Шиворот-навыворот

- Глеб, с третьей цифры… начали! Музыкальный лопухоидный клуб, сигаретный дым, визжащие девчонки… Все это за последний год стало привычно, но не наскучило. Хотя саксофонист Глеб Бейбарсов и был новичком в музыкальной среде, начав учиться всего около года назад, но преуспел в своих начинаниях очень даже достойно. Видимо, сказывался бывший магический потенциал, потерянный по глупости некоего ветеринара. К тому же, склонность к искусству тоже помогала легко находить свой путь не только в живописи. Небольшой джаз-банд, в котором играл Глеб, вполне удовлетворял бывшего некромага. Ребята были молодые, но не амбициозные, движимые лишь любовью к искусству и желанием играть свою музыку. Наверное, именно эта искренность и подкупала: группа «Мэджик» обрела довольно много поклонников, еще больше поклонниц и постоянное место и гонорары в самом крупном клубе Нижнего, где играла по воскресеньям вот уже два месяца. Бейбарсов около года жил как обыкновенный лопухоид, но образ «рокового юноши» преследовал его и по сей день. Девчонки из клуба, да и из околомузыкальной компании вешались на него гроздьями. Если бы бывший некромаг пожелал, то не просыпался бы один ни дня из прошедшего года без магии, да и среди девушек попадались очень приятные и симпатичные особы. Да вот только Бейбарсов был совершенно равнодушен ко всем этим приятным и симпатичным. Бывший некромаг уже давно смирился с тем, что любви в его жизни не будет, да и не нужна она ему была без Тани Гроттер, которая уже год, как уехала к Валялкину в тайгу и была там вполне счастлива, насколько Глеб знал. Бейбарсову было больно, но он, как умный человек, понимал, что в жизни не всегда все получается, как хочешь, да и магический мир отдалился, покрылся дымкой в его мыслях за последний год, а на место магии пришла обычная, но довольно интересная лопухоидная жизнь. Вот и сейчас, Глеб, стоя на сцене, получал удовольствие от игры, аплодисментов и многозначительных взглядов поклонниц, толпившихся тут же, у сцены. Музыкальная часть закончилась, и началось то, за что группу любили и отличали от других прочих: общение с залом. Поклонники «Мэджика» привыкли, что после каждого концерта, примерно, в течение часа, участники группы отвечают на вопросы слушателей, да и просто беседуют. Глебу всегда передавали больше всех записочек с вопросами, на которые тот почти всегда ухитрялся отвечать, не сказав ничего определенного. Бейбарсов слыл необычным парнем с интригующим прошлым даже среди своих коллег-музыкантов. Что тут говорить о поклонницах! Те готовы были из кожи вон лезть, чтобы загадочный брюнет обратил на них внимание, но пока ни одна не могла похвастаться, что задела сердце таинственного и молчаливого Глеба. Все шло, как обычно: стандартные вопросы, кокетливые взгляды, отшучивания музыкантов. Глеб даже слегка заскучал – ничего интересного в беседе не намечалось. И вдруг пианист, Коля, неожиданно подал Бейбарсову записку из зала, переданную откуда-то из задних рядов. Глеб медленно развернул записку и пробежал глазами по сиротливой строчке, написанной четким, слегка наклоненным вправо почерком, показавшимся странно знакомым бывшему некромагу. «Нужна помощь. Срочно». И все. Бейбарсов мог бы подумать, что это просто шутка очередной поклонницы, чтобы привлечь к себе внимание, если бы не одна маленькая деталь. Почерк, если наклонить в другую сторону был точной копией его, бейбарсовского почерка. Глеб, инстинктом бывшего некромага сразу понял, что это не шутка, розыгрыш или выпендрёж. Вскинув глаза, он лихорадочно зашарил взглядом по залу, шестым чувством безошибочно определяя место, откуда пришла записка. Он успел заметить лишь силуэт темноволосого парня в джинсах и светло-голубой рубашке, который пробирался к выходу через толпу. Отложив саксофон, Глеб, шепнув, что он скоро вернется, быстро сбежал со сцены, и, отмахиваясь от собирательниц автографов, стремглав выскочил в коридор. Коридор вечернего клуба был, к изрядному удивлению Бейбарсова абсолютно пуст. Зеркальные стены отражались друг в друге, дробясь и мелькая, и на мгновение Глебу показалось, что где-то в конце мелькнула фигура парня в голубой рубашке. Глеб ускорил шаг, почти побежал. Но, достигнув того