Чудес не бывает (рабочее)

Где-то шестнадцать лет спустя… Эллис открыла глаза. Даже это простое движение отозвалось тупой болью в ее голове. В поле зрения возник доктор Липпето. - Ну что, моя дорогая, как самочувствие? Эллис в течение трех секунд всматривалась в ненавидимое ею лицо, за прошедшие годы покрывшееся множеством морщин, затем с трудом разлепила засохшие потрескавшиеся губы и прохрипела: - Пошел к черту. Услышав привычный, лишенный эмоций голос, доктор Липпето удовлетворенно кивнул: - Раз ругаешься, значит все ОК, – он повернулся к парню по имени Ганс, стоящему у него за спиной. - Присоединяй. Тело Эллис начала опутывать паутина из различных датчиков, установка каждого вызывала неприятные ощущения, но на лице девушки это никак не отражалось. Организм Эллис уже давно не принадлежал ей, за все годы заточения в подземной лаборатории он претерпел множество изменений. С рождения Эллис была обычным мутантом, в теле которого мутировавшие гены роднили ее с тигроподобным животным. У нее был хвост, который мог втягиваться в тело параллельно позвоночнику, вторые уши на макушке, способные укладываться на голове таким образом, что их не было заметно, втягивающиеся подкожные когти на пальцах, а также с возрастом позвоночник обрел возможность трансформироваться для бега на четырех конечностях. После многочисленных опытов были подобраны несколько ДНК, которые организм был в состоянии встроить в свой код. После приживания генов тело могло использовать привитые способности. Доктор Липпето ни один месяц потратил на поиск и комбинирование различных мутировавших генов, чтобы они, при помещении в одно определенное тело, не разорвали бы его на части. Внедрение в ее гены новых ДНК привело к тому, что за спиной у Эллис развевались огромные черные крылья, которые при ненадобности могли опадать черным плащом. На руках между костяшек покоилось по три адамантиевых вживленных когтя (доктор Липпето посчитал это сходство с «Оружием Икс» довольно забавной деталью). Была привита способность холодного лазерного взгляда, который позволял расщеплять предметы до состояния морозной пыли. Изменения претерпело не только тело, но и мозг. Эллис могла передавать свои мысли на небольшое расстояние, а также закрывать их от считывания. В ее тело влились не только сами генетические изменения, но и в подсознание были искусственно введены данные о владении этими способностями, вырванные из памяти прежних носителей генов. Именно срастание способностей и знаний проверял доктор Липпето, вводя Эллис в глубокий транс с помощью гипно-луча. Единственное что настораживало Раймонда, так это то, что с каждым введением ей требовался все больший и больший заряд. Он не понимал, за что она борется. И почему бы ей просто не сдаться и полностью не подчиниться гипно-лучу? Раймонд рано или поздно все равно найдет способ как вырубить ее, так почему бы не сделать это добровольно? Подобные мысли все чаще приходили в его голову. Вот уже год как подопытное тело достигло необходимых параметров, и теперь действительное сознание Эллис было совершенно не нужно, сейчас оно скорее мешало. Однако сходить с ума подопытная категорически не желала. Об этой проблеме Раймонд думал, пока Ганс настраивал приборы, и был поглощен до такой степени, что произнес свой вопрос: - Почему ты хватаешься за жизнь, если ты и так мертва? Поняв, что сказал это вслух, доктор Липпето мысленно чертыхнулся, но все-таки захотел выслушать ответ. На лице Эллис появился характерный оскал, который заменял ей улыбку последние десять лет. Она прохрипела в ответ: - Если я уйду из тела, то ты получишь то, что так давно хочешь и к чему стремишься - послушного робота? Подумав, доктор ответил: - Да. Эллис прикрыла глаза: - Вот я и живу ради того, чтобы тебе это так легко не досталось. Чтобы ты, тварь, еще помучился, – ее лицо не выражало ничего при этих словах. Доктор был прав, она была практически мертва. Смыслом ее жизни стало жгучее желание выжить ради мести, на которую она еще надеялась, несмотря на безвыходность своего положения. Все остальные эмоции сгорели в огне ненависти. В детстве Эллис пыталась воздействовать на Раймонда словами, она просила прекратить это жестокое действо и просто убить ее, но все это не возымело успеха, убивать разум подопытной тогда было еще рано, тело не развилось до необходимого минимума. Потом слезы кончились, и стала зарождаться та лютая ненависть, на которой она жила теперь. Эта ненависть пыталась выходить в трехэтажном мате, которым девочка покрывала доктора, именно тогда Раймонд осознал, что в обучающую программу зря включили ненормативную лексику. Но и это не давало результата. С четырнадцати лет она стала просто безразличным камнем. Безразличным ко всему: внешнему