Миссия : " Затерянная деревня. Мир тумана "

Для того, чтобы открыть врата Ковчега, экзорцистам понадобилось отойти подальше от деревни и любопытных глаз местного населения. Показывать гражданским врата строго запрещалось. Ватикан и без того не поощрял свободное использование Ковчега, поэтому приходилось соглашаться на все условия начальства. Искатели весело шумели и постоянно лезли с расспросами к Шпенделю. Но тот только отшучивался и улыбался все той же фальшивой улыбкой. Ни капли правды, только идеальная маска, которая так бесила Канду. Японец на мгновение прикрыл глаза. Ничего не изменилось. Все идет по старому сценарию. Раздражает… Хотелось поскорее избавиться от всего этого. Люди, шум, смех, дурацкие шутки и тупые расспросы… все это бесило. Просто выводило из себя. Усталый организм бунтовал, требуя немедленного отдыха и такой долгожданной тишины. Хотелось войти в такую темную и такую знакомую комнату, ощутить постоянную прохладу, царящую там, и сесть на твердую узкую кровать. Хотелось вжаться спиной в ледяной камень стены и сидеть так до тех пор, пока холод не доберется до самого сердца. Он давно стал родным и желанным. Мечнику нравилось, когда все тело пронизывал прохладный сквозняк, когда кости ломило от холода, а сердце сжимало так болезненно и так знакомо… - Канда, ты чего с такой хмурой рожей опять? – раздражающий голос раздается где-то слева. – Мы домой идем. Можно же быть не таким кислым? От тебя мухи дохнут во всей округе. Лучший способ избавиться от надоедливого идиота – игнорить его, словно пустое место. - Кааандааа! – Мояши и не думал униматься. – Ну, БаКааандааа! Обрати свой божественный взгляд на грешную землю! Любое терпение имеет свою грань. Если долго лить воду в чашу, то через какое-то время она переполнится, и вода хлынет через край. - Нэ, ты оглох на старость? – чертов Стручок не умолкал. Мечник сжал правую руку в кулак и едва заметно ухмыльнулся. Интересно, Мояши сможет так же болтать с выбитой челюстью? - Ну, Кандааа… - седовласый широко улыбался, собираясь ляпнуть еще что-то, чтобы вконец вывести японца из себя. Шорох и тихое щелканье железа в кустах справа от экзорцистов. Глаза мечника расширились, и он шарахнулся в сторону. Звериное чутье не подвело экзорциста – в тот же миг грянул выстрел, затем еще несколько. Все утонуло в дыму и криках. - Наемники! – проорал кто-то. Канда тихо зарычал и выхватил Муген, бросаясь в сторону, с которой слышалась пальба. Слишком слабые… Лезвие катаны со звоном разрубило ружье на две части. Мусор под ногами… Рукоять с треском врезается в челюсть испугавшегося наемника. Его лицо скрыто повязкой. Видно только расширенные в страхе и растерянности глаза. Миг – и тело летит на землю с раздробленной челюстью. Слева слышится выстрел и видно вспышку. Из-за дыма от пороха все кажется размытым. Все же, хреновые ружья у этих наемников… больше дыма, чем пользы. Перехваченный ствол старенькой винтовки рывком поднят вверх, и выстрел направлен прямо в небо. Удар кулаком в грудь. Канда слышал, как ломались ребра мужчины. Сейчас японцу было плевать. Они заслужили… Не нужно жалеть сил на такую мерзость… Лезвие Мугена сверкнуло, впиваясь в левое бедро еще одного. Рывок, и кровь разлетается вокруг. Удар рукояткой назад и еще один наемник кричит от боли. Теперь у него только правый глаз. Вместо левого кровавое месиво. Удар ногой в грудь и тело с размаху впечатывается в узловатый ствол дерева. Ружье выпадает с ослабевших рук. Еще один сам налетает на лезвие катаны. Рана не смертельная. Крови будет много, но наемник останется жив. Жизненно-важные органы не задеты. Мечник действует без промедлений. Враг перед ним. Пока он не будет обезврежен – останавливаться нельзя. Ребро ладони попадает точно по печени. Канда хватает человека за затылок и с размаху бьет его коленом в лицо. С разбитого