Это все сон?!

Срок наказания в виде мучений закончился. Вроде и прошло всего три недели, но обоим демонам казалось, что срок длился три года. Время тянулось уж слишком мучительно… Скоро Хигари поместят под стражу в отдельную камеру. Их количество на седьмом круге вполне позволяет заселить каждого заключённого отдельно друг от друга. Тюремные камеры были очень маленькими, примерно в два квадратных метра. Внутри она выглядела как обычный подвал с обшарпанными стенами, подтекающим потолком и стойким запахом плесени и разлагающегося тела. Снаружи же камера уменьшена в несколько раз, закатана в лёд и опущена на дно озера. Оттуда невозможно было выбраться ни самостоятельно, ни без помощи внешних воздействий. Также, никому не разрешено было выходить на контакт с заключённым, чего всё равно ни у кого не выйдет. Периодически, узников выводили наружу, заставляя пахать, как проклятых. Обычно, они работали в кузнице или вырабатывали энергию, бегая, как белка в колесе. Также, особо опасных преступников могли мучить, пускать на опыты. даже убивать. На всё прихоть надзирателей. Заключённые живут в ужасных условиях: мало того, что их держат в непроветриваемом помещении, в котором до тебя сдохли уже несколько сотен человек, так ещё им негде спать, к ним могут залезть мерзкие твари, начиная от крыс и пауков и заканчивая мини-Хиробу. Помимо этого, преступники подвергались насилию, изучениям, принуждению, а самые «удачливые» изнасилованию, что считалось, на удивление, самым страшным наказанием. Ещё, все заключенные по сути были отстранёнными демонами, а если быть точнее, то оказались людьми. А раз они люди, то и питаться им тоже надо. Об этом был отдельный пункт... Еду узникам давали раз в два-три дня. Она была, разумеется, низшего качества и в мизерном количестве. Также, у арестантов было ровно сорок пять секунд, чтобы съесть подачку. Если успел за это время, то молодец, если нет, то жди следующей кормёжки. В общем, это из себя и представляла Адская тюрьма. Её основатели просчитали всё до последней мелочи, сделали максимально суровой, чтобы у заключённых не было потом соблазна нарушить правила ещё раз. На то она и тюрьма, и её цель отбить напрочь желание самовольничать. Сейчас уже прошло ровно три недели с начала отсчёта наказания. Сегодня Хигари должны отправить в эту самую тюрьму на пять месяцев и одну неделю. Ведь именно сегодня самая страшная часть закончилась, уступив место самой долгой. Такимура ведь просто ещё не знает, что из себя представляет её дом на этот срок... Сейчас девушка, выглядящая не наилучшим образом, в принципе, как и остальные двести шестьдесят восемь человек, стояла среди этого сброда у замёрзшего озера на седьмом круге, мирно выжидая своей участи. Она не была даже внешне похожа на ту сильную и бесчувственную девушку, которой была раньше. Честно говоря, её и девушкой сейчас назвать было трудно. Хранительницу настолько изуродовали в пытках, что родная мама не узнает. Никто не узнает... Волосы были сожжены почти до корней; белки в глазах были кроваво-грязного цвета от слёз и бессонницы; тело было сшито швами практически полностью между собой, а-ля Франкенштейн отдыхает; кожа и плоть были сожжены, как после купания в серной кислоте; руки и ноги выглядели переломанными, хотя были в относительном порядке. В общем, выглядела она более чем ужасно так же, как и остальные. - Вы все мусор, - прозвучал громкий голос надзирателя, - Приготовьтесь к худшим дням в вашей жизни. Вы, отбросы, сгинете в этих камерах, и никто не будет по вам плакаться. Будете пахать, как сумасшедшие и подохнете собачьей смертью, отродье. *** - И что ты мне предлагаешь? - начиная выходить из себя, воскликнул Дейхару, - У меня вагон работы, мне некогда. - А кого это волнует? Я убью тебя, если не придёшь. Тебе это ясно? - возразил Незуши с непоколебимым выражением лица, скрестив руки на груди. - Да ты издеваешься?! Как ты это себе представляешь? Мне, может, разорваться? - они выясняли отношения уже второй час: не удивительно, что у блондина нервы сдают к этому времени. - Я тебя предупредил. Выкручивайся, как хочешь, или ты знаешь, что я с тобой сделаю, - прошипел Микери, угрожающе собрав опасную молнию в обеих руках, показав серьёзность намерений. Белокурый ничего не сказал, опять оказавшись беспомощным в этой ситуации. Развернувшись, он покинул обитель главаря группы. скрипя зубами и хотя уничтожить всё, что можно. Ну и что ему теперь делать? Он набрал кучу работы и физически не успевал совершенно ничего. Сам ведь виноват: нечего было переоценивать свои возможности. Однако, что ему делать? Погибать ему вообще никак нельзя, тем более от рук мерзкого ловеласа. Ни в коем случае! Если завтра он не придёт на репетицию, то летальный исход в муках обеспечен. Оставалось только одно – работать, работать