Жизнь вождя, или каково быть мной

Астрид поднималась в гору, где жил Иккинг, с большим трудом, ведь сегодня она очень постаралась, чтобы обыграть Иккинга. Каждый шаг ей давался с трудом, она пыхтела, как паровоз, но она не собиралась уходить обратно. Не для разминки она поднималась сюда почти полчаса, вся уставшая и измученная за сегодняшний день. Сегодня в тихом и очень узком кругу отмечается дата - год, как Иккинг стал вождем. Дата, конечно, небольшая, но очень значимая для всех близких Иккингу людей, да и для него тоже. Здесь соберутся все его друзья и все близкие ему люди, чтобы поздравить - ведь в свои двадцать два неполных года он уже пережил больше, чем любой сорокалетний мужик на Олухе. Ну как все - жаль, конечно - Стоик бы гордился своим сыном, но ничего не попишешь. "Пожалуй, жизнь - жестокая штука. Она благоволит тем, кто просто зря коптит небо, и забирает тех, кто больше всех заслуживал счастья." (с)

***

Я наконец-то поднялась на эту чертову гору. Я это сделала! Конечно, надо снять с лица маску мучений и надеть маску радости и веселья. Все люди носят маски, и они уже в них запутались... а, черт, опять меня на философию понесло, хоть я еще и трезвая. Пора бы искоренить эту тенденцию моего разума, а то скоро это может войти в привычку. Я немного отдышалась, проводила злобным взглядом Сморкалу, который, посмотрев на меня, ухмыльнулся, и, постучав, вошла в дом. Внутри царила праздничная атмосфера - Валка, мать Иккинга, носилась повсюду с едой, Иккинг, как подобало достойному сыну, не отставал, несмотря на то, что это был его праздник, и подхватывал на лету иногда падавшие по неосторожности из рук и со столов кружки, сами же гости собрались небольшой кучкой у большого круглого стола в большом зале, и каждый что-то горячо обсуждал с соседями. Но, судя по иногда вырывавшимся стонам и натянутым "по самое нехочу" улыбкам, было понятно, что иногда темы разнились, и ребята друг друга не понимали. Все гости, понятное дело, пришли пешком, а драконов оставили самим себе, и те, наверняка, гуляли где-нибудь далеко за пределами Олуха. Только один дракон находился внутри дома, да и тоже был занят делом - Грозокрылу, дракону Валки, нельзя было находиться здесь, потому что он не подходил по габаритам. Все равно, что притащить Альфу и попытаться пропихнуть его в игольное ушко. Беззубик тоже не умирал от скуки - он зажигал потухшие факела и масляные лампы в доме, следил за тем, чтобы никто из гостей не увидел подарки и не съел все угощения раньше времени. По большей части это все было придумано для близнецов, которые и камня на камне здесь бы не оставили, но, как ни странно, они сидели и вместе со всеми участвовали в разговоре, и для Рыбьенога, который бы съел все с боевым кличем, но сегодня терпеливо ждал приглашения пройти за стол. Все это я наблюдала через громадный проем в конце гостиной, где я стояла. Сам дом более чем впечатлял своими размерами и убранством. Гостиная, на мой взгляд - самая бесполезная часть дома, но размеров она была здесь таких, что казалось, что это целый тронный зал. Внутри она была обставлена весьма скромно - деревянные шкафы стояли вдоль стен, в промежутках между ними висели седла, по-видимому, старые изобретения Иккинга, и, конечно, освещение в виде трех громадных ламп на потолке. Но эта была лишь малая часть дома вождя. Я прошла дальше, в большой зал, где собралась вся компания. Тот был еще больше и внушительнее - он был круглый, что было очень удобно, и в его стенах были дверные проемы и коридорчики, ведущие в другие комнаты, а на противоположном конце от гостиной была достаточно широкая, ведущая на второй этаж, лестница, чтобы вместить на нее двух Сарделек сразу. Зал был увешан