вщент носа ручьями льется кровь… Все идет по какой-то страшной закономерности – уклон, удар, треск костей, крик и звук падающего тела. Мечник держал за горло последнего наемника. Кругом было тихо, словно в гробу. Мужчина дергался и хрипел, теряя сознание от асфиксии. - Бесишь, - мечник ухмыльнулся, заглядывая в расширенные зрачки. Затем он бросил дергающееся тело себе под ноги и развернулся, возвращаясь к искателям и остальным экзорцистам. Морщась от едкого дыма, Канда вышел на дорогу. Все искатели были живы, но у одного на левом плече расползалось большое кровавое пятно. Мечник фыркнул, видя, как Линали уже хлопочет возле раненого. Лави стоял рядом с девушкой и громко возмущался, обещая жуткие муки тому, кто подстроил это нападение. Японец хмыкнул, скривившись от своих догадок. Сомнений не было. Это сделал чертов Инари. Нападавшими были его охранники. Что же… теперь он дорого поплатится за то, что попытался совершить нападение на экзорцистов Черного Ордена. Скоро об этом сообщат в Центр и после этого полетят головы… Краем глаза мечник заметил Шпенделя. Тот стоял неподалеку от искателей и смотрел куда-то в лес. Японец ухмыльнулся и подошел к нему. - Ну что, Стручок? Живой? А я-то думал, что тебя наконец подстрелили… - Канда… - темноволосый экзорцист замер и вдохнул все еще пахнущий дымом воздух… кровь. - Ты не поверишь… Резкий шаг вперед и самурай замер перед седовласым Джокером. - …но твоя мечта сбылась… - на лице Аллена была пугающая улыбка. Она казалась счастливой и вполне настоящей. Фальшь исчезла, и извечная маска треснула, падая на землю и разбиваясь на мелкие кусочки. Седовласый парень улыбался посеревшими губами, а рукой зажимал рану в правом боку. Темная кровь лилась по его пальцам, тяжелыми каплями падая вниз. - Черт… больно, - Шпендель вздрогнул всем телом. Канда соображал словно в бреду. Очень темная кровь… значит повреждены вены… Правый бок, чуть ниже ребер. Это печень… Смертельная рана. Его кровь не поможет. Основные повреждения получили внутренние органы… - Мояши! – японец бросился к напарнику и подхватил того как раз тогда, когда колени Джокера подкосились. - Жжет… внутри… - осмысленность ускользала с взгляда надоедливого Стручка. - Тэмэ! Не теряй сознание! Открывай врата в Орден! Немедленно! – собственный голос слышался где-то сбоку. - Не кричи… придурок… и так болит все, - седовласый снова улыбнулся и прикрыл глаза. В этот же миг пространство рядом разверзлось, открывая врата Ковчега. Японец подхватил на руки мелко дрожащее тело и быстро пошел к вратам. Искатели что-то кричали и суетились. Линали и Усаги тоже были рядом. Они что-то спрашивали. Но сейчас мечнику было плевать на это. - Гнида мелкая. Чертова заноза в заднице! – рычал мечник, не отрывая взгляда от серых глаз. – Не смей подыхать! Понял! Только я могу убить тебя, идиот! Мояши опять улыбнулся. Снова той жуткой и искренней улыбкой. Он из последних сил старался не закрывать глаза и боролся с подступающих со всех сторон мраком. - Мояши, ты же так много звиздел о том, что спасешь всех! Что сможешь убить Графа! Так какого черта ты подыхаешь от гребаной пули, а?! Не смей закрывать глаз! – рявкнул Канда и слабо встряхнул теряющего сознание Аллена. – Не смей, иначе я достану тебя даже в аду, и тогда ты пожалеешь, что не можешь умереть еще раз, Мояши! - БаКанда… - Я ненавижу таких, как ты… Ненавижу тех, кто не выполняет свои обещания! Тупой Стручок, ты обещал победить меня в следующем спарринге! - Я… сделаю это… - И всегда твердил, что не сдашься! - Я обещал Мане… - Тогда какого черта?! - Я же умру? Верно? – взгляд Шпенделя был пугающе серьезен и грустен. - Хер тебе! Сученок, ты выжил даже с дырой в сердце! Неужели ты подохнешь от одной гребаной пули, а?! От моей пули! Она предназначалась мне, а не тебе, дурень! - Почему… кровь черная? - Потому, что