В Ритме Войны

«Прошлое» - Комуи Ли не любил это слово. Терпеть не мог. Оно не принесло ему ничего, кроме разбитой на осколки мечты и неприятного переворота жизни. Совершенно ничего. И сейчас, когда знакомый хрипловатый голос разносил по ордену строки странной не рифмованной песни, Смотритель невольно вспоминал те дни. Возможно, неожиданно свалившийся на плечи рапорт о поступлении в орден от Ватикана или же слова песни, напеваемые неизвестным певцом где-то неподалеку, повлияли на резкий наплыв давно забытого минувшего - определить было сложно. Работа на первом месте. И ничего, что воспоминания теребят душу, и строчки нескладной песни, словно бы про него писаные, и уже в который раз повторяющиеся нерадивым автором, словно он не может найти слов продолжения. Главное, просто не думать и начать писать давно забытые события. А песня вновь вторит мыслям приглашая посетить страну кошмаров, из которой, казалось, только недавно он вырвался. Бог твой шутку вновь сыграл - В испытанье суть. В ад кромешный он спустил, Ты не обессудь. Черный орден -Странный Дом, Он скорей Тюрьма! Милую сестру твою, забрала она… А ведь, и правда, ад, виноватых здесь не найти. Да и кто может быть виноват в том, что Она была избрана Богом? «Будущая Героиня» – говорили они с гордостью, уводя сестру туда, где семь кругов ада кажутся сладкой сказкой – под замок. Героиня. Ну конечно, лишь красивое слово с совершенно другим значением. Подопытный кролик, жертва - вот чем она была для них, не более того… А хриплый голос тихо продолжал, словно следуя череде мыслей в голове смотрителя, вызывал картинки, живые иллюзии, того самого - Прошлого. Выбор пред тобой стоит: Жить, как жил всегда Или же остаться с ней На-все-гда! Выбор. А ведь и правда выбор был. Юный гений — Комуи Ли. Страна могла получить незаменимого ученого. Это было его мечтой, но все то что он учил для нее, пошло прахом. Зачем ему грамоты и похвалы, достижения и мировое признание без той единственной частички, что осталась от его семьи? Сестра. Они были единственной опорой друг друга. Всем. Вдохновленный ее улыбкой он мог свернуть горы. С ним она всегда была такой счастливой. И это исчезло. Улетело. В пустоту. По желанию высших сил. Война забрала семью. Забрала смысл. Оставив лишь мечту. Но что значит эта мечта теперь? Путь только один… Без сомнений! Ясен путь, Пытку выбрал ты И ужасную тюрьму «Домом» Огласил. Изменений Череда, И Смешной мотив Без Алхимий и Чудес Здесь все изменил. Образование, гениальный ум и врожденный талант изобретателя - с такими данными он быстро получил желаемое: пропуск в довольно известную организацию Черный орден, а вместе с ним и должность одного из рабочих научного отдела. От стены нового дома веяло холодом. Тюрьма –единственное, с чем он мог сравнить западный отдел. Но его волновало совершенно другое – экзорцисты. Избранники бога, оружие в войне против Графа в этом мире, к коим теперь относилась и его сестра. Всего одна дверь отделяет их друг от друга. Толчок. Пустые заплаканные глаза смотрели сквозь него, крепко стянутые запястья и серая кожа, губы искусанные в кровь - вот что они сделали с его девочкой. Комуи испуганно шарахнулся от увиденного. Линали.. Его Линали, с искрящимися от счастья глазами и по-детски счастливой улыбкой, никогда не была похожа на ту замученную пленницу, что лежала сейчас напротив прикованная к кровати. Но это была она. Тихое, сквозь боль, «Братик» и слабое оживление в глазах. Наконец-таки она рядом. В душе стало легче. «Я сделал все правильно. Теперь. Теперь нужно только одно. Сделать тюрьму нашим домом.» ********** Шуршание документов под носом и стук керамики о деревянную поверхность стола вывели Смотрителя из воспоминаний. Мужчина устало закрыл тетрадь