места, где, как ему показалось, он видел этого юношу, бывший некромаг с досадой остановился – коридор был абсолютно пуст. И только в большом зеркале у входа расстроенный Бейбарсов смотрел на себя самого в анфиладе отражающихся друг в друге зеркальных стен. *** Бейбарсов в задумчивости возвращался домой в полном одиночестве. Остальные музыканты вместе с подругами и просто случайно прибившимися поклонницами отправились к кому-то домой, продолжать веселится. Они уже привыкли, что нелюдимый саксофонист эти посиделки не любит и не настаивали, когда Глеб уходил домой сразу после выступлений, очень редко присоединяясь к их компании. Бейбарсову было о чем подумать. И о странном парне и не менее странной записке, и о магии, которой он лишился, и, конечно же, о ней. Девушке, которую он любит и которая даже не собирается покидать сердце угрюмого некромага. И снова безысходность – им не быть вместе. Она любит другого, да и пропасть между ними за последний год стала просто непреодолимой. Лучше выкинуть из головы то, что только ранит и доставляет боль. Глеб умом понимал, что с Таней у него все кончено, но сердце не желало успокоиться, все еще на что-то надеясь и тут же снова падая вниз при мысли о том, что Таня с Валялкиным счастливы друг с другом, а про неудачника - бывшего некромага она и думать забыла. Это Глеб тоже знал, чувствовал очень хорошо, опять же, своими внутренними инстинктами, которые заменяли ему потерянную магию. И все же, все же… Глеб, слегка вздохнув, пожал плечами и быстро зашел в свой подъезд, нашаривая в кармане ключи. Взбежав пешком на седьмой этаж, он вошел в свою однокомнатную квартиру, которая, за год съема, превратилась для некромага в собственную маленькую крепость, где никто не будет лезть с расспросами или советами. Заварив себе чай, Глеб молча смотрел в окно на огни окон противоположного дома. За каждым окном была своя жизнь. Люди разговаривали, готовили еду, ссорились и мирились. И только Бейбарсов ощущал себя выброшенным из этой раздражающей, неприятной, но, порой, такой желанной суеты. Желанной для того, чтобы просто чувствовать себя живым. Вечер намечался совершенно обычный. Тот же остывший чай, те же раздражающие окна напротив, те же невеселые мысли. И привычное, всепоглощающее одиночество. Глеб допил чай и, повернув кран на кухне, чтобы помыть чашку, негромко ругнулся – совсем забыл, что уже второй день слив не работал. Подхватив чашку, Бейбарсов отправился в ванную – он терпеть не мог грязной посуды вокруг. Включив воду в кране, Глеб мыл чашку, автоматически глядя на себя в зеркало и думая о том странном парне и не менее странной записке, как вдруг… Да-да, именно вдруг! Отражение в зеркале подернулось рябью, амальгама потемнела, и прямо из зеркальной поверхности на пол бейбарсовской ванной шагнул парень в джинсах и голубой рубашке, которого Глеб видел в клубе. Темноволосый, стройный, довольно высокий и симпатичный. Только вот… ошеломленный Бейбарсов неожиданно осознал, что он находится в своей ванной, из крана хлещет вода, а он, Глеб Бейбарсов, стоит, как столб и пялится на самого себя. Только в светло-голубой рубашке - апаш, которую бывший некромаг по своей воле никогда бы на себя не нацепил. - Ну, вот, мои расчеты оказались верны, - удовлетворенно кивнул двойник, с ног до головы оглядывая изумленного «близнеца». – Думаю, тебе, Глеб, тоже будет интересно узнать о межмировых точках перехода, образующих временные порталы, позволяющие такие перемещения между параллельными мирами. К тому же, ты маг, тебе будет проще объяснить… - Хмм, - фирменное Бейбарсовское хладнокровие вернулось достаточно быстро. – Может, представишься для начала, прежде чем научными терминами сыпать? - А у тебя что, со зрением проблемы? – усмехнулся двойник. – Я – Глеб Бейбарсов, как и ты, собственно. Идем, я сейчас все тебе объясню. И с этими словами двойник в кошмарного цвета рубашке нахально шагнул по направлению к кухне. Бейбарсов-без-магии отправился за ним, совершенно спокойно воспринимая тот факт, что он почти не удивляется сложившейся ситуации. Хоть он и лишился магии, но то, что она существует, еще не забыл. - Ну, так вот, - Бейбарсов-в-голубом с удовольствием отпил чай из чашки. – Ты, наверное, удивлен? - Не