пуля попала в печень, идиот! – Канда быстро миновал одну из улиц Ковчега и подошел к двери, отмеченной табличкой. - А по… чему так… жжет и болит? - Из-за желчи, тупица гороховая! – ударом ноги японец распахнул нужную дверь, и шагнул в нее. - БаКанда, а ты тупой… - седовласый резко выдохнул. - Тч! Заткнись! – рычал мечник, неся Шпенделя через толпу народа, к уже приготовленной каталке и целому табуну медиков. - Зачем… ты спасаешь… меня? – серые глаза смотрели вполне осмысленно и с детским любопытством. – Ты же… не… ненавидишь… - А кого я буду ненавидеть, если ты сдохнешь, Горох дурной?! – мечник осторожно уложил дрожащего Мояши на каталку. – Хоть ты бесполезен, но без тебя нам будет трудно выиграть эту войну, Стручок… Не смей подыхать… - Я… выживу… и обязательно смогу победить тебя, тупой… БаКанда… - Джокер Бога опять улыбнулся. – Я смогу… победить тебя… Смогу… Белые халаты закрыли Шпенделя от взгляда темных глаз мечника. Голоса и шум будто волной хлынули на темноволосого экзорциста. Раньше он не замечал всего этого… Юу поднял свои ладони, рассматривая кровь на них. - Канда! Что с Алленом?! Его ранили?! – кричала Линали. На левой руке кровь запеклась, а вот на правой была еще совсем свежей. Тяжелая капля скользнула с указательного пальца и поползла по глубокой линии на ладони мечника. Затем она замерла возле самого запястья… задрожала и стремительно скользнула вниз, срываясь и летя на каменный пол. - Канда, ответь! – Лави тяжело дышал и его голос был напуганным. В момент удара капля разлетелась мелкими брызгами. Воздух пропах металлом и тяжелой горечью. - Канда, - Линали всхлипнула. - Этот тэмэ не умрет…А иначе я достану его даже на том свете и превращу существование этой гниды в сплошной ад… - японец продолжал смотреть на свои ладони и ухмылялся. – Он не посмеет… Затем мечник резко развернулся и зашагал прочь от этой толпы. У него еще остались незаконченные дела. В кабинете царил привычный беспорядок. Множество бумаг шуршали под ногами от каждого шага. Сейчас здесь все окутывал полумрак, который освещала одна единственная лампа на широком дубовом столе. - Говоришь, что это были наемники главы? – Комуи был предельно серьезен. – Ты уверен? - Да, - Канда стоял напротив стола Смотрителя. – Это точно были они. - Я сейчас же доложу начальству, - руки китайца были сжаты в кулаки от злости. – Из-за таких людей, как этот Инари, мы вынуждены не только воевать с Ноями и акума, но так же остерегаться удара в спину… Комуи сдерживал эмоции, но его глаза гневно блестели, а на крепко сжатых кулаках проступили вены. - Он сильно пожалеет о том, что посмел посягнуть на жизнь экзорциста Черного Ордена, - голос Ли дрожал от злости. – В лучшем случае он сгниет заживо в темницах, а в худшем… к нему скоро прибудут Вороны… Канда поморщился. Упоминание о верных псах Ватикана всегда будило те воспоминания, о которых хотелось забыть навсегда. - Мне нужно переодеться, - ничего не выражающим голосом сказал темноволосый самурай. - Ты можешь идти, Канда-кун… И спасибо, - китаец благодарно кивнул экзорцисту. Мечник развернулся и исчез, будто растворяясь во тьме кабинета, а Смотритель взял телефон и набрал давно заученную комбинацию цифр. - Соедините с Центром. Немедленно, - голос ученого звенел от злости. Уже около пяти часов из операционной никто не выходил. Под дверью собралась целая толпа. Линали, Лави, Кроули, Чаоджи, старик Панда, Миранда, Мари и даже Джерри-сан. Так же здесь было много искателей, среди которых белели халаты работников научного отдела, возглавляемых Джонни и капитаном Ривером. Многие любили этого мелкого шулера. Не было среди них только Канды и Комуи. Кругом царила немая тишина. Было страшно проронить лишнее слово и спугнуть призрачную надежду. Все тихо ждали. Скрип двери казался настолько громким, что присутствующие вздрогнули