Глава вторая
23 мая 2015 г., 19:07
Не надобно другого образца, Когда в глазах пример отца. Александр Сергеевич Грибоедов
Подперев ладонью подбородок, я задумчиво любовалась танцем языков пламени и, прислушиваясь к ведущемуся подле меня разговору, исподтишка разглядывала сидящего напротив мужчину. С того момента, как он прибыл в наш дом, миновала пара часов, но изучить гостя, как следует, я так и не успела. Почему? – спросите вы. Да потому, что мотался он, как та белка, в образе которой и предстал предо мною в самый первый раз. Небольшая серьга с кроваво-красным камнем сверкала и переливалась, благодарно ловя на себе блики костра и легонько покачивалась, стоило мужчине шевельнуться. Ядовито-жёлтый шарф, коий он снял на время трапезы, лежал тут же, и от взгляда на него в глазах начинало двоиться. Взор же, сперва показавшийся мне почти таким же, как у Шона, на деле оказался совсем иным. Если мой любимый наставник смотрел на мир с теплом и неисчерпаемым энтузиазмом, то в глазах его отца читалось некое пренебрежение. Казалось, будто бы, в бесконечной мудрости своей, он давно поднялся до невероятных вершин и теперь смотрит оттуда, говоря: «как же это банально». Под взором Алена я чувствовала себя так, будто бы, разобрав по косточкам, меня изучили до последнего атома, так что я превратилась в пройденный материал, непонятно для чего здесь оставленный. Хотя при беседе ощущение это пропадало, и я почти забывала о зародившейся в сердце лёгкой неприязни к этому человеку. Возможно, такие чувства к Алену я питала из-за Шона, раз за разом вспоминая тот холодный приём, коий сын оказал отцу. Вот на Шона, кстати, мужчина смотрел иначе: с некой грустью, затаённой болью и надеждой. Примерно такие же взгляды тер Дейл бросал на меня в самом начале, полагая, что мы никогда не сможем быть вместе. И сейчас, перехватывая порой то, что никому не предназначалось, я ощущала безграничное сочувствие. В общем, в своём отношении к Алену я так и не разобралась, так что присматривалась и принюхивалась, образно говоря, конечно. Если обычно, сидя у костра всем нашим составом, мы чувствовали себя абсолютно свободно, то сейчас в воздухе, будучи густым, словно патока, разлилось напряжение, потрескивая и мешая дышать. Все молчали, бросая косые взгляды на нашего гостя. Всеми фибрами своего организма я чувствовала, как в головах друзей вертится масса вопросов к Алену, впрочем, точно так же, как и в моей собственной; но все молчали, будто бы боясь нарушить, разбить давящее безмолвие. Звонко треснула прогоревшая ветка, рассыпав звёздочки ярких искр. Потянувшись, Шон попробовал поджаривающегося гуся и, сочтя мясо готовым, снял с вертела. - А где Кларисса? – спросил наконец он, сосредоточенно разделяя увесистую птицу. Взгляд Алена, затуманившийся было какими-то мыслями, прояснился. - Завтра поспеет. Ты же знаешь, она любит более эффектные появления. Шон кивнул. Заглянув в мысли мага по закрытому каналу, я содрогнулась от его боли, хотя лицо, обычно выразительное, хранило полную бесстрастность. Снова повисла тишина. Сознавая разворачивающуюся перед нами семейную драму, мы боялись сказать что-то не то. Астер же ёрзала, явно желая уйти и ощущая себя лишней. - Кстати об эффектных появлениях, Ален, - вновь заговорил Шон, не глядя передавая отцу доверху полную миску. – Может объяснишь, как сумел пройти нашу защиту? - А, так ты не понял, - расцвёл в улыбке Ален, и его лицо изменилось. – Тут же всё просто. Вот, смотри. – Вскочив с места, мужчина принялся расхаживать взад-вперёд, бурно жестикулируя поджаристым крылышком. – Ты защиту от кого ставил? - Ну-у, от людей, от магов, от чужих глаз и, - начал было Шон, но отец перебил, видимо получив тот ответ, в