Scene Of The Crime

"От государства не ждали справедливости, за справедливостью шли к мафии. И мафия рождала собственных робин гудов"

(Пьюзо "Крестный отец")

— Может, вы скажете, кто вы? И по какому праву вы ограничиваете мое… — Ой, замолкни, - вальяжно протягивает темноволосый парень в солнцезащитных очках, подкуривая только что вытащенную из пачки на столе сигарету. Ее пепельный кончик мигает огоньком, после чего весь кислород в радиусе метра от меня обволакивает мутно-серая дымка. – У тебя нет сейчас каких-то особенных прав. Только право хранить молчание до тех пор, пока тебя не спросят. Я сижу напротив татуированного “таксиста” и странного женоподобного парня в какой-то подвальной забегаловке, где мало народа, пахнет сыростью, дешевой лапшой и сигаретами. Меня не волнует, почему здесь так мало людей, почему мы пришли именно сюда и кто эти парни. Меня волнует только то, за что они угрожали мне. Кому я успел насолить? Спустя несколько секунд под моим пристальным взглядом татуированный блондин разряжает обстановку ироничным смешком, после чего этим же смешком заражается его сосед, чуть не подавившись от этого дымом своей почти докуренной сигареты: — Впрочем, Стив, ты прав. Это никогда не прокатывает. Мое лицо удлинилось от напряжения и удивления. Темноволосый тушит сигарету в пепельнице, больше похожей на ракушку, и, подперев голову рукой, представляется: - Меня зовут Брайан. А он, как ты уже понял из нашего диалога, - Стив. – Они зачем-то по очереди пожимают мне руки. Я, деревянной от стресса ладонью, награждаю их своим рукопожатием, хотя, честно говоря, с каждым их действием чаша моего недоумения постепенно расплескивается. – А тебя как зовут, красавчик? – Последнее звучало немного саркастично, но я не заострил на этом должного внимания. — Меня зовут Фрэнк, - мямлю я, осторожно оглядываясь по сторонам. – А вас не волнует, что я могу встать и убежать? Вы же не убьете меня на глазах у свидетелей. – Через сотую долю секунды я уже жалел о том, что мой язык не прилип к горлу, когда в голову пришла мысль заявить что-то подобное. Брайан самоуверенно усмехается, а его лицо расплывается в ехидной улыбочке: — На входе дежурит Стефан. На своих маленьких ножках, коротышка, ты от него дальше двух метров не убежишь. Козел. Ты тоже не двухметровая модель. — Впрочем, давай к делу, - снова говорит брюнет. – Ты оказался не в то время, не в том месте, как бы прискорбно это ни звучало. Вчера один очень плохой человек должен был подохнуть в луже своей грязной крови, но ты, как будто самим дьяволом нам на зло, был заслан спихнуть его со скоростного экспресса на тот свет. – Улыбки уже и след простыл, черты лица заострялись по мере того, каким серьезным становился его тон. Он был бледен, как мраморная статуя, что сильно бросалось в глаза на фоне его загорелого товарища. — Так это вы вчера напали на того парня? – Я взглотнул, сразу позабыв все острые фразочки, которыми хотел раскидываться перед этими ребятами. Что бы ни произошло, я никогда не показывал, что мне страшно, даже если все мои внутренности от напряжения скатились в пятки. Сейчас именно тот случай. Стив только загадочно ухмыляется в ответ, а Брайан будто перехватывает его мысль: — Не совсем мы. Мы не опускаемся до марания рук, используя холодное оружие. Это делали наши крысы. Просто по нашему велению. — Крысы? – Кажется, цвет моей кожи стал бледнее, чем у женоподобного парня. — Мы так называем тех, кто пока еще не заслужил наше доверие, но чисто по факту работает на нас, - уточняет Стив. – Скоро ты узнаешь, как это. Что ж, Фрэнк, настало время понять, что не всегда добро, которое ты делаешь людям, возвращается добром. — Что значит “узнаешь”? – Тон моего голоса сам собой убавляется, хрипя, как бабушкин патефон, будто мои легкие действительно решили оторваться и залечь в более безопасном месте моего организма. — Прости, лупоглазый, но тебе придется ответить за то, что помешал нам. Мы планировали это несколько месяцев, тщательно обдумывая каждую деталь, потому что крайне трудно подловить этого засранца в тот момент, когда никто не сможет его защитить, а ты… - Брайан демонстративно указывает в мою сторону пальцем. - Ты просто появился и все заговнял. И сейчас я с трудом сдерживаю желание пустить тебе пулю в лоб. — Я так понимаю… - Легкие уже проваливаются куда-то в