воздействию, боли и эмоциям внутри нее, тем, которые еще тогда оставались. Позже исчезли и они. Где-то в глубине души Эллис надеялась, что когда-нибудь настанет тот момент, когда она сможет разрезать доктора на кусочки. На много маленьких кусочков. Ну или хотя бы увидит его мертвое тело. Этот человек не должен был жить дольше нее… Томас Кэрриган подозревал, что у отца есть комплекс хорошо спрятанных лабораторий. Он также знал примерный список ученых, которые могли бы взять на себя разработку воинов-зомби. Томас поочередно устанавливал наблюдение за каждым из них. Но хоть какие-то неоднозначные результаты принесла лишь слежка за двумя: доктором Раймондом Липпето и доктором Майклом Френсисом. Кэрриган младший, неплохо знавший своего отца, понимал, что Джек с большим удовольствием сотрудничал бы с Липпето, и устроил за ним настоящую охоту. Он знал обо всех передвижениях доктора и со временем вычислил подземный комплекс лабораторий. В рекордно короткие сроки он подготовил военную группу, которая должна была участвовать в их захвате. Уже был назначен определенный день операции. Задача была такая: захват лабораторий, полное удаление документации, захват или уничтожение сотрудников и самого Липпето, а также истребление воинов-мутантов, которых там создали. Пленных не брать, в живых из созданий лаборатории не оставлять никого… Сейчас Джек Кэрриган вряд ли назвал бы своего сына пацифистом. Эллис открыла глаза. Ее тревожило странное чувство, будто на нее кто-то смотрит, и не просто так, а через оптику прицела. Эллис медленно разлепила губы и прохрипела: - Раймонд, прекрати свои штучки. Я тебя уже обнаружила, – слова срывались с трудом. Голосовые связки были уже давно деформированы различными опытами, они позволяли только рычать и хрипеть. Дверь в палату открылась, вошел доктор Раймонд в сопровождении Ганса. - Датчики сработали на твой голос. Что ты сказала? – глаза доктора внимательно вглядывались в лицо Эллис. Девушка ничего не ответила, ее глаза оставались такими же пустыми. Доктор достал пульт, включил экран на стене, отмотал запись, ведущуюся в комнате, к нужному месту и включил звук. Прослушав сообщение, он удивленно спросил: - И что ты ощущаешь сейчас? - Что сейчас произойдет выстрел… Тихо чпокнуло окно. В нем образовалась маленькая дырочка. Такая же дырочка оказалась ровно меж глаз Ганса. - Дьявол! – выругался Раймонд. Он нажал несколько кнопок, и на окна легли бронированные покрытия, а в палату вбежали люди в камуфляже. - Что происходит?! – гневно спросил доктор Липпето. - Нас атаковали. Захвачены верхние этажи здания, – коротко доложил командир подразделения. Помедлив некоторое время, Раймонд отдал приказ: - Уходим под землю. Эту, – он указал на Эллис, – вместе со столом в грузовой лифт. Бойцы схватили тележку с девушкой и потащили к лифту. Они действовали оперативно, но недостаточно быстро, чтобы скрыться от солдат Томаса. После того, как они спустились на нижние этажи, прошла всего лишь минута, а главные двери уже стали дрожать от взрывов снаружи. Тогда доктор Липпето пошел на самый последний и отчаянный шаг – он активировал гипно-луч и направил его на Эллис: - Извини, милая, но тебе придется защитить нас и разобраться с этими бравыми ребятами. Эллис посмотрела на него затуманенным взглядом. У нее появилась надежда, что солдаты пришли для того, чтобы ее освободить, а эта тварь в халате требует, чтобы она их убила. - Я не буду это делать. - Будешь, милая, будешь! - Пошел на... – но Эллис не договорила, Раймонд нажал на курок. Под действием самого мощного разряда гипно-луча она поднялась с тележки. Липпето достал из чехлов два адамантиевых меча и вложил их в ножны, вживленные в спину девушки вдоль позвоночника. - Гордись, даже за пару граммов этого редчайшего сплава люди готовы на убийство. А у тебя за спиной целое состояние, - похлопал подопытную по плечу доктор. Под направляющей командой Эллис двинулась к двери. Однако что-то в ее медленной походке встревожило Раймонда. Он передал ей пси-команду: Быстрее! Но девушка не послушалась. Она медленно развернулась к нему и прорычала: - Я не пойду убивать их, – каждое слово давалось с огромным трудом. - Но ты так же и не сможешь вырваться из-под воздействия луча! – крикнул ей Раймонд. – Скоро твои силы иссякнут, и тебе придется подчиниться! Где-то внутри Эллис что-то взорвалось, какая-то перекладинка сдвинулась, и вся копленная годами ярость с рычанием вырвалась наружу. Одна часть сознания рванулась из этого страшного места, в ней еще оставалось что-то хорошее, не испепеленное ненавистью. Другая же часть требовала немедленной смерти всех присутствующих. Сознание начало разрываться. Боль, наполнившая тело, попросту выключила сознание той части, в которой еще жили