и работать без передышки. Лишь бы ещё не свалиться от переутомления... *** Очередное тело, горя заживо, упало на кучу других обугленных когда-то людей. Вокруг не осталось ничего живого, лишь останки от некогда крепкого и защищённого замка очередного грешника. Сам же хозяин поместья захлебывался кровью от удара когтями, судорожно хватаясь за поражённый живот. Выполненной миссией оказалась за два земных часа, что вполне быстро для такого ранга и количества жертв. Сам же демон практически не пострадал, не считая пары царапин на лице, которые вскоре затянутся. Эти глупые людишки думали, что смогут убить демона. Как жаль, что они ошибались. Получив грязную и алчную душу грешника, Акасаки перевоплотился в повседневный образ и телепортировался в другую страну для выполнения нового задания. Его опыт за последнее время поднялся ещё на две десятые, что в итоге давало повышение на треть. Довольно неплохо за месяц с его-то особенностью. В таком темпе он закончит полностью седьмой уровень ещё до выпуска Хигари. Сейчас главное держать себя в руках и не поддаваться внутреннему беспокойству. Этого сейчас вообще нельзя было делать, иначе он начнёт разрушать свою душу, чего не следовало допускать. Ещё не хватало, чтобы он пустышкой стал. Трудиться, трудиться и ещё раз трудиться! Занятость помогает избавиться от назойливых мыслей. Новое задание было В ранга. Нужно устранить семью, мешающую нормально жить целой деревне. Демоны, как защитники прав слабых и беззащитных, как звучит, а? Заказ был сделан типичной жертвой этой семьи, миловидной двадцатисемилетней девушкой, продавшей Акасаки свою душу, взамен на мир и спокойствие в деревне. А по-другому никак. Если не всевышние силы, то кто им поможет? Здесь сложностей не возникало, пока на сцену не вышел священник, служащий этой семье. С ним будет тяжело, зато интересно. Даже была вероятность быть изгнанным и пострадать, но дядька-то – не экзорцист, поэтому особых проблем с его устранением возникнуть не должно, однако... Дейхару удалось убить его, хотя тот был не промахом. Священник наложил самовзрывающуюся печать на демона перед своей кончиной. Поэтому, демону пришлось возвращаться в Геенну по кусочкам, самостоятельно сшивая себя. Ну как самостоятельно... Не без помощи лекарей, естественно. Пришивать голову он сам не смог бы в любом случае. После выполнения четырёх заданий уже подошло время для того, чтобы опять мозолить глаза Незуши. Они ведь ненавидят друг друга уже чёртовых тридцать восемь лет, и им не особо в радость даже находиться в поле зрения друг друга. А вот если бы Дейхару тогда не сопротивлялся, то, возможно, тот бы от него отстал. Но нет же. Теперь они оба мучаются, делая мозги друг другу. Сейчас, например, они грызлись между собой, решая, какие песни исполнять на следующий концерт. Мирно обсуждать такие вопросы было банально не в их стиле, в отличие от остальных членов группы, сидевших в сторонке на просторном диване в ожидании решения вокалистов. Лишь бы они драться не начали – разнимать их было дурной мыслью. Приходилось просто сидеть и слушать их маты, ругань и оскорбления, не решаясь вставить и слова. - Я этот бред петь не буду! - уже третий час продолжалась перебранка, и Акасаки старался защищать свои убеждения. - Будешь, - а Незуши, в свою очередь, пытался сдерживаться, чтобы не выйти из себя и не порешить наглого блондина прямо здесь, - Других вариантов нет. - Есть! - взмахивая руками, предлагал тот, кипя от ярости. Видимо, ещё чуть-чуть, и он перевоплотится в рабочую форму не по своей воле, - Написать другую песню. - Я не собираюсь писать новую! У нас на это времени нет. Если такой умный, сам и пиши. Хотя, куда там…? У тебя ни таланта, ни умений. Ты просто неудачник, - злобно оскалившись, бросил Микери, сложив руки на груди. - Да это ты так думаешь, урока кусок. Я напишу такой текст, что ты на месте одуреешь, - принял его требование блондин, заверив седовласого. - Ну-ну, попробуй. Но ты один чёрт не успеешь. Предлагаю вот что: мы поём мою песню завтра вечером, а на следующее выступление твою неудавшуюся ересь. Если ты, конечно, сможешь…, - в глазах ловеласа играл азарт, отчего становилось только интереснее. - Идёт, - неожиданно для себя согласился Акасаки, - И она будет шедевром. Попомнишь ты ещё моё слово. - Да-да, иди вон, - скучающе отмахнулся главарь, огласив дальнейший указ членам группы, - Всё, идём репетировать. Те поднялись и направились по своим местам. Скрипя зубами, Дейхару вышел, однако только сейчас для него дошло, во что он вляпался. Как вы прикажете ему написать даже две строчки, ещё и срифмовать их? Незуши, его насквозь визит, вот и спровоцировал блондинчика на такое решение. Да чёрт возьми, ему банально некогда, у него работы по горло, а тут ещё и заменой работать. Как всё сложно...