возьмут в команду? Даже если тренер смилуется, никто из ребят тебя не примет. Ты и сам знаешь, почему. — Заткнись, Томлинсон, пока я тебе не врезал. — Да что с тобой, чувак? — Да просто вы все меня задолбали, — кинул он и быстрым шагом ушел с парковки. — Эй, иди сюда, — прошептал парень и притянул Бетти к себе. — Ты снова плачешь. Девушка ничего не ответила, а лишь прижалась щекой к горячей груди Луи и прикрыла глаза. Через пару минут ребята сели в машину и направились к дому Паркс. Луи не был сосредоточен на дороге, он все время поглядывал на Бет, старающуюся незаметно вытереть слезы. Парень прекрасно знал, что эта особа не любила казаться слабой, никогда не плакала при людях, ненавидела, когда ее жалели. Томлинсону пришлось отвлечься, когда на телефон пришла СМСка. «Твое время закончилось» Луи закатил глаза, прочитав эти слова, парень не верил всем этим угрозам. Что ему могли сделать? Томлинсон чуть посмеялся про себя и вновь перевел взгляд на Бет. Пара подъехала к дому, и девушка вышла из машины, даже не попрощавшись с парнем. Когда она уже почти дошла до входа в здание, Луи тоже выбежал из транспорта и догнал толстушку. Вместе с ней он добрался до нужного этажа и вошел в квартиру. Ребята не говорили друг другу ни слова, но парню и без слов было понятно, что Бет нуждалась в поддержке и чьем-то обществе. Бет плюхнулась на кровать, как только зашла в свою комнату, Луи присел рядом с ней и начал гладить девушку по голове. Казалось, сердце футболиста готово было разорваться от жалости, но он держал себя в руках от излишних слов. — Останься со мной, — прошептала Бет, беря руку парня в свои ладошки. Луи незадумываясь прилег рядом с девушкой и притянул ее к себе. Паркс лежала к Томлинсону спиной, касаясь его груди, и еле слышно всхлипывала. Опять. Девушка не хотела так часто плакать, но не могла сдерживаться. Люди заставили. Парень чувствовал, как подрагивало тело Бетти, и сам чуть ли не начал реветь только от того, что чувствовал боль дорогого ему человека; его грудь сжалась, а сердце начало биться сильнее. Томлинсон положил свой подбородок на макушку толстушки и закрыл глаза, одновременно наслаждаясь теплом и запахом ее тела и разрываясь на части от осознания, что девушке ужасно плохо. В ту ночь двое подростков просто лежали рядом, стараясь разделить друг с другом боль и счастье. Им обоим нужна была всего лишь поддержка, понимание и кто-то неравнодушный рядом. Они лежали в обнимку, дыша в унисон и согреваясь теплом друг друга. Они лишь были рядом, вместе. Они лишь чувствовали что-то невероятное в своей груди. Они лишь, казалось, были влюблены.