и с замиранием сердца посмотрели на уставшую Матрону и нескольких измотанных медработников. - Мы сделали все, что смогли. Мне очень жаль, - голос Матроны заглушил громкий вскрик Линали. Девушка зажала рот руками и неверяще уставилась на нее. - Он жив, но я не хочу давать вам надежды, - женщина вздохнула. – Печень и желчный пузырь разорванны. Началась некротизация тканей. Ко всему этому огромная кровопотеря… Аллен Уолкер в коме. Мы больше ничего не можем сделать. У нас нет донорских органов… Мне очень жаль. В лучшем случае он доживет до утра. Женщина развернулась и исчезла за дверью, чтобы не слышать громких криков и плача. Ей и так было слишком больно, а главной медсестре нельзя ставить свои чувства выше долга врача. Все, что может сделать Матрона, это хоть немного задержать мальчишку… Комуи прервал связь и обессилено уронил голову на скрещенные руки. Этого просто не могло быть. Никак не верилось, что Аллен умирает. Он же прошел через столько испытаний… Он даже смог восстановить свою Чистую силу и снова ринулся в бой. Он же столько сделал для Ордена и для защиты людей… - Господи, за что ты так с ним? – тихо прошептал мужчина и закрыл лицо ладонями. Голова просто раскалывалась. Хотелось выть от безысходности. В душу будто воткнули раскаленный гвоздь и увлеченно ковырялись там. - Эй, Комуи… - Смотритель вздрогнул от тихого голоса. Рядом со столом стоял Канда. Японец смотрел на мужчину с немым вопросом. - Он умирает. Хорошо, если дотянет до утра… - собственный голос казался Ли жутким в этой тишине. – Мы теряем Аллена… Мечник на секунду прикрыл глаза. - Вот как? А ты уже сдулся, горе-Смотритель? – насмешливым тоном произнес он. – Неужели так легко дашь сдохнуть всеми любимому Мояши? - Канда, - лицо Комуи побледнело. – Хватит. Сейчас не время… - Тч! Закрой рот. Ты только и умеешь, что сидеть и ныть, когда кто-то умирает, - японец смотрел насмешливо и с вызовом. – И бегать с дурными воплями за Линали… - Канда, прекрати! – мужчина схватился на ноги и ударил руками по столу. - И не подумаю. Правда в глаза колет, Комуи? – мечник ухмыльнулся. – Они все там, под операционной. Они рядом с ним и стараются поддержать его хоть так. А что в это время делаешь ты? Прячешься в кабинете? - Заткнись! – Комуи сжал руки в кулаки. – Заткнись… Плечи Смотрителя мелко дрожали, а сам он тяжело дышал. - Ты же отвечаешь за жизни экзорцистов, и должен сделать все, чтобы спасти их… Так почему ты сейчас спрятался здесь и ломаешь трагедию?! – Канда схватил высокого китайца за шкирку и бесцеремонно поволок в направлении больничного крыла. – Раз тебе снова необходим пинок, чтобы начать действовать, я дам тебе его! Комуи был намного выше мечника, поэтому ему пришлось согнуться и покорно следовать за японцем, который стальной хваткой сжал его воротник. - Канда-кун, прекрати немедленно! – шипел китаец, пытаясь вырваться. – Я сам пойду! - Тч! – фыркнул Юу и отпустил Смотрителя, бесцеремонно подталкивая его к операционной. - Лави… Он не может вот так умереть… - Линали обессилено всхлипывала и прижималась к ученику Историка. – Не может… - Не может, - эхом повторил младший Книгочей и крепче прижал к себе темноволосую китаянку. – Давай будем верить в него. Он должен выжить. Аллен сильный и у него железная воля. Он не сдастся. Рыжий даже не пытался скрыть слез. Он чувствовал сильную боль внутри грудной клетки. Эту боль Историк узнал бы из тысячи, ведь именно так болит человеческая душа. - Да, - девушка никак не могла унять текущие по щекам слезы. – Он сильный и сможет выжить. Это же Аллен-кун… И мы снова будем вместе обедать в столовой и подшучивать над Кандой… - Конечно же, Линали. Мы опять будем вместе, - парень вымучено улыбнулся и положил подбородок на темную макушку Ли. Им оставалось лишь верить и молиться. - Жаль его, - едва слышно говорил кто-то. – Такой