Жизнь вождя, или каково быть мной

***

Это остров Олух. В двенадцати днях к северу от полной безнадеги и в паре градусов южнее холодной смерти. Олух... крепко застрял в неопределенности. Хорошо, что хоть не на меридиане мучений, как то было шесть лет тому назад. Моя деревня - одним словом не курорт. Здесь растет уже восьмое поколение, но дома совсем новые. Все потому, что никто их не старается разрушить, и уже, впрочем, давно. У нас тут рыбалка, охота и сказочные закаты. Просто скукотища. Одно счастье - домашние питомцы. У всех это попугайчики там, пони, рыбки, а у нас - драконы! Жизнь наша стала налаживаться совсем недавно - постоянные войны с драконами отнимали много сил, времени и ресурсов. Но когда Иккинг (давайте добавим: Кровожадный Карасик Третий), вождь племени Лохматых Хулиганов, будучи еще ребенком, смог приручить своего дракона и научить этому остальных, все стало гораздо лучше - теперь никто не жрет овец, не поджигает дома. Мир между нами и этими огнедышащими милашками пошел всем на пользу, и мы стали дружны, как никогда прежде. Эх, люблю говорить о себе в третьем лице - это звучит так круто и величественно. Так о чем я? Да, о том, что мы с драконами теперь не разлей вода, и... - Иккинг! Ты где?! Я тебя потеряла! Вылетай из облаков, милый! Астрид... моя любимая. После смерти моего отца я стал вождем нашего племени, но я был не один. Мне помогла встать на ноги моя мать, Валка, которую я по счастливому стечению обстоятельств нашел далеко отсюда, и моя нынешняя... черт, даже как-то непривычно думать, что скоро она станет моей женой. Как-то это неправильно. Астрид всегда была моей лучшей подругой, а с недавнего времени - моей возлюбленной, моей девушкой. Но, как любому вождю, мне нужна жена, чтобы была опора в доме. Но рано пока об этом думать, потому что для этого еще будет время. Я разогнался еще сильнее, потому что не был уверен в преимуществе этого среза нашей дистанции, и стал высчитывать свои полушаги-полупрыжки с одной ноги на другую. Раз, два, три и... уииииихаааа! Я лечу! Я снова взял свой костюм для полетов и прыгнул со скалы. Это давно не всплывавшее в моей памяти, но незабываемое, ощущение я решил повторить. Ну, как давно - с тех пор, как я стал вождем, мне всего пару раз пришлось его использовать, да и то в нуждах своей работы. Прошло всего около года, а кажется, что прошли года, да так быстро, что, кажется, что я не успел оглянуться, как я уже повзрослел. Да какое там повзрослел, я все тот же раздолбай, каким был прежде. Мне всего двадцать один год, а я уже стал вождем. Конечно, мне помогают, но все равно - какой я вождь? Но сколько бы лет не прошло, я все равно буду скучать по своему отцу. Я тогда так сглупил, когда полетел к Драго... Он хотел научить меня быть вождем, рассказать, как избежать тех ошибок, которые допускал он сам, а я его не хотел даже слушать. Ведь он мог прожить еще годы, если бы не Альфа... Теперь мне приходится учиться только лишь на собственном опыте. Я воспроизвел зов Ночной Фурии и стал ждать, потихоньку спускаясь. Спустя пару секунд я услышал небольшое жужжание ветра, какое бывает в ушах при быстрой езде или полете на открытом воздухе. Я приготовился и убрал все крылья, закрылки и хвосты обратно внутрь костюма и полетел вниз. Меня тут же подхватил Беззубик, согласно нашим хитрым трюкам, и, все еще слыша бормотание Астрид, которая плелась где-то внизу, проклиная меня со всеми моими причудами. Я даже смог услышать кусочек этих проклятий: "Давай, вылезай, наглый заносчивый наездник! Я тебя скину с седла, а потом..." Не хотелось знать, что было бы потом. Я направил своего друга вниз и пролетел мимо Астрид с громадной скоростью так, что ее чуть не снесло с седла. - Иккинг! Еще хоть раз ты меня так напугаешь, я тебя убью! - с этими словами она перегнулась через свою Громгильду так, что чуть не упала, и ударила меня в руку, как обычно бывает. Не сильно так, по-дружески. Надеюсь. - Ты что, забыла? Это же гонки! Тут каждый сам за себя! И я могу тебя пугать, пока не свалюсь с седла! - ответил я, подмигнув ей, но, посмотрев на ее гневное и немного смущенное от того, что я все же услышал ее проклятия, лицо, добавил: "Ну, извини." Она этим вряд ли удовлетворилась, поэтому она подрезала