и, скинув добрую половину документов на пол, облегченно облокотился в кресле с только что приготовленной кружкой кофе в руке. С улыбкой он оглянул свою комнату. Линали о чем-то перешучивалась с Ривеном, ребята из научного отдела спешили отыскать документы для отчета на полу , как всегда заваленном различной макулатурной. Комуи удивленно отметил, что песня смолкла. Интересно, кто же ее автор... Мысли прервал влетевший в комнату с полный яростного энтузиазма Аллен, что-то тараторя и размахивая бумагами перед носом всех, кто-попадался ему на пути. Видно, Кросс вновь дал о себе знать. Значит, за одного уже можно не беспокоиться. Смотритель улыбнулся. Мысль, что с его приходом здесь многое изменилось, грела сердце . Он уже не простой ученый-помощник, а глава Ордена, от стен перестало веять холодом, а обитатели ордена теперь спешили с каждой миссии «Домой», а не в глухую тюрьму, встречу с которой каждый пытался отложить. Ему удалось все изменить в лучшую сторону. Подчиненные считают его другом, родней, уважают, пусть у него и много минусов... Кстати, и о них. Сейчас ему все равно нужно передохнуть, отделаться от воспоминаний. Мгновенно вскочив со стула, подпрыгивающей походкой, он проследовал в один из своих ангаров под взгляды насторожившегося научного отдела. Душу изобретателя не так легко унять, пусть известность и мировое признание не доступны ему, умелые руки и безумную фантазию это никогда не останавливало. И сейчас в его голове рождалась новая идея, а в глазах появлялся фанатичный блеск. Двери ангара с шумом захлопнулись – работа началась. ***** Глупая Улыбка И безумный Смех - Странный наш смотритель Поражает всех! Винтиков вновь в голове Хоровод Кружит, И Изобретения Начинают жизнь! В вечном сумраке коридоров ордена, прерываемом лишь искусственным светом ламп, появилась группа людей. Только что вернувшиеся с миссии искатели ведут нового экзорциста, совсем мальчонку, испуганно озиравшегося по сторонам. И в этот миг всё оглашается диким ревом. Клацанье шестеренок, скрип метала по полу и дикий свист синтезированного голоса заставляет всю группу подпрыгнуть на месте и прижаться вплотную к стене. Шествующий по коридору железный монстр и Смотритель, оседлавший свое новое детище, – зрелище не для слабонервных. Разрушения и взрыв, Крики, шум и гам.. Это новый Комурин Выбегает к гам! И твой смех безумный веселит народ, Ведь у нас игра - «Кто тебя уймет!» -Йоу! – с безумным смехом приветствует побелевших в стократ ребят Комуи. - О, у нас пополнение! – продолжает он, соизволив спрыгнуть со спины железяки для разговора. Новое творение тут же воспользовалось шансом и направилось на изучение окрестностей, но, не успев сделать и трех шагов, вывернуло на себя ведро с водой. Искры и чей-то вскрик за углом оповестили Орден о том, что Комурины и вода не совместимы для работы системы. Ну, а случайная встреча проклятого с очередным любимцем Смотрителя - к подтверждению давно известной рыжей мысли: Великому Джокеру Бога не везет везде одинаково. Крики улепетывающего мальчишки, в надежде все-таки спасти свою шкуру от ненужных ранений, разносились довольно долго, пока дело не приняло Глобальные масштабы. Как известно, глобализация в ордене измеряется не кем иным, как Кандой Юу. Увы, истории доселе неизвестно, что же страшнее в этой жизни: Граф с семейством стигматовых или один вставший немного не с той ноги самурай. Слезы смотрителя и оправдание «Должны же быть и у Главы Ордена в жизни маленькие радости!» никогда не работали против закаленной японской логики. Громогласное «Хм» в псевдооправдание, синяя вспышка - и великий труд Смотрителя летит в тартарары. Вовремя. Стоило улечься пыли, как в коридор на полном ходу залетает неизвестно откуда взявшийся Лави. - Мы