Атомная бомба

Я удивительно быстро втянулась в новую жизнь, привыкнув и приняв абсолютно все правила новой работы. Мне даже не было толком страшно, пожалуй, я просто не успела испугаться, когда по одной глупой случайности попала в новый водоворот, из которого даже не пыталась выбраться. Возможно, это и было ужасно неправильно, но, спасая свою жизнь, я быстро научилась быть жестокой. Хотя, пожалуй, жестокой немного не то слово, я научилась быть равнодушной, за звонкие монеты отдавая пакетики с белым ядом совсем ещё молоденьким девочкам, жаждущим острых ощущений. Тем самым девочкам, которые по глупости или наивности ещё не догадывались, что через пару приёмов могут стать рабами белого порошка и пустить свою жизнь ко всем чертям. Я узнала изнутри всю кухню чёрных дел, но всё равно продолжала ледяными глазами смотреть на окружающих и никогда не открывать рот. И постоянно видела по ночам кошмары, в которых Мари умоляет меня о помощи, а я спокойно удаляюсь прочь. И навзрыд рыдала, просыпаясь после них. Как ни странно, то порочное занятие принесло мне самой много пользы, и дела резко пошли в гору. Мистер Шеон был несказанно рад моим успехам и всё чаще приглашал в свою часть дома, чтобы отобедать со мной или просто вести умные разговоры. Вопреки своим же правилам, как он часто любил повторять, он стал обучать меня, привязываясь всё больше, а я с радостью перенимала его черты. От недостатка девушек я тоже больше не страдала, так как немного наивного и робкого подростка, резко сменила женщина. Ещё молодая, но уже хранящая в себе несгибаемый стержень твёрдого характера, саркастичная, немного грубая, дьявольски привлекательная. И уже через три месяца я могла без особых трудов уложить в свою постель любую понравившуюся мне особу. Я на все лады расхваливала их внешность и ярко накрашенные личики, без стеснения забираясь рукой под пышные юбки, но, самое главное, обещала за небольшую благосклонность сделать на свой товар приличную скидку. Чего, собственно, никогда не притворяла в реальность, выкручиваясь и набивая себе цену. В один из таких же душных, пропитанных громкой музыкой и запахами чужих духов, вечер произошла самая важная и одна из самых значимых встреч в моей жизни. *** В тот вечер я сидела у барной стойки, сжимая в руках один из горячительных напитков, который, впрочем, пить вовсе не собиралась, и немного лениво оглядывала зал в поисках будущих клиентов. Когда ко мне подошла юная, точнее практически моя ровесница, девушка в лёгком оранжевой сарафанчике, на лице которой практически не наблюдалось косметики. − Можно присесть? – без тени смущения спросила она и, так и не дождавшись моего ответа, опустилась на стул рядом. Признаться, в ту пору меня не слишком интересовали подобные девочки, так как незнакомка слишком напоминала меня прежнюю. А у таких, по моим расчётам, редко водились деньги. Поэтому я не обратила на неё никакого внимания и даже попыталась отвернуться в другую сторону, когда светловолосая резко развернула крутящийся стул, на котором я сидела, к себе. − Меня зовут Анриетта, − представилась девушка, чуть склонив голову, а после, приблизившись чуть ближе к моему лицу, чтобы не слышали остальные, добавила стандартное. – Можешь дать мне попробовать, а? Я выдохнула, глядя на её сияющие живейшим интересом глаза, с прискорбием решив, что передо мной сидит очередная молоденькая в поисках новизны. Поэтому отрицательно мотнула головой, бросив вслух лишь равнодушное: − Сначала плати. На что девчонка смешно наморщила нос и, придвинувшись ещё чуть ближе, затараторила. − Знаешь, денег у меня с собой не так уж и много. Но, может, сойдёмся по-другому? – она облизала губы, стараясь казаться соблазнительной. – Поцелуй. Я усмехнулась и осмотрела невольную собеседницу ещё раз. Русоволосая, с ямочками