Невезучий

На следующий день я привёл себя в порядок, побрился, причесался, нарядился в парадный костюм и отправился в колледж. Пьер переехал, но вряд ли уволился. И действитеьно, место работы он не сменил. Дождавшись окончания урока, я заглянул в класс. - Можно к вам, господин учитель? Пьер повернулся. И, увидев меня, засиял улыбкой. Как же приятно, что этот человек был рад, искренне рад встречи со мной! Моя душа затрепетала, и сердце забилось сильнее. Пьер. Как же я соскучился по нему. - Жан! Вот так сюрприз! Ужасно рад тебя видеть! - Пьер поднялся навстречу мне и протянул руку для пожатия. - Какими судьбами ты здесь? Я приблизился к парню, пожал его руку. Едва наши ладони соприкоснулись, по моей коже пробежала мелкая дрожь. Тепло его руки было так приятно, так желанно, что отпускать эту руку не хотелось. Но нужно было, и я со вздохом отпустил. - Мы долго не виделись, - дрогнувшим от внезапно возникшего смущения голосом произнёс я. - Да, долго, - согласился Пьер. - Четыре месяца. Даже больше. - Я вчера зашёл к тебе в гости. Но соседка сказала, что ты переехал. Не зная твой новый адрес, я пришёл сюда. - Вот и правильно сделал! Я пытался сообщить тебе о переезде, но ты не отвечал на телефон. - У меня сменился номер. Прости, что не дал тебе новый... я виноват... - Что ж, прощаю, Жан, раз признаёшь свою вину. И счастлив, что ты не забыл обо мне. - Правда? - Моё сердце забилось ещё громче, подавая повод надежде для нового роста. - Истинная. Ты по делу или так просто? - Так просто... Поговорить. Хочу... сказать кое-что... - Слушай, Жан, у меня сейчас окно, пустой урок. Если не против, давай посидим в кафе, там и поболтаем. Да, так будет лучше. В кафе почти никого не было. Мы с Пьером заказали себе по чашке чая и по кусочку клубничного пирога. Я всё ещё был полон решимости на признание, хотя и немного нервничал. Свою речь заранее не отрепетировал и теперь не знал, как будет лучше: подойти к главному постепенно или выпалить сразу? - Как ты провёл каникулы? Ездил куда-нибудь? - задал тему Пьер, пока я тратил время на размышления. - Нет, никуда не ездил, - ответил я. - Хотел в Италию, даже устроился в один магазинчик, чтоб подзаработать немного. Но не поехал. Дома так и просидел. А ты? - Да мы тоже провели отпуск дома. Ремонт делали в новой квартире. "Мы". Да, теперь Пьер жил не один. И видимо, у него в супружеской жизни всё было прекрасно. - Как Ани? У вас с ней всё хорошо? - Да, замечательно. Ани прекрасная хозяйка, заботливая жена. И... нам хорошо вместе. Я видел, как у моей надежды увядают и опадают листочки. Пьер любит свою жену, ему с ней хорошо, они создали семью в своём доме, стали одним целым. Разве влюблённый парень-гей вписывается в эту идиллию? - Новый дом есть, можно и о детях задуматься, - добавил Пьер с тёплой и слегка застенчивой улыбкой. - Да, это правильно! - Мне хотелось плакать. - Вижу, как ты счастлив. - Да, счастлив, Жан. Ну и зачем ему моё признание? Я едва скрывал свою печаль и траур по увядшей надежде. Уткнул свой взор в кусок пирога и бездумно раздирал его вилкой, потроша тёмно-красную начинку. Будто любовь свою расчленял. - А как дела у тебя с Луизой? - поинтересовался Пьер. - Никак, - тускло отозвался я, не поднимая глаз. - Мы расстались. - Почему? Такая милая девушка... - Я не люблю её. - Вот как... И сейчас ты один? - Один. Я надеялся найти взаимопонимание у одного человека... у очень дорогого мне человека... но... я лишний в его жизни. - Этот человек сам тебе так сказал? - Нет. Он не знает о моих чувствах. Я и сам вижу, как он счастлив без меня. - А если попытаться признаться? - Уже не имеет смысла. Для чего? Чтоб услышать: "Прости, Жан. Ты отличный парень, но мне не нужен"? Я продолжал жестоко терзать острой вилкой свой кусок пирога. Мою никчёмную, никому ненужную любовь необходимо уничтожить. Уничтожить! Уничтожить! - Да что с тобой, Жан? - Пьер схватил меня за руку, останавливая издевательство над невинным пирогом. - Эта девушка так глубоко ранила твоё сердце? - Девушка? Я поднял глаза на парня. Сколько в его взгляде заботы и сочувствия! Пьер всегда был добр ко мне, старался понять, помочь. Что от всего этого останется в нём, если я скажу, что моё сердце тянется к