вернулись! – выкрикивает он, так и не успев перевести дыхание, и, не дожидаясь ответной реакции, хватает в охапку Канду вместе с еле живым Волкером и тащит их в направление часовни. Комуи бросается следом. На лице нет и следа былого веселья, лишь волнение в глазах. Все ли вернулись? Вот она дверь часовни. Смотритель открывает ее рывком - и замирает, не в силе сделать шаг внутрь. Гробы. Везде, куда ни бросишь взгляд, одни гробы. Встреча с Ноями закончилась нашим поражением... Но веселья час Так не долог. И у нас Война – Миром правит Смерть. За стеною экзорцисты И тяжелый бой Многие вернулись Лишь в гробах домой... Сердце сжимается. Ком в горле. Набравшись смелости, делаешь шаг внутрь, снимая на ходу беретку. Улыбка на губах, и неважно, что душа плачет, это совершенно не важно. -С возвращением домой! – произносит Комуи всем. Шаг вперед, по очереди к каждому гробу. Нужно поприветствовать всех. Они вернулись домой, еще шаг, ближе к ним, называет по имени. Он помнит Каждого. Они Семья. Кроме ордена никто не узнает о их смерти. Никто. Кроме него. Беретка в руках измята до невозможности, на губах имена смешиваются с молитвой. В молитву за всех, кто сражался с ними спина к спине, и тех, кому еще предстоят сражения. Раненых переводили в медпункт под предводительством Канды, шипевшего ругательствами и тащившего за шкирку ослабшего после боя историка. Остальные остались на похоронах, после разошлись. Комуи остался до конца. Все та же улыбка на лице - здесь не место слезам. Не здесь, не при них. Ты сжимаешь шляпу, И встречаешь их. Словно все живые Имена твердишь! И не плачешь вовсе, Слезы не спасут. Молишь лишь за души Тех, кто еще жив. Работа. Нужно многое успеть. Очень многое. Завтра новая битва. Бумаги и свет ламп. Отчеты мелькают перед глазами. Ужас пережитого в этой битве заставляет волосы встать дыбом. Бумага рвется от бессилия. Ничего. Совершенно ничего он не мог сделать. Не смог спасти. Не мог помочь. И это не первый раз. Работа смотрителя тяжела. Тяжело терять близких, тяжело терять семью. Линали... Его сестра будет участвовать в завтрашней битве.. Аллен, Канда, Миранда, Мари, Лави… Все они. Страшно, душу душит страх и осознание своего же бессилия. На бумаге с отчетом появляются сточки, как в юности, ломаным, корявым почерком. «возвращайтесь живые…заклинаю...». Рука замирает. Губы растягиваются в улыбке над собственными страхами, обессиленно откидываешься на спинку кресла. Звуки гитары встретили его знакомой мелодичностью. Он замер, прислушиваясь к до боли знакомой мелодии. Тихий хрипловатый голос допевал последние строчки все той же странной нерифмованной песни, что слышал он не так давно, сидя у себя в кабинете. А пока война идет Спрячешь страх свой крепко, На клочке бумаги светлой, Криво выводя: « Возвращайтесь все живые... Умоляю вас...» Строчки, что повторяли действия, чувства.. Строчки, что отражали его самого. В голове один вопрос: «Откуда? Откуда эта песня?» Ноги сами понесли следом за мелодией. С каждым шагом звук становился громче. Поворот, еще один, больничное крыло вот она - дверь. Смотритель бесшумно открыл ее. Гитара тотчас смолкла, на смотрителя в упор смотрели три пары глаз. Юный музыкант обезоруживающе улыбнулся, проводя рукой по растрепанным рыжим прядям. -О, Комуи, а мы тут атмосферу наводим... -Угу. Муфыка сфосовствует зашифлению оргазизма, - пробубнил Аллен, будучи не в силах отказать себе в пирожке даже во имя объяснения ситуации.- Ничего особенного, короче.. просто... -Репетируем песню к завтрашнему вашему дню рождению, - спокойным голосом договорил за всех Канда. Лави удрученно вздохнул. - Ну, раз мы все равно спалились, Смотритель, может послушаете? - вновь улыбнулся рыжий, ударив по струнам знакомой мелодией.