Это все сон?!

Сквозь пот, кровь и слёзы в прямом смысле Дейхару да написал свой шедевр, по правде, считая совершенно иначе. Он не знал, хорошая ли песня получилась, но одно было точно – в неё вложены все чувства, все эмоции и всё естество, и сдаваться Акасаки не собирался. Закончив писать, он, как и было обговорено заранее, направился к Кибе для написания мелодии под всё это. Решив, что песня будет в пост-гранж стиле, блондин сообщил об этом сероглазому оборотню, уже начавшему в голове придумывать мелодию. - Ну что, справитесь? - безнадежным тоном спросил он, сделав умоляющие глаза. - Конечно, не сомневайся. Дай нам три часа и всё будет готово. Я тебе сообщу, так что не беспокойся, - ободряюще подтвердил Вуаяши, приняв скрученный пергамент, - Ты сам как? Всё в порядке? - Угу... Ничего странного вроде не происходило, не стоит переживать. Я пойду. На связи. После этого он телепортировался на полигон для завершения тренировки. Это, по крайней мере, поможет отвлечься от осознания пустоты в душе, раздирающей его с каждым днём всё больше и больше. Если так и продолжится, то вскоре он превратится в безвольную куклу, на подобии которой была Хигари до его появления, а в худшем случае и вовсе погибнет. И как быть, если до выпуска Такимуры ещё пять месяцев? *** Сейчас добрая половина всех узников находились в Адской кузнице, вкалывая, как проклятые. Кто-то шил плащи, кто-то ковал броню, кто-то её зачаровывал, а кто-то получал плетью по окровавленным рукам. К последним относилась хранительница двоих Анки. Она просто обожглась о наковальню, из-за чего и прервала работу. За это сейчас Хигари и получает от одного из надзирателей, тихо всхлипывая и сдерживая крики. Как ни крути, а это ужасно больно... Когда демон, хлеставший её, оказался доволен проделанной работой, он отправил недееспособную заключенную в отдел выработки энергии. Раз руками она теперь ничего делать не сможет, значит, будет бегать, прыгать и выполнять силовые упражнения. В принципе, это было лучшим вариантом, чем кропотливый труд. Хигари никогда не давалась женская работа: ни готовка, ни стирка, ни рукоделие, даже уборка. Зато, как диван передвинуть или коробки на девятый этаж перенести – так запросто. Поэтому, физический труд для Такимуры проблем не составил. Загвоздка была в другом: сколько времени она должна будет этим заниматься? Вечно не сможет, тогда сколько? Час, два, может пока не помрёт? Тяжело выдохнув, брюнетка встала в конструкцию, похожую на колёса, и начала двигаться вперёд прогулочным бегом, дабы сэкономить силы. Ей повезло, что Акира – добрая Анки, и она поможет хранителю восстановиться, на чём школьница только и выживала. Узников держали на каторге около шести часов, после чего отправили в камеры, выпустив другую половину преступников. Брюнетка без сил свалилась на пол, ударившись о него головой и начав зализывать до сих пор кровоточащие кисти рук. Как же ей нравился вкус собственный крови, никто и представить не может. Всё тело ломило жуткой усталостью, а ноги вообще не чувствовались. Но даже в таком состоянии Такимура продолжала усердно работать языком и губами, проходя ими по глубоким царапинам. «Фу, противно. И какого чёрта ты только это делаешь?» - брезгливо прозвучал голос Рея в голове хранительницы. - Потому что не могу устоять, - с набитым ртом, ответила та, не отрываясь, - Как вы там? «Акира работает без передышки из-за твоей тупости. Почему же нам досталась такая неудачница?» - укоризненно вздохнула алая, высокомерничая. «Всё в порядке...», - прозвучал усталый женственный голос, - «Это как-никак мой долг. Нет причин для беспокойства». - Акира..., - отвлеклась от любимого занятия Такимура, - Прекращай дурью маяться и отдохни. Я и потерпеть могу. «Но, Хига-кун, тебе же больно. Да и меня это совсем не затрудняет», - начал спорить с ней рыжий лекарь, хотя в её голосе отчетливо слышались нотки усталости. «Ты с ума сходишь? Раз тебе эта бестолочь говорит взять выходной, значит, так и надо сделать. Не в наших правилах слушаться всякий мусор, но я тебе говорю. Брось эту неудачницу. Она и без тебя не сдохнет, пока есть я...», - поддержала аловолосая, уговаривая сестру. - Акира, тебе уже и Рей говорит, - согласилась Такимура, пропуская мимо ушей обидные слова, - Отдохни столько, сколько считаешь правильным, и не думай ни о чём. Я справлюсь. «Но Хига-кун... Я не могу просто так оставить тебя в таком состоянии. Тебе же хуже может стать!» - не сдавалась та, продолжая упираться. Только брюнетка хотела ей возразить, как её опередили. «Я пригляжу за ней. Теперь иди спать», - настолько повелительным тоном сказала Рей, что ей уже нельзя было воспротивиться. «Хорошо, сестрица. Но только не усугуби