Другая жизнь

Реборн впервые не знает, что ему делать. Он, самый лучший киллер, который ничего не боится и всегда знает все наперед. Но в этот раз, в его последнюю миссию для Вонголы, все пошло не так как надо. Новый ученик, Акаши Савада, оказался намного хуже, превзойдя все ожидания о своей никчемности и неготовности быть боссом. Реборн со вздохами вспоминал Дино, когда по утрам заставлял своего ученика идти в школу. Но для него не было невыполнимых задач, и поэтому аркобалено продолжал тренировки и мечтал об отпуске где-нибудь далеко, желательно, совершенно в другой части земного шара, подальше от Италии и Японии. Все хранители для Акаши — прямые потомки первого поколения. И в то же время, все они не видят в Саваде будущего босса, своего босса. Реборн не удивится, если все они откажутся, один за одним. Вот тогда-то отец Акаши и одновременно внешний советник Вонголы будет беситься. Реборну так и хочется увидеть недовольное лицо Емицу, чьим планам не суждено сбыться. Реборну далеко за тридцать. Давно пора завести семью и перестать бегать за неспособными учениками. Перестать рисковать жизнью, а найти хорошо оплачиваемую работу, устроиться наконец-то на одном месте. Но дело в том, что киллеру нравится его жизнь. Он до безумия любит свое дело, любит погони и перестрелки. Реборну чертовски нравится, когда он не знает, что будет завтра, не знает выживет ли он сам и выживут ли люди, которые окружают его. Но, к сожалению, а может быть даже и к счастью для других людей, таких чувств киллер не испытывал уже давно. В основном ему встречаются лишь слабаки да глупцы, которые считают, что у них есть шанс против него. Они не знают сколько вложено в его нынешнюю форму. Одной лишь боли хватило бы на небольшой городок. Реборн никогда не жалел себя, как и сейчас не жалеет своих учеников. В него с детства вбили, что сила решает многое. Многое, да не все. Реборн не видит в Акаши наследника, он не может сделать невозможное и полностью перекроить человека, сломать и создать заново таким, какой нужен. Он сильнейший, но не всесильный. Это совершенно разные вещи. Да, конечно можно, провести церемонию наследования, объявить Саваду новым боссом и радоваться жизни. Но что тогда будет с Вонголой? Со всем миром мафии? До чего это их доведет? Реборн не строит каких-либо иллюзий насчет мафиози, они все убийцы, каждый лично знаком со смертью. И такой человек как Акаши, он только все усложнит, путь станет еще кровавее, жертв будет больше с каждым днем. Реборн не может сказать точно, кто же нужен теневому миру и первой семье. Может быть, это должен быть такой человек, как Ария? Время покажет, но аркобалено надеется, что будет не слишком поздно. Реборн ничему не удивляется. По крайней мере, он не показывает этого. Но, может быть, где-то глубоко в душе, он удивлен, очень удивлен, когда спасать хранителей десятого поколения бросается наблюдающий, лицо которого скрыто маской, а тело плащом, но сила, за которой хочется следовать, чувствуется. Хочется вызвать его на бой, сразиться, почувствовать азарт и победить. Он давно такого не чувствовал, это опьяняет. Реборн вздыхает, его ученик упал в обморок и оставил своих хранителей на волю случая. К их счастью, случай выдался хорошим. Реборн хорошо знает Варию, о жестокости отряда ходит множество легенд, и никто точно не знает, что есть правда, а что вымысел. Но ничто бы не помешало им избавиться от хранителей Акаши, с особой жестокостью расправиться с теми, кто пытался оспорить их власть. Им плевать, что никто в мафию особо и не рвется-то, да и место хранителей Вонголы ребятам не нужно, Мукуро так вообще планирует уничтожить мафию, а Ямамото думает, что это все игра. Судья бежит быстро, вот он уже рядом с Занзасом, а в следующую минуту его руки в перчатках охватывает пламя. Улыбка Скайрини, хотя точнее будет сказать, оскал нисколько не пугает парня. Дальнейшие события происходят быстро, вот Занзас достает пистолеты, а вот у него на щеке новая царапина и