молодой и такой сильный экзорцист… - Да, это невосполнимая потеря как для Ордена, так и для всех нас, - ответил какой-то искатель. – Он был очень добрым и закрыл меня собой от пуль акума. Тогда мы были на миссии в Иордании. Я никогда не забуду Аллена. Мужчина всхлипнул и закрыл лицо рукой. - И меня он спас! – еще один искатель подошел к разговаривающим напарникам. – Вытащил в последний момент с настоящей мясорубки, которую нам устроили акума в лесу… Черт, я не могу поверить, что его не станет… - Он выживет! – чей-то громкий голос раздался в самой гуще работников научного отдела. Все с удивлением расступились, глядя на Джонни Гилла. Ученый сжимал кулаки и хмурил брови. - Что бы вы все не думали – он выживет! Поэтому хватит разводить тут сопли, и лить слезы! Аллен жив! Он вон там, за этой дверью! – Джонни указал на операционную. – И ему нужна наша поддержка, а не оплакивание! Он все еще дышит, и не смейте хоронить его раньше времени! Аллен – мой друг и я не позволю вам считать его уже мертвым! Искатели пристыжено опустили головы, а Ривер чуть улыбнулся. - Джонни прав! – сказал он. – Хватит разводить истерику. Аллен жив, и мы должны всеми силами помогать бороться за его жизнь! Искатели, ученые и экзорцисты внимательно слушали говорившего. - Искатели! – громко скомандовал Венхам. – Немедленно выяснить, где можно достать донорские органы и узнать в наших медиков необходимые физиологические характеристики! - Есть! – искатели разбежались добывать необходимую информацию. - Научный отдел! – капитан поднял вверх руку, сжатую в кулак. - Да! – рев десятков голосов сотряс коридор. - Нам нужно максимально быстро доставить необходимый для пересадки орган в Орден! - Для этого можно использовать одного из Комуринов! – закричал кто-то. - Нет, это слишком медленно! – ученые уставились на вытиравшую слезы рукавом Линали. – Доставку предоставьте мне. - Да! – Ривер воодушевленно улыбнулся. - А я могу остановить время Аллена, - Миранда совсем неуверенно подняла руку и жутко смутилась, когда на нее обратили внимание все присутствующие. - Это будет просто прекрасно, Миранда! – Джонни благодарно пожал руку вкрай смутившейся экзорцистке. - Тч! Вот видишь, Комуи, они делают все возможное, чтобы спасти Шпенделя, - тихий бархатистый голос, который раздался позади столпившихся черноорденовцев, заставил всех вздрогнуть. За спинами сотрудников научного отдела стояли Канда и Комуи. Японец смерил всех присутствующих тяжелым взглядом и бесцеремонно направился к операционной. Смотритель молча шел за ним. Он был настолько задумчив, что даже не обратил внимания на Лави, который крепко обнимал его любимую сестренку. Мечник ненавидел эти белые коридоры с яркими лампами на потолке. Запах лекарств и какой-то гадости мешал нормально дышать. Чем ближе становилась дверь операционной, тем сильнее росла паника в душе мечника. Жуткие воспоминания прошлого, словно лезвие ножа, врезались в память снова. Юу мотнул головой, прогоняя их, и рывком отворил дверь. Запах кварцовых ламп и медикаментов остро ударил по обонянию темноволосого экзорциста. От яркого света глаза практически заслепило. Мечник зашипел и прикрыл их рукой. - Что тут делают посторонние? – сердитый голос Матроны звучал из глубины помещения. – Немедленно покиньте операционную! - Он со мной, Матрона, - Комуи вошел в помещение следом за японцем и поправил очки. – Какое состояние Аллена Уолкера на данный момент? - Критическое, - женщина устало вздохнула. – Мы бессильны… Давление продолжает падать. Он умирает. Юу вздрогнул, видя лицо белого, словно мел, Мояши. Его нос и рот закрывала кислородная маска. Живот и половину груди Шпенделя туго обвивали белые бинты. Он едва дышал, иногда судорожно сжимая и разжимая кулаки. От этого зрелища в груди странно защемило. Вот он – его заклятый враг… Мелкий Стручок, который