топорами, секирами, мечами и щитами, среди которых были, помимо орудий Иккинга, еще и трофеи Стоика. Атмосфера была грозная, но таинственная, и все это нарушал шум у стола в центре зала. Я собиралась подойти к ним, но увидела, как ко мне подходит Иккинг, и последовала к нему. - Астрид! И ты пришла! Где же ты была? Все уже собрались! - поприветствовал меня любимый. - Как же ты прекрасна... - Привет, Иккинг. Ну что же - поздравляю с годовщиной! Икки... - Я потянула его за пояс в небольшой коридор рядом с громадным топором во всю стену. - Да, моя самая быстрая гонщица на драконах? Постой, я не могу за тобой угнаться! - игриво воскликнул он, намеренно немного отставая. - Аккуратно, только не нажимай сюда... - А что будет, если я нажму? Эммм... упс, - я нажала на кнопку на его поясе, и оттуда вырвалась крепкая веревка со стальным набалдашником, которая в момент обвила меня и притянула к моему "карасику". - Знаешь, а так даже лучше. - Он крепко встал на месте, чтобы его тоже не потянуло навстречу мне - от этого он казался еще более мускулистым и мощным. - Астрид, знаешь, я долго думал, и... может быть, повременим со свадьбой? По-моему, мы торопим события. - Мне все равно, когда она будет, главное - чтобы ты был со мной. - Я запустила руку в его каштаново-медные волосы, наткнулась на две его косички и притянула его голову. Мои голубые глаза встретились с его изумрудными, которые в тени казались большими бездонными впадинами. Они так и манили провалиться в них и остаться внутри навечно. Наши губы соприкоснулись, он захватил власть и начал неистово закусывать от возбуждения мои губы, наши языки сталкивались, а его руки скользили по моему телу в поисках еще неизведанных мест. Я обвила его сзади руками, которые я успела поднять, когда я выпустила лебедку, и, обняв его и скрепив руки на уровне его лопаток, потянула еще ближе так, что я почувствовала тепло его тела. Но тут я, да и Иккинг, наверняка, тоже, услышали голос, мягкий, но властный: "Иккинг, иди... ой, извини, я... зайду позже." Не было сомнений, кто это мог быть, и нам пришлось прерваться. "Извини, Астрид. Мама зовет, надо бы пойти", - сказал мой вождь и, предварительно отвязав меня от своего пояса, пошел в большой зал. Я осталась наедине со своими мыслями и эмоциями. Было несколько неловко и обидно, что нас увидели вот так. Хотя, с другой стороны, все нормально - я его, как-никак, будущая жена, и увидела нас не кто другой, как его мать, так что все произошло в порядке вещей. Чего удивляться? Я оправила свое праздничное платье, подшитое мехом, и прошла в большой зал. Все ненадолго притихли, обернувшись на меня, но потом возобновили свои споры и обсуждения. Рыбьеног и Сморкала так и глазели на Забияку. Они просто текли, когда она начинала говорить. Я прошла к столу и присела рядом с Задиракой. Тот скучал в одиночестве, в котором его оставили поклонники его сестры, и пытался себя развлечь. Я была удивлена, но он сидел весьма смирно, что было удивительно для других, а тем более для него. Я подсела поближе и осторожно завела с ним беседу: - Эй! Эхей! Не скучай, Задирака, когда-нибудь и к тебе будут липнуть девчонки! - Эх, куда там? Кому я нужен - скучный и такой спокойный? Когда я устраивал с моей сестренкой погромы, достойные даже самого Вопля Смерти, было намного интереснее и увлекательнее. - Поверь, ты нужен тут всем. Ты нужен нам всем. - Даже тебе? - Даже мне. - Я повернула его голову и заглянула в его глаза, такие скучающе-жалостливые. Я потрепала его по щеке, отчего он раскраснелся от смущения, и сказала: "Не переживай. У тебя все еще впереди. Просто научись ждать." Я потрепала его по плечу, как его лучший друг, чтобы дать ему понять, что ты мне нужен сильно, но, извини - парень у меня уже имеется. Валка вместе с Иккингом внесли в зал около десятка небольших ведер со всевозможной начинкой - здесь были и брага, и передержанное пиво, и много чего еще интересного и крепкого, а для любителей тихих праздников был сок. Потом Валка ненадолго исчезла и выплыла уже с другого прохода, неся в руках различные салаты и закуски из рыбы и баранины. Пахло так вкусно, что у меня уже начало сводить судорогами желудок. Как только с помощью гостей последняя тарелка встала на стол, все тут же накинулись на любимые и просто вкусно выглядящие блюда: Сморкала вцепился в баранью ногу, Рыбьеног взял нарезанный хорошими, сочными кусками, лосось, близнецы же взяли сначала сливочного пива, потом, сказав: "Ну, понеслась", - ударились головами так, что их немного зашатало, начали брать все закуски понемногу, Иккинг же взял жареное крылышко какой-то забитой жизнью курицы, ибо оно было ну о-о-очень маленькое, и отошел к проходу в кухню, чтобы не мешать гостям, и начал что-то обсуждать со своей мамой. Я же не стала ничего брать - почему-то не было аппетита. Все было настолько вкусное, что было бы как-то неприлично оставить нетронутыми тарелки с угощениями. Да какое там нетронутыми - все приглашенные уже почти все смели с тарелок, как будто неделю не ели. Я взяла пару бутербродов с ветчиной и стала потихоньку жевать. Даже несмотря на то, что я голодна, я насилу затолкала все то, что я взяла. После я взяла немного медовухи и выпила небольшую кружку, но медленно, потому что она приятно жгла пищевод, да и потому, чтобы не пьянеть так быстро. Выпив, я поднялась, потому что в голове уже начинало гудеть, а мне еще хотелось поговорить с Иккингом, который вообще не выпил за сегодняшний вечер ни капли. Я подошла к нему с Валкой, и услышала оживленный разговор: - Да пойми ты, что пора уже! Нельзя тянуть, иначе ты этого не сделаешь еще долго. Дагур просто так не уйдет и не даст тебе отпуск. - Да твой Дагур пока сюда дойдет, мы уже и разбежаться успеем. Не надо торопить события, ма! Все еще будет. Отец этого хотел, но он не расписал мне сроки моей свадьбы! - Твой отец вложил в тебя все, что только мог! И уж тем более, он не желал бы, чтобы ты упрекал собственную мать в том, что она желает тебе счастья! Пора бы уже тебе поговорить об этом с Астрид... ой, привет, Астрид! Как дела? - Все нормально. Поздравляю, Иккинг! - тут уж пришла пора мне включаться в разговор. Я хотела было продолжить и спросить Валку обо всем, о чем они еще говорили, но она нас покинула раньше, чем я успела сформулировать свой первый вопрос. За неимением Валки я спросила Иккинга. - Что, уже стремятся нас поженить? Как-то быстро... - Еще бы. Я все пытался ей втолковать, что и свадьба, и Дагур могут немного подождать, потому что это все как-то внезапно навалилось. Я немного растерялся. - Ой, да брось! Растерялся... знаю я, о чем ты думаешь. На самом деле Дагур вернулся? И с чем же он пожаловал? - Да, на самом деле. - На лице моего избранника отобразилась гримаса полнейшей досады и печали за происходящее. - Он хочет отобрать Олух и зажить здесь, как царь. Ни черта у него не выйдет. Когда я был ребенком, я смог отразить его претензии на остров, а сейчас, будучи вождем, я его растопчу! - Ну, тихо, будет тебе, - попыталась успокоить его я. Несвойственно ему так расходиться, особенно трезвому. - Ну если у него такие претензии, дорогой, то, - я немного замялась, зная, что, может быть, не стоит этого говорить, - то, может, сыграем свадьбу быстрее? Твоя мама все-таки права - может не оказаться времени, и, не дай Один, участников этого процесса. - Нет, Астрид. Вы почему-то хотите успеть везде и побыстрее, а я так не могу. Не надо так, милая. Просто научись ждать.