особенно, - пожал плечами Глеб, изрядно покривив душой. – Но вообще-то узнать подробности не отказался бы. Кто, откуда и зачем? Другой Глеб вздохнул. - Думаю, когда ты еще учился в вашем Тибидохсе, да и у твоей старухи-наставницы, ты узнал о существование, так называемых, других реальностей, где жизнь течет параллельно твоей. Также всем, начиная от магов и заканчивая лопухоидными учеными известно, что такие параллельные реальности, в принципе, не пересекаются. - Но, судя по тебе, бывают исключения, - усмехнулся Глеб, незаметно оглядывая пришельца. Тот был совершенной его копией, разве что, взгляд был мягче, а волосы чуть короче. Бейбарсов-в-голубом согласно кивнул: - Да, я долго пытался вычислить точку перехода, что позволило бы мне переместиться в твой мир. - Зачем? – повторил практичный Глеб, понимая, что вряд ли его двойник проводил все эти сложнейшие вычисления только чтобы полюбоваться на его физиономию и сравнить со своей. Похоже, его двойник был более образован, да и вообще, чем-то неуловимо напоминал Бейбарсову Шурасика своей серьезностью и обилием научных терминов, которыми он сыпал в разговоре. - Сам понимаешь – не чаю с тобой попить, - двойник слегка опустил плечи, словно на него взвалили мешок. – Видишь ли, я попал в беду. И мне нужна твоя помощь. - Что случилось? – Глеб сразу внутренне собрался, понимая, что дело серьезное. - Дело в том, - слегка нервно проговорил двойник, - что я хочу остаться в вашем мире и учиться в вашем Тибидохсе. С этими словами, поразившими Бейбарсова, допивший уже чай Бейбарсов-в-голубом направил свое магическое кольцо на чашку, наполняя её снова. Крупная зеленая искра, скользнув по ободу кольца, подтвердила заклинание. Зеленая?.. - Твои искры… зеленые, - охрипшим голосом произнес Бейбарсов. – Ты что, не некромаг? - Еще чего не хватало! - двойник аж вздрогнул, нервно передернув плечами. – Я – светлый маг. Нас там мало, да и отношение к нам не очень… Светлый Глеб помрачнел, видимо, вспомнив что-то не особо приятное. - У вас, здесь, в Тибидохсе большое Светлое отделение, нормальное отношение к таким, как я, - продолжал он, - поэтому, я просто хочу завершить свое образование и остаться здесь. И ты мне в этом поможешь. - Если ты еще не в курсе, то я сейчас без магии, - Бейбарсов постарался, чтобы голос звучал спокойно, хотя, что скрывать, он до сих пор очень болезненно относился к потере дара, несмотря на то, что уже привык без него обходиться. – Так что, даже не представляю, чем могу тебе помочь. Это надо Лену с Жанной просить, чтобы связались с Сарданапалом и поговорили насчет школы. Но не уверен… - Не надо, - перебил его светлый собрат. – Я знаю, что ты потерял магию. Мы очень тесно связаны, хотя и являемся антиподами. Но я как раз здесь потому, что могу вернуть тебе твои силы, по крайней мере, их часть. Но это лучше, чем ничего, ты не находишь? Двойник улыбнулся открытой и широкой улыбкой, чего сам бывший некромаг себе почти никогда не позволял – характер не тот, да и не привык он выставлять напоказ свои эмоции, только одна Таня, пожалуй, знала… Таня… надо узнать, как она там, в мире его светлого близнеца. Но сначала надо выяснить, что он тут говорит о магии. - Понимаешь, я нашел один довольно древний ритуал разделения, - продолжал вещать светлый. – С его помощью я просто разделю наш дар на двоих, а потом уже и ты, и я будем повышать свои уровни до искомого. - Но твой дар – светлый, - напомнил ему Глеб, мельком думая, что про этот ритуал он в своем мире не слышал. – А я здесь был некромагом. - Не важно, - отмахнулся двойник. – Я поделюсь магической силой, она инертна сама по себе, а уже ты будешь приспосабливать её к своим, так сказать, нуждам. Согласен? Он с волнением смотрел на Бейбарсова. - В общем, да, - медленно произнес Глеб. – Но ты не договариваешь. Есть еще что-то, из-за чего ты хочешь сбежать из своего мира, так? Двойник длинно и тоскливо вздохнул. Помедлив, он кивнул головой. - Понимаешь, там одна ведьма мне прохода не дает. Пристала, как банный лист, бегает за мной, истерики постоянные, угрозы – или я с нею буду, или она устроит апокалипсис местных масштабов. Да еще и друзья у неё – настоящие отморозки, постоянно какие-то пакости делают, житья от