доставал самурая до печенок и жил ради спасения людей и акума. Вот он… лежит на этих белых простынях и медленно умирает… Темные глаза японца странно сверкнули, но он не смог оторвать взгляда от этого седого недоразумения. - Дайте мне медицинскую карту Аллена-куна, - Смотритель тяжело вздохнул и взял протянутый одной из медсестер документ. Прошло несколько мучительных часов ожидания. Состояние Джокера только ухудшалось. Сердце Мояши едва стучало, угрожая остановиться в любую секунду. Остановиться навсегда… Ли внимательно изучал все, что могло пригодиться. Хоть он и был ученым, но в медицине разбирался просто отлично. Китайцу были необходимы знания такого рода при создании разных препаратов. Сейчас же разум ученого отчаянно пытался найти выход из критической ситуации и сохранить жизнь этому удивительному парню. - Ему опять нужно немедленно перелить кровь… - Матрона оторвала взгляд от экрана одного из приборов. Медсестры сразу же засуетились, готовя все необходимое. - Давление опять упало, - женщина с горечью прикрыла глаза. – Его сердце начинает останавливаться… Аритмия… - Перелить кровь… – задумчиво повторил Комуи и его глаза вспыхнули надеждой. – Постойте! Все вокруг вздрогнули и уставились на Смотрителя. - Канда-кун! У тебя и Аллена-куна одна группа крови! – темные глаза ученого горели азартом. – И у тебя регенерация! - И что? – мечник нахмурился. - Готовьтесь к прямому переливанию крови! Это должно сработать! – Комуи лихорадочно метался по всей операционной и что-то искал. - Комуи! – прорычал японец и угрожающе уставился на начальника. – Я тебя убью! - Потом! А сначала ты спасешь Аллена! – китаец широко улыбнулся. - А моего мнения по этому поводу никто спрашивать не хочет? – самурай мрачно смотрел на мужчину. - Нет! И это не обсуждается! – Ли рылся в шкафчиках и гремел разными склянками. - Тч! – Юу едва заметно ухмыльнулся и горестно вздохнул, качая головой. Медики работали быстро и слаженно. Вскоре в операционную привезли еще одну каталку и накрыли ее белой простыней. Бровь мечника нервно дернулась, когда он заметил ремни, которые должны фиксировать руки и ноги. Между двумя койками установили какой-то странный аппарат, о предназначении которого оставалось только догадываться. Рядом поставили невысокий столик с железным подносом. Канда сто раз пожалел, что посмотрел туда. Создавалось впечатление, что Комуи готовился к изощренной пытке, а не к переливанию крови. - Не беспокойся, Канда-кун! – китаец одобряюще улыбнулся и жестом указал на каталку. – Ложись. Я сам лично все проконтролирую. - Это меня и пугает, - японец еще раз вздохнул и лег на твердую поверхность, прикрывая глаза. - Без твоей помощи он не выживет, - голос Смотрителя погрустнел. – Это очень рискованно, но это наш последний шанс. - Я это понял. Бесполезный Стручок… Одни проблемы от него, - тихо бурчал Юу, чувствуя, как на его руке затягивается жгут. - Да уж… - Комуи улыбнулся и осторожно протер спиртом локтевой сгиб мечника. – Но вы друг без друга все равно долго не выдерживаете. - Это еще почему? Больно мне нужна эта седая пакля, - Канда морщился, чувствуя неприятный запах спирта. - Тебе не с кем ссориться и драться. И ты тогда слетаешь с катушек, когда не можешь сбросить весь свой негатив, Канда-кун, - Ли присоединил иглу к прозрачной трубке, идущей от аппарата. – А Аллен-кун без тебя впадает в хандру. Ему не с кем собачиться и показывать свои настоящие эмоции, а не строить из себя вежливого паиньку… Ему ужасно скучно быть вот таким идеальным. - Комуи, ты кофе перепил? – японец продолжал лежать с закрытыми глазами. - Вовсе нет! Да и к тому же, я выпил его всего пять кружек за этот день. Это очень мало! – ученый осторожно ввел иголку в вену темноволосого парня и снял жгут с его руки. – Просто даже в самом ярком свете есть капелька темноты, а в самой кромешной