Разве такое возможно?

      - Так значит, вы попали сюда во время шторма? - Муртаг подбросил веток в костёр.       "Именно так," - отозвалась Иорандива.       Дело в том, что дракониха поняла, что ей и Эйлин самим до Эрагона не добраться, и поэтому она с неохотой поведала Муртагу то, что с ними приключилось. Особо в подробности она не вдавалась, но для Всадника вполне хватило пары фраз, чтобы воссоздать картину произошедшего. В то время, как Муртаг и Иора вполне мирно беседовали, Эйлин под чутким присмотром Торна пыталась приготовить мясо какого-то животного. Нет, будь не тушке шерсть или хотя бы уцелели лапы, эльфийка, возможно, смогла бы определить, кто это, но Торн, может случайно, а скорее всего, намеренно опалил шерсть животного и откусил стопы конечностей, как впрочем, и голову, чем рассердил даже Муртага. Спустя время Эйлин удалось приготовить ужин и она решила присоединиться к Иорандиве и Всаднику, чьё имя пока ещё было ей не известно. Она догадывалась, что должна была что-либо слышать о нём, но при этом с сожалением осознавала, что память у неё похуже решета.       - Как твоё плечо? - Эйлин посмотрела на рану драконихи, обильно смазанную непонятной слизью с запахом мяты.       "Всё хорошо," - успокоила эльфийку Иора. - "Мне уже не так больно. Спасибо," - обратилась дракониха к Муртагу.       -Пока рано благодарить. Скажешь это когда рана зарубцуется, - отмахнулся парень.       - Зарубцуется... - неожиданно в памяти Эйлин начали всплывать заученные когда-то в детстве слова. - След от рубца...       Муртаг вопросительно посмотрел на Иорандиву, на что та лишь фыркнула, не зная, как оправдать свою Всадницу.       - У него красный дракон,       По имени Торн.       Он: Всадник-беглец,       Ему Морзан отец.       Меч Заррок он прячет в ножнах,       С ним надо быть осторожным.       Чёрные волосы, пустые глаза,       На душе полосы, на спине след от рубца... - начала шептать Эйлин, вспоминая стишок, который Ванир сочинил в качестве считалочки, когда они были ещё детьми.       Муртаг напрягся, вслушиваясь в тихие слова.       - Из лука ловко стреляет,       Стрелою разя, убивает.       На службе у Тёмного Всадника был,       Но вскоре сбежал и его след уж остыл.       Укрылся с драконом своим навсегда,       Сбежал, разделила нас с ними вода.       Не храбр, но не трус,       Свободу знает на вкус.       Приметы все в одно собери,       Вокруг себя всех осмотри -       Наверняка он где-то тут.       Знай... - Эйлин чуть запнулась - ... Муртагом его зовут! - она в ужасе отпрянула от парня, сидящего рядом с потерянным выражением лица.       - Да, всё верно. - отвернулся он.       Эйлин посмотрела на Иорандиву, но та, к удивлению Эйлин, не разделяла её страха. Напротив, она относилась к Муртагу благосклонно.       "Нет, не всё! - возразила она. - Эйлин, ты, как и многие другие, не знаешь всей правды! Но мы, драконы, знаем. Я чувствовала всё, что происходило вокруг! Ещё до того, как я проклюнулась из яйца ради тебя, Эйлин, я знала то, что не может знать никто кроме меня самой, Торна и Муртага!"       Эйлин пристыженно отвела взгляд и приготовилась слушать.       "Скажи мне, Эйлин, сколько драконьих яиц было у Гальбаторикса?" - спросила Иорандива.       - Четыре. - уверенно ответила эльфийка.       "Вот тут-то ты и ошибаешься," - Иора прикрыла глаза. - " И не только ты, а весь мир. И даже, сам Гальбаторикс считал, что он владеет лишь четырьмя драконьими яйцами."       Эйлин непонимающе смотрела себе под ноги:       - Но разве это не так?       Иорандива проигнорировала вопрос и продолжила:       "Одно из яиц удалось выкрасть варденам. Из него на свет появилась Сапфира, всадником которой стал Эрагон. Из второго яйца появился Торн," - янтарные глаза драконихи обратились на красного дракона. - "Из третьего, уже после свержения Гальбаторикса, появился Фирнен. Его Всадницей, как тебе прекрасно известно, стала Арья." - Иорандива посмотрела на Эйлин. - "Итак, теперь слушай внимательно. У эльфов осталось ещё одно непроклюнувщееся яйцо. Из него вылупилась я. Казалось бы, всё сходится: четыре яйца и четыре дракона. Но..." - Иорандива выждала паузу - "Последний из четырёх драконов должен был быть самцом."       Эйлин только сейчас задумалась над этим.       - Действительно, ведь Сапфира говорила, что она: последняя самка! - припомнила эльфийка.       - Сапфира ошиблась. - теперь рассказывать решил Муртаг. - В Хранилище действительно было только четыре яйца и только в одном из них была самка. Это и была Сапфира...       - Но откуда тогда... - Эйлин не понимала.       - Не перебивай. - попросил Муртаг. - В Хранилище было четыре яйца и все они были гладкими, как полированные самоцветы. Когда Торн выбрал меня и появился на свет, Гальбаторикс заставил нас принести ему две клятвы. Одна из них - на верность ему. Второй была клятва, обязывающая нас таить место, где он хранил Элдунари драконов. - Муртаг вздохнул. - Однажды он позволил мне выбрать себе три Элдунари, чтобы у меня хватило сил победить Эрагона... - Муртаг словно погрузился в воспоминания и его глаза безучастно изучали узоры на рукояти Заррока. - Мы вошли в закрытое от солнечного света помещение. Вокруг нас мерцали Сердца Сердец. Это было великолепное и в то же время ужасное зрелище... Я долго не мог определиться. Два Элдунари я взял сразу. Золотистое и красное. А вот третье я никак не мог подобрать. Но я нашёл то, что искал. В самом дальнем углу коридора. Оно показалось мне не таким, как все остальные Сердца Сердец. Я выбрал его, чем весьма удивил Гальбаторикса, ведь запас сил того Элдунари был мал, а душа заточённого в ней дракона - неокрепшей. - парень ненадолго замолчал, но вскоре возобновил свою речь. - Позже я учился обращаться с Сердцами Сердец. Одного из драконов я обезволил под присмотром Гальбаторикса. С другими он велел мне справиться самому. На следующий день я сломил душу и второго дракона. У меня осталось всего одно Элдунари. То самое. Последнее. Сколько бы я не пытался, мои мысленные потоки не нашли ни одной щели в душе заточённого дракона. Я вечно словно натыкался на гладкую свинцовую стену. Стену за которой пульсировало не только сознание, но и сама жизнь. И тут мне в голову пришла одна догадка. - Муртаг посмотрел на Иорандиву. - Это было не Элдунари. Это было яйцо, искусно замаскированное под слоем горного хрусталя. Белое, как свежевыпавший снег, и холодное, как лёд. Я избавил скорлупу яйца от покрывавшего её слоя камня. С помощью Торна я узнал, что дракончик, ждущий своего часа в яйце - самка. И тогда я решил бежать. Мы могли бы возродить род драконов! Но вот беда: дракониха могла вылупиться только рядом со своим Всадником. Побег пришлось отложить... - Муртаг ещё раз посмотрел на свою ногу, убеждаясь, что хорошо прижёг рану. - Когда Гальбаторикс отправил меня сражаться с Эрагоном, я взял с собой и Элдунари, и яйцо. Во время битвы я почувствовал, что дракончик пошевелился. Я побоялся, что Сапфира почувствовала это. Отдавать яйцо кому-либо мы с Торном не были намерены и поэтому улетели, сохранив и свою тайну, и жизнь моего брата. - Муртаг вновь уставился на Заррок. - Скрывшись из поля зрения Сапфиры и Эрагона, мы тайно вернулись во дворец и выкрали второе белое яйцо, так как белые драконы встречаются крайне редко. Ведь Северные не так уж часто попадаются на глаза, а уж служить Всадникам и вовсе отказывались. На место украденного яйца я поместил искусную подделку.       - Но, если ты выкрал оба яйца, то как одно из них потом оказалось у эльфов? - Эйлин решила узнать всё, что только возможно.       "Прояви терпение," - громогласно произнёс Торн.       Эйлин вздохнула и присела на камень рядом с Муртагом.       - Я хранил оба яйца у себя и забрал их, когда нам удалось скрыться от всех. А когда узнал, что вардены штурмуют Урубаен, мы вернулись. Изменив свою внешность, я оставил Торна в отдалении, а сам пробрался в Хранилище. Мне удалось забрать подделку и положить на её место яйцо с драконихой, а вот второе я оставить не успел. Мне пришлось спрятаться за каменную колону и оттуда лишь наблюдать за тем, как уносят зелёное и белое яйца. Будущих Фирнена и Иорандиву. - Муртаг устало ссутулился.       - А то последнее яйцо до сих пор у тебя? - не могла поверить в услышанное Эйлин.       - Да. - Всадник кивнул и прихрамывая подошёл к глухому концу пещеры.       Поддев ножом и вытащив один из камней, Муртаг жестом указал на углубление в горной породе, где сверкала белая скорлупа.       - Невероятно... - Эйлин с любопытством смотрела на яйцо. - А почему ты не отдал его варденам?       -Сомневаюсь, что они поверили бы мне. - Муртаг вернул камень на место. - И потом, сын Морзана - это, как клеймо. Я для них враг. - парень нахмурился. - Даже если это не так...