них нет. - И ты, умея открывать проходы между мирами, не можешь справиться с девушкой, влюбленной в тебя? – насмешливо спросил Глеб. - Ты этой девушки не знаешь, форменная фурия! – воскликнул двойник. – И давай не будем об этом, у меня сразу нервный тик начинается! Ты мне лучше скажи – согласен на ритуал? Глеб даже долго не раздумывал. Если у него появится возможность вернуть себе магию, то тогда можно и Таню вернуть попытаться! Да и вообще… Глеб вспомнил пьянящее чувство всемогущества, силу и уверенность некромага, свои возможности, которые сейчас казались изголодавшемуся по магии Бейбарсову почти безграничными… - Ты знаешь все детали ритуала? - деловито спросил он у светлого Глеба, который молча наблюдал за ним. – Что требуется от меня? - Практически, ничего, - светлый покачал головой. – Я все сделаю, только нужен чисто номинальный обмен магическими предметами, чтобы закрепить стабилизирующий фактор и мое физическое тело в этом мире, а то я пока еще могу совершать сюда переходы только на небольшие промежутки времени. - Так вот почему ты исчез из зала, - догадался Бейбарсов. - Ну да, - кивнул светлый. – Просто меня опять затянуло зеркало. Я ж через них прихожу. Но хватит болтать. Я так понял, что ты согласен, поэтому, не будем терять времени. Начнем? – слово прозвучало полувопросительно-полуутвердительно. - Если ты знаешь, что делать, то давай! – согласился Бейбарсов, все еще до конца не веря в то, что этот светлый двойник, сбежавший от девушки, способен вернуть ему магию. - Тогда начинаю! – светлый, практически сразу, направил кольцо на Бейбарсова и зашептал какие-то заклинания, подтверждая их крупными зелеными искрами. *** - Ну вот, вроде, всё! – светлый устало опустился на стул. – Теперь, чтобы закрепить результат, надо обменяться магическими предметами, которые помогают нам концентрировать нашу силу. У тебя что, кольцо? Он вопросительно смотрел на Бейбарсова, который прислушивался к себе. Есть! Глеб с замирающим сердцем ощущал, как внутри поселяется знакомое чувство всемогущества, только немного непривычное. Но все это неважно! Главное – он снова маг, а, значит, все еще может измениться! - Что? – он сосредоточился на словах двойника. – А… нет, не кольцо. Трость. - Трость? - удивленно воскликнул светлый. – Ничего себе! Но вы, некромаги, всегда были со странностями. Ладно, неси! И, кстати,надень сразу! С этими словами он протянул Бейбарсову свое кольцо – небольшой серебристый ободок, покрытый вязью символов и узоров, похожих на руны. Глеб, надев кольцо на безымянный палец, почувствовал, как сила, бурлящая в жилах, успокаивается. Призвав трость, где она до этого спокойно лежала обычной палкой в нижнем ящике шкафа, Глеб передал её двойнику. Тот, взвесив её в руке, с сомнением покачал головой, но ничего не сказал. - И что ты собираешься делать дальше? – Глеб, прищурившись, смотрел на своего «близнеца». – Тибидохс, понимаю, но там ко мне относятся не слишком хорошо… хотя, тебе, наверное, следует все-таки поговорить с Сарданапалом. При этом имени светлый Бейбарсов слегка поежился, но тут же с облегчением кивнул. - Все время забываю, что здесь все наоборот. Конечно, я с ним поговорю, нет проблем. Только скажешь мне ориентиры, чтобы я мог найти дорогу на ваш Буян. - Не вопрос, - согласился Глеб, уже прикидывая, что же будет теперь делать он. Первым делом надо связаться с Жанной и Леной, все выяснить, что происходит в Тибидохсе, узнать про Таню… В общем, практичный ум некромага уже отщелкивал варианты последующих действий. - Погоди, вместе в Тибидохс отправимся, - Бейбарсов встал с табуретки. – Сейчас только кое-что с собой возьму… С этими словами Глеб вышел в спальню, где, на небольшой тумбочке у стены с большим зеркалом лежала его папка с рисунками, которой Глеб дорожил, и оставлять в лопухоидном мире не собирался. Подойдя к тумбочке, Бейбарсов взял папку и, уменьшив заклинанием, опустил в карман. Но тут… Краем глаза некромаг заметил какое-то движение в зеркале перед ним. А потом, мгновенно, не успев даже отреагировать, Глеб получил в лоб чем-то тяжелым, да еще и подкрепленным магическим заклятьем. Затем наступила темнота. Последнее, что помнил Бейбарсов, были руки, поспешно тащившие его куда-то вперед…