Кризис древнего возраста

Восстал Славик только на третий день, когда Хозяин уже начал волноваться, не отходя от хладного тела в своей постели. Впрочем, трупные пятна не появлялись и это обнадеживало. — Пить, — попросил мальчик, глядя на вампира затуманенным взором, не узнавая. Осушив поднесенный к губам бокал, не разбирая вкуса, снова обессиленно откинулся на подушки. — Потерпи, скоро станет легче, — пообещал Валентайн, стирая большим пальцем капельки крови с губ Славы, слизнул. Славик в ответ лишь тихо застонал, отворачивая личико. Лорд вздохнул и мягко погладил его по волосам. Он не забыл, как сам горел в аду, чувствуя, как трансформируется, перерождаясь, каждая клеточка организма. Состояние подвешенности между бредом, вызванным изменениями в мозговой ткани, и реальностью. Когда хочется умереть, только бы все скорее закончилось. В дверь постучали и вампир, еще раз скользнув по волосам мальчика, утешая, вышел, прикрывая за собой дверь. — Слушаю вас, мсье Туркин. Лорд так и не решил пока, как быть с личной заинтересованностью помощника и в какой степени может сейчас доверять ему. — К вам гости, мой лорд, — усмехнулся тот уголком губ. – Представители клана инкубов. — Вот как, — если разбойник хотел удивить господина, то напрасно. Скорее Валентайн удивился, что те не заявились раньше. — Будьте любезны, проводите их в мой кабинет. И позовите ко мне Андрея. В этом мальчике, Валентайн видел в ближайшем будущем своего верного подданного. Оставив посвященного со Славиком, охранять ценой собственной жизни и поить по первому требованию «лекарством», он оделся для аудиенций и прошел через потайную дверь в кабинет. — Приветствую господ инкубов в моей обители, — чуть склонил вампир голову в знак приветствия. Он быстро окинул гостей взглядом, отметив, что один из них, судя по знакам отличия и поведению спутников — принц, подходит под описание «дяди». Нет, не найти детективу его, ни в жизнь. Двое других, вероятно, были его телохранителями. Принц сделал ответный жест, приложив к груди сжатую в кулак руку. — Прошу простить за вторжение и беспокойство лорд Валентайн, но меня привело дело государственной важности. — Позвольте я даже угадаю, какое именно? Валентайн конечно мог притвориться и изобразить неведенье, но не любил пустую трату времени. Тем более это стоило того, чтобы увидеть, как меняется в лице собеседник и маска холодной учтивости сползает с его нечеловечески прекрасного лица. — Отдайте нам полукровку, лорд Валентайн. Поверьте, вознаграждение будет более чем щедрым, — пообещал инкуб. Вампир сдержал усмешку. Он уже получил свою награду, которая приходила в себя в его спальне, и менять ее ни на что не собирался. — Звучит заманчиво, принц. Но, увы, я вынужден вам отказать. Отныне мальчик является членом нашего клана и, чтобы выдать его инородцам, нужны веские причины, которых у меня нет. — А равновесие срединного мира для вас не причина? — потемнел лицом инкуб. — Вы о том пророчестве, которое передается у вашего рода испокон веков? — усмехнулся Валентайн. — Помилуйте… Оглянитесь вокруг. Мир совершил огромный шаг вперед, люди овладели атомной энергией и вышли в космос, а мы по-прежнему живем в средних веках, прозябая в невежестве. Вам не кажется это глупым? — Вы предлагаете нам рискнуть всем своим видом? — не поверил своим ушам инкуб. — Ну что вы, — улыбнулся вампир. — Всего лишь прошу поверить мне, как когда-то вы верили прежнему лорду. Я вам обещаю, мальчик не сделает в сторону вашего трона ни единого поползновения. Я прослежу за этим лично. А вы лучше присмотрите за третьим принцем, — по губам Валентайна скользнула усмешка. По его мнению, если кто и представлял угрозу, так это отец избранника. Вдруг по позвоночнику скользнул холод, и он вскинул голову, прислушиваясь к зову чужой крови, нынче текущей и по его венам. — Подлые инкубы! — воскликнул