тьме маленький лучик света. Человек создан так, чтобы в его душе свет и тьма находили гармонию. Трудно жить, показывая только одну сторону и подавляя другую. Аллен тоже имеет темную сторону, которую показывает тебе. А ты только что доказал, что у тебя есть светлая сторона, Канда-кун. - И как же я это доказал? – спросил Юу сквозь плотно сжатые зубы. - Ты сейчас лежишь тут и терпишь все мои издевательства, чтобы спасти такого ненавистного Мояши, - китаец нажал пару кнопок на аппарате и проследил, как по прозрачную трубку медленно заполняет кровь японца. - Тч! Потому, что если он сдохнет – мы потеряем ценную боевую единицу! – мечник старался концентрировать свое внимание на голосе Комуи и собственной злости. - Хорошее оправдание твоим действиям, - Смотритель с улыбкой посмотрел на зажмурившегося подопечного, и кивнул Матроне. – Можете начинать вводить Аллену-куну физраствор. Матрона быстро установила капельницу и принялась внимательно следить за экранами приборов. Комуи снял зажим со второй трубки с иголкой и подождал, пока кровь заполнит ее. Затем он опять перекрыл трубку и ввел ее в вену Уолкера. Руку седовласого тут же зафиксировали ремнями. - С Богом, - выдохнул ученый, вновь снимая зажим и замирая в ожидании. - Тч! – Канда не сдержал скептического фырка и помотал головой, от жуткого ощущения в собственной руке. - Не вертись, Канда-кун,- китаец поправил очки и прикипел взглядом к экранам приборов, которые противно пищали. – Потерпи немного. Ты получал такие ранения, что этот дискомфорт должен показаться комариным укусом. - Комуи… - утробным голосом прорычал мечник. - Тише, - Смотритель добродушно улыбался. – Еще двести миллилитров и я тебя отпущу. Японец тяжело выдохнул. Он не открывал глаз. Помимо пульсации в руке Юу начинал чувствовать сильную усталость и слабость во всем теле. Потеря крови давала знать о себе, даже не смотря на регенерацию. Руку нестерпимо тянуло. Хотелось вырвать эту иголку с мясом и отбросить подальше, а затем разбить нос Комуи. Внезапно приборы начали оглушительно пищать и все вокруг засуетились, бегая по операционной. - Держите его! Это судороги! – скомандовал Комуи. - Что там? – побелевшими губами спросил Канда и с трудом вдохнул воздух. - У Аллена-куна сильные судороги, - с тревогой в голосе сообщил Смотритель. Мечник должен был посмотреть на это. Свет ламп сразу же заслепил глаза и на них выступили слезы. Темноволосый поморщился и с трудом повернул голову к Мояши. Тот дрожал всем телом и метался на кровати, хрипя от боли и глядя перед собой расширенными до предела зрачками. Его с трудом удерживали врачи. - Прекращаем переливание! – Комуи спешно одел зажимы на трубки и осторожно вытащил иглы с вен своих подопечных. Мечник облегченно вздохнул, чувствуя, как его руку опять смазали спиртом и согнули в локте. Тело казалось каменным и совершенно отказывалось двигаться. Юу опять посмотрел на Шпенделя. Тот продолжал метаться в бреду и болезненно стонать. - Отпустите его и не трогайте. Регенерация… пошла, - едва слышно сказал японец и ухмыльнулся. – Сейчас ему не позавидуешь. Тем временем седовласый рывком сжался в комок и громко закричал, срывая голос. Он царапал бинты на животе и дрожал, хватая воздух. Крики мелкого не утихали около десяти минут. Он стучал зубами и извивался в белых простынях. Внезапно все прекратилось. Мояши открыл глаза и посмотрел перед собой, тяжело дыша и вздрагивая. Все его мышцы начали заметно расслабляться, а взгляд приобретал осмысленность. - Тч! – Канда презрительно скривился. – Чертов мелкий! Аллен вздрогнул от его голоса и поднял взгляд на мечника, лежащего на расстоянии вытянутой руки. - Б… БаКанда? – в серых глазах замерло удивление и непонимание. Японец продолжал сверлить Стручка злобным взглядом и жутко ухмылялся. Эта ухмылка точно не предвещала ничего хорошего.