нему, именно к нему, к парню? Даже если мы останемся друзьями, разве мне от этого будет легче? Разве смогу я с улыбкой принимать его восторги о радостях семейной жизни с женой и ребёнком? Боже, ну почему я такой невезучий! - Мне нужно идти, Пьер. Я отложил вилку и с болью в душе высвободил свою руку из ладони парня. Но Пьер вдруг вскочил и пересел ближе ко мне. Совсем близко. - Постой, Жан. Я вижу, для тебя это не пустяк, а очень серьёзно. Ведь ты же пришёл ко мне поговорить о чём-то. Так давай, расскажи мне всё. Я твой друг и, возможно, мы вместе сможем найти какое-то правильное решение. Зачем он сел ко мне так близко? Зачем так добр ко мне? Пьер, милый, если б он только знал, как тяжело мне сейчас сдерживаться. Особенно сейчас! - Мне нужно идти, - настаивал я. - Я не могу отпустить тебя в таком состоянии. Ты пришёл ко мне не просто так, тебе нужна поддержка. - Пусти, Пьер. - Нет, пока ты мне всё не расскажешь. - Не заставляй. - Это что, такая великая тайна? Кто та девушка? - Это не девушка. - Даже так? А кто? Ещё есть, ещё есть возможность всё обратить в шутку, отговориться, оправдаться, даже свернуть на другую тему... - Это ты, Пьер. Слова вылетели раньше, чем их сформулировал разум. Их сердце вытолкнуло. Пьер замер. Отвёл взляд и молчал. Да, он не ожидал подобного признания. И я не думаю, что оно его обрадовало. Вот и всё. Дружба завершена. Вот чего я добился своим признанием. - Это шутка? Да, надо сказать: "Да! Шутка!" - Нет, - тяжко выдохнул я. - Значит, ты гей. Терять больше нечего, уже всё потеряно. - Да, гей. Пьер воткнул взор в складку скатерти, но видел он вовсе не её, а какие-то свои мысли, которые вырисовывал его разум. - Почему ты раньше молчал? - подал парень голос из глубин своих размышлений. - Боялся, что ты меня оттолкнёшь, - тихо ответил я. - А теперь не боишься? - Теперь я тебя узнал и уверен, что ты поймёшь меня. Долгую минуту молчания Пьер продолжал рассматривать свои мысли внутри складки скатерти. - Зачем ты прежде молчал? - глухо повторил он. - Я боялся, что оттолкнёшь, - ещё тише ответил я. - А теперь? - Теперь я знаю, что ты меня поймёшь. И простишь. Эти месяцы разлуки показали, что ты мне очень дорог, близок. И я решил... хотя... надеяться мне не на что. - Я женат. - Я знаю. - И всё же сердце моё вздрогнуло. - Но... если бы ты не был женат? Молчание. И голова склонилась. Я ждал ответа. Я даже затаил дыхание. Это глупо, но надежда на чудо ещё держалась. Вдруг Пьер встрепенулся и резко поднялся из-за стола. - Мне нужно на урок, Жан, - заявил он. - Ты говорил, что сменил номер телефона. Запиши мне его, а то опять забудешь. Я поднял глаза на парня, - он улыбался мне. По-дружески, хотя и не очень весело. Что это означало? Понял и простил? Принял, отверг или сделал вид, будто ничего не случилось? Я достал из кармана блокнот и ручку, вырвал листок, записал на нём ряд цифр и подал Пьеру. - Я обязательно позвоню тебе, Жан. До встречи! Он ушёл. Пока мы остались друзьями, но мне почему-то казалось, что эта дружба вскоре сойдёт до уровня дальнего знакомства. Если только я проявлю слабость и допущу это. Но где мне взять силы? Где? Мне хотелось плакать. Я сел, опустил лицо в ладони и едва сдерживал волну слёз тоски и разочарования. Я Жан. Средний рост, стройная фигура, светлые волосы, синие глаза. И премиленькая мордашка. Да, я хорошенький и привлекаю внимание, но... в любви мне не везет катастрофически. Нет, я ещё не потерял надежду встретить настоящего нежного любовника, который возможно станет и моим партнёром по жизни. Хотя... разве этот хилый, вялый росток можно назвать надеждой? Дверь кафе распахнулась так резко, что я вздрогнул и обернулся. Я даже осознать ничего не успел, как Пьер буквально подлетел ко мне, наклонился и крепко поцеловал меня в губы. - Я позвоню тебе обязательно, Жан! Обязательно! - пылко пообещал парень, заглянув горящим взором в мою душу, и после вновь спешно вышел на улицу. А я сидел ошарашенный, с трудом успокаивая бешеный ритм сердца. Пьер. Пьер! Этот поцелуй!... Неужели он не отверг меня? Неужели чудо?! В момент во мне укрепилась и расцвела надежда завоевать не только дружбу, но и любовь этого парня. Я смогу. Смогу! Должно же мне в конце концов повезти!