желудок. – Вы хотите, чтобы я сам его убил? Но я не убиваю.. Я… — Стив, кто разрешал ему меня перебивать? – Театрально возмущается брюнет, повернув голову в сторону своего приятеля. Стив подхватил не менее театрально, с выражением бросая мне: — Ты совсем за свою шкуру не трясешься, малец? — Я молчу! Все. Легкие в пятках. — Тогда слушай и не выводи меня, - монотонно пробурчал Брайан. – Мы пробили тебя по базе данных - чист как попка младенца. Значит, ты тот, кто не вызовет подозрений. Значит, ты отлично подходишь нам для того, чтобы проследить за Уэем. Тебе не придется его убивать. Просто следи и сообщай нам, за что он трясется, где у него слабые места, какое пиво он пьет, как зовут его крыс и тараканов в башке. А мы сами решим, как будет проще его убрать, ведь после нападения он наверняка крайне насторожен. Хотя, нас больше волнует, где он хранит документы о своих грязных делишках. Но это тебе на десерт. Сначала нужно втереться к нему в доверие… - Полет мыслей парня был так стремителен, что я едва успевал соображать, как ему хватило фантазии о таком додуматься, и с чего он взял, что Джерард меня подпустит ближе, чем на расстояние дальности полета пули. — Разрешите вас перебить, - с сарказмом оттягиваю я и тут же славливаю хмурый взгляд татуированного, - но с чего вы решили, что он вообще меня подпустит? Или я буду на ковре самолете повсюду за ним летать, прячась за кустами с биноклем? — Надо будет, пришьешь крылья и будешь летать, - холодно отвечает брюнет. Он так и не снял свои очки. – Мы знаем, куда Джерард ходит выпить. Устроишься туда барменом. Ты наверняка думаешь, что он неблагодарная скотина, но, поверь, он узнает тебя и завяжет разговор. А подвыпившие мужики его возраста весьма дружелюбны с такими, как ты. — Как я? Ну, допустим, даже если мы подружимся… Как я смогу следить? — Подружимся? – Стив хохотнул, наконец, вставив свое слово. - Ты совсем тупой или придуриваешься? Брайан объясняет более выдержанно: — Уэй с интересом относится к однополой “дружбе”. А ты ничего. В его вкусе. — Вкусе? – Я пока даже не пытался обмозговывать то, что от меня хотят. Это звучало слишком нелепо. – Если ему нравятся татуированные, то почему ваш Стив сам с ним не “задружится”? А если ему нравятся брюнеты, то почему бы тебе самому не попробовать? После секундного глядения на меня в полной тишине их прорывает на громкий, неподдельный ржач. Мне, почему-то, совсем не до смеха. — Я лучше налысо побреюсь и уйду в буддийские монахи, - давясь смехом и закрывая лицо ладонью, заявляет Брайан. Еще минуту я смотрю на их раскрасневшиеся от смеха мины, после чего меня все-таки награждают объяснениями: — Как минимум, он знает нас в лицо. Я уже молчу о том, что он наш самый заклятый враг из всех семей и кланов и тому подобное. — Но я не заметил в нем ничего ужасного и мерзкого. Я не понимаю… Что он вам сделал? Стив сразу же успокаивается, а лицо Брайана снова затягивает серьезностью: — Он убил Стива. Он был одним из самых близких мне людей. Я уже промолчу о бесчисленном количестве наших товарищей. За дверь забегаловки выходит последний непричастный к этому делу человек. Последний, кто мог позвонить в полицию и спасти меня. Теперь мы втроем наедине с табачным дымом, запахом сырости и лапши. Мои нервы медленно сворачиваются и вместе с внутренностями устремляются к пяткам. — Но Стив сидит здесь. – Я устремляю ошеломленный взгляд на Стива, который встречает меня с идентичным выражением лица, после чего Брайан, еле сдерживаясь от смеха над моей реакцией, объясняет: — Это другой Стив. До него был еще один Стив. — А, - протягиваю я, - а до меня уже был какой-то Фрэнк. Потом его убили. А потом вы заведете еще одного, когда убьют меня. Стив снова пускается в ржач, а его, как я понял, босс от безысходности задирает голову к потолку и в отчаянии стонет. Я мысленно улыбаюсь сам себе, но затвердевшие мускулы лица наяву этого сделать мне не позволяют, чему я впервые несказанно признателен. — Ты определенно мне нравишься, парень, - с улыбкой отмечает Брайан, подзывая официанта, чтобы попросить его принести нам что-нибудь выпить. – Но это не помешает мне убить тебя и всю твою семью с тетями и дядями по линии кузины, если ты облажаешься или предашь нас. – Он подмигнул мне, но в этот момент уже не было внутренностей, которые могли обвалиться от моего напряжения.