он. Забывая про последних, крутанулся на каблуках, оборачиваясь туманом и материализуясь в своей опочивальне. Припав на колено, опустился возле посвященного, истекающего кровью. Он честно исполнил долг перед своим лордом. Ресницы Андрея дрогнули, и он приоткрыл подернутые пеленой близкой смерти глаза. Попытался что-то сказать, но вампир накрыл его уста пальцами. — Славу забрали. Я знаю, — он приподнял мальчика, погладив по бледной щеке. — Вот так было и со мной, — сказал он, ведая обещанную историю, одновременно расстегивая ворот рубашки паренька. — К тому времени как брат решил прикончить счастливого соперника, я уже познал клыки старого лорда, не спешившего обращать посвященного, давая ему насладиться жизнью. Но, почувствовав мою агонию, он… Валентайн склонился и вонзил клыки в беззащитную шею умирающего, забрав человеческую жизнь, чтобы взамен подарить ему вечность. Уложив на свою постель, еще хранящую отпечаток тела избранника, кликнул служанок, велев позаботиться о новом подданном. Вопрос: «Как?» перед Валентайном не стоял. Инкубы не могли свободно перемещаться по обители, да и знать, где находится полукровка тоже. Туркин. Узнав, что ни одно авто не покидало здания, лорд похолодел, если конечно мертвое тело было способно на сей процесс, и приказал найти своего помощника. Только бы не опоздать… Валентайн хмурился, чувствуя через стены поступь рассвета. Это беспокоило его, ведь теперь солнечные лучи были губительны для его мальчика. Размышляя о том, каким образом Туркин мог убить, находясь в резиденции вампиров, избегавших опасных для них материалов и предметов, чертыхнулся. Бросившись в восточный корпус, практически взлетел по ступеням винтовой лестницы ведущей в башню. За двести с лишним лет, что их клан обитал в этом комплексе, комнаткой наверху пользовались лишь однажды. И Валентайн не хотел, чтобы Слава стал вторым, ибо такая смерть была поистине ужасна. Отчаянные стуки в дверь он услышал еще на середине пути, почувствовал ужас мальчика, обреченного наблюдать как медленно и неотвратимо приближается смерть. Вместе с солнечными лучами, заглядывающими в большие не запертые ставнями окна. Не пройдет и получаса, как свет проникнет в каждый уголок помещения, не оставляя несчастному ни шанса. — Немедленно откройте дверь, Туркин! — крикнул он вампиру, невозмутимо подпиравшему плечом косяк. — Вы забыли добавить «мсье», мой лорд, — усмехнулся тот. — А когда-то, спасенный и отмытый от грязи и проблем, вы клялись мне в верности… — И был верен. Но сейчас речь идет о моей репутации. — Следовало помнить, что у разбойника и убийцы не может быть чести, — бросил Валентайн. — Сегодня вы предали меня, а завтра: весь клан? — Кто бы говорил о клане, — спокойно заметил оппонент. — Разве не вы поставили его под удар, укусив не посвященного и сохранив ему жизнь? — Откройте дверь, Туркин, — с нажимом повторил лорд. Но дожидаться ответа не стал — слишком драгоценна была каждая минута, да и помощник не был склонен менять свои решения. Достигнув площадки, Валентайн с ходу нанес удар в челюсть, поколебав равновесие противника и одновременно делая подсечку. Туркин ушел в кувырок, перемещаясь лорду за спину, и тот едва успел повернуться, чтобы избежать травмирующего захвата. — Отдайте мальчика смерти, — сказал Туркин, хватая со стены саблю. — Так будет лучше для всех. Или похоть совсем застила вам глаза? То, как отозвались о его светлом чувстве, покоробило Валентайна, и он снял с подставки второй образчик искусства оружейников восемнадцатого века. Его атака была стремительной, удары точными и сильными, так что противнику пришлось не сладко. Вот только последний и сам был тем еще рубакой, так что схватка затянулась. Славик за дверью плакал, наверное, уже испытывая дискомфорт, и только многовековая выдержка не позволяла Валентайну впустить в душу отчаяние