Староста

Семестр подходил к концу, к курсантам незаметно подкрадывались зачёты и нормативы. Первые Кота волновали мало, ему, конечно, вменялось в обязанности следить за успеваемостью группы и Василий даже периодически запихивал своих страдальцев в библиотеку, но скорее это была проблема преподавателей. А вот спортивные нормативы предстояло принимать именно Ионову, и эти счастливые моменты уже предвкушал и он сам, и курсанты. Правда, с совершенно разными эмоциями. Каждый норматив превращался в мини-спектакль, всегда находился один-два курсанта, которые категорически не могли, не хотели или боялись. Особенно настроение начинающему садисту преподавателю поднял уже «любимейший» Семёнов, старательно изображающий панический страх при виде огнестрельного оружия. «Творческая личность» старательно бледнела, стонала и падала в обморок, но при этом постоянно приоткрывала один глаз и косилась на зрителей, дожидаясь пощады или аплодисментов. Заядлым театралом Кот так и не стал, несмотря на все старания родственников, но от этих моноспектаклей получал истинное удовольствие. А вот сдача нормативов, связанных с канатом и прыжками через высотные препятствия, удивили неприятно. Вика сдавала их просто отвратительно, с трудом вписываясь даже в нижние границы нормативов. А пару раз не вписалась вообще, но Ионов рассудил, что пара секунд и сантиметров роли не играют, и попросил записывающего показания Игоря чуть подправить цифры. Тот странно фыркнул, но спорить не стал. Вика вышла из спортзала выжатой, как никогда. Она и сама прекрасно понимала, насколько жалко сегодня выглядела, но поделать с собой ничего не могла. Жаль только, что Васю она сегодня разочаровала. Кот нашёл девушку вечером в комнате, хотя рассчитывал встретить в холле. Вика что-то пыталась читать, но не особо внимательно. Впрочем, Ионову случалось наблюдать за теоретическими занятиями своей группы, так что он прекрасно понимал, что учебник по французскому Вике нужен был только с одной целью — отгородиться от нежелательного собеседника. Но предпочитал думать, что этим собеседником является не он.  — Вика, мы можем поговорить?  — Да, Василий Романович?  — Не здесь. Оденьтесь и выйдем прогуляемся. Там чудесная погода и пять ваших одногрупников, которые чистят снег. Присмотрим, чтобы не халтурили. Вика быстро оделась и вышла из комнаты за преподавателем, который повел её вовсе не в том направлении, где обычно расчищали снег.  — Куда мы идём?  — На крышу.  — Куда?! — Вика впервые на его памяти почти кричала, и Кот понял, что не ошибся.  — На крышу. Ты ведь боишься высоты, верно? Я решил показать, что всё не так страшно. — Опасаясь побега Ионов осторожно взял девушку за руку. — А ещё у меня есть один очень важный разговор, который никто не должен услышать. А единственное место, где мне ещё не попадались твои одногруппники — это крыша административного здания. Идём, на чердак от чёрного хода прямая лестница. Административное здание, на самом деле, Василий выбрал даже не из-за отсутствия посторонних ушей, а по причине того, что было оно всего лишь трехэтажным, да ещё и с плоской крышей. Девушка чувствовала себя всё равно неуютно, но Кот осторожно держал её за руку.  — Скажи, а ты почему высоты боишься? Падала? — Руку Кот отпустил, но только для того, чтобы встав сзади, обнять девушку за талию и притянуть к себе.  — Нет, не падала. Просто боюсь. Даже странно иногда самой.  — А может неправильно смотришь. Подними глаза, на асфальте ничего интересного. А я тебя держу. Крепко.  — Ой! Звезды! — Девушка зачарованно рассматривала небо, неожиданно ставшее таким близким и мерцающим.  — Звезды… И они намного ближе. Не думай, что упадёшь, лучше верь, что полетишь. Вика, через три дня вернётся ваш прежний куратор.  — Жаль. С тобой было намного интересней. И мы больше не увидимся?  — Об этом я и хотел поговорить. Скажи, а какие у тебя планы на Новый Год?  — Никаких. — Безразлично пожала плечами девушка. Здесь буду, может ещё с парой человек. Увольнительная, конечно, на неделю, но идти мне некуда.  — Встреть его со мной. Понимаешь, я всегда на праздники был с мамой, это первый Новый Год в одиночестве. Есть сослуживцы, но там у двух пар дело идёт к свадьбе, не хочется быть лишним. А одному как-то…  — Страшно? — Легко закончила фразу Вика, прекрасно понявшая его чувства. — Согласна. Страх за страх. И спасибо тебе. Думаю, теперь я смогу, наконец, прыгнуть с парашютом. Девушка улыбнулась и нежно, почти невесомо поцеловала куратора в губы. Было вкусно, но мало, и Кот просто не смог сдержать разочарованный вздох.  — А большего преподавателю не положено! Вот перестанешь им быть, тогда и поговорим.  — Поговорим. — Подтвердил Ионов очень многообещающе, уже прикидывая мысленно список… тем.