Другая жизнь

Быть судьей — это странно, по крайней мере, по мнению Тсуны. Он не привык находиться по другую сторону, по сторону, в которой нет битв и риска. Всю свою сознательную жизнь Примо рисковал, был на краю жизни, но это доставляло ему лишь удовольствие. Знаете, ведь бывают такие вопросы в анкетах:«Что вы предпочтете: размеренную, скучную жизнь или же жизнь, которая полна приключений и рисков, жизнь, где нет уверенности в завтрашнем дне?» Не знаю как Вы, а Тсуна такую анкету видел, когда один раз Фонг решил, что неплохо бы было пройти психологический тест, узнать свой психотип, сильные и слабые стороны личности. Быть судьей, когда ты знаком с обеими сторонами конфликта сложно. Когда твои хранители бьются за чужого человека, когда в любой момент с ними что-то может случиться, а тебе нельзя вмешиваться. Но с другой стороны Вария, где Тсуна знаком не с каждым, нет. За все свои года в мире мафии он все-таки был киллером-одиночкой, несмотря на то, что прожить без семьи, без поддержки сильных людей за спиной очень тяжело. Но на одном из заданий, парень уже точно не вспомнит на каком, он повстречал Скуало, длинноволосый мечник и наследник воли Примо сразились. Тсуна победил, тогда ему был лет тринадцать, может быть даже с половиной, поэтому для капитана Варии проигрыш был большим ударом. Но наверное именно это и послужило началом их общения. Именно Скуало познакомил Тсуну с Занзасом, с которым он иногда мог выпить. Не смотрите на возраст Савады, в мире мафии детей нет, их жизни и судьбы ломают, заставляя взрослеть раньше времени. Поэтому иногда ему правда хотелось забыться, и он позволял себе выпить несколько бокалов в компании главы Варии. Для Занзаса Тсуна стал кем-то вроде младшего брата, жизнь обоих была сурова, оба парня были обделены материнской и отцовской любовью, наверное именно поэтому Примо попытался подарить свою любовь грозному боссу Варии, в то время было разбито немало стаканов, произошло очень много битв, было пролито достаточное количество крови и прозвучало очень много криков, но результат есть, и ради него Тсуна не отказался бы повторить это все еще раз. Тсуна смотрит, как побеждают или проигрывают его хранители, его люди. Он словно чувствует боль каждого из них, видит слезы в глазах маленького Ламбо, и ему так хочется их вытереть, утешить и прижать к себе. Именно в момент, когда жизнь хранителей подверглась опасности, Тсуна отчетливо чувствует в себе пламя неба, его пламя, которое требует, чтобы он защитил, бросился в самый разгар битвы. Но единственное, что он делает, смотря как кровь идет из ран Гокудеры, как с трудом улыбается Такеши, как снова поднимается Сасагава, это до крови прикусывает губу — все, что он пока что может себе позволить. Лишь когда сражается Хибари он не волнуется, бой проходит очень быстро и без каких-либо серьезных повреждений. Мукуро, попав в тело Хром, загадочно улыбается и подмигивает Тсуне. Примо помнит их первую встречу, несмотря на количество людей, которых встречает на заданиях, их сотни, поэтому запомнить каждого очень тяжело. Тсуне хочется кричать, именно на конфликте колец он понимает, что безумно устал от мира мафии, хочется купить домик где-нибудь на море, забрать своих хранителей и радоваться жизни, но он знает, что не сможет этого сделать, не сможет оставить свои дела, ведь ему надо творить справедливость, ведь это его цель жизни. Ровно шесть дней. Ровно шесть боев. Ровно шесть раз сердце Тсуны пыталось вырваться из грудной клетки, как бы пафосно это не звучало. Каждый вечер, приходя в съемный дом, он делал себе горячий чай с молоком и залезал под одеяло. Сил не было. Это только со стороны Тсуна сильный и свободный киллер, но внутри он все еще подросток, со своими страхами и обидами. Ему тяжело после каждого боя, когда вместо того, чтобы поспешить поддержать хранителей, приходится что-то говорить про бой, признавать чью-либо победу, добытую болью и серьезными ранениями, действительной. Тсуна знает, что так как он независимый судья, то не имеет право на проявление никаких чувств и эмоций, никому нельзя отдавать предпочтение, за всем этим очень пристально наблюдают. Завтра состоится последний бой, бой колец неба. Тсуна надеется, что уж завтра ему не надо будет волноваться за хранителей, ведь в бой вступит его брат, а в силе Занзаса Примо уверен, правда было бы неплохо обговорить с ним, что не стоит слишком стараться, ведь никто не одобрит смерти наследника. Тсуна твердо уверен, что больше судьей он в своей жизни быть точно никогда не согласится.