Открыть вселенную

Наверно, в жизни главное — семья. Огонь свечи и уголок укромный. Чтоб утром слышать: "Я люблю тебя", А ночью растворяться в страсти томной. Наверно, в жизни главное — уют. И детский смех, и ощущение счастья. Когда ты знаешь, что тебя сегодня ждут! Какие б не были вокруг ненастья.

POV Шон

            - Пап, а что будет, если на совет лордов доспехи пригласить? – ворвался в лабораторию темноволосый мальчишка лет трёх, размахивая испачканными сладким кремом руками.       - Большой скандал, - донеслось из угла. Отложив книгу, Аскани легко поднял сына на руки.       - Ой, пап, вас тут двое, - загрустил ребёнок. – А я–то думал…       - Трое, - прозвучало от входа. – Точнее, уже трое. Повсюду тебя ищу, Даниил. Ты зачем маяк снял?       Поставив колбу на место, я сделал шаг навстречу любимой супруге.       Почти четыре года минуло с тех пор, как последняя война, негласная, но от того не менее кровавая, прокатилась по землям Гелианы, а мы с Асом едва не потеряли ту, что для нас дороже всего на свете.       Наверное, даже через десятки столетий я не смогу забыть того мига, когда Тим ушла. И исчезла на долгие-долгие сутки.       Лето радовало глаз, мир жил, расцветал многоцветным буйством немеркнущих красок, а мы не могли найти себе места, прибывая в незнании. Что с ней? Вдруг нужна наша помощь?       Но всё равно, невзирая ни на какие терзания, мы верили: Тимиредис справится со всем. И вернётся. Так оно и вышло.       Не могу найти слов для того, чтобы описать все свои чувства в то мгновение, когда увидел застывший на фоне закатного солнца силуэт. Гибкая, прекрасная и неотразимая. Моя жена, и мать моих детей. О ней я могу говорить вечно. Её я способен боготворить, ей поклоняться. И отдать жизнь, если потребуется, ради неё готов тоже.       - Пап, - внезапно прозвучало рядом. – Так можно, пап?       Моргнув несколько раз, я уставился на своего старшего сына.       Еще не придя в этот мир, Даниил сумел его спасти. Вспомнилось, как Мири возмущалась всякий раз, когда мы пытались начать оберегать её, нося на руках и отстраняя от всяких дел. Мы же с Аскани просто тихо млели от счастья, и могли подолгу сидеть, просто прижавшись к постепенно округляющемуся животу своей любимой.       Многое изменилось за минувшее время и всего, пожалуй, не пересказать. Да и, по сути, это не так важно для вас. Главное то, что всё вернулось на круги своя. Лишь бесследно исчезли трибы орков, а далеко-далеко за горами разросся дивный живой край, окружив то место, где проливались слёзы последнего бога тьмы. Ирония, однако. Правда, горькая, конечно.       Каждый год мы возвращаемся на это место. Не знаю отчего, но оно зовёт Тим. Подолгу сидя у края озерца, она просто смотрит в синее-синее небо. И улыбается. Я не пытаюсь лезть в её мысли. Всё, что хотела, девушка поведала, вернувшись. А детали – это, возможно, её личное, важное и сокровенное. Детали – то, что осталось памятью от мига силы и власти.       К сожалению, всё пережитое не минуло просто так. Из-за потрясений, как физических, так и моральных, роды Мири пережила с трудом.       Рассвет искрился на снегу в то февральское утро, когда Даниил пришел в этот мир. И, подхватив на руки тёплый, живой комочек, я понял: нет никого счастливее меня. И не только потому, что блудный дракон обрёл семью и дом, но и оттого, что завершилась еще одна страничка долгой-долгой истории о предательстве и непонимании.       Первенец примирил нас с родителями. Не скажу, что это было просто. Нет, конечно же, нет, но каждый миг я улыбаюсь, глядя на тех, ради кого готов сделать всё, на тех, ради кого отвернусь от всех вселенных, оставшись в той единственной, которую сумел открыть однажды.       - Так можно? – снова заглянул в мои глаза сын, дёргая край чёрной рясы.       Склонившись, я легко посадил мальчишку себе на плечи, придерживая за дрыгающиеся ступни.       - Можно, птенчик, тебе можно всё!