Исключение из правил

      Я вошла в кабинет Кировой с очень плохим предчувствием. Если вас когда-нибудь вызывали на «ковёр» в первый учебный или рабочий день, вы в полной мере поймёте гамму эмоций, которую я испытывала, только лишь взявшись за ручку кабинета директрисы.        – Здравствуйте, Мисс Хезевей! – сказала Кирова, смерив меня недовольным взглядом. – Страж Петрова, спасибо, вы свободны.        – Здравствуйте, директриса Кирова! – спародировала я её.        – Присаживайтесь! – и указала мне на кресло напротив её стола. – У нас с вами будет серьёзный разговор.       «Ой, не к добру это всё, Роуз! Ох, не к добру!» – вопило подсознание. Приказав ему заткнуться, я с опаской села в кресло, на которое указывала Кирова.        – Итак, насколько я знаю, вы провели всё лето в Академии, поэтому, видимо, не в курсе некоторых изменений, произошедших в мире, – пропела она с издёвкой.        – Вы правы, – выдавила я из себя. «Нельзя, нельзя срываться, Роуз, не в первый учебный день. Ещё год и ты больше не увидишь эту суку!»        – Тогда приготовься слушать меня предельно внимательно. То, что я скажу, должно остаться между тобой и мной в стенах этого кабинета, – сказала она серьёзно и посмотрела на меня, ожидая ответа.       Поведение директрисы удивило. Как правило, в этом кабинете я получала всевозможные выговоры и гадала, какое новое наказание придумает мне Кирова…       Но секретничать с ней – это… хм-м-м-м… как минимум, необычно.        – Я слушаю, директриса Кирова, – сказала я с усмешкой.        – Ты прекрасно осведомлена, что 3 года назад Королева Татьяна издала указ, по которому все морои, владеющие стихиями огня и воздуха, обязаны проходить подготовку для борьбы со стригоями. Физическая подготовка, а так же применение стихии, – она замолчала, но спустя некоторое время продолжила, – а морои могут добровольно посвятить себя благородному делу – борьбе со стригоями наравне с дампирами… – женщина невесело усмехнулась на последней фразе.       Я кивнула. Да, об этом я знаю, как никто другой... Но я совершенно не понимала, к чему собеседница клонит.        – Итак. А теперь перейдём к конфиденциальной информации. Королева Татьяна тяжело больна, и врачи не понимают что с ней. Она медленно, но верно умирает.       Я открыла рот от удивления:        – Не может быть! Лисса видела Королеву пару месяцев назад, и всё с Татьяной было в порядке! – воскликнула я.        – Мисс Драгомир видела лишь то, что ей показали, как и другим. В реальности дело обстоит несколько иначе. Будет оптимистично предположить, что Королева Ивашкова проживёт ещё пару лет. Год максимум, – Кирова вздохнула и внимательно посмотрела на меня.        – Директриса Кирова, я… Я не понимаю к чему вы ведёте и зачем рассказываете это мне, – запинаясь пробормотала я, чувствуя, что опасения по поводу неприятностей всё-таки оправдались.        – А затем, Мисс Хезевей, что Королева Татьяна передаст трон Василисе Драгомир.       Я сидела в кожаном кресле и пыталась переварить услышанное. Шестерёнки в мозгу начинали потихоньку приходить в движение. Мозг начал работать и…        – То есть, Лисса станет Королевой? Совсем скоро? – спросила я, до последнего надеясь, что шестерёнки в голове всё-таки неправильно сработали.        – Совершенно верно, Мисс Хезевей! – хитро улыбнулась Кирова. – А вы сегодня на удивление быстро соображаете.       – Желание поскорее убраться отсюда мотивирует к быстрому мышлению, – огрызнулась я в ответ. – Но почему сразу не сказать Василисе? А ещё причём тут я?        – А тут начинается самое интересное! – опять на лице женщины заиграла улыбка голодной пираньи, которая учуяла жертву. – Слишком многие из королевских мороев и просто знатных представителей нашего общества спят и видят, как занимают королевский трон. Сейчас никому пока не известно о болезни Королевы, и если новость всплывёт раньше времени, то войны за трон не миновать. Василиса – отличная кандидатура на место Татьяны. Она сможет с достоинством продолжить дело нынешней Королевы. Это – ответ на ваш первый вопрос. А вот со вторым вопросом немного сложнее.        – Я думаю, я в состоянии понять, – прервала я затянувшееся молчание.        – Ваша крепкая дружба, Мисс Хезевей, с Мисс Драгомир ни для кого не секрет, – Кирова посмотрела мне в глаза, а моё сердце ёкнуло. «Ну вот, Роуз, кажется, сейчас оправдается твоё предчувствие!»– шепнуло сознание. «Иди в зад, Нострадамус» – подумала я.       Кирова тем временем отвела от меня взгляд и продолжила, меланхолично рассматривая какую-то современную картину на стене кабинета:        – Поскольку вы крайне дороги Мисс Драгомир, то вас легко можно сделать пешкой в политической игре… – она вновь взглянула на меня, и её взор был полон… сочувствия? – Я не говорю о том, что вы способны предать Мисс Драгомир, я говорю о том, что с вами может случиться что-то, от чего Мисс Драгомир будет вынуждена делать то, что ей совсем не стóит делать.        – Например? – я скептически посмотрела на Кирову.        – Гм-м-м… Например, вас, Мисс Хезевей, могут в любое время убить. Скажем, несчастный случай. Или же похитить и шантажировать Мисс Драгомир, угрожая расправой с вами. Или, например, если это не сработает, применить к вам принуждение, что вы будете уже не Мисс Хезевей, а марионеткой в руках умелых кукловодов. И сейчас вы должны понять, что если всё сложится так, как хочет Королева Татьяна, то сценарии, мной озвученные, смогут стать реальностью. Остальные варианты развития событий я предпочту оставить при себе, – директриса вздохнула и опустила глаза на бумаги, горами возвыщавшиеся на столе.        – Я поняла вас! – сказала я твёрдо, хотя внутри всё сжималось от страха не столько за себя, сколько за Лиссу. – Что нужно от меня? Ведь вы бы не позвали меня просто так, чтобы поделиться новостью и обсудить возможные последствия.        – Мисс Хезевей, вы сегодня определённо быстро мыслите! – зло усмехнулась Элен. – Пока Королева Татьяна уверена в своём решении и не собирается его менять, и вы, и Мисс Драгомир, находитесь под угрозой. Ведь и вас, и Василису проще убрать, пока Королевой ещё является Татьяна. Поэтому к вам обеим будут приставлены личные стражи, – она подняла руку, не давая себя перебить, – и это будет выглядеть как дополнительная охрана для Академии, но у стражей будут чёткие инструкции относительно вас и Мисс Драгомир.        – Всё бы ничего, – оскалилась я, тщетно пытаясь изобразить улыбку на лице, – но мне не нужна охрана! Вы наверняка осведомлены о моих успехах в плане физической подготовки и умений поджигать всё, что движется и не движется… – я с вызовом посмотрела на Кирову. – Я не бессильна, поэтому, я повторю вам ещё раз, мне не нужна дополнительная охрана! Лучше приставьте дополнительную охрану к семье Лиссы, ведь её семья в таком случае будет в первую очередь под ударом!       Внутри закипала злость: я давно забочусь о себе, смогу и на этот раз.        – Семья Драгомир постоянно проживает в пределах Двора. А там охрана усилена на столько, на сколько это возможно. Они гарантировано под защитой, в отличие от вас. И вопрос приставления к вам стражей не обсуждается! – повысила голос Кирова.        – Хорошо, тогда как вы собираетесь объяснить Василисе, что за ней и за мной везде увязываются стражи, не говоря правды? – не отступала я.        – Ненадолго хватило вашей быстрой мыслительной деятельности, Мисс Хезевей! – засмеялась директриса. – Здесь всё ещё проще. Мисс Драгомир – морой королевских кровей, поэтому к ней я приставлю минимум 2 стража. А объяснить происходящее будет довольно легко: нападения стригоев становятся более изощрёнными и искусными. Есть информация о том, что на несколько других академий совершили нападение стригои. Поэтому будет усилена охрана всех мороев из королевских семей.        – Но я не из королевской семьи, директриса, – заметила я, наслаждаясь скорой победой в споре с Кировой.        – Что ж, с этим мы разберёмся чуть позже! – она потёрла рукой висок и прикрыла глаза. – Вы не должны никому говорить о нашем разговоре, Мисс Драгомир в том числе. Постарайтесь не вызывать подозрений своим поведением относительно стражей, старайтесь не обсуждать эту тему с Василисой. Собственно, вот и всё, что от вас требуется.       Я старательно пыталась обдумать всю информацию, которую она преподнесла. Но она никак не хотела укладываться в уме. Мысли путались, и в голову лезла откровенная ерунда. Что-то подсказывало, что Кирова права в своих предположениях. А спор с ней в данном случае совершенно неуместен, ведь под угрозой безопасность Лиссы. Когда молчание затянулось, я вновь его нарушила:        – Директриса Кирова, это всё? Я могу идти?       Она подняла на меня глаза, которые выражали что-то, я не могла понять что.        – Да, Мисс Хезевей, это всё, вы можете идти, – снова холодный и деловой тон Директрисы-суки-Кировой. Признаюсь, было приятно слышать знакомые нотки в её голосе. Они немного возвращали из тяжелых раздумий, которые уже поселились в моей голове и душе, в реальный мир.       Я встала и направилась к двери. Как только рука коснулась холодного металла, Кирова вновь окликнула меня:        – Мисс Хезевей, и ещё одно… – я обернулась и встретилась с пронзительным взглядом. – Будьте осторожны.        – Хорошо, спасибо, – пробормотала я и вылетела из кабинета.       Добравшись до своей комнаты, я совершенно без сил рухнула на кровать. Бездумно смотрела в потолок и понимала, что не в состоянии обдумать и переварить всё, что услышала в стенах кабинета директрисы Кировой.       Я закрыла глаза, и меня начало постепенно затягивать в пучину сна. И в затуманенном сном сознании вспыхнула только одна мысль: «Да, ничего себе первый учебный день выдался!» А в голове вертелась строчка из одной любимой мной песни «Sanctus Espiritus redeem us from our solemn hour»* *«Sanctus Espiritus redeem us from our solemn hour» – Святой Дух, спаси нас в этот тёмный час. (с) WithinTemptation – Our Solemn Hour