котором нуждался. - Да-да-да. – Перемазанный жиром палец ткнулся в середину веснушчатого лба тер Дейла знакомым мне со времени уроков с Шоном жестом. – От людей, от магов – это, конечно, отлично. Но ведь птиц, насекомых и всякого рода живность он пропускает. - Да, но… - А я тебе чем не птица? – раскинув руки в стороны, Ален склонил голову, приподнялся на пару сантиметров (причём миска с шашлыком парила перед самым его носом) и, опустившись обратно, издал смешной звук, имитируя карканье. Не сдержавшись, я прыснула. Рядом трясся более вежливый Ас. - Кем бы ты ни становился, ты всё равно маг. - Ты – маг во второй, третьей или брых знает какой ипостаси, а я – мастер истинных перевоплощений. - Значит, щит среагировал на вас, как на самую обыкновенную белку? – всё-таки вставила любопытный нос я, за что была вознаграждена удовлетворённой улыбкой. - Именно, - практически пропел Ален, усаживаясь на своё первоначальное место. – Умная девочка, Шон. Твоя ученица? Шон кивнул. - И моя невеста. Карие глаза мужчины расширились. - Невеста? А… А где эльф? - Я здесь, - подал голос Ас, - и уже готовлюсь к нашей с Шоном свадьбе. Несколько секунд Ален молчал, наблюдая за нашим коллективным гримасничаньем, а потом облегчённо вздохнул. - Ну слава всем богам, Шон. А-то я уж было подумал… - Что у меня проблемы с ориентацией? Отец потупился. - Ну, тебя с детства девочки не привлекали.***
- А теперь повернись еще раз, - скомандовала Лана, придирчиво изучая моё подвенечное платье. Покорно сделав несколько шагов вокруг своей оси, я вздохнула. С участью манекена я смирилась еще два часа назад. Ровно в тот момент, когда лучшая подруга императрицы занялась коррекцией платья. Хотя нет, даже не так. Платье было идеально, а корректировали, скорее, меня. Походку, постав головы, движения рук – всё это Астер ненавязчиво поправляла, постоянно напоминая мне о том, что я не кто-то там, а важная леди, дракон, в конце концов. Вчерашний вечер завершился несколько нетривиально. Заставив отца вновь перевоплотиться в белку, Шон стал искать неуловимые отличия между ним и обыкновенным зверьком, надеясь научиться ставить совершенную защиту. Глядя на то, как мужчины работали вдвоём, я не могла сдержать улыбки. Захватываясь чем-то новым, оба забывали о старых обидах, полностью отдаваясь экспериментам. Вот только, стоило отвлечься, и мой жених порастал ледяной бронёй, отгораживаясь от родителя. Я видела, как он радовался возможности научиться чему-либо у отца и не могла понять, почему происходит именно так. Вот зачем вместо того, чтобы смирить свою гордость, он продолжает строить стены? «Это из-за того, что он сам стыдится своих чувств, - прозвучало в голове». Мягко приобняв за талию, Ас привлёк меня к себе, позволяя откинуться на сильную грудь. «Стыдится чувств? – переспросила я, щуря глаза, будто сытая кошка». «Конечно. Понимаешь, Тими, чем старше обида, тем сложнее её разрешить. Шону нужен толчок для того, чтобы перебороть свой страх». «Чего он боится?» «Быть отвергнутым. - Протянув руку, Ас накрутил на палец прядь моих волос. – Он понимает, что перегнул палку и боится, что этого ему никогда не простят». Вздохнув, я покосилась на пламя, нежась в руках жениха. «Мы можем как-то помочь ему?» Ас пожал плечами. «Лишь любить его, Тими, лишь любить». - Эй, леди Сайгирн, вы из платья вылезать собираетесь, или мне вас лично раздевать? Резко вынырнув из воспоминаний, я встретила взгляд смеющихся глаз императрицы. - А я… Уже тут. Подруга рассмеялась, а потом стала серьёзной. - Аскани прав, Тим, - и хлопнула в ладоши, - но тебе сейчас нужно думать не об этом! - А о чём? – переспросила я, неловко расшнуровывая лиф на груди. - О свадьбе! Конечно же, о свадьбе.