и поспешность, губительные в схватке. Он ясно уловил момент перелома в поединке, но, прежде чем нанести решающий удар, попросил, давая последний шанс сохранить шкуру: — Остановитесь, Туркин… Помощник в ответ сделал стремительный выпад. Однако лорд оказался проворнее. Сталь его клинка пронзила сердце разбойника, на несколько мгновений обездвиживая, а покинув рану, снесла вампиру голову, покатившуюся по ступеням вниз. — Предавший однажды, предаст снова, — молвил Валентайн негромко над рассыпающимся в прах телом, точно пытаясь оправдать свой поступок, а может утешая. Он дал разбойнику вечность, он же ее и забрал — правила этого мира все еще действовали, как бы сильно он не изменился. — Валентайн! – послышался отчаянный крик избранника. — Слава… Открыв задвижку, лорд распахнул дверь, выпуская заплаканного парнишку, бросившегося вампиру в объятья. Валентайн прижал его к себе, чтобы в следующий момент сделать рокировку, закрыв собой от солнечных лучей, дотянувшихся до проема, в котором они застыли. От едкой разъедающей боли, проникшей в каждую клеточку его существа, потемнело в глазах, но лорд нашел в себе силы сделать шаг в сторону и, падая, накрыть мальчика собой. В сознание лорд приходил долго и мучительно, не сразу понимая, на каком он свете, так ему было адски хреново. Открыв глаза, подумал, что двоится, но нет, у светленьких мальчиков, склонившихся к нему с двух сторон, были разные лица. На глазах Славика выступили слезы, и он склонился к хозяину, мягко и нежно целуя в губы. — Я люблю вас, мой лорд, — прошептал он. — Выпейте. Чуть приподняв его, Андрей поднес к губам Валентайна полный крови бокал, осушив который до дна, тот сразу почувствовал себя лучше. — Долго я валяюсь? — Три дня, мой лорд. Вы сильно обгорели, — промокнул новообращенный платочком капельки крови, скатившиеся по подбородку лорда. Три дня. Да за это время могло случиться все что угодно, вплоть до гибели клана. Инкубы не плохие союзники, но опасные враги, а пока вампиры укрывают их цель, они могут быть только врагами. И эту проблему стоило решить, как можно скорее. Валентайн попробовал сесть, однако четыре ласковые и настойчивые руки уложили его на место. — Вам еще нельзя вставать. Маленькая ладошка накрыла пах вампира, поглаживая, и его естество, истосковавшееся по горячему белому телу, немедленно отозвалось. Полукровка мягко усмехнулся, стягивая одеяло и спускаясь вниз, оставляя цепочку из поцелуев. Его губы обхватили фаллос Валентайна, настойчиво лаская и посасывая головку. Андрей мягко, но уверенно коснулся губами его губ, увлекая в поцелуй. Запустив в волосы мальчика пальцы, лорд перехватил инициативу, целуя властно, покусывая нежные губы мальчика, но тот не пытался отстраниться, лишь тихо постанывая в ответ на грубую ласку. — А ты стал увереннее, — заметил Валентайн, оторвавшись от припухших губ. — Слава меня подучил… — смущаясь, ответил парнишка. Валентайн перевел вопросительный взгляд на избранника, но тот сделал вид, что ничего не замечает, погружая фаллос хозяина в горло по самые яички, которые ласкал рукой. Инкубы… Как ни странно, лорд не испытал ревности к своему нечаянному любовнику. Может быть потому, что оба мальчика безраздельно принадлежали ему? Выпустив изо рта уже твердую плоть, Славик усмехнулся, услышав вздох сожаления, слетевший с губ хозяина и, перекинув через него ногу, медленно насадился на фаллос Валентайна, седлая его бедра. Начал двигаться, сперва медленно, но потом все быстрее, подстраиваясь под движения руки Андрея, скользящей по его собственному члену. Вдруг тихо всхлипнув от наслаждения, лег на лорда, оттопыривая зад, и в заполненный проход начал проникать второй фаллос. Слава болезненно застонал, но подался навстречу. Выждав немного, нетерпеливо двинул бедрами. Иметь мальчика вдвоем оказалось не менее приятно, напротив, трение чужого