меня. Здесь открытое небо, мы высоко над землей, зачем было это делать? Я спокойно ускорился еще до ее маневра, и она ушла в пустоту позади меня. Ха, попробуй догони! Оглянувшись, я увидел, как она достает из большой-большой сумки позади, назначение которой мне не было известно до этого момента, несколько цельных куриных тушек. Куриная диета, куриная диета... вот если бы она еще доработала экипировку Громгильды и пользовалась курицей, тогда другое дело, а так... - Здесь каждый сам за себя, Иккинг! - с этими словами ее дракон задел меня крылом и снес с седла, а сама она со свистом пронеслась мимо меня. Я не упал, а повис на ремне, который крепился к седлу. Специально для таких моментов. Но я забыл, что он уже порядком поистерся, поистрепался, и мне пора бы его заменить, поэтому со скрипом и треском я потихоньку сползал вниз. - Эй, брат, подними-ка меня. Только без резких движений, - сказал я Беззубику, и тот, как мы учили, сначала резко подлетел вверх, а потом немного вниз, только еще реще. - Я же сказал - без... кха... резких движений, - сказал я через боль в ребрах. Он никогда меня не слушает. У меня опять захватило дух от этого, и сдавило ребра от прыжков, но я все же оказался в седле, пусть и потрепанный, и прибавил ходу, потому что оставался последний круг. Я пролетел мимо высокого столба с препятствиями, на котором Плевака стоял и начал размахивать финишным флагом. Мы остались вдвоем, потому что гонки на выбывание не терпят опоздавших. Оглянувшись, я увидел, как в ангар залетает Рыбьеног верхом на своей горячо любимой Сардельке. Удивительно, как он еще продержался все эти четыре круга. Да, да, именно четыре, а не три, ведь Академия Драконов тоже не стоит на месте и уже в полный рост тренирует новобранцев и даже уже весьма опытных наездников. Там же иногда тренируется Плевака со своим Ворчуном, даже будучи тренером по уходу за драконами. А наш новый, я могу даже сказать, профессиональный, наездник, тот самый седьмой гонщик на шестом по счету драконе в этой гонке - это Густав. Тот самый, кто претендовал на место Драконьего Всадника и делал для этого все, чтобы туда вступить. Он всей душой хотел туда попасть, и он сделал это - он шесть лет назад оседлал Ужасное Чудовище. Не каждый в возрасте десяти лет сможет такое сделать. Теперь же стать Драконьим Всадником может стать любой, кто достойно окончил Академию Драконов, а там готовят теперь с малых лет. Надо бы подумать о дополнительных "кланах" Драконьих Всадников. Благодаря этому достойному училищу у каждого жителя Олуха теперь есть свой питомец и его наездник, а то и по два. Но парень - молодец - устранить близнецов на Барсе и Вепре, да еще вывести перед этим из строя Сморкалу верхом на Кривоклыке дорогого стоит. Чего стоит только услышать те проклятия, которые изрыгал из себя Йоргенсонн-старший, когда Густав подрезал Сморкалу, и тот на полосе препятствий впиявился головой в бревно. Так был "уничтожен" Сморкала. Близнецы же сами решили устранить Густава на его Зубокрюке и нагнали его на предпоследнем повороте. Они обошли его с двух сторон с помощью голов Пристиголова, а затем ударили его, как они это всегда между собой делали. Это они так думали. На самом деле они чуть промахнулись, потому что Густав просто ушел вниз, и они сами слетели с Барса и Вепря и заняли пятое место. Но, увы, удача когда-нибудь кончается, и он тоже ушел в ангар под причитания Рыбьенога, который случайным образом сбил его, приземлившись Сарделькой на бедного Зубокрюка. Конечно, наш толстый (он не толстый - он пушистый, да, да) друг довез его, но парня все равно пришлось отнести в больницу. Благо, у Плеваки кроме драконов лечатся еще и люди. Что-то я заболтался. Теперь остались только я и Астрид. Побеждать ее я крайне не хочу, иначе я получу или топор в затылок, или во лбу у меня будет небольшая сквозная дыра от ее злобного взгляда. А проигрывать тем более - я все-таки вождь, а проиграть как-то не подобает. Надо что-то придумать, пока я плетусь в хвосте у своей любимой соперницы. А вот и наша знакомая скала. "Давай, братец, закинь-ка меня туда", - сказал я своему дракону, и тот, почти не пошевелившись, подкинул меня на пару метров вверх. Как раз то, что нужно. Я очень мягко приземлился на