порвана одежда. Это не сражение, нет, не битва на смерть, где твоя жизнь висит на волоске. Это был танец. Да-да, уж можете поверить, Реборн не романтик, он не разбрасывается этим словом, но сейчас других слов почему-то нет, несмотря на то, что лексикон аркобалено довольно-таки богат. Оба мужчины сильны, их реакция явно выработана годами, ее приобретают именно на поле боя, когда знаешь, что любой момент может стать последним, когда кругом выстрелы, взрывы, крики. Реборн хорошо знает об этом. За каждым сильным, великим человеком из мира мафии, лежит тяжелый путь, пройти который смогут не все. Реборн смотрит на судью, плащ слетает, показывая тело парня. Да, накаченного и явно закаленного тренировками, но все еще парня. Его сила, удары, реакция, техника — все это очень знакомо аркобалено. Память услужливо выдает информацию о киллере, чья репутация уже почти на одном уровне с репутацией Реборна. Ему хочется хлопнуть себя по голове. О таком забывать нельзя, но год за годом, помнить обо всем становиться только сложнее. Киллер, который ворвался в мир мафии несколько лет назад. Человек, который берет одни из самых опасных заданий и с успехом их выполняет. Одиночка, за спиной которого гении, взломавшие ни одну программу. Его в шутку называли сменой для Реборна, его преемником. Сам он звал себя Примо, и чем-то неуловим был похож на Джотто, первого Вонголу. Реборн лишь успевает подумать, что же он тут забыл, в обычном городке Японии, как вообще оказался судьей в конфликте колец для Вонголы, почему вступает в бой с Занзасом, как все уже заканчивается. Червелло останавливают бой, хотя в принципе, останавливать уже и нечего. Примо победил, Занзас уже лежит, а судья протягивает руку и (это Реборн додумывает уже сам) улыбается. По крайней мере, он держится слишком легко для человека, который только что сражался с главой Варии, как будто это все было лишь игрой, незначащим событием. Реборн смотрит, как улыбается Гокудера, в последнее время слишком хмурый и напряженный. Как Ямамото хлопает по плечу нового ученика Тсунаеши, как что-то кричит Реохей, скорей всего опять про боксерский клуб, как недалеко стоит Хибари с легкой полуулыбкой на лице, как Ламбо опять поедает конфеты и что-то бормочет, поглядывая на Примо, Хром Докуро со смущением стоит рядом, до сих пор вздрагивая, когда кто-то к ней обращается. Реборну впервые жалко, что его учеником стал Акаши. Тсунаеши совсем другой, он просто притягивает хранителей, сам того не желая. Они идут за ним как за небом. Как жаль, что в нем совсем нет пламени. - Мне тяжело, Джотто. Я чувствую, что они мои хранители, чувствую в них своих людей, поэтому все сложнее делать вид, что я не знаю о мафии, о пламени, что я далек от жестокости и убийств. - Может быть пора открыться? - Я уже не могу, это сложно... Я словно предал их. Они открывались мне с каждым днем, мы общались, виделись, гуляли, они оберегали меня от теневого мира. Не могу же я просто прийти и сказать:"Хэй, ребят, на самом деле, тот Тсуна это не я, а так, небольшая часть от меня. А на самом деле я тот киллер, которого ищет весь мир. Что? Да, вам не послышалось, а еще я кстати Савада. Здорово, да?" Джотто легко смеется, наблюдая за терзаниями Тсуны, который расхаживает из одной стороны в другую. - Ты знал, на что идешь. Поэтому просто обдумай все и скажи правду, не жди, а то станет слишком поздно, ты же знаешь своего отца, он сделает их хранителями несмотря ни на что. - Господи, почему я не самый обычный школьник, главной проблемой которого является несделанное домашнее задание. - Не всё так просто, друг мой. Джотто снова смеется, а Тсуна устало вздыхает, вот закончится все, и он просто обязан устроить себе небольшой отпуск, хотя может быть и большой, там как пойдет. От этой мысли улыбка появляется на лице парня, дышать и верить, что все будет хорошо, становится легче. Да, он киллер, убийца, но он все еще подросток, слишком быстро повзрослевший. Он все еще человек с верой в лучшее.