члена и невыносимая теснота добавляли остроты. По шее Славика скатилась капля пота и, слизнув ее, Валентайн выпустил клыки, впиваясь в еще не затянувшиеся ранки. Андрей присоединился, оставляя метки на тонком запястье любовника. Они кончили одновременно. Сняв лишившегося чувств Славика с фаллоса хозяина, Андрей уложил его рядом. Слизав с живота лорда капельки спермы, улыбнулся: — Я принесу губку… Парнишка поспешил скрыться, смущаясь той роли, которую сыграл в свершившемся групповом акте, а может, боясь возможного недовольства хозяина. Валентайн погладил Славу по щеке, боясь представить, что было бы с ним, потеряй он свое сокровище: — Я тоже тебя люблю, чертенок, — прошептал он, чувствуя себя счастливым, как никогда прежде. Через два дня тело лорда полностью восстановилось, и уже никто не мог удержать его в постели. Обязанности требовали его участия. Очень не хватало мсье Туркина, и Валентайн нет-нет, а вздыхал тайком по незаменимому помощнику. В дверь постучали, и в кабинет заглянул Андрей: — Мой лорд, вас желает видеть некто Смирнов. Примите? Лорд приподнял бровь. Он уже успел забыть про детектива. Неужели действительно нашел? — Да. Веди, — улыбнулся он мальчику, справлявшемуся, если не со всеми обязанностями помощника, то с работой секретаря, без сомнения. Гость с пристальным любопытством озирался по сторонам, и на губах его играла легкая загадочная ухмылочка. — Мистер Смирнов, — приветствовал мужчину вампир, жестом предлагая удобное кресло напротив. — Полагаю, у вас хорошие новости? Приняв его гостеприимное предложение, детектив бросил Андрею: — Будьте добры, сделайте мне кофе. Получив в ответ на вопросительный взгляд утвердительный кивок, парнишка удалился. — Итак? — Вы правы, я узнал, где обитает интересующая вас личность, — подкрепил гость согласием надежды вампира. — А также, я узнал кое-что и о вас, граф, — усмешка снова скользнула по его губам. — Вот как, — Валентайн прищурил глаза, уже прикидывая, насколько может быть осведомлен и опасен человек сидящий напротив. — И что же вы хотите за то, чтобы вы унесли мой секрет с собой в могилу? Которая ждала любопытного человека уже очень скоро. — Вечность. Вечность, подаренную вашими клыками... И настала очередь усмехнуться вампиру. Да, прошли те времена, когда, узнав о них правду, люди стремились уничтожить «гнездо», спалить дотла и тыкали в представителей клана осиновыми кольями. В это непростое и неоднозначное время, когда обесценивались не только веками устоявшиеся человеческие ценности, но и сама жизнь, когда у многих за спиной больше не было бога, желающих пополнить их ряды становилось все больше. Юнцы хотели навсегда сохранить свои красоту и молодость, постарше, побитые жизнью и умудренные опытом, искали покоя и стабильности, а старики бежали от скорой смерти. — Не скажу, что удивлен, — признался Валентайн, расслабляясь. Андрей как раз подал кофе, подарив лорду несколько минут для размышлений. Пожалуй, после посвящения в некоторые нюансы, детектив мог бы попытаться заменить ему Туркина. Да и в любом случае стать ценным приобретением. — Вы уверены, что готовы расстаться с человеческой жизнью и обречь себя на вечную тьму? Обратной дороги не будет. Валентайн не мог не предупредить. Мужчина фыркнул, делая глоток кофе: — Обижаете. Я ведь понимаю, что, явившись сюда с подобным заявлением, долго не протяну, и все взвесил, прежде чем прийти. — Приятно иметь дело с умными людьми, — улыбнулся Валентайн, демонстрируя клыки — последняя проверка решимости человека, перед тем как отступать будет поздно. — Хорошо. Я обещаю вам вечность в обмен на верную службу. У нас как раз освободилась вакансия. Но сперва выплатите свой земной долг: где находится отец мальчика? Лорд поднялся и, зайдя гостю за спину, положил ему руки на плечи, как будто заявляя права на новую собственность. Получив подробную