камни, которые вот-вот обрушатся, и побежал дальше, немного изменив свой маршрут. Теперь я бежал не к плато, с которого я прыгнул в прошлый раз, а почти на сорок пять градусов левее, наперерез Астрид и Громгильде. Я начал потихоньку расправлять кожаные крылья, чтобы вместе с прыжком спокойно полететь, как тут же подо мной появились скалы, и я споткнулся об одну из них, и я полетел вниз лицом. Не закрывая глаза, я в миллиметрах пролетел от этих злополучных камней, но тут мои крылья расправились, и я начал парить над пустотой. Как повезло, что это был конец обрыва, иначе бы я точно проиграл. Я направил себя в сторону Астрид, которая и не подозревала, что я уже в который раз срезаю, и то, что я нахожусь у нее за спиной без дракона. В небе появился Беззубик, который что-то мне хотел сообщить. Судя по его морде, что-то тревожное, но мне было не до этого, поэтому я просто на него шикнул. Оказывается, я вообще зря обернулся на моего друга, потому что передо мной из ниоткуда выросла скала, от которой я начал судорожно уворачиваться. Если бы не Беззубик, я бы уже давно падал. Он поддел меня носом, и я подлетел выше где-то на три метра - достаточно, чтобы преодолеть эту скалу. Но без звуков не обошлось - из меня вырвался хрип не то счастья, не то облегчения, а Беззубик немного запаниковал и выдал себя. Астрид обернулась и увидела его одного, но тормозить не стала, а крикнула: "Ну ладно, Иккинг, допустим, я все еще думаю, что ты сзади меня на Беззубике летишь. Что дальше?" Именно в этот момент я собрал все крылья и мягко приземлился на второе место на седле Громгильды. Астрид ничего не заметила, а ее питомец привел в боевую готовность шипы на хвосте и направил их на меня. "Тихо. Тихо, тут все свои", - я потрепал ее по бедру и обнял Астрид. "А вот что дальше, дорогая", - после этого я развернул ее лицом к себе и поцеловал в губы. Она закрыла глаза и наслаждалась моментом, чуть не отпустив вожжи. Я взял ее руки, такие мягкие и нежные, как лепесток розы, и принял управление на себя. Ведя одной рукой, а другой крепко, но не сильно, обнимая за талию, я наклонял ее все ближе к правому крылу ее дракона. Когда наклон стал угрожающе большим, я оторвался от ее маленьких, но бойких губ, и сказал: "Ты все еще дуешься, большая бука?" - и поцеловал ее еще раз. Мы уже приближались к Плеваке, когда она открыла глаза и сказала: "Дорогой, я тебя тоже люблю, но..." Выждав эффект, она добавила: "Но неужели ты думаешь, что сможешь меня так просто победить?" Она задорно хмыкнула, отняла мою руку от своей талии, и, забрав вожжи, добавила: "И да - я все еще дуюсь". И я отправился в свободный полет. Я все еще находился в трансе, хорошо, что Беззубик всегда следовал за мной и подобрал меня через мгновение после начала моего падения. Он ринулся вниз, я зацепился за седло, а затем за его шею, и мы вместе вышли из пикирования, и со свистом вместе с Астрид порвали ленточку и пересекли финишную черту. Это я так думал, но когда в громоух объявили: "Победителем сегодняшних гонок становится Астрид!" - мои надежды развеялись. Ну и черт с ними, с этими гонками, она все равно молодец. Мы приземлились, и наши бывшие соперники подняли ее на руках, а я присоединился к ним. Все трибуны скандировали: "Астрид! Астрид!" - все зрители ревели, воздух наполнился торжеством. Астрид спустили на землю, она подошла ко мне и прошептала: "Спасибо, мой... храбрый наездник". После она поцеловала меня, и мои щеки загорелись краской. Когда она отпустила меня, я уже не мог здраво мыслить. Все пошли поздравлять ее, а Рыбьеног подошел и произнес: - Повезло тебе, вождь. Не упусти ее - таких больше нет. - Да какой я тебе вождь, Рыбьеног! Я твой друг, как-никак, - ответил я своему давнему (да почему давнему? он и сейчас мой друг) другу, потрепал его по плечу и пошел домой.       Беззубик уже ждал на месте, собираясь немного поспать, мама уже была на кухне и готовила очередную вкусняшку, от которых я просто тащусь. Я прошел к себе в комнату и завалился на кровать с мыслью о том, что все-таки здорово, что Астрид любит меня, что я стал вождем, и что как, наверное, здорово, что обстоятельства сложились именно так, а не иначе. Я и мечтать не мог о таком счастье. А счастье - оно ведь не вечное.