и так плохое положение, ладно?» - вымученно посмеявшись, младшая покинула сознание брюнетки, уснув в своём правлении. - Эх, какая же она вредная, - устало выдохнула та, почувствовав особо сильные волны боли в руках и спине. «Закройся и зализывайся, мусор. Я не намерена с тобой нянчиться. Поэтому, не наделай глупостей», - презрительно рыкнула Рей, замолкнув. Она всегда проявляет заботу через грубость, такой уж у неё характер. Но тем не менее она волнуется о состоянии Хигари не меньше, чем близняшка. Улыбнувшись уголками губ, та продолжила через силу проводить языком по глубоким ранам, обильно смачивая их слюной и наслаждаясь любимым вкусом. Совсем неожиданно еле слышно по камере раздалась музыка, оповещавшая всю Преисподнюю, что The Undead From Oblivion дали новый концерт, уже третий за месяц. Шустрые какие… Такимура ещё на очистке догадалась, что Незуши припахал Акасаки замещать временно ушедшую вокалисту, поэтому ничуть не удивилась, когда слышала, якобы свой голос из передатчиков. Затаив дыхание, она внимательно стала вслушиваться в тихую мелодию. Сначала играли песни в альтернативном стиле, следом за ними пост-хардкор, а в конце пост-гранж. Хигари ещё будучи школьницей прекрасно разбиралась в стилях музыки, и могла отличить любой из них друг от друга. Однако, казалось, их концерт окончен, как псевдо-голос хранителя объявил специальную песню, посвященную, как он сказал, лучу жизни и свободы. После этого заиграли две бас-гитары, и появились слова. (Примечание. Написано на мотив Red – Breathe into me) Я не понимаю, что чувствую, Когда в одиночестве буйствую. Мне кажется – я в бездне тону, И медленно, отчётливо иду ко дну. Моя душа становится пустой Не уходи от меня, постой. Ты знаешь, как меня спасти? Но я почти умер, прости… Вдохни в меня жизнь, И от меня не откажись Все преграды откинь ты, Иначе, просто мне кранты. Ты по-прежнему нужна мне Сегодня видел тебя во сне Я потерялся, а ты меня нашла И крепко-крепко обняла. Сейчас я стою почти на краю, Вспоминая прошлую жизнь мою Я верю, что не проиграю, Душу свою по частям собирая. Ведь я знаю, что ты мне поможешь Хотя, тебе это намного дороже Я почти один здесь… без тебя Прошу одно – не забывай там меня Вдохни в меня жизнь… Ты не чувствуешь боли. Я скажу, что ты моя болезнь, Но ты посмеешься против воли. Я ведь могу скоро исчезнуть, Испариться, просто померкнуть Но дал тогда тебе слово я И да поможет нам земля… - Эта песня… посвящается… мне? - подумала Хигари, - Но почему? Я же ничего особо не делала, чтобы заслужить такую честь. Было ясно, что это писал далеко не Незуши, а другим членам группы это всего-навсего не нужно. Значит, остаётся только Дейхару. Но, разве он способен на такое? Как-то однажды, блондин говорил, что в музыке полный ноль также, как и в написании текстов, хотя вокал у него не хромает. Неужели, у него всё-таки получилось пересилить свою «никчёмность» и сделать что-то по-настоящему стоящее? Однако, Хигари всё равно этого не достойна. Уж слишком она многого просит, а тут ей ещё и песню посвятили, назвав лучом жизни и свободы. Дейхару что с ума от одиночества сходит? Хотя, о каком одиночестве может идти речь? Ведь Акасаки не был одинок с самого начала... Хигари просто появилась в его жизни балластом, нахлебницей и паразитом. Такимура могла бы поспорить, что не приди за ней тогда белокурый демон, всё могло бы быть по-другому... Сама Хигари бы померла от своей же силы, чего никто и никогда не узнает. Или её душу сожрала бы какая-нибудь нежить, прибежавшая на выплеск, исходящий от могущественных Анки. Она бы померла, никому не причиняя проблем. А Дейхару... Он бы жил без забот о своей неспособной напарницы, не следя за ней, как за маленькой. Не уча, не бегая хвостом и не подтирая сопли, и в конечном итоге, не переживая ни о чём. Жил бы мирно, даже не зная, что такая Хигари Такимура... Завёл бы себе девушку или парня, детей, и всё было бы обыденно и мирно. Неожиданно, всё внутри девушки сдавило и защемило, будто от сильного пинка под ребра, а потом послышалась ругань алой Анки: «Ты дура?! На голову больная, что ли? Да ты сама понимаешь, о чём думаешь?! Ох, если бы я могла выйти отсюда, конец бы тебе пришёл... Но я буду бить тебя изнутри за такие мысли, недоделыш ты ходячий», - ругалась Рей, впав в бешенство и продолжая причинять боль, будто от настоящих ударов в живот и по лицу. - Рей..., - в перерыве между стонами боли, вымученно пыталась говорить Хигари, захлебываясь воздухом и кровью, - Разве я не права? Услышав это, старшая Тугуруми остановилась, позволив брюнетке договорить. Такимура, воспользовавшись моментом, стала отстаивать свою точку зрения. -Я влилась в его жизнь совершенно спонтанно, испортив