на щеках и сверкающими в свете софитов глазами, Анри показалась мне довольно милой и явной искательницей приключений на свою пятую точку. Поэтому вместо того, чтобы ответить очередным отказом, я преодолела оставшиеся пару сантиметров меж нашими лицами и коснулась влажных губ. − Милочка, мои таблетки явно стоят дороже даже самых соблазнительных губок в мире, - подленько ответила я, закончив поцелуй. На что девчонка расхохоталась, совершенно не обидевшись на мой маленький обман. И, подсев ещё чуть ближе, принялась задавать вопросы: − Можешь рассказать, кто ты? Как попала на такую работу? − Могу, − немного подумав, всё же ответила я. – Я… В тот момент я сама точно не знала, хочу ли я банально развлечь любопытную своими байками, подогревая к себе интерес, то ли просто выговориться, но рассказала ей практически всё, как на духу. О приюте, о похищении и о моей пропавшей подруге, умолчав, разумеется, о тонкостях жизни клана. Девчонка слушала внимательно, не перебивая и не переспрашивая, и, казалось, впитывала в себя мои слова, делая какие-то свои мудрёные выводы, судя по ставшему удивительно серьезным лицу. А мне же от этого разговора просто становилось чуточку легче, так что хотелось продолжать и продолжать, никогда не заканчивая его. Вот только уже через десять минут я услышала за спиной гневный окрик: − Паскуда! Хозяйка клуба, та самая, что когда-то предупредила нас об опасности, была в ярости. С тех пор, как я вернулась в клуб, она постоянно злилась на меня, уговаривая и угрожая не использовать её клуб для сбыта белой смерти. И лишь обязанность дани перед мафией останавливала её от того, чтобы приказать охраннику просто вытолкать меня вон. − Мало того, что дурь в моём клубе толкаешь, − начала расходиться она, взирая на меня с таким гневом, что я поняла, что-то изменилось, не как раньше. − Так ещё и к моей дочери лезть вздумала! Я с удивлением взглянула на сидящую рядом Анри и отметила, как та изменилась в лице. А когда снова перевела взгляду на владелицу, заметила, что та щёлкает пальцами, подзывая охрану, чтобы исполнить давнишнюю угрозу. Я уже намерилась было встать на ноги, чтобы напомнить зарвавшейся хозяйке, что я нахожусь тут не по своей воле, что за мной стоят важные люди, которые обеспечивают ей крышу. Как сидящая рядом со мной девчонка схватила меня за руку и, показав матери кончик языка, потащила куда-то вглубь клуба. Под гневные окрики мы бежали довольно долго по каким-то подсобным помещениям и узким коридорам, пока не остановились в узкой комнатке, ярко освещённой луной. − Значит, ты дочка хозяйки? – потрясённо спросила я, пытаясь перевести дух. – Не ожидала, что такая, как ты будет заниматься подобными вещами. −А что такого? – пожав плечами, ничуть не смутилась девчонка, но, подойдя к большому окну и глядя куда-то в даль, продолжила уже серьёзнее. – Я помогаю матери в клубе с десяти лет, с тех самых пор, как она купила его. Так как у нас не хватило денег на моё обучение, я изо дня в день протираю заплёванные столы и отмываю от выпивки бокалы, чтобы они вновь стали кристально прозрачными. Чтобы после сидеть в подсобке и, налаживая музыку для гостей, никому не мешать и не лезть в неприятности. Эта жизнь мне кажется невероятно скучной, но, по словам матери, я буду вынуждена продолжить семейный бизнес и унаследовать этот клуб, чтобы вскоре превратиться в такую же полную и стервозную владелицу. Так чего же ты видишь такого странного в том, чтобы девушка с до точки расписанной судьбой попыталась хоть как-то ей изменить? Анри подмигнула мне, а я впервые посмотрела на неё с живейшим интересом. Поняв, что рядом со мной оказалась не наивная глупышка, а полнее самостоятельная девушка с характером, чем-то похожим на мой собственный. Надо ли ещё уточнять, что мы с ней быстро сдружились?