какие-то чувства, которая носила имя, данное девочке при рождении, – Эллис. Эта часть была слишком слаба. А второе сознание, сложившееся в разуме девушки во время боевых тренировок, – Тера, с мощным эмоциональным выбросом ворвалось в тело. Сильный скачок энергии заставил среагировать один из мощнейших компьютеров, преобразовавший сигнал, который отразился в голове профессора Чарльза Ксавье… На самом деле раздвоение и перемещение заняло несколько секунд, и никто, кроме доктора Липпето, не заметил изменений, произошедших в девушке. Раймонд, присмотревшись, увидел некоторые несоответствия со всегдашним образом. У Эллис хвост и уши были оранжевыми с черными полосками, то есть цвета нормального тигра, а у той, что сейчас стояла перед доктором, уши и хвост были более темного коричневого цвета. Глаза, которые у Эллис при любых обстоятельствах были спокойного зеленого цвета, у этой были ярко янтарные. Отметив все эти изменения, Раймонд слегка ошарашено спросил: - Кто ты?! Девушка сфокусировала взгляд на нем, на ее губах заиграл ехидный оскал. - Тера, боевое сознание Эллис. Ты думал, что из-под действия гипно-луча нельзя уйти? Ха! Ты сильно ошибался!! За секунду до того, как она закончила говорить, ее руки начали движение, вынимая мечи из ножен, и первых двух охранников уже нельзя было отнести к живым. В следующее мгновение за спиной появились крылья, которые защитили Теру от пуль очнувшихся позади нее бойцов. Девушка рванулась вперед, по направлению к доктору Липпето, но опоздала. За мгновение до того, как она смогла дотянуться до него, пуля снайпера, сумевшего протиснуться по вентиляционной трубе, прошла сквозь сердце. Доктор Липпето умер мгновенно. Солдаты Томаса продолжали ломать дверь и явно приближались к успеху. Тера распустила пси-щупальца и, просканировав эмоциональные фоны солдат, отчетливо поняла, что эти люди пришли не спасти, как вначале думала Эллис, а убить ее. Тут двери не выдержали натиска снаружи и разлетелись на кусочки. Солдаты хлынули в помещение и перебили оставшихся охранников. Тера рывком развернулась, встала лицом к новому противнику. Солдаты разошлись, и в середину вышел высокий человек в камуфляже – Томас Кэрриган. Он направил на Теру пистолет, отдаленно напоминающий гипно-луч. - Знаешь, что это? - А ты знаешь, кто я? – с кривой усмешкой ответила вопросом на вопрос Тера. - Я так понимаю, ты – монстр, созданный этим сумасшедшим ученым. - Умный дядя, – оскалилась Тера. - Двигаться не советую, – Томас снял пистолет с предохранителя и приготовился выстрелить. – Это самонаводящееся оружие, и в его поисковую систему я ввел твои параметры. Так что усовершенствования тебе не помогут. Пока он говорил, Тера прорабатывала варианты уничтожения этой ружбайки. Она сразу поняла, что шансов у нее почти нет. Был, конечно, вариант превратить пистолет в ледяную пыль, но она не знала обо всех его возможностях, а это значит, что пушка могла выстрелить ровно за мгновение до уничтожения. А такой план ее не устраивал. Хотя, зачем вообще суетиться? Я ведь уже труп, мысленно напомнила себе девушка. Почувствовав какую-то апатию, Тера спокойно смотрела в глаза Томасу, целящемуся в нее. Ей вдруг резко стало все равно, она просто ждала выстрела. - Прощай, – Томас уже нажимал на курок, но тут перед его лицом метнулась синяя тень и встала между ним и Терой. - Какого черта?! Хэнк, свали оттуда! – заорал Томас. Вместо ответа Томасу синяя фигура приказала через плечо девушке: - Взлетай! Тере не надо было повторять дважды, рефлексы сработали раньше сознания. Стряхнув с себя оцепенение, она в одно мгновение расправила крылья, в следующую секунду превратила пистолет в руках Томаса в ледяную пыль и ушла в крутой штопор вверх. Пробив потолок лазером, Тера полетела по направлению к лифту. Выбила двери шахты и по ней продолжила движение на поверхность. Отсчитав пять этажей, высадив двери, сквозь окно вылетела наружу. Снаружи оказалось, что все действия происходили глубокой ночью. Вылетев в темноту, Тера огляделась. Везде, насколько хватало острого кошачьего зрения, был лес. Энергии у нее было очень мало, освобождение из-под гипно-луча, а также быстрый взлет отняли почти все ее и так малые силы. В лаборатории были созданы все условия для того, чтобы подопытная не могла даже передвигаться самостоятельно. Еда ей обычно выдавалась порциями для сил лишь на время выполнения приказов под гипно-лучем. Полет отнимал слишком много энергии, и Тера предпочла более экономичный способ передвижения. Она заставила крылья опасть плащом и стала перестраивать тело на передвижение на четырех конечностях. Вытянулся позвоночник, и удлинились руки. В таком измененном виде Тера поспешила углубиться в лес, она была уверена, что погоня не за горами.