её сразу же... Ты же сама видишь, что он заставляет себя со мной находиться. Я уверена, что он счастлив был бы с другой, или на крайний случай, с другим, но никак не со мной, - корчась от невыносимой боли чуть ли не кричала Хигари. «Ты совсем из ума выходишь? Прекращай заниматься бреднями и послушай меня, мелочь. Я тебе расскажу всё, как есть, дабы разрушить твоё конченное мировоззрение. Всё, что ты выдумала сейчас – чушь собачья. Во-первых, Дейхару и вправду написал песню тебе, но у него не было выбора. Как он и говорил, таланта к написанию у него нет. Но споря с Микери, он попался на его уловку. То бишь, сможет ли он написать песню, или нет. Это и был их спор. Как ты уже поняла, твой блондинчик не может не принять вызов от главного противника. Исходя из всего этого, он, не сумев придумать ничего, попросил Вуаяши о помощи. То, что он вложил в текст все чувства, связанные с тобой, чистая правда. Ты, мать твою, не думай, что он ничего не чувствует. Он привязан к тебе не только рабочими, но и самыми сильными узами, и ты должна взять ответственность за его чувства. И не смей отнекиваться. Во-вторых, именно Дейхару доверили тебя, как самого ответственному и свободному из служебных демонов ранга D. Остальные были просто заняты кем-то другим, были на заданиях или же попросту беззаботными, как, например, Вуаяши Киба. Из того корпуса, в котором обучался Акасаки, он был одним из тройки лучших учеников, и поэтому ему доверили тебя. В-третьих, между прочим, это я приказала ему взять над тобой именно опеку, а не просто сотрудничество. Поэтому, он так за тебя печётся. Но самая соль в том, что за всё это время он привязался к тебе, и мой приказ стал для него обыденным делом. Так что, дура ты эдакая, не смей думать, что ты для него ничего не значишь. Насколько я знаю, ты, Вуаяши Киба и Дамаяки Макиро являетесь для него целым космосом, так как больше у него никогда никого не было. Ни друзей, ни пары, ни нормальных родителей. В-четвёртых, если ты не забыла, то совсем недавно, мы втроём подарили ему новую жизнь. Если бы не мы, то блондинчик умер бы от вируса. Ни о какой мирной и беззаботной жизни и речи быть и не может. К тому же, он не мог найти себе спутника жизни на протяжении всех тридцати восьми лет. Как мне известно, при жизни он был несколько похож на тебя. О какой вообще семье может идти речь, если он не мог ни с кем сблизиться? ТЫ для него семья, вместе с Кибой и Макиро. Но, так как они оба заняты, и у них есть свои спутники, то... Ты поняла? Не смей уходить от него, ясно тебе?!» - рыча от злости, рассказывала аловолосая, вводя ту в глубочайшее потрясение. Хигари, в свою очередь, отказывалась верить во всё это, сжалась в комок и опёрлась на стену в камере. - А Эмилия…? Про неё ты почему не упомянула? «Потому что я её не знаю. Совершенно ничего о ней не нашла». - А остальное правда? - заикаясь и хлюпая носом, уточнила брюнетка, пытаясь успокоиться. Всё, что она держала в себе за всё это время, вырвалось наружу, сметая спокойствие и непоколебимость, царившую когда-то в этой камере. «Чистой воды и всё до последнего слова. Если твоя натура мне не доверяет, что мне больше нечего сказать. Возьми себя в руки и прекрати ныть. Лучше позаботься о себе и отсиди срок без проблем. Докажи, что ты не бездарность, если это действительно так...», - огрызнувшись напоследок, ляпнула Рей, затихнув и оставив Такимуру наедине с собой. *** - Не верю, - твёрдо заявил седоволосый, - Ты сам не мог такое написать... Всё же, когда Дейхару явил главарю The Undead From Oblivion свой текст, под который была написала великолепная музыка, то ввергнул того в шок. Незуши никак не ожидал такого текста от никчёмного Акасаки. Проиграв свои поставленные триста душ и скрипя зубами, он всё-таки принял эту песню в свой концерт. Однако, его проницательность упорно кричала, что его надули, поэтому, он решил настоять на своём и объявить Дейхару в мошенничестве. - Какие тебе ещё доказательства нужны? Разве ты не следил за своими любимчиками? Ты же видел, что никто мне не помогал, так чего тебе надо от меня? - объяснился блондин в который раз, даже не пытаясь начинать яростно конфликтовать: он сильно устал и сил на споры у него не было. - Сам тот факт, что ты, бесполезное создание, написало текст просто абсурден. Ты как пятое колесо в телеге, чтобы так делать, - не сдавался Незуши, отвечая вполне спокойно, мрачно глядя на него и сложа руки на груди. - Я не хочу обсуждать это с тобой. Результат – я выиграл. У меня много работы, я пойду..., - устало сказав это, блондин покинул обитель старшего демона и сонно полетел в свою пещеру. Его сознание начало покидать разум, что означало только одно: надо отдохнуть.