информацию, склонился ниже. — Вы приняты, — шепнул он, прежде чем вонзить клыки в аппетитно бьющуюся совсем рядом жилку. Начало обращению положено и никуда детектив не денется, даже если захочет. — Андрей, — крикнул он мальчика. — Да, мой лорд. Парнишка заглянул в комнату. Бросив взгляд на неподвижное тело в кресле, усмехнулся. — Прикажи устроить нового посвященного поудобнее. И вызови шофера, у меня дела в городе. Солнце как раз садилось, унося с собой губительный свет. Андрей широко улыбнулся: — Слушаюсь. — В мое отсутствие безопасность Славика на тебе. — Да, мой лорд. Прибыв на место, Валентайн оценил выбор инкубов, резиденция которых находилась на самой окраине мегаполиса, окруженная красивым парком. Единственное неудобство, до центра добираться далеко. — Лорд Валентайн к третьему принцу, — объявил он дворецкому, игнорируя недобрые взгляды членов чужого клана. — Испросить разрешения надобно, — отвечал невозмутимый инкуб. — Извольте. Я обожду, — не смущаясь своей наглости, вампир опустился в кресло, снимая шляпу. И дождался. — Господин ждет вас, — объявил дворецкий. Проводив до гостиной, оставил наедине с воспоминанием из прошлого, жестом предложившим присоединиться и выпить чая. Кивнув в знак благодарности, Валентайн сел визави и сделал глоток удивительного по своему букету напитка. — Вот и пересеклись наши пути, как я и предсказывал, — улыбнулся юноша. — Благодарю, что сберегли самое дорогое для меня. — Я старался для себя, — отказался от благодарности вампир. — И ради Славика. Как вы могли совратить собственного сына?.. — задал он вопрос, что давно уже не давал ему покоя. Пальцы невольно стиснули сильнее чашечку. — Я всего лишь инициировал его, — инкуб засмеялся, передернув плечами и подавая гостю салфетку, чтобы промокнуть расплескавшийся напиток. — Лорду Валентайну следует поближе познакомиться с обычаями народа инкубов, раз один из нас стал его избранником. — Слава отныне принадлежит нашему клану, — возразил Валентайн, недобро щурясь. — Мальчику не нужен народ, который стремится его уничтожить. Третий принц вздохнул, и улыбка упорхнула с его лица. — Да, мой народ напуган этим проклятым пророчеством и все мои дети мужского пола, зачатые вне клана неизбежно обречены становиться мишенями. Слава первый, кто дожил до своего совершеннолетия. Валентайн, — третий принц посмотрел на вампира с затаенной надеждой, — срок пророчества — это зимнее солнцестояние. Осталось не так много времени. Когда народ убедится, что Слава не имеет к нему никакого отношения, они оставят мальчика в покое. Лорд Валентайн хмыкнул: — Ваши бы слова, да Богу в уши… Инкуб не смог отказать себе в удовольствии посмеяться над гостем: — Вампир, взывающий к милости божьей… это что-то новенькое. Валентайн поджал губы: — То, что я сейчас нахожусь по другую сторону, не отменяет его существования, — резонно заметил он, допивая чай. — Что ж, доживем до срока, а там поглядим, чем дело кончится. До тех пор, я просил бы вас избавить Славу от своего общества. От греха… Откланявшись, лорд покинул обитель чужого клана. Он спешил, боясь еще оставлять Славика надолго без личной своей охраны, но все же велел остановить у кафе, чтобы купить его любимое лакомство. После бурного дня в их огромной постели, мальчик еще спал, восстанавливая силы, и Валентайн разбудил его мягким, требовательным поцелуем. Чтобы мгновенно утонуть в распахнувшихся синих глазах. — Мой лорд… — прошептал мальчик сонно, обвивая руками шею хозяина всем телом прося продолжения. — Скажи… скажи, что тебе не нужен чужой клан, — попросил Валентайн, целуя тонкую белую шею, спускаясь к по-мальчишески острой ключице. — Я там, где вы, мой лорд, — выдохнул Слава, запрокидывая голову. — Или нигде…

Эпилог

Зимнее солнцестояние они встретили в Венеции